После удаления жука вуду из Сюаня, Сяо Лю скинул груз с плеч и крепко спал в течение трех дней.
Подумав, он понял, что забыл спросить у Сян Лю, была ли попытка убить Сюаня организована невестой Цзиня. Зачем ей помогать Сян Лю убивать Сюаня? Была ли связь между семьей Фан Фэн и армией сопротивления Шэн Нонг? Или на этот раз Сян Лю помогал Фан Фэн И Ян? Разве Сян Лю не говорил, что в свободное время он работает наемным убийцей?
Сяо Лю много думал об этом, не мог ни есть, ни спать. Но через несколько дней он все понял. Сюань уже ушел, поэтому не имело значения, хотела ли Фан Фэн И Ян убить его. Месть и конфликт этих больших семей - это не то, что Сяо Лю хотел понять. Все, что ему нужно было знать, это то, что не Цзин хотел убить Сюаня.
Сяо Лю отложил все в сторону и вернулся к своей ленивой жизни.
Была середина лета, Сяо Лю лежал на топчане, обмахивая себя веером и покрываясь потом. Цзин вошел с черного хода и застал Сяо Лю под навесом, обмахивающегося веером и бормочущего: "Так жарко! Так жарко!"
Цзин подошел и повесил на тент ветряной колокольчик из голубого кристалла льда, и через несколько мгновений сверху подул прохладный ветерок и развеял жару. Сяо Лю посмотрел на ветряной колокольчик и подумал, стоит ли его принимать. Он уже попросил два, и не принять третий было довольно сложно. Но первые два были предназначены для спасения жизни Сюаня, и Сяо Лю чувствовал, что это необходимо, а не личное желание. Этот был для себя, и он чувствовал, что что-то берет.
Цзин сел рядом с топчаном и наблюдал, как меняется выражение лица Сяо Лю. Сяо Лю внезапно сел и сердито закричал: "Это город Цин Шуй, а не Цин Цю! Почему ты до сих пор не уехал?"
Цзин уставился на Сяо Лю: "Ты здесь, я не уйду".
Сяо Лю был так зол, что бросил веер в Цзиня. "Разве ты не сказал, что будешь слушать меня. Тогда уходи! Уходи далеко-далеко и перестань мешать мне жить. Ты Ту Шань Цзин, а не Е Ши Ци!".
Цзин опустил глаза и плотно сжал губы. Сяо Лю был хорошо знаком с этим взглядом, и у него не хватило духу обидеться. Он отвернулся и отказался смотреть на него.
Через некоторое время Цзин заговорил: "Ты осторожно промыл мои раны. Ты тщательно вымыл мои волосы. Ты терпеливо кормил меня лекарствами и едой. Ты осторожно мыл мое тело. Ты боялся, что мне больно, поэтому разговаривал со мной. Ты боялся, что мне стыдно, и рассказывал мне анекдоты. Ты боялся, что я сдамся, и описывал мне прекрасные виды. Ты боялся, что мне одиноко, и рассказывал мне интересные истории. Ты не просто исцелил мое тело, ты спас мою душу. Ты никогда не сможешь представить, как бы я хотел быть Е Ши Ци. Но у меня нет другого выбора, кроме как быть Ту Шань Цзинем. Из-за этого я ненавижу себя больше, чем ты. Я знаю, что ты ненавидишь Ту Шань Цзиня, поэтому я сдерживаюсь, чтобы не прийти к тебе. Но я боюсь уезжать. Ты дал Ма Цзы семью, ты нашел Сянь Тянь Эр для Чуань Цзы, ты все устроил для Лао Му. Ты уже готов оставить все это и продолжить странствия. Боюсь, если я хоть на секунду отвернусь, то уже не смогу тебя найти".
Впервые Цзин говорил так много, и атмосфера была очень серьезной. Он молча смотрел на Сяо Лю, но Сяо Лю не оборачивался. Цзин, наконец, встал и тихо ушел.
Сяо Лю внезапно рухнул на топчан и уставился на ветряной колокольчик. Ши Ци понял, что он собирается уходить. Кто-то вошел во двор, Сяо Лю прикрыл глаза и раздраженно сказал: "Я отдыхаю, не мешай мне!".
Человек промолчал и просто сел на топчан, оставаясь таким неподвижным, что если бы не запах лекарственных трав, Сяо Лю чуть не подумал, что это Цзин снова вернулся.
Сяо Лю пошевелил руками и прищурился, затем его глаза широко раскрылись. Это был Сюань!
Сяо Лю заикался: "Ты... что ты здесь делаешь? Я уже удалил жука. Ты должен был почувствовать его. Если ты мне не веришь, я уколю себя прямо сейчас". Сяо Лю огляделся в поисках чего-нибудь, чтобы уколоться, но Сюань остановил его с улыбкой.
"Я знаю, что жук был удален. Я здесь по другой причине".
"Другая причина."
"Мой Учитель хочет тебя видеть".
Сердце Сяо Лю заколотилось, тело ослабло, но он заставил себя улыбнуться: "Почему твой Учитель хочет меня видеть? А кто сказал, что если он хочет меня видеть, то я пойду к нему".
Сюань встал: "Мое настоящее имя - Чжуань Сюй. Сюань Юань Чжуань Сюй. Я старший внук Желтого императора королевства Сюань Юань. Мой Учитель - Великий император королевства Гао Синь".
Сяо Лю не знал, как реагировать, поэтому притворился испуганным: "Такие высокие персоны! Я из города Цин Шуй и не являюсь гражданином ни королевства Сюань Юань, ни королевства Гао Синь".
Сюань сказал: "Когда я исцелялся в Долине Ян, ко мне пришел мой Учитель. Я рассказал ему о тебе, и по какой-то причине он очень заинтересовался. Он попросил меня рассказать ему все до мельчайших подробностей о моем общении с тобой. После того как он все это услышал, он попросил о встрече с тобой. Он специально приказал мне отвезти тебя в Гао Синь, чтобы ты встретился с ним".
Сяо Лю сразу же заявил: "Я не поеду!".
Сюань вздохнул: "Это императорский вызов, ты не можешь отказаться. Сяо Лю, не усложняй мне задачу, я не хочу причинять тебе боль".
Сяо Лю тут же сменил тактику и улыбнулся: "Хорошо, я пойду с тобой в Гао Синь, но ты должен дать мне полдня на сборы и прощание". Сюань знал подлый и скользкий характер Сяо Лю, а также знал, что многие люди знают его настоящую личность в городе Цин Шуй, поэтому Сюань не мог оставаться здесь надолго.
Сяо Лю умолял: "Я спас тебя дважды. Ты принц Сюань Юань, как ты можешь так относиться к спасителю?".
Сюань был слишком умен для этого и рассмеялся: "В первый раз ты спас меня после того, как вместе с Сян Лю устроил засаду. Я отпустил это, значит, я отпустил тебя с крючка в тот раз. Если бы ты не подсадил в меня жука вуду, то второго раза бы не случилось, и тебе не пришлось бы меня спасать". А Нянь - принцесса Гао Синь, и ты много раз оскорблял и позорил ее. Ты знаешь, что она умирает от желания убить тебя, и я был единственным, кто держал ее на расстоянии. В этот раз, отправляясь в Гао Синь, если ты попадешь в ее руки и она попытается тебя убить, разве ты не хочешь, чтобы я защитил тебя? Кто чей спаситель, здесь неясно. "
Сяо Лю сказал: "Если я не пойду к Гао Синь, то мне не нужна будет твоя защита".
Сюань сказал: "До захода солнца еще два часа, и я даю тебе время, чтобы собрать вещи и попрощаться. Мы уедем до темноты, и если ты попытаешься что-нибудь сделать....". Сюань взмахнул рукой, и весь топчан разлетелся на куски, а Сяо Лю упал на пол.
В прошлый раз, когда Сюань был в городе Цин Шуй, он всегда старался использовать личину Сюаня для решения проблем. В этот раз он был здесь как Чжуань Сюй, и он был принцем Сюань Юань. Сяо Лю уставился на Чжуань Сюя, который стоял, заложив руки за спину, с непоколебимой властью в глазах. Сяо Лю вдруг почувствовал успокоение. Хорошо, что Чжуань Сюй был таким - временами теплым и дружелюбным, но потом мог переключиться и стать холодным и безжалостным. Только так он мог выжить занимая такое шаткое положение.
Сяо Лю встал и пошел в свою комнату, чтобы собрать вещи, но мысли его неслись вскачь. Он никак не мог встретиться с Великим Императором. Он мог обмануть Чжуань Сюя, но никак не мог обмануть Великого Императора. Но как сбежать, если Чжуань Сюй специально приехал за ним и привел много людей. К тому же он подчинялся Гао Синь и мог немедленно вызвать войска Гао Синь за город. А если понадобится, он мог использовать свое положение принца Сюань Юань и использовать войска Сюань Юань поблизости.
Хотя Сяо Лю и мог менять облик и форму, но сейчас он находился под наблюдением Бога, и если не было никого, кто мог бы отвлечь его внимание, то даже если бы он поменял форму, то не смог бы сбежать.
Сяо Лю решил, что одними способностями ему не спастись, ему нужна помощь. Сейчас ему очень не хватало Сян Лю. Только Сян Лю мог не заботиться об авторитете Сюань Юань и Гао Синь, к тому же он мог спрятаться на военной базе Шэн Нонг, чтобы убежать от Чжуань Сюя. Но после поездки в Гао Синь Сяо Лю не видел Сян Лю, и не было времени позвать его на помощь.
Оставался только Ту Шань Цзин. Предприятия клана Ту Шань находились по всей дикой местности, в том числе продавали товары армии сопротивления Шэн Нонг. У них должны были быть тайные ходы, чтобы перевозить товары в город и из города. Но сейчас он был нужен Великому Императору Гао Синь и принцу Сюань Юань. Если Ту Шань Цзин поможет ему, то он наживет себе врага во всем мире. Готов ли Ту Шань Цзин стать врагом и Сюань Юань, и Гао Синь ради одного маленького Вэнь Сяо Лю?
Как только эта мысль пришла ему в голову, Сяо Лю вдруг захотелось узнать выбор Цзиня даже больше, чем он хотел сбежать из города Цин Шуй. Сяо Лю посмотрел на ледяной кристалл ветряного колокольчика и холодно улыбнулся. Что бы ни решил сделать Цзин, как только Сяо Лю спросит, он все узнает.
Сяо Лю вышел и увидел Тянь Эр, заучивающую рецепты лекарственных трав. Он сказал ей: "Я оставляю клинику Хуэй Чунь в твоих руках. Если Лао Му будет грустить, скажи ему, что люди приходят и уходят, а пройденного вместе расстояния уже достаточно".
На глаза Тянь Эр навернулись слезы, и она молча опустилась на колени и поклонилась Сяо Лю: "Будь предана Лао Му, ты умная девушка, поэтому не обращай внимания на мелочность Чунь Тао. Жизнь непредсказуема, Ма Цзы и Чунь Тао могут полагаться только на тебя и Чунь Цзы, а ты и Чунь Цзы можете полагаться только на Ма Цзы и Чунь Тао".
Сяо Лю повернулся и быстро вышел. Покинув клинику Хуэй Чунь, независимо от того, получится у него выбраться из города или нет, он уже никогда не сможет сюда вернуться. Почти 30 лет дружеского общения закончились. Возможно, в следующий раз их пути пересекутся перед могилами Ма Цзы и Чуань Цзы.
Сяо Лю шел по улице и здоровался со всеми соседями. За последние 20 лет он стал очень приятным человеком, и все улыбались ему в ответ. Один сказал: "Брат Лю, горячий пирог с мясом из духовки, съешь один!". Другой сказал: "Брат Лю, спасибо за средство от головной боли в прошлый раз". Сяо Лю улыбался в ответ и отвечал каждому. Даже если бы он шел по той же дороге десятки лет спустя, даже если бы места не менялись, никто бы не поприветствовал его в то время.
Сяо Лю прибыл в резиденцию Цзиня, вошел через черный ход и сразу же сказал охраннику, кто он такой. Охранник отправился за Цзин Е, которая пришла в ярость: "Опять ты!".
Сяо Лю ухмыльнулся: "Извини за беспокойство, я здесь, чтобы увидеть вашего молодого господина". Цзин Е закатила глаза и повернулась, чтобы уйти, Сяо Лю последовал за ней. Все было как в прошлом году, повсюду цвели цветы, а в коридорах висело множество ветряных колокольчиков из ледяных кристаллов, которые охлаждали воздух.
Цзин Е привела Сяо Лю в кабинет, а внутри Цзин сидел за столом и слушал доклад двух помощников. Сяо Лю отошел в сторону и наслаждался цветами, пока они не закончили разговор. Цзин Е зашла внутрь, чтобы объявить Сяо Лю, а Цзин вышел и спросил: "Что случилось?".
Сяо Лю лукаво улыбнулся, Цзин знал, что он не пришел бы просто так. Сяо Лю обернулся: "Принц Сюань Юаня Чжуань Сюй ждет меня в клинике Хуэй Чунь, чтобы отвести к Великому Императору королевства Гао Синь".
Цзин медленно сказал: "Я буду сопровождать тебя в Гао Синь. Великий Император - мудрый правитель, он не станет причинять тебе вреда".
"Для меня не имеет значения, мудрый он или нет. Я не хочу с ним встречаться!"
Цзин спросил: "Ты хочешь убежать?". Сяо Лю улыбнулся: "Да, я хочу убежать".
Цзин ответил: "Это будет очень трудно".
Сяо Лю кивнул с улыбкой: "Это очень трудно, если бы это не было трудно, я бы не был здесь с тобой. У клана Ту Шань должен быть тайный выход из города. Ты поможешь мне сбежать".
"Хорошо!"
Улыбка Сяо Лю застыла, и он уставился на Цзиня: "Если ты сбежишь, то выступишь против императорского вызова Великого Императора. Чжуань Сюй пошлет людей, чтобы выследить нас, и если мы будем продолжать сопротивляться, он без колебаний убьет. Путь предстоит опасный, и даже если мы спасемся, ты станешь врагом королевств Гао Синь и Сюань Юань".
Цзин взял Сяо Лю за руку и потянул его в кабинет, а потом сказал Цзин Е: "Приготовь одежду, я забираю Сяо Лю и покидаю город Цин Шуй".
Цзин Е, должно быть, услышала их слова и в ярости посмотрела на Сяо Лю, но сдержалась: "Мой господин, нет необходимости подвергать вас опасности, я попрошу двух людей сопровождать мастера Лю за город. Я поставлю свою жизнь на карту, чтобы защитить его".
Цзин мягко сказал: "Приготовь для нас одежду".
Цзин Е знала, что Цзин все решил, поэтому не посмела возражать и пошла готовить одежду.
Цзин Е принесла два комплекта одежды, они переоделись в них и уложили волосы так, что стали похожи на гонцов, путешествующих с места на место. Цзин Е достала коробку, внутри которой лежали две куклы. Они не были вырезаны из дерева, а были пушистые, как хвост животного. Сяо Лю заинтересовался и хотел потрогать, но Цзин Е отмахнулась от него: "Это кукла, сделанная из хвоста девятихвостой лисицы возрастом десять тысяч лет. Она очень редкая. Девятихвостая лиса лучше всех умеет перевоплощаться, а в хвосте собирается вся сила. Эти два хвоста обладают десятками тысяч лет силы. Если использовать их для создания поддельных людей, то даже если мертвые бывшие императоры вернутся к жизни со своей силой, они не смогут их отличить".
Цзин уколол средний палец и коснулся куклы, и она превратилась в точную копию Цзиня. Поддельный Цзин передал другую куклу и мягко сказал Сяо Лю: "Ей нужна капля твоей крови".
Если бы Сяо Лю не видел этого своими глазами, он бы подумал, что поддельный Цзин - настоящий, а сидящий рядом настоящий Цзин - поддельный. Он уколол палец и капнул кровь на куклу, которая быстро увеличилась и стала такого же размера, как и Сяо Лю, но ее черты лица были размыты.
Цзин Е была удивлена: "Как такое может быть, это же сокровище, оставленное предками Ту Шань, а я никогда не слышала, чтобы оно так преображалось".
Сяо Лю нервно рассмеялся: "Наверное, потому что я выгляжу так просто, что кукла не может распознать". Цзин встал, коснулся лица поддельного Сяо Лю и изменил его черты так, что оно стало похоже на Сяо Лю.
Сяо Лю вздохнул с облегчением: "Отлично, отлично, теперь все в порядке".
Кукла Сяо Лю засмеялась, как Сяо Лю, и заговорила точно таким же голосом, как и он: "Ты даже не знаешь, на кого ты похож, зачем винить меня?".
Лицо Сяо Лю побелело, и он сердито пригрозил: "Ты - мертвая лиса, так что заткнись, пока я тебя не сжег!".
Поддельный Сяо Лю охнул и подошел к поддельному Цзиню, который похлопал его по руке, чтобы успокоить. Сяо Лю был шокирован, а Цзин Е с гордостью сказала: "Если бы это не было так похоже, то они не были бы редким сокровищем".
Сяо Лю спросил Цзиня, каков его план.
"Пусть они прикинутся двумя слугами и уйдут с партией товара. Мы изменим внешность, притворимся посыльными и уедем из города в другую сторону с группой отъезжающих гонцов".
Цзин Е сразу же предостерегла: "Это слишком опасно. Если князь Чжуань Сюй обнаружит, что вы пропали, он расставит повсюду людей, которые будут искать людей, использующих божественные силы. Силы моего господина восстановились и он может скрыть их, но мастер Лю не может".
Цзин приказал: "Отведите их переодеться". Цзин Е поняла, что он все решил, и пошла с двумя куклами.
Цзин подошел к Сяо Лю: "Если ты изменишь внешность, это поможет избежать обнаружения?" Сяо Лю колебался, а затем кивнул. Цзин улыбнулся: "Тогда мы приступим к выполнению плана".
Сердце Сяо Лю бешено колотилось: "Ты всегда знал, что я могу изменить свое лицо?"
Силу трансформации было не так уж сложно изучить, но только те, кто обладает большой силой, могут по-настоящему трансформироваться и избежать обнаружения. С силой Сяо Лю никто бы не поверил, что он, используя этот навык, может избежать обнаружения с помощью искателя магических предметов.
Цзин сказал: "Клан Ту Шань не просто из племени Бога. Один из наших предков был далеким первородным девятихвостым лисом. Поэтому род Ту Шань может трансформироваться. У меня есть духовный глаз, и я обычно могу видеть сквозь все трансформационные и маскирующие заклинания и силы. Именно так я смог увидеть истинное лицо А Нянь и знал, что ее нужно избегать. Но в тебе все кажется настоящим даже мне, только инстинкт подсказывает, что твое лицо фальшивое. Вот почему я не могу оставить тебя. Если я уйду, а ты исчезнешь, это будет бесследно".
Сяо Лю был ошеломлен. Цзин все время знал, что он фальшивый.
Цзин Е вернулась: "Все готовы, но снаружи уже стоят люди и следят за резиденцией, вероятно, их послал принц Чжуань Сюй".
Цзин Е привезла карету и превратилась в старика. Сначала в карету сели куклы, а затем Цзин Е открыла потайное отделение, в котором могли поместиться два человека. Сяо Лю и Ши Ци протиснулись внутрь, а когда Цзин Е наклонилась, чтобы закрыть его, она прошептала: "Мой господин, он позволил вам остаться только на 6 лет. Клан Ту Шань может отплатить ему другим способом. Зачем подвергать себя опасности?"
Цзин спокойно сказал: "Через три дня ты вернешься в Цин Цю, если я успешно сбегу, то найду тебя там. Если нет, вы с Лан Сян найдете себе пару и поженитесь". Он закрыл секретное отделение.
Цзин Е поджала губы, чтобы не разрыдаться.
Карета тронулась, стало темно, и Сяо Лю и Цзин прижались друг к другу из-за тесноты. Когда Сяо Лю отправился на поиски Цзиня, это был импульсивный поступок. Он хотел увидеть, как Цзин окажется в затруднительном положении, хотел услышать, как Цзин будет уговаривать его пойти к Великому Императору, и что в этом нет ничего страшного. Сяо Лю хотел услышать все это собственными ушами, чтобы использовать этот жестокий метод и оборвать последние нити тоски в его сердце, чтобы уйти без забот, чтобы позволить Вэнь Сяо Лю исчезнуть навсегда без всякой печали.
Но когда Сяо Лю сказал, что не хочет идти, а Цзин не спросил почему он предпочел рискнуть жизнью чтобы сбежать, и не подумал о собственной опасности, прежде чем согласиться помочь ему бежать, тоска в сердце Сяо Лю разрослась, а не оборвалась.
Карета попала в аварию, и Цзин и Сяо Лю смогли выбраться из нее под видом городских гонцов. Фальшивые Цзин и Сяо Лю продолжили путь в карете, а Цзин и Сяо Лю вернулись в город Цин Шуй с группой гонцов.
Группа продолжала путь до темноты, когда они вернулись в гостиницу, чтобы поужинать, а затем переночевать на улице, охраняя перевозимые товары. Было лето, поэтому ночью было не холодно. Весь город спал, и звезды были особенно яркими. Сяо Лю поднял голову, чтобы посмотреть на звезды, и захотел утиную шею, чтобы погрызть ее и почувствовать себя путешественником, а не беглецом.
Цзин сказал: "Если ты устал, спи".
Сяо Лю ответил: "За городом сумасшествие, не так ли?". Чжуань Сюй думал, что он уехал из города, поэтому искал за городом, но на самом деле он все еще был в городе.
Цзин объяснил: "Завтра группа гонцов отправится в Гао Синь". Сяо Лю рассмеялся, Чжуань Сюй никогда бы не подумал, что он убегает от поездки в Гао Синь, а затем направляется в Гао Синь. Сяо Лю сказал Цзиню: "Я думал, ты такой честный, кто знал, что ты такой хитрый".
Цзин сказал: "Завтрашний день будет утомительным, отдыхай, доверься мне". Сяо Лю посмотрел на звезды и ничего не сказал. Хриплый голос сказал: "Я - Ши Ци".
Сяо Лю по-прежнему смотрел на звезды и ничего не говорил, но через несколько мгновений его голова медленно наклонилась и легла на плечо Ши Ци. Ши Ци не смел пошевелиться, словно боялся спугнуть его. Пока он не услышал, что Сяо Лю спит, он слегка повернул голову и посмотрел на спящего Сяо Лю.
На рассвете Ши Ци и Сяо Лю последовали с группой за город, направляясь на юг. Там был установлен контрольно-пропускной пункт с очень строгим досмотром, и очереди на прохождение были длинными. Разговоры о том, зачем это нужно, перешли в обсуждение того, что солдаты Сюань Юань и Гао Синь участвуют в каком-то обыске.
Дошла очередь до Сяо Лю и Ши Ци, и женщина взяла в руки магическое зеркало и посветила им на лица, чтобы показать истинную форму каждого. Тех, кто трансформировался, отводили в сторону для дальнейшего допроса. Сяо Лю подошел для проверки, зеркало ничего не показало, и он прошел. То же самое сделал и Ши Ци.
После прохождения проверки Ши Ци и Сяо Лю посмотрели друг на друга и продолжили путь. Из-за проверки группа уже опаздывала, поэтому лидер велел всем ускорить шаг. К ночи они прибыли к границам королевства Гао Синь. Две высокие горы обрамляли ворота с контрольно-пропускным пунктом. Поскольку Чжуань Сюй не думал, что Сяо Лю приедет в Гао Синь, на КПП не было дополнительных людей, они беспрепятственно вошли внутрь.
Вечером группа вошла в город, и все остановились в гостинице. Сяо Лю попросил принять ванну с горячей водой, а когда вышел и переоделся в свежую одежду, увидел, что Ши Ци уже закончил мыться. Ши Ци взял полотенце, чтобы вытереть волосы. Сяо Лю спросил: "Значит, мы успешно сбежали?".
Ши Ци ответил: "Когда мы вошли, рядом было очень сильное существо, поэтому я полностью скрыл свою ауру. Я не знаю, заметил ли он нас".
Сяо Лю сказал: "Возможно, это высокопоставленный генерал Гао Синь, который находится здесь". Но он не чувствовал себя так спокойно.
Ши Ци сказал: "Неважно, кто это, мы должны быть начеку. Сегодня хорошо отдохни".
Посреди ночи Сяо Лю услышал шум и сразу же поднялся. Он увидел, как Ши Ци вылил всю воду в комнате на землю вокруг них, а затем сказал: "Армия богов окружила гостиницу, и среди них есть два очень сильных. Я не могу победить даже одного из них".
Сяо Лю усмехнулся: "Если мы успешно сбежим, то я буду разочарован в Чжуань Сюе. Он очень способный".
Ши Ци сказал: "Я подвел тебя".
"Нет, не подвел! Чжуань Сюй использовал силу двух королевств, чтобы преследовать нас. Ты помогал мне в одиночку. Это чудо, что мы так далеко убежали".
Ши Ци спросил: "Насколько сильно ты не хочешь видеть Великого Императора?"
Сяо Лю подумал: "Я скорее умру, чем увижу его".
Ши Ци вложил в руку Сяо Лю ранец в форме лисы: "Я не могу их победить, но я могу их задержать. Мое крылатое животное на северо-востоке. Беги в том направлении, потом подними ранец и крикни как лиса. Он прилетит и подберет тебя".
Сяо Лю схватил Ши Ци за руку: "Они убьют тебя?"
"Я Ту Шань Цзин, даже если бы Великий Император был здесь, он бы подумал, прежде чем убить меня. Простые генералы даже не посмеют".
Сяо Лю рассмеялся: "Тогда я оставлю тебя и убегу".
Ши Ци схватил его за плечо, его голос слегка дрожал: "Дай мне увидеть твое истинное лицо".
Сяо Лю улыбнулся и покачал головой: "Нет".
Ши Ци смотрел на Сяо Лю с невыразимой печалью в глазах. Как только он уйдет отсюда, Сяо Лю сможет стать кем угодно. Как только Сяо Лю перестанет быть Сяо Лю, Ши Ци уже никогда не сможет его найти.
Сяо Лю уставился на него: "Ты все еще готов рискнуть навлечь на себя гнев Великого Императора и помочь мне сбежать?"
Ши Ци кивнул.
До них донесся рокочущий голос Чжуань Сюя: "Вэнь Сяо Лю, тащи сюда свою жалкую задницу! Если ты снова сбежишь, я сломаю тебе обе тощие ноги!"
"Переоденься в одного из их солдат и убегай", — сказал ему Ши Ци.
Ши Ци превратил воду в дым, и она превратилась в туман вокруг него. Он превратился в Вэнь Сяо Лю, подошел к окну и открыл его. Чжуань Сюй сказал: "Теперь ты послушно выйдешь сюда, и я подумаю, не заставить ли тебя сильно страдать".
Туман постепенно распространился из комнаты и выплыл наружу, стал таким плотным и густым, что образовал лабиринт. Чжуань Сюй был в ярости и приказал немедленно остановить туманный лабиринт.
Сяо Лю мог видеть в лабиринте благодаря лисьему ранцу, который дал ему Ши Ци. Он превратился в одного из слуг Чжуань Сюя и бесшумно выскользнул из трактира.
Сяо Лю побежал на северо-восток, высоко поднял лисий ранец, и оттуда спустился большой журавль. Сяо Лю забрался на спину журавля, и тот улетел на северо-восток. Сяо Лю оглянулся и почувствовал себя не в своей тарелке.
До него донесся сердитый громовой голос Чжуань Сюя: "Вэнь Сяо Лю, тот, кто сейчас с тобой - Е Ши Ци. Мне не составит труда убить этого человека".
Сяо Лю вздохнул - он действительно мог быть холодным и бессердечным в мгновение ока, основательным и непреклонным. Неудивительно, что Желтому Императору понравился Чжуань Сюй.
Сяо Лю снова превратился в Вэнь Сяо Лю и повернул назад. Через некоторое время он увидел, что к нему летит Чжуань Сюй, а позади него в клетке сидит Ши Ци.
Слуга вышел вперед, и Сяо Лю позволил себя схватить. Чжуань Сюй холодно посмотрел на Сяо Лю и приказал: "Сломай ему обе ноги". Слуга нанес удар по обеим ногам Сяо Лю, и сломал их. Сяо Лю рухнул на землю.
"Брось его в клетку".
Сяо Лю бросили в клетку, и он пополз к Ши Ци "Ши Ци....Ши Ци.....".
Глаза Ши Ци были плотно закрыты, он был без сознания. Сяо Лю осмотрел его и расслабился, Ши Ци использовал все свои силы один, чтобы сражаться со многими, поэтому он истощил всю свою энергию и потерял сознание. У него не было внутренних повреждений, и его жизни ничего не угрожало.
Ноги Сяо Лю мучительно болели, он оперся на Ши Ци и бормотал про себя: "Если бы я знал, что бежать так больно, я передумал бы. Но если бы я не бежал, то никогда бы не узнал, что ты готов на все ради меня. Но что же мне теперь делать? Было бы лучше, если бы ты не помог мне. Я мог бы легко оборвать свою тоску и надежду. Или когда нас окружили, было бы лучше, если бы ты не сказал мне бежать одному. Жизнь Сянь Тянь Эр - это борьба, и когда мужчина думает, что помогает ей, облегчая ее борьбу, он ввергает ее в другой вид борьбы. Теперь она борется со страхом, что однажды он ее бросит, и она снова остается в одиночестве. Какой из этих двух видов борьбы труднее? Возможно, большинство женщин предпочитают бороться с мужчиной, облегчающим ее бремя, по крайней мере, в этом есть какое-то счастье, какая-то надежда, что мужчина однажды не оставит ее. Но я не такой! Я бы предпочел страдать в одиночестве, бороться в одиночку, потому что, по крайней мере, мои руки свободны. Боль заставляет меня надеяться на спасение, руки мужчины заставляют меня бояться, что он отпустит. Тогда я бы протянул руки и крепко прижался к нему, крепко собрал бы все счастье. Сейчас Сянь Тянь Эр может спастись, потому что я ей помог. Но кто поможет мне? Боги могут помочь людям, но кто поможет Богам? Никто! Я все еще чувствую, что безопаснее спрятаться в своей скорлупе. Я уже так много страдал в своей жизни, я не хочу страдать еще больше, я не хочу, чтобы мне причиняли еще больше боли.....".
Через день и ночь Сяо Лю и Ши Ци достигли Горы Пяти Богов.
Чжуань Сюй приказал бросить их в тюрьму из драконьей кости. Сяо Лю улыбнулся, его попытка побега очень разозлила Чжуань Сюя. Эта печально известная тюрьма из драконьей кости не предназначена для обычного заключенного.
Тюремщики были очень грубы с Сяо Лю и специально пинали его сломанные ноги. Но они были очень осторожны с все еще бессознательным Ши Ци и аккуратно поместили его в камеру.
Похоже, Чжуань Сюй тоже был очень зол на Ши Ци, который помог Сяо Лю сбежать, поэтому хотел заставить его немного пострадать, чтобы он научился не бросать вызов императорской власти, которой является принц Сюань Юань. Но он все еще опасался его фамилии Ту Шань, поэтому он только запер его в камере, не добавляя новых оскорблений.
Дверь камеры закрылась, и Сяо Лю подполз к Ши Ци, несколько раз сердито ударил его, а затем прижался к нему. В камере была кромешная тьма, и Сяо Лю закрыл глаза, чувствуя волны боли от удара по ногам. Постепенно он тоже потерял сознание от боли.
Когда Сяо Лю очнулся, он не знал, сколько времени прошло, но почувствовал, что кто-то держит его за руку. Он пошевелился и услышал голос Ши Ци: "Сяо Лю, ты очнулся?".
"Да, мне больно, потому что я слишком долго лежал".
Ши Ци сел и хотел помочь Сяо Лю подняться, но коснулся его ноги, и Сяо Лю вскрикнул от боли. Ши Ци обнял его: "Тебе больно?"
"Да".
"Где?
"Мои ноги".
Ши Ци потрогал ноги Сяо Лю, боль уменьшилась, но Сяо Лю быстро сказал: "Ты тоже ранен, не используй свои силы".
Ши Ци проигнорировал его и коснулся другой ноги, а Сяо Лю крикнул: "Будь умницей!".
Ши Ци ничего не сказал, и после того, как он коснулся ног, Сяо Лю почувствовал, что боль сильно уменьшилась. Ши Ци помог Сяо Лю подняться и облокотиться ему на плечо, чтобы было удобнее. Ши Ци спросил: "Ты не хочешь видеть Великого Императора, потому что он убьет тебя, если увидит?".
Сяо Лю понял, что Ши Ци не пытался допытываться, а хотел узнать, что Великий Император сделает с Сяо Лю, чтобы он мог обдумать правильный план, который обеспечит безопасность Сяо Лю. Сяо Лю замолчал на мгновение, а затем сказал: "Он не убьет меня".
Судя по тому, как Сяо Лю отчаянно пытался убежать, Чжуань Сюй, должно быть, тоже понял это неправильно. Великий Император убил всех пятерых своих младших братьев, а также все их семьи и потомков. Но ходили слухи, что у пяти принцев осталось тайное потомство, которое странствовало по миру. Чжуань Сюй, скорее всего, считал Сяо Лю тайным отпрыском одного из Пяти Князей.
Ши Ци не чувствовал себя спокойно: "Этот мир сводится в конце концов к выгоде, а на самом деле это просто деловая сделка. Даже если это Желтый Император или Великий Император, я могу заключить с ними сделку".
Сяо Лю рассмеялся: "Я не хочу видеть Великого Императора по другой причине. Ши Ци, не волнуйся за меня, я ставлю свою жизнь на то, что Великий Император не убьет меня!".
Ши Ци мог сказать, что Сяо Лю говорит серьезно, поэтому расслабился. Сяо Лю улыбнулся, каждый человек должен чувствовать себя счастливым, когда другой беспокоится о его благополучии.
Ши Ци спокойно обнял Сяо Лю, а Сяо Лю спокойно слушал биение его сердца. В этом месте смерти, отделенном от мира соблазнов и пут, сложные отношения между мужчиной и женщиной были такими простыми. Здесь были только он и она. Сяо Лю вдруг почувствовал, что находится здесь, и это успокаивало.
Сяо Лю сказал: "Как насчет того, чтобы никогда отсюда не уходить".
"Хорошо."
"Что хорошо?"
"Хорошо остаться здесь".
"Что именно?"
"Только ты. И я."
Сяо Лю рассмеялся, зная, что Ши Ци тоже все понимает. В жизни было так много всего, что усложняло жизнь только из-за обстоятельств. Пожилая супружеская пара, живущая в далеких уединенных горах, была предметом зависти многих людей, живущих гламурной жизнью, полной конфликтов.
Сяо Лю спросил: "Ши Ци, ты так добр ко мне, потому что возвращаешь долг?".
Тело Ши Ци напряглось, и он долгое время ничего не говорил. Сяо Лю прислонился к нему и чувствовал, что его сердце бьется так быстро, что может вырваться из груди. Сяо Лю небрежно добавил: "Я спас тебя, позволил тебе остаться на 6 лет, и теперь ты сделал для меня все и даже больше. Когда мы выберемся, мы будем в расчете. Тебе больше не нужно беспокоиться, я никогда не приду просить тебя о чем-либо и не доставлю тебе неприятностей. Я обещаю держаться от тебя далеко-далеко…".
Рот Сяо Лю был внезапно закрыт рукой Ши Ци. Сяо Лю боролся, но Ши Ци не отпускал его руку. Наконец Сяо Лю шаловливо лизнул языком центр ладони, и Ши Ци словно ударило током, и он отпустил его. Сяо Лю тоже был потрясен тем, что он только что сделал, его рот был открыт, а все лицо пылало красным.
Они оба застыли в молчании.
Наконец Ши Ци заговорил: "Я не оставлю тебя".
"Почему? Почему не уйдешь? Из-за благодарности? Я же сказал, что ты ее отплатил".
Ши Ци не ответил и упрямо повторил: "Я не оставлю тебя".
"Что? Тогда ты хочешь остаться со мной до конца жизни?"
Ши Ци замолчал на мгновение, а затем сказала с абсолютной уверенностью: "Всю жизнь".
Сяо Лю вздохнул: "Я мужчина, не кажется ли тебе, что ты ведешь себя странно".
На этот раз ответ Ши Ци был мгновенным: "Ты девушка".
Сяо Лю действительно чувствовал, что Ши Ци уже давно знает, что она девушка, но откуда Ши Ци знает? "Почему ты так уверен? Даже Сян Лю, будучи настолько умным, не может быть абсолютно уверен, что я девушка".
Ши Ци мягко усмехнулся: "Это потому, что он не видел тебя…" Он внезапно замолчал.
"Что видел?"
Ши Ци отказался объяснять, поэтому Сяо Лю стало еще любопытнее: "Что видел?" Сяо Лю кокетливо сжала руку Ши Ци и прохрипела: "Что не видел? Скажи мне! Скажи мне!"
Сяо Лю всегда вела себя как развязный мужчина, и впервые показала себя с девичьей стороны. Даже в темноте, когда Ши Ци не мог разглядеть ее лица, он уже был побежден. Он сказал: "Когда я купался в первый раз после того, как окреп, ты сидела в сторонке, и я заметил... как ты увидела мое тело... я понял ты... меня....".
Сяо Лю вскрикнула, а затем закрыла лицо: "Ты лжешь! Я не делала этого, не делала!"
"Я не лгу."
"Ты лжешь, это абсолютная ложь. Я никогда не краснею".
"Я не вру".
Ши Ци обычно уступал Сяо Лю, но впервые он был настолько упрям и не желал уступать ей. Сяо Лю развернулась и отказалась сидеть рядом с Ши Ци или разговаривать с ним, используя действия, чтобы показать, что Ши Ци лжет, и пока он не признает это, она не собирается с ним разговаривать.
Ши Ци позвал Сяо Лю, но она не отозвалась, он слегка потянул ее, но она проигнорировала его. Он боялся, что у нее болит нога, поэтому не хотел применять силу.
Ши Ци молчал, пока Сяо Лю не почувствовала себя обиженной и не зарычала: "Такая мелочь, а ты даже не уступаешь мне".
Ши Ци ответил: "Это не мелочь".
Сяо Лю надулась: "Если это не мелочь, то что тогда считать мелочью?"
Ши Ци медленно заговорил: "С самого рождения я был драгоценным ребенком, самым совершенным. Однажды женщина десять лет училась танцевать только для того, чтобы я бросил на нее один взгляд. Знаменитый шахматный мастер приехал издалека и прожил семь лет только для того, чтобы я сыграл с ним один матч. Мне предлагали десятки тысяч только за то, чтобы я написал портрет. Некоторые называли меня мастером, если я рисовал одного персонажа. Я думал, что это и есть тот, кем я был. Этот человек запер меня и мучил два года, каждый день говоря мне, что я ничтожество. Я не хотел возражать и молча терпел его пытки. Он был так расстроен, что сказал, что может доказать мне это. Он водил меня по всем местам, где я когда-то жил, и поставил меня, искалеченного, грязного, в лохмотьях, не умеющего говорить, вонючего, посреди шумного города. Люди проходили мимо меня, и ни один человек не посмотрел на меня так, как он и сказал. Часто я видел знакомых людей и хотел подползти к ним, чтобы попросить о помощи, но они просто бросали мне деньги и тут же уходили с отвращением. Наконец-то я понял, что кроме дорогой одежды на мне ничего нет. Тогда он полностью уничтожил меня. Он бросил меня в реку, даже не потрудившись убить, потому что знал, что уже убил меня внутри. Я долго плыл, пока не лег на бревна. Я знал, что так и умру, и все, чего я хотел, это еще раз почувствовать солнечный свет. Поэтому я с трудом поднялся к солнцу, а потом потерял сознание, зная, что больше не увижу солнца и не проснусь. Но Небеса, позволили тебе появиться…"
Сяо Лю уже давно забыла о злости, медленно повернулась и положила голову на плечо Ши Ци, чтобы послушать его рассказ. Лоб Ши Ци лежал на волосах Сяо Лю: "Я не мог открыть глаза, поэтому не мог увидеть тебя. Я мог только чувствовать. Ты не хотела, чтобы я боялся, поэтому сказала мне свое имя. Ты не хотела, чтобы мне было стыдно, и рассказывала мне анекдоты. Ты осторожно вытирала мой пот, обнимала меня и мыла мои волосы, которые не мыли уже три года. Я знал, насколько отвратительным и ужасным было мое тело, но ты относилась к нему как к сокровищу и заботливо ухаживала за ним. Три года пыток и деградации, тело, на которое даже я не мог смотреть и не мог спокойно выйти за дверь, в тот день ты помогла мне принять ванну и, увидев мое тело, покраснела. В тот миг я действительно переродился. В твоих глазах я все еще был мужчиной... мужчиной, который повлиял на тебя..."
Сяо Лю закричала: "Не смей больше говорить ни слова!".
Глаза Ши Ци затуманились слезами, и они брызнули на волосы Сяо Лю, но его голос был полон веселья: "Когда ты вынесла меня из ванны, ты даже не осмелилась посмотреть на меня, прежде чем положить на топчан. Ты убежала еще до того, как закончила говорить. Как я мог подумать, что ты мужчина?"
Сяо Лю ударила его в грудь и проворчала: "Какой же ты хитрый! А я-то думала, что ты самый честный! Меня обманули!"
Ши Ци продолжал: "В тот день я оделся и вышел за дверь, стоял под солнцем, чувствуя свежий воздух, чего не делал уже давно. В глазах других это было обычным делом, но для меня это было возрождением и новым шансом. Сяо Лю, я решил, что никогда не оставлю тебя".
Сяо Лю сказала: "Возрожденный феникс должен быть сначала испепелен. Но ты никогда не сможешь избежать своего прошлого Ту Шань Цзин".
"Мой отец умер вскоре после моего рождения. У меня есть старший брат-близнец по имени Ту Шань Хоу. Он отличается от меня с рождения, ему нравится разводить зверей и он очень активный человек. Я же любил искусства и был очень утонченным. Но мы оба были очень хороши в бизнесе, даже если наши методы отличались. Мы были равны, и ни один из нас не был лучше другого. Поскольку мы были близнецами, мы учились всему вместе, и люди сравнивали нас. Я был лучше в классических искусствах, но он был сильнее в духовных силах. Но наша мать всегда была очень холодна к нему, что бы он ни делал. Из-за ее отношения к нему окружающие хвалили меня и высмеивали его. Мой брат очень старался и пытался заслужить одобрение нашей матери, но она не только не одобряла его, но и делала все возможное, чтобы принизить его. Что бы я ни делал, она хвалила меня. Под контролем нашей матери власть в семье оказалась в моих руках. Она нашла для меня невесту в лице дочери влиятельной семьи Фан Фэн, но в жены моему брату дала только служанку. Я поднял шум из-за брата, но он продолжал пытаться завоевать ее расположение и женился на служанке. Однако наша мать продолжала холодно относиться к нему. Когда она умирала, мой брат дал ей лекарство, но она швырнула его ему в лицо и сказала, чтобы он убирался. Она сказала, что он ей противен. Мой брат наконец сломался, заплакал и спросил, почему она так поступает. Она в ярости набросилась на него и сказала, что он не может сравниться со мной, что у него отвратительное сердце и ум, что он не может сравниться даже с пальцем на моей ноге. Она умерла вскоре после этого, и я был очень опечален, но чувствовал, что мой брат опечален еще больше. Он не просто потерял мать, он потерял любой шанс на ее одобрение. После ее смерти он начал пить и говорил всем, что в этом мире достаточно одного Ту Шань Цзиня, не нужно жалкого бесполезного Ту Шань Хоу. Наша бабушка не хотела, чтобы он покончил с собой, и в конце концов рассказала правду. Он не был сыном моей матери, он родился у нашего отца от служанки. Служанка покончила с собой после того, как родила его. Поскольку он родился на 8 дней раньше меня, наша бабушка объявила, что мы близнецы. После того как он услышал это, он перестал пить и взял себя в руки. Я чувствовал себя очень плохо из-за этого всего, поэтому относился к нему очень хорошо. Это радовало нашу бабушку, она часто хвалила меня за то, что я такой заботливый. Она сказала моему брату, чтобы он всегда мне помогал. После смерти моей матери прошло четыре года, и бабушка решила устроить мою свадьбу и объявить всему миру, что я стану главой клана. Однажды ко мне пришел брат и предложил поговорить. Я пошел с ним, ничего не подозревая, а когда очнулся, то оказался в глубокой темной тюремной камере, мои силы запечатаны, а конечности скованы цепями из драконьей кости".
Ши Ци говорил без остановки, чтобы дойти до этого момента, но мучительные пытки, бесконечная деградация, все это вернулось, и в темноте его тело крепко сжалось. Сяо Лю быстро прижалась к нему и тихо прошептала: "Это не та тюрьма, я здесь, Ши Ци, я здесь".
Ши Ци зарылся лицом в волосы Сяо Лю и через некоторое время смог успокоиться. "Когда меня пытали и стыдили, я думал о том, чтобы заставить его заплатить, когда выйду. Но если бы это случилось, то даже если бы я выжил, часть меня все равно была бы мертва. Я никогда не стал бы полноценным человеком, я был бы лишь тем, кто мучается от стыда и мести. К счастью, человеком, который спас меня, была ты. Неважно, насколько я был разбит и покрыт шрамами, ты видела во мне только сокровище и заботилась обо мне с нежностью. Неважно, сколько ужасных шрамов было на моем теле, ты всегда оставалась со мной". На этот раз Сяо Лю не стала перебивать Ши Ци и спокойно дала ему закончить.
"Сяо Лю, когда я вижу тебя, в моем сердце нет ненависти и мести, только благодарность. Я благодарен Небесам за то, что они оставили меня в живых, за то, что у меня еще целое тело, за то, что мои глаза еще видят, чтобы я мог видеть, как ты притворяешься глупой, за то, что мои уши слышат, чтобы я мог слышать твои жалобы, за то, что мои руки еще работают, чтобы я мог помочь тебе высушить твои волосы, за то, что мои ноги еще двигаются, чтобы я мог нести тебя. Сяо Лю, я не хочу мстить, я просто хочу быть Е Ши Ци".
Сяо Лю опустила голову.
Ши Ци сказал: "Я не хочу возвращаться, потому что мой брат очень способный и гораздо более безжалостный, чем я. Он больше подходит на роль лидера клана, чем я. Если он будет там, семья будет в порядке. Пока нет Ту Шань Цзиня, Ту Шань Хоу будет лучше всех. Но в тот день я пошел с тобой в ювелирный магазин, не зная, что он принадлежит семье. Цзин Е узнала меня, и весь магазин увидел меня, и вскоре до моего брата дошли слухи, что я жив. Я не хочу мстить и еще меньше хочу быть Ту Шань Цзинем, но как только брат узнает, он будет выслеживать меня, куда бы я ни пошел. Я боялся, что он причинит вред тебе, Лао Му и им, поэтому мне пришлось снова стать Ту Шань Цзинем. Если я буду на виду, то мой брат будет знать, где его цель, и не будет целиться без разбора".
Сяо Лю вздохнула: "Ты не хочешь причинить ему вред, но он хочет причинить вред тебе. Ради собственной безопасности ты должен убить его, но если ты это сделаешь, то не сможешь обрести душевный покой. Его смерть - это мгновенное освобождение, но ты всю жизнь будешь испытывать чувство вины. Я думаю, ты действительно не можешь его убить".
Ши Ци был так счастлив: "Я знал, что ты поймешь и поддержишь меня. Цзин Е и они не могут понять, почему я не хочу отомстить".
Сяо Лю сказала: "Я не такая, как ты. Ты добрый, а я практичная".
Ши Ци сказал низким голосом: "Ты практична для моего же блага".
Сяо Лю хмыкнула, но ничего не сказала.
Дыхание Ши Ци было неровным, а сердцебиение учащенным. Сяо Лю знала, что он хотел сказать, но стеснялся. Поэтому она не спешила, а прижалась к его плечу, как кошка, и терпеливо ждала.
"Сяо Лю, я знаю, что помолвлен и не имею права говорить тебе это, я никогда не осмеливался, но я отменю помолвку, я отменю помолвку! Ты подождешь меня двадцать лет… нет… нет, пятнадцать лет. Ты отдашь Ту Шань Цзиню пятнадцать лет, а через пятнадцать лет я верну тебе Е Ши Ци".
Сяо Лю спросила: "Как ты хочешь, чтобы я ждала?".
"Ты не позволишь другому мужчине войти в твое сердце".
Сяо Лю молчала.
В темноте Ши Ци не мог видеть выражение лица Сяо Лю, и он так нервничал, что перестал дышать.
Сяо Лю внезапно разразилась смехом, и Ши Ци не знал, смеется она над ним из-за его смелой просьбы или …
Сяо Лю сказала: "Ты, ты действительно меня совсем не знаешь. Мое сердце холодно, и оно покрыто твердой оболочкой. Забудь о пятнадцати годах, скорее всего, через пятьдесят лет не найдется человека, который войдет в него".
Ши Ци спросил: "Так ты согласна? Давай пообещаем на ладони".
Сяо Лю лениво подняла ладонь, Ши Ци почувствовал, где она находится, а затем торжественно прижал свою ладонь к ее. После того как они соединили ладони, он не отпустил, а крепко сжал ее руку: "Сяо Лю, я... я так счастлив". Его голос дрожал, а сердце взлетало вверх.
Сяо Лю улыбнулась: "Ты сказал, что все сводится к деловой сделке, так почему мне кажется, что я не получаю лучшей части сделки?".
Ши Ци сжал ее руку: "Это не относится к любви, любовь никогда не измеряется прибылью или убытками. Семейная любовь, любовь братьев и сестер, дружба, романтическая любовь - все это кажется таким простым, но это редкое сокровище, которое нельзя купить ни за какие деньги."
Сяо Лю хихикнула: "Говорят, Ту Шань Цзин - проницательный бизнесмен и отличный собеседник. Я не верила в это, так как ты всегда так глупо смотришь вокруг меня и редко разговариваешь. Сегодня я наконец-то поверила".
Ши Ци легко рассмеялся, и его смех был таким же, как и его характер - мягким, спокойным, чистым.
Сяо Лю сказала: "Ши Ци, я не такая, как ты. Я не бизнесмен, но я знаю, что я безжалостный человек. Я безжалостна к другим и еще более безжалостна к себе. Ты знаешь это?"
"Да."
Сяо Лю рассмеялась: "Правда?"
Ши Ци сказал: "Я знаю, что ты никогда не даешь себе надежды, поэтому ты не доверяешь первой и не отдаешь первой. У тебя настоящее сердце, но если другой не оценит его, то ты не дашь. Я готов ждать, ждать, пока ты не захочешь надеяться".
"А если за всю жизнь я не захочу?".
"Тогда я буду ждать целую жизнь. Лишь бы ты не исчезла, тогда даже если это будет целая жизнь, она все равно будет счастливой". Ши Ци улыбнулся - Сяо Лю была безжалостна и холодна к себе, но ко всем остальным в своей жизни она была так добра. Лао Му, Чуань Цзы, Май Цзы, Сань Тянь Эр, эти люди были просто прохожими в ее жизни, но она дала им все, что им было нужно для их собственной жизни.
Темнота как смерть, тишина как смерть, самая печально известная тюремная камера в бескрайней пустыне заставляла любого заключенного искать смерти, но Ши Ци и Сяо Лю, разговаривая, даже не чувствовали, что время идет. Ши Ци был так благодарен Чжуань Сюю, что тот запер его в одной камере с Сяо Лю, и только здесь у него хватило смелости открыть свое самое большое желание. Он даже захотел никогда не уходить отсюда, он был готов провести здесь с Сяо Лю всю жизнь. Когда раздались шаги тюремщика, Ши Ци показалось, что прошло слишком мало времени.
Тюремщики вежливо приветствовали их, изменив отношение, и даже принесли носилки, чтобы бережно нести Сяо Лю. Ши Ци не хотел, чтобы они трогали Сяо Лю, поэтому подхватил ее на руки и вынес из тюремной камеры. На улице был полдень, и солнце было таким ярким, что причиняло боль глазам Сяо Лю, и она быстро закрыла их.
Сяо Лю услышала, как Чжуань Сюй спросил Ши Ци: "Как ты хочешь, чтобы я обращался с тобой здесь. Е Ши Ци или....".
Ши Ци ответил прямо: "Е Ши Ци".
Чжуань Сюй сказал: "Следуй за мной".
Сяо Лю открыла глаза, они шли по краю обрыва. Справа простирался бескрайний океан, волны бились о черные скалы. Сяо Лю вдруг почувствовала, что ее сердце сжалось, она ощутила, что кто-то зовет ее. Она сказала Ши Ци: "К краю океана".
Ши Ци нес Сяо Лю по каменным ступеням, через лес, к краю океана. Стоявший на обрыве Чжуань Сюй не стал их останавливать, а молча последовал за ними.
На утес накатывались очередные волны, синие волны поднимались все выше и выше, и на вершине белая тень понеслась по волнам навстречу Сяо Лю. Белая тень неподвижно стояла на вершине волны, в белом халате и с белыми волосами, в маске. Он стоял посреди волн, как белая лилия, чистая и нетронутая, необыкновенная и прекрасная.
Все слуги бросились вперед, но Чжуань Сюй с недоумением посмотрел на него и спросил: "Сян Лю, ты так сильно хочешь меня убить, что преследовал меня до самой Горы Пяти Богов?".
Сян Лю рассмеялся: "На этот раз я здесь не ради тебя, князь". Он посмотрел на Сяо Лю: "Тебе сломали ноги? Что ты такого сделал, что все солдаты Гао Синь бегают вокруг, как безголовые курицы?"
Сяо Лю вдруг вспомнила, что в Сян Лю был жук, поэтому, когда ей сломали ноги, он должен был это почувствовать. Сяо Лю рассмеялась: "С моей маленькой и ничтожной способностью? Ничего, это просто недоразумение".
Сян Лю сказал: "Под тобой океан".
Сяо Лю поняла, что он сказал. Если бы она прыгнула в океан, то Сян Лю забрал бы ее. Но это была Гора Пяти Богов, а у племени Гао Синь было много генералов, которые обладали водной силой. Сян Лю мог приходить и уходить один, но если бы ему пришлось взять с собой другого человека, это был бы смертный приговор. А если она уйдет, что будет с Ши Ци?
Сяо Лю улыбнулась: "Спасибо, но я не хотела бы задолжать тебе слишком много услуг". Сяо Лю сказала Ши Ци: "Возвращайся".
Ши Ци сошел с камня и пошел обратно. Сян Лю лишь улыбнулся, когда Сяо Лю отказался от его предложения: "Не забывай, что долг, который ты мне должен, мертвый человек не сможет вернуть".
Сяо Лю рассмеялся: "Не волнуйся, я трус, я буду рядом, чтобы ты мог забрать долг".
Глаза Сян Лю скользнули по лицу Ши Ци, а затем остановились на Чжуань Сюе. Он сказал: "Прощай!" и исчез в волнах. Слуги хотели броситься в погоню, но Чжуань Сюй сказал: "Не нужно, он пришел из моря и уйдет в море. В будущем усильте охрану по краю горы".
Сяо Лю смотрела на разбивающиеся волны о зубчатые скалы и чувствовала себя ошеломлённой. Сян Лю преодолел десятки тысяч миль, только чтобы задать ей два вопроса?
Чжуань Сюй подошел к облачной повозке и протянул руку Сяо Лю: "Мы поднимемся на повозке на гору".
Ши Ци посадил Сяо Лю в облачную повозку, и через некоторое время она остановилась у самого большого дворца на Горе Пяти Богов - дворца Чэн Энь. Этот дворец был великолепно украшен, его архитектурное великолепие было известно во всей необъятной пустыне. Легенда гласила, что давным-давно принц Шэн Нонг увидел этот дворец и начал войну с Гао Синь, чтобы заполучить его. Но после восхождения на престол, Великий Император этого поколения избегал экстравагантности, банкетов и женских соблазнов. Весь его гарем состоял из одной супруги, поэтому во дворце Чэн Энь было очень тихо.
Чжуань Сюй улыбнулся Сяо Лю и Ши Ци: "Мы прибыли во дворец Чэн Энь".
Сяо Лю выглядела уставшей и лежала на руках Ши Ци, но ее глаза были плотно закрыты. Ши Ци кивнул Чжуань Сюю, вышел из облачной кареты и последовал за ним во дворец.
"Это двор Хуа Инь, я живу здесь с тех пор, как пришел во дворец. Вы можете пока остаться здесь. Вчера, когда мы прибыли на гору, было уже поздно, поэтому я не пошел докладывать своему господину. Сегодня, после окончания заседания суда, я пойду к своему господину и доложу, что привез вас сюда. Сяо Лю, будь готов, его величество может вызвать тебя в любое время".
Сяо Лю открыла глаза: "Дай мне лекарство!".
Чжуань Сюй рассмеялся: "Я могу вылечить твои раны на ногах, но если ты поправишься, не думай о том, чтобы бегать. Если ты столкнешься с А Нянь, у тебя не только ноги будут сломаны".
Сяо Лю посмотрела на Чжуань Сюя, хотела что-то сказать, но промолчала, потом сказала: "Я голоден".
Чжуань Сюй приказал служанкам принести еду, а после того, как Ши Ци и Сяо Лю поели, велел служанкам овести их умыться. Ши Ци отнес Сяо Лю к краю бассейна, а Сяо Лю сказала: "Служанки позаботятся обо мне, а ты иди, помойся и очистись от грязи тюрьмы".
Две служанки помогли Сяо Лю вымыться и одеться, а когда она вышла, Ши Ци уже был вымыт и одет и ждал снаружи. Увидев, как служанки выносят Сяо Лю, он поспешил туда.
Гао Синь был народом вечной весны, поэтому их одежда была тонкой и свободной, мода была воздушной и легкой. Сейчас Ши Ци был одет в синий халат Гао Синь с широкими рукавами и простым поясом, волосы украшала корона. Когда он шел, казалось, что он идет по облакам, словно он был воплощением голубой луны, его движения напоминали плавные волны.
Две служанки уставились на него, и Сяо Лю тоже не могла отвести взгляд. Ши Ци, казалось, опешил и слегка опустил глаза, но ему нравилось, что Сяо Лю так смотрит на него, поэтому он не сводил с нее глаз.
http://tl.rulate.ru/book/11488/1855953
Сказали спасибо 29 читателей