Готовый перевод Cultivation: I Have 8 Years Left to Live / Культивация: У меня осталось 8 лет жизни: Глава 18. Непростой даос

В тусклом свете лампы Дин И неотрывно смотрел на карту. Красный крестик, обозначавший незваного гостя, замер на краю деревни и больше не двигался. Словно даос вошёл в один из домов.

Он поднялся и на цыпочках подкрался к окну, прильнув к узкой щели между ставней и рамой. Он пытался разглядеть хоть что-то, но плотно стоявшие дома загораживали обзор.

– Проклятье… Похоже, он пришёл сюда не просто так.

Дин И нахмурился. Вернувшись к столу, он погрузился в раздумья.

Лампы, что выплёвывала каменная статуя, едва ли протянули бы и неделю, если зажигать их каждую ночь. Лишь усиленный светильник мог гореть дольше и наносил Призрачным клешням куда больший урон. Но именно его ни в коем случае нельзя было показывать даосу. Тот сразу бы понял, что эта вещь — не из их храма.

Дин И осторожно задул пламя. Затем, в полной темноте, на ощупь пробрался на кухню и спрятал оба светильника в поленнице, завалив их дровами.

Притворившись спящим, он лёг на кровать в комнате старика Вэя, но на самом деле продолжил практиковать «Технику Вечной Юности», вслушиваясь в ночную тишину.

• • •

Тем временем в домике на самой окраине деревни…

На столе, в жутком свете масляной лампы, стояли две отрубленные головы с выпученными глазами и приоткрытыми ртами.

Цинъюнь сидел за столом, неподвижный, как изваяние. Одним глотком осушив чашу с багровой жидкостью, он медленно облизал губы, и на его лице отразилось удовлетворение.

– Кровь, пропитанная Кровавой скверной… истинное подспорье для практики. Я тружусь в поте лица для старшего брата, так что это — моя законная награда.

Он усмехнулся, покосившись на головы на столе.

– Хм… Но эти Призрачные клешни ведут себя странно. Почему их стало так мало?

С этой мыслью он подошёл к окну и распахнул его. Густой запах крови хлынул наружу.

Тут же из темноты донеслось знакомое жужжание, и в проёме показались тёмные тени. Цинъюнь взмахом рукава погасил лампу.

Полчища Призрачных клешней вихрем ворвались в дом. В кромешной тьме они набросились на два изуродованных тела, лежавших на полу, и даже не пощадили головы на столе. Но самого Цинъюня, стоявшего у окна, словно не замечали.

Он спокойно наблюдал, как твари, насытившись, вылетели наружу и растворились во тьме. Лишь после этого он вернулся к столу и снова зажёг лампу.

На земляном полу виднелись тёмные пятна крови. От тел не осталось и следа, лишь клочки одежды да пряди седых волос напоминали о том, что здесь недавно были люди.

– Аппетит у малышей хороший.

Он присел и, зачерпнув щепотку кровавой пыли с пола, попробовал её на язык. На его лице промелькнуло недоумение.

– Странно.

Подойдя к окну, он долго вглядывался в ночь, пока последний из Призрачных клешней не скрылся из виду.

– Если дело не в аппетите тварей, значит, дело в людях. Храмовые лампы могут лишь отогнать их, но не уничтожить.

– Разве что… кто-то собрал их очень много.

Поглаживая бороду, Цинъюнь пришёл к выводу.

– Интересно. Неужели среди этих безвольных кукол нашёлся кто-то, чей разум ещё не поглотила скверна? Кстати… был там один паренёк…

Он отчётливо представил лицо Дин И.

– Посмотрим, что ты за пташка, — прошипел Цинъюнь и, издав странный, хихикающий смешок, шагнул за порог, растворяясь в ночи.

• • •

Во тьме, на кровати, Дин И резко нахмурился. Рука под одеялом беззвучно легла на рукоять клинка.

Непрерывная практика с помощью пилюль заметно обострила его слух и зрение. В ночной тишине он мог уловить любой шорох в радиусе десяти шагов. И сейчас он отчётливо слышал, как чьи-то шаги замерли у стены, прямо под его окном.

Он не знал, кто там — человек или призрак, даос или кто-то ещё. Но он точно знал: за ним наблюдают.

– Проклятье… Неужели из-за того, что я слишком часто скупал пилюли? Нет, не может быть… эти селяне все как один — безмозглые куклы, с чего бы им… Стоп!

Сердце ухнуло в пропасть. В том-то и дело! На фоне безвольных мертвецов любой, кто проявляет хоть малейшие признаки разума, будет заметен, как маяк в ночи!

– Чёрт… Неужели этот даос уже успел пройтись по домам с расспросами?

Дин И мысленно выругался. Этот колдун был куда хитрее и умнее картонных злодеев из романов.

– Спокойно. Пока неясно, зачем он пришёл. Может, просто заметил неладное и решил проверить.

Он заставил себя выровнять дыхание.

А за окном, вглядываясь в щель между ставнями, стоял Цинъюнь. При слабом лунном свете он разглядел убогое убранство комнаты и уловил едва заметный запах крови. От этой находки его пробрала дрожь восторга, и уголки его губ сами собой растянулись в жуткой, неестественной улыбке.

Он не стал тревожить Дин И. Медленно отступив назад, он снова растворился в темноте.

Внутри Дин И постепенно ослабил хватку на рукояти клинка, но левая рука была крепко сжата в кулак. На душе было далеко не спокойно.

Прошло невесть сколько времени. Наконец, в комнату пробился первый луч солнца. Дин И медленно открыл глаза.

Он сделал вид, будто ничего не произошло. Спокойно оделся, сел за стол, перекусил вяленым мясом. Затем отворил дверь, чтобы выйти.

И тут его сердце пропустило удар.

– Рано встаёшь, дружок. Полон сил, я погляжу.

Цинъюнь стоял у дома напротив, залитый лучами рассветного солнца. Словно просветлённый мудрец, он с лёгкой улыбкой смотрел на вышедшего из дома Дин И.

http://tl.rulate.ru/book/143771/7521267