Готовый перевод Naruto: Lying Low in the ANBU until I'm Kage / Наруто: Путь АНБУ: Превзойти Каге: Глава 193. Горькая судьба и два томоэ

Ёко стрелой мчался по горам и лесам.

Он не мог надолго отлучаться из лагеря: Жёлтый Пёс и командование могли заподозрить неладное.

Его путь лежал к точке в двадцати километрах к юго-востоку от столицы Страны Водоворотов.

Отыскав подходящую пещеру, Ёко быстро сложил печати и ударил ладонью о землю.

— Техника призыва!

Белый дым окутал пространство, а когда рассеялся, на его месте уже возвышался каменный панда Байцы.

— Байцы, — произнёс Ёко, — используй обратный призыв на Узумаки Юку. У меня к ней срочное дело.

Услышав приказ, Байцы поднял короткую мохнатую лапу. Его толстые пальцы оказались на удивление проворны — он мгновенно сложил печати.

Снова взвилось облако дыма, и в пещере материализовалась Узумаки Юка.

Несмотря на полночь, девушка была в боевом облачении, собранная и настороженная. Казалось, она и во сне готова сорваться с места, чтобы вновь уводить свой клан от погони.

— Лис?

Юка сдавленно вскрикнула и бросилась к нему, обвив руками шею.

Ёко снял маску и, склонившись, коснулся губами её шеи.

— Юка, прости, но я позвал тебя не для нежностей. Я узнал, что Шимура Данзо захватил синоби-хранителей даймё Страны Водоворотов. Вероятно, он держит их в пещере неподалёку и ставит эксперименты с тайными фуиндзюцу. Мы должны их спасти.

Узумаки Юка с тревогой посмотрела в указанном направлении.

— Хранителей? Здесь? Мой… мой отец был одним из них. Он… он может быть жив?

Ёко на мгновение замер.

— Сейчас войдём и всё выясним.

Он достал из сумки две простые чёрные маски и протянул одну Юке. Маска Лиса была слишком узнаваема. Для тёмных дел лучше подходило нечто безликое.

Они бесшумно спрыгнули ко входу в пещеру.

Юке хватило одного взгляда.

— Подделка, — твёрдо сказала она. — Вход защищён барьером фуиндзюцу. Это иллюзия.

Сложив печати, она ударила ладонью по земле.

Изображение входа исказилось, дрогнуло рябью и обернулось глухой стеной, сплошь увешанной взрывными печатями. Смертельная ловушка для непрошеных гостей. Истинный вход был скрыт за ней.

— Это тайное фуиндзюцу нашего клана, — пояснила она. — Называется «Здесь нет преграды». Пока я снимала их барьер, я незаметно установила свой. Люди внутри не должны были ничего заметить.

Ёко молча кивнул, отметив про себя, насколько выросло мастерство Юки.

Девушка снова сложила печати, призывая кого-то ещё. После вспышки дыма, казалось, ничего не изменилось. Лишь когда прямо из воздуха перед ними выметнулся длинный язык, Ёко понял, что это невидимая ящерица.

Они забрались в её пасть и беззвучно проникли вглубь пещеры.

За поворотом тускло освещённого коридора стояли двое синоби. Они ничего не заметили, пока из пустоты перед ними не разверзлась огромная пасть. Печать Кармических Оков тотчас змеёй метнулась по земле и оплела их тела, не дав издать ни звука. Ящерица сомкнула челюсти, и часовые исчезли.

Миновав ещё несколько постов, они оказались в просторном зале.

Вдоль стен стояли двенадцать стеклянных колб, предназначенных для двенадцати синоби-хранителей.

В первых шести плавали лишь жуткие фрагменты человеческих тел. Хранители были расчленены: их конечности покачивались отдельно, а вместо туловищ в мутном питательном растворе колыхались внутренние органы. У кого-то сохранилась голова, у кого-то уже нет.

В следующих двух колбах плавали два истерзанных мозга.

В двух последних находились целые люди. Они были живы — ровные цепочки пузырьков поднимались от их губ.

На операционном столе напротив лежали ещё два тела, над которыми только что работали.

Ёко крепко сжал руку Юки, чувствуя, как её бьёт крупная дрожь.

Между колбами и столами суетилось больше десяти исследователей в белых халатах. За ними высились стеллажи, заставленные свитками — результатами бесчеловечных изысканий Корня.

Ёко создал нескольких теневых клонов. Те бесшумно выскользнули из пасти ящерицы, рассредоточились по залу и разом активировали Печать Кармических Оков. Все два десятка человек в лаборатории замерли, попав под его контроль. Нужно было спасти выживших, не поднимая шума и не разрушая ценные свитки. Фуиндзюцу подходило для этого идеально.

Ёко метнул в исследователей несколько кунаев. Тут же раздался лязг Адамантиновых цепей — это Юка, не в силах сдержаться, обрушила свою ярость на мучителей.

За несколько мгновений с персоналом лаборатории было покончено.

Ёко подошёл к застывшей Юке. Его голос прозвучал тихо, но твёрдо:

— Юка, постой у входа, прикрой нас. Я здесь всё улажу. Когда я закончу, можешь обернуться. Хорошо?

— Хоро… хорошо…

Чем сильнее она надеялась найти отца живым, тем невыносимее было это зрелище. Юка отвернулась, и вскоре Ёко услышал её тихие, сдавленные всхлипы.

Он осмотрел колбы. Двое в них были без сознания, но их жизням пока ничего не угрожало — последние нетронутые образцы.

Из двоих на операционном столе один был уже мёртв.

Второй едва цеплялся за жизнь. Его тело было вскрыто, отсутствовали печень, жёлчный пузырь и желудок — он дышал лишь благодаря питательному раствору. Чтобы понять тайные дзюцу, нужно было препарировать органы и мышцы, отслеживая потоки чакры.

— Дочь… моя дочь…

Ёко замер. Сердце ухнуло в пустоту. Сбылся худший из возможных сценариев.

Полуживой мужчина на столе с трудом повернул голову в сторону Юки. В его взгляде смешались страх и надежда. Страх, что это лишь предсмертная галлюцинация. Надежда, что он увидит дочь в последний раз.

Ёко одним движением сорвал со стола белую простыню и накрыл изувеченное тело, оставив открытой лишь голову. В следующее мгновение он уже был рядом с Юкой и осторожно подвёл дрожащую девушку к столу.

Увидев измождённое лицо мужчины, Юка разрыдалась.

— Доченька… ты жива… как хорошо…

— Папа! Папа! — Узумаки Юка взглянула на простыню, на страшную впадину на груди отца, и всё поняла.

— Не плачь, Юка. Увидеть тебя перед смертью — большего я и желать не мог, — в последнем всплеске сил отец заговорил быстрее. — Печать Четырёх Символов, Адамантиновые Цепи, Печать Проклятия Языка… эти важнейшие фуиндзюцу они так и не получили. Подойди, я всё тебе расскажу.

Юка, сбежавшая из Страны Водоворотов, получила от старейшин лишь часть знаний клана. Теперь отец передавал ей остальное. Она слушала его сбивчивый, торопливый шёпот, впитывая последние слова, пока его взгляд не застыл и веки медленно не смежились навсегда.

Ёко опустился на колени и обнял её.

Несчастная девушка, несчастный клан.

Хрупкие плечи Юки сотрясались от рыданий. Она не отпускала остывающую руку отца, и её ладонь не переставала дрожать.

Ёко почувствовал, как в глазах защипало. *Неужели я плачу?* — пронеслось в голове. — *Я ведь не какой-нибудь сентиментальный добряк. С чего бы мне…*

Он моргнул, смахивая непрошеную влагу, и когда снова открыл глаза, мир изменился. В его зрачках горел шаринган с двумя томоэ.

Ёко всегда планировал пробудить его с помощью Системы, забрав у какого-нибудь Учихи. Он и представить не мог, что однажды испытает потрясение, достаточное сильное, чтобы шаринган проснулся сам.

http://tl.rulate.ru/book/139145/7515963