Готовый перевод Naruto: Lying Low in the ANBU until I'm Kage / Наруто: Путь АНБУ: Превзойти Каге: Глава 111. Стихия Воды: Рассекающая Волна

Расследование дела Хатаке Сакумо и его сторонников легло на плечи новоиспечённого особого джоунина, Лиса.

Сердце Ёко горело от нетерпения: ему до смерти хотелось немедленно приступить к изучению «Стихии Воды: Рассекающей Волны», но долг службы заставлял его неотступно следовать за своей целью.

Хатаке Сакумо медленно, тяжело ступая, шёл по улицам Конохи. Предстоящее назначение на пост заместителя главнокомандующего давило на него тяжким грузом, но ещё сильнее угнетала смелость, с которой он высказал Хокаге свои требования.

Сакумо прекрасно понимал, что одним из столпов власти Хокаге является система личных рекомендаций. Из-за неё многие его товарищи не могли получить повышение и продолжали рисковать жизнями на опасных миссиях. Право рекомендовать, как и итог рекомендации, всегда оставалось за Хокаге. Начиная с повышения от генина до чунина, эта система влияла на судьбу каждого шиноби. Допуск к экзамену давал капитан команды, но выбирали не самого сильного. Хокаге, оценив все качества участников, лично решал, кто достоин звания. Первое место не гарантировало повышения, тогда как тот, кто выбыл, мог его получить. На все вопросы был один ответ: высшее руководство разглядело в нём особый талант.

Будущее шиноби зависело от того, обратят ли на него свой взор Хокаге и советники. Без их внимания даже величайший талант рисковал остаться в тени.

Через эту систему Хокаге крепко держал в руках карьерный рост каждого. Если же перейти на аттестацию по заслугам, вся структура власти в Конохе изменится. Участие в экзамене будет зависеть от количества выполненных миссий, а его прохождение — от занятого места. Повышение до особого джоунина и джоунина будет полностью определяться послужным списком, как и доступ к изучению новых дзюцу.

В Конохе воцарилось бы больше справедливости.

Хатаке Сакумо ценил своих товарищей и остро чувствовал, в чём больше всего нуждались простые шиноби. Справедливость, справедливость и ещё раз справедливость.

Но кому, кроме них, она была нужна? «Мой клан копил силы три поколения, с какой стати я должен уступать тебе, одиночке, вкалывавшему десять лет?»

Ёко, укрывшись в кроне придорожного дерева, наблюдал за бредущим по улице Сакумо. В Конохе хватало оперативников АНБУ, что таились по углам и в рощах. Джоунины, замечая их, молчали, полагая, что те собирают информацию для Хокаге или выполняют тайную миссию.

«До его смерти остаётся около пяти лет, — размышлял Ёко. — Какой же путь избрать мне? Неужели я так и останусь вечной тенью в АНБУ?»

Он смотрел на спину Хатаке Сакумо, и в его глазах мерцали искры. Репутация этого человека говорила о нём как о личности, достойной безграничного доверия.

Ёко проследил, как Сакумо вернулся домой. Няня вынесла младенца, передала его в руки отцу и покинула дом. Этот младенец, должно быть, Какаши.

Вскоре в дом вошли трое. Ёко внимательно запомнил их лица, чтобы по возвращении в АНБУ установить личности по спискам шиноби. За эту ночь к Хатаке Сакумо, сменяя друг друга, пришло больше двадцати человек.

«Он не только предложил реформу, но и собирает вокруг себя фракцию. Неудивительно, что Сарутоби Хирузен его недолюбливает. Вольнодумство и раскол… Лишь невероятная сила спасает Сакумо от смертельной беды. Такая наивность — верный путь к гибели. Помочь ему будет непросто. Здесь нужен тонкий расчёт».

Вернувшись в АНБУ, Ёко установил имена всех визитёров и передал список капитану Жёлтому Псу.

— Отличная работа, Лис.

Капитан был трудоголиком и даже глубокой ночью оставался в штабе. Он тут же приказал помощнику собрать сведения об этих людях.

Ёко, видя, что уже поздно, решил отложить изучение «Рассекающей Волны» на завтра, а пока направился в идзакаю «Журавлиная луна». Цяои привыкла, что он мог внезапно исчезнуть на время, а потом так же внезапно появиться. Дверь в её спальню во внутреннем дворике всегда была открыта.

После бурной страсти Ёко чувствовал себя свежим и полным сил. Цяои же безвольно распласталась на кровати.

— Кодзи, — простонала она, — сходи вперёд, повесь табличку, что мы закрыты. Завтра я с кровати не встану.

Ёко шлёпнул её по округлым ягодицам.

— Цяои, даже оставив путь шиноби, ты должна поддерживать форму. Ради меня.

Она бросила на него обиженный взгляд. Ещё и упрекает в слабой подготовке, хотя на самом деле это Кодзи стал чудовищно силён. Через что же он прошёл, что его мощь растёт так стремительно?

На следующий день Ёко пришёл к небольшому озеру на северной окраине Леса Смерти. Достав свиток, он принялся изучать «Стихию Воды: Рассекающую Волну». Самостоятельное освоение дзюцу требовало не только усердия, но и острого ума.

Техника требовала пяти ручных печатей. Первая создавала воду во рту с помощью чакры, следующие три сжимали её под огромным давлением, а последняя выбрасывала наружу в виде высокоскоростной струи, способной резать стволы деревьев и даже скалы. Поистине устрашающая мощь.

Ёко сложил первую печать, и рот наполнился водой. Её оказалось так много, что щёки раздулись, как у жабы. Сложив следующие печати, он ощутил чудовищное давление, которое едва не разорвало ему щёки. Он поспешно выплюнул воду. Струя сорвала кору с дерева.

Первая попытка провалилась.

Ёко потёр ноющие скулы. Он понял свою ошибку. Вода почти не сжимается. Пытаться уменьшить её объём — всё равно что биться головой о скалу. Значит, дело не в простом сдавливании.

Он взглянул на свиток, написанный Сарутоби Хирузеном. Никаких советов, только описание пяти печатей и способа циркуляции чакры. Как же грубо составлено.

Ёко снова набрал в рот немного воды. Медленно складывая печати и внимательно ощущая движение чакры, он заметил, что при третьей печати вода начала вращаться. В прошлый раз он набрал слишком много и даже не почувствовал этого. По мере вращения давление нарастало.

Так вот в чём дело… Давление создавалось не сжатием, а стремительным вращением. Подобно водовороту, затягивающему и выбрасывающему всё с огромной силой.

Когда давление достигло пика, вода единым выстрелом вырвалась изо рта. Тонкая струя устремилась к стволу дерева и пробила его насквозь.

«Неплохо, кажется, я начинаю понимать». Ключ к технике — создать как можно более высокое давление. Чем оно выше, тем смертоноснее дзюцу.

После нескольких часов тренировок его «Рассекающая Волна» смогла медленно разрезать огромное дерево толщиной в пять метров. «Я рассчитывал, что это дзюцу станет одним из моих козырей, но такой мощи пока недостаточно».

Промучившись до глубокой ночи, Ёко вернулся в идзакаю. Цяои, поддерживая пару тяжёлых, дрожащих грудей, заставила их вращаться: левую — вправо, правую — влево. От этого движения возник лёгкий ветерок.

Ветерок?

Внезапно Ёко осенило. У него родилась гениальная идея, как улучшить «Рассекающую Волну».

При использовании дзюцу вода во рту образовывала один вихрь, но давление было слабовато. А что, если создать не один, а два встречных вихря? Один — по часовой стрелке, другой — против. Они будут не просто вращаться, а сталкиваться, сжимать воду между собой, многократно увеличивая мощь!

Цяои, очнувшись от сладкой неги, ощутила глубокий поцелуй.

— Я люблю тебя до смерти! Спасибо за подсказку!

Ёко натянул штаны и бросился к потайному озеру. Цяои попыталась схватить его, но он был уже слишком быстр.

Какую ещё подсказку она ему дала? Она и сама ничего не понимала.

http://tl.rulate.ru/book/139145/7198771