Готовый перевод Naruto: Lying Low in the ANBU until I'm Kage / Наруто: Путь АНБУ: Превзойти Каге: Глава 77. Непреклонность клана Сенджу

Обстановка накалилась до предела. Лицо Сенджу Ринмоку потемнело от гнева, вытеснив и без того редкий здоровый румянец.

Ёко подошёл и встал за спиной капитана отряда «Жёлтый Пёс», ожидая приказа.

Перед ними говорил Данзо:

— Клан Сенджу должен передать секретные техники запечатывания клана Узумаки, а запечатыванием Девятихвостого займётся АНБУ. Сенджу Ринмоку, твой клан уже не тот, что во времена Тобирамы-сенсея. Если с печатью что-то случится, половина деревни заплатит жизнью за ваши амбиции!

Лицо Сенджу Ринмоку на мгновение исказила боль. Он тяжело вздохнул и только потом ответил:

— Сила нашего клана ослабла именно потому, что мы слишком многим пожертвовали ради деревни, не так ли? Мой отец погиб, мой дядя погиб, мой брат погиб, а теперь погиб и мой сын. Разве хоть кто-то из них пал не за деревню? Печать Девятихвостого — основа нашего клана. Лишь мы, Сенджу, владеем столь мощными техниками, и лишь моя племянница, Кушина, способна выдержать его чакру. Запечатывание должен совершить наш клан! В этом вопросе я не уступлю.

Ёко слушал с напряжением. Было очевидно: ни одна из сторон уступать не собиралась.

Пока Девятихвостый у них, клан Сенджу остаётся величайшим кланом Конохи. Даже ослабленный и обескровленный бесчисленными потерями, он всё равно оставался важнейшим для деревни. Если сейчас они отступят и передадут печать в руки АНБУ, те под предлогом её поддержания заберут джинчурики под свою опеку.

— Хватит спорить, — вмешался Хирузен Сарутоби. — Здесь не место для ссор.

Данзо оставался бесстрастным, а Сенджу Ринмоку лишь крепче стиснул зубы.

Хирузен долго смотрел на упрямое, искажённое яростью лицо Ринмоку. Выражение его глаз несколько раз менялось, и наконец он произнёс:

— Вечные споры ни к чему не приведут. Разум Мито-самы всё больше туманится. Однако переносить Девятихвостого в пределах деревни нельзя. Случись что, и пол-Конохи погибнет. Глава Ринмоку, подготовьте план. Начинайте готовиться к переносу печати.

Глаза Сенджу Ринмоку блеснули. Неужели деревня пошла на уступки?

Данзо бросил на Хирузена недоумённый взгляд. Почему тот не следует их плану и не продолжает давить?

— Да, Хокаге-сама! Я разработаю идеальный план!

Хирузен кивнул, и его лицо омрачила тревога.

— Глава Ринмоку, я понимаю вашу позицию. Но действительно ли клан Сенджу способен в одиночку справиться с запечатыванием? Сколько сил вы готовы на это бросить? Данзо прав, ваш клан ослабел — это неоспоримый факт. Я жду от вас реального плана, который гарантирует успех, а не пустых заверений.

— Хокаге-сама, — с горячностью заверил его Ринмоку, — клан Сенджу всегда исследовал способы объединения сил. Да, число шиноби уровня Каге в наших рядах сократилось, но мы никогда не полагались на силу одиночек. Мы верим в единство. У клана есть совместная техника запечатывания, способная объединить мощь каждого его члена. Когда придёт время, я соберу всех ниндзя нашего клана — мужчин и женщин, старых и молодых — и мы все вместе совершим ритуал!

До Ёко донеслись лишь обрывки фраз, но и этого хватило, чтобы потрясти его до глубины души.

Неужели Ринмоку готов поставить на кон всё достояние своего клана? Неужели этот ритуал станет для Сенджу ночью уничтожения?

Сердце Ёко дрогнуло. Нет, он не позволит клану Сенджу исчезнуть, как это случилось в оригинальной истории.

Хирузен Сарутоби и Данзо направились к резиденции Хокаге. Агенты АНБУ заранее расчистили им путь, так что вокруг не было ни души.

— Ты принял решение? — спросил Данзо.

Хирузен кивнул.

— Вторая мировая война шиноби длилась всего два с небольшим года, но Коноха потеряла слишком многих. Четверть всех ниндзя. Из-за гибели близких всё больше жителей недовольны мной. Я не могу рисковать. Не должно быть никаких случайностей. Девятихвостый должен быть под полным контролем. Данзо, приступай к исполнению своего плана. Отправляйся на фронт и найди Орочимару.

Данзо кивнул, и в следующий миг его уже не было.

На следующее утро, после смены, Ёко вместе с капитаном «Жёлтого Пса» вернулся на базу АНБУ. Капитан приказал всем командирам изучить совместные техники запечатывания, искать упоминания о них и собирать любую информацию.

В те времена АНБУ не славились фуиндзюцу, а ниндзя Корня ещё не носили на языке проклятую печать.

Сам Ёко владел двумя техниками: «Печатью Кармических Оков», полученной от Системы, и «Контрактной печатью» из свитка Узумаки Юки. Он для вида обсуждал с командиром отряда совместные техники, разумеется, не собираясь делиться теми, которыми владел сам.

Дни шли, и чакра Девятихвостого становилась всё более яростной.

Двенадцатого числа следующего месяца клан Сенджу наконец приступил к ритуалу.

Под покровом ночи в их квартале один за другим гасли огни. Открывались двери, и на улицы выходили шиноби.

Мужья и жёны, отцы и сыновья, братья и сёстры.

Все, кто окончил Академию, облачились в одеяния с гербом клана. В отличие от стандартных жилетов, эти наряды напоминали одежду аристократов: просторные халаты с широкими рукавами, чьи полы развевались на ветру. Клан с тысячелетним наследием, исполненный родовой гордости.

Стоит лишь завершить перенос печати, и клан Сенджу, сплотившись вокруг Узумаки Кушины, обеспечит себе процветание ещё на несколько десятилетий. Когда-то глава клана, Хаширама, оставил Девятихвостого деревне, потому что верил: лишь Сенджу и Узумаки способны его контролировать.

Кто бы мог подумать, что теперь, придя в упадок, клану придётся полагаться на джинчурики, чтобы медленно восстановить былую мощь.

Настали худшие времена. Надежда всего клана, молодой господин Наваки, пал на поле боя. Но именно сейчас, достигнув самого дна, Сенджу должны были воспрянуть.

Узумаки Кушина станет следующим шиноби уровня Каге в их рядах.

Ёко стоял на крыше за пределами квартала и бросал последний взгляд на его опустевшие улицы. Там остались лишь дети, ещё не окончившие Академию. Они несли на спинах свёртки с младенцами, которые были младше их самих. У ворот квартала стояли старики-калеки, с надеждой всматриваясь вдаль.

Насколько знал Ёко, с фронта вернулись все ниндзя клана, за исключением нескольких ключевых фигур вроде Цунаде.

В глубине квартала Узумаки Мито, чьи движения стали прерывистыми — шаг и долгая пауза, — с посторонней помощью медленно взобралась в карету. Следом за ней села и Кушина.

На этот раз это была не инсценировка, а настоящий ритуал переноса печати.

Колёса медленно покатились, увозя двух Узумаки, старую и молодую, прочь. Карету окружали восемь элитных шиноби клана Сенджу.

Возможно, эта ночь станет трагедией. Лебединой песней клана Сенджу.

http://tl.rulate.ru/book/139145/6972648