Готовый перевод The first sword after reaching the shore is to stab the one you love / Первым ударом меча после выхода на берег — поразить того, кого любишь: K. Часть 231

— Ладно.

— Тогда возьми эти деньги, дома они мне не нужны. Если проголодаешься, найди кого-нибудь, кто приготовит тебе…

— Муж, деньги тоже не нужны, я еду зарабатывать деньги, если заберу все деньги из дома, ты что, будешь дома есть ветер?

Мужчина настаивал:

— Я могу дома есть лепёшки, могу пойти в горы поохотиться, не беспокойся обо мне.

— На что ты будешь охотиться, в горах в последние годы почти не осталось зверей, ты же мужчина, ты не можешь всё время есть лепёшки.

Бинцзин снова сунула связку медных монет обратно в руку мужчины:

— Муж, в деревне ещё столько людей, о которых нужно заботиться, деньги нужны везде.

— Я монах, твоя жена — монах, не простая женщина, тебе не нужно беспокоиться обо мне!

— В крайнем случае, я могу поставить ларек и продавать талисманы, это лучше, чем тебе идти в горы и надеяться на удачу.

Бинцзин похлопала себя по груди, гордо демонстрируя, что может содержать семью.

Услышав это, мужчина выглядел одновременно гордым за свою жену и с трудом скрываемой печалью в глазах:

— Я обуза для тебя. Ты не должна была…

— Ой! Муж, зачем ты снова говоришь такие вещи, мы с тобой дружили с детства, любили друг друга, давно договорились быть вместе всю жизнь, что за разговоры об обузе!

Мужчина сжал губы, обнял Бинцзин. Его губы коснулись её волос и лба в нежных поцелуях.

Бинцзин обняла его крепкую талию, подняла лицо, выглядела крайне довольной и счастливой.

Битао не могла не восхититься силой Небес.

Этот мужчина, как по внешности, так и по характеру, был именно тем, что Бинцзин любила в своих эротических книгах.

Сочетание силы и нежности, простоты и изысканности.

В нём было что-то от отца и брата, он был сильным и надёжным, но при этом достаточно красивым и страстным, чтобы удовлетворить все мечты молодой девушки, он был словно сошёл со страниц книги.

Эти двое явно были очень близки.

Хм.

Когда наступит время «любовного расставания и неудовлетворённого стремления», интересно, как Бинцзин будет страдать.

Битао ещё немного послушала. Наконец мужчина ушёл, уговорённый Бинцзин.

Оказывается, он прошёл несколько десятков ли, чтобы принести ей эту корзину лепёшек.

В этом мире, где леса заросли, а демоны бродят повсюду, для смертного, даже для мужчины с сильной янской ци, это было довольно опасно.

И когда он ушёл, Битао заметила, что он немного хромает.

Он, видимо, тоже знал о своём недостатке, шёл медленно, стараясь выглядеть нормально.

И как только он вышел из укромного уголка, он не позволил Бинцзин проводить его.

— Я сам дойду, не провожай меня.

Его лицо стало серьёзным, но это было лишь притворство.

Даже Битао, посторонний человек, могла увидеть, что он боялся, что Бинцзин будет стыдно идти с ним.

Ох уж.

Эта пара выглядела такой жалкой и милой одновременно.

Битао, как великий благодетель, подошла в разгар их спора и спросила:

— Так много лепёшек, вы продаёте?

Бинцзин и её муж одновременно обернулись. Битао с улыбкой представилась:

— Я из школы Вушанцзяньпай. Наши сухие пайки в пути закончились, нужно докупить.

Битао понизила голос:

— Но я только что посмотрела, вещи в Павильоне Вэньсинь слишком дорогие. Пачка лепёшек размером с ладонь стоит целый жёлтый духовный камень.

— У нас так много братьев и сестёр по школе, а на тренировки уходит шесть-семь дней. Получается, за один поход мы зарабатываем лишь пачку лепёшек.

Битао пожала плечами:

— Ваши лепёшки выглядят очень сытными и маслянистыми. Так вы продаёте?

Мужчина и Бинцзин переглянулись, словно спрашивая друг друга взглядом.

Он боялся, что продажа лепёшек монахам в таком месте может смутить Бинцзин.

Но Бинцзин быстро кивнула:

— Продаём, продаём!

— Сколько вам нужно? Лепёшки, которые делает мой муж, действительно очень вкусные. Они не только не сухие, но и долго не портятся...

Только тогда мужчина медленно подошёл к Битао с корзиной.

Его взгляд уже не был таким мягким и безобидным, как с Бинцзин. Он смотрел на Битао даже с некоторой холодной суровостью.

Его высокий рост и крепкое телосложение были сравнимы с Мингуаном.

Когда Мингуан хмурился, он был как ледяная скульптура — недосягаемый снежный лотос на вершине горы, излучающий холодный блеск.

А когда этот мужчина хмурился, он был как чёрный камень, тёмная бездна, почти зловещая.

Битао слегка прищурилась, внимательно осмотрела лепёшки. Они действительно были хороши.

Она отломила кусочек и попробовала. Соли было достаточно.

Затем спросила:

— Сколько стоит? В нашей школе на этот раз вышло больше десятка братьев и сестёр. Если цена подходящая, я возьму всё.

Бинцзин была вне себя от радости и сильно тряхнула руку своего спутника.

Мужчина, коснувшись её, словно ожил, и его лицо смягчилось.

Но он заломил цену:

— Два вэня за штуку.

Бинцзин чуть не подавилась от удивления.

Но Битао сказала:

— Довольно разумно. Посчитайте.

Она достала из-за пазухи мешочек для хранения духовных камней и серебра.

Мужчина присел, развернул чистый платок, взял его в руку и через платок начал считать лепёшки.

Битао дружелюбно улыбнулась Бинцзин, и та тоже радостно улыбнулась в ответ.

Битао продолжила разговор:

— Судя по твоей одежде... ты из Дворца Цичисин, мастер талисманов?

— Ах, да! — Бинцзин почесала затылок, немного смущаясь.

Она не была настоящим мастером талисманов из Дворца Цичисин. Она была внешним учеником.

Она не скрывала от Битао:

— Я всего лишь внешний ученик Дворца Цичисин...

— В наше время, что внутренние, что внешние, какая разница? — Битао улыбнулась. — В нашем походе в команде пока нет мастера талисманов. Ты пришла с кем-то из своей школы?

— Нет... внешние ученики редко участвуют в мероприятиях с внутренними.

Не то что редко, а вообще не участвуют.

Она была самоучкой, которая нашла старую книгу с талисманами и научилась по ней, зарегистрировалась как внешний ученик Дворца Цичисин. Даже эта старая одежда была куплена у умершего ученика Дворца.

У неё не было путей для продвижения, и ни один внутренний учитель не обратил внимания на её таланты, чтобы взять её в ученики.

Она была духом грома, в отличие от пяти духов металла, дерева, воды, огня и земли, которые легче использовать.

http://tl.rulate.ru/book/145263/7933274