Помощник хотел было спросить Шэнь Тан, зачем ей понадобился старик Чу, который никому не нужен, но, услышав слова управляющего книжной лавки, все понял.
Его взгляд смягчился.
— Хочешь купить старика Чу? — спросил он. — Хорошо, давай договоримся о цене. — Он решил проявить щедрость и снизить цену. — Три ляна серебра, как тебе такое предложение?
— Три ляна? — возмутился управляющий книжной лавки. — Это слишком дорого!
Помощник застучал костяшками счетов, достал толстую, пожелтевшую от времени книгу и, открыв ее на нужной странице, произнес:
— Вообще-то он стоит пять лянов, но для старого друга я готов уступить его за три. Вот, посмотри, мы купили его за один лян и двести медяков!
— Почему так дорого? — удивился управляющий.
— Ты что, не знаешь, какие сейчас цены? — фыркнул помощник. — Сейчас за симпатичную девушку, да еще и со скидкой, можно отдать всего двести медяков. А пять лет назад такое и представить было нельзя. Тогда войны не было, и за человека нужно было платить не меньше пяти лянов, а за хорошего — и все десять, и двадцать! Старик Чу и его товарищи переболели чумой, поэтому мы купили их по дешевке.
По правилам «Квартала красных фонарей», цена как на продажных женщин и мужчин, так и на слуг была завышена в три-пять раз. А за популярных красавиц или перспективных новичков можно было выручить и в сто раз больше. Иначе какой смысл этим заниматься?
Старика Чу, купленного за один лян и двести медяков, сейчас можно было продать минимум за четыре ляна восемьсот, так что три ляна — это было очень щедрое предложение.
Но не только дружба с управляющим книжной лавки была тому причиной.
Помощник был простым человеком. Он, конечно, был жаден до денег, но в то же время оставался добрым и отзывчивым.
Услышав, что Шэнь Тан хочет выкупить «дедушку», он не стал наживаться на ее горе, а представил себе трогательную сцену воссоединения семьи после долгих лет разлуки.
Старик Чу проработал на кухне «Лунного света» четыре или пять лет. Все эти годы он честно трудился, не жаловался и не создавал проблем. Кроме того, что был неразговорчив, замкнут и нелюдим.
И вот теперь его родные нашли его и хотят забрать домой, чтобы он провел остаток своих дней в заботе и любви. Это ли не счастье? Не стоило портить старику жизнь из-за какой-то мелочи. Пусть уж лучше на его душе будет меньше грехов.
— Не ставь меня в неловкое положение, — сказал он, видя, что управляющий колеблется. — Если я продам его слишком дешево, то мне влетит от хозяйки.
— Эх, ладно, — вздохнул управляющий, понимая, что торговаться бесполезно.
Шэнь Тан, молча наблюдавшая за их разговором, достала из кошелька несколько серебряных монет и положила их на стол перед помощником:
— Взвесьте, пожалуйста, хватит ли этого?
Помощник был тронут ее поступком.
«Какая добрая и заботливая девушка, — подумал он. — Старику Чу повезло с внучкой».
Он взял монеты, тщательно взвесил их и, обнаружив, что их даже больше, чем нужно, отрезал часть серебра ножницами.
— Сейчас еще рано, — сказал он, отдавая Шэнь Тан пожелтевший от времени договор купли-продажи на старика Чу. — Не хочешь ли ты сходить в городскую управу и оформить документы?
Шэнь Тан покачала головой:
— Не нужно.
— Зачем оформлять документы на собственного деда? — не понял управляющий.
Шэнь Тан: «…»
Она не хотела оформлять документы по одной простой причине: у нее самой не было документов!
Сначала эти двое просто вообразили, что старик Чу — ее «дедушка», а теперь уже открыто об этом говорят?!
— Точно! — хлопнул себя по лбу помощник. — Совсем забыл! Но потом все равно нужно будет зарегистрироваться.
— Да, я помню, — сделала вид, что соглашается, Шэнь Тан.
Помощник подозвал одного из слуг:
— Сходи на кухню и позови старика Чу. Скажи ему, что его внучка пришла, чтобы забрать его домой.
Что касается старика Чу…
Это было неважно.
Шэнь Тан спрятала договор купли-продажи и решила, что, как только выучится и начнет зарабатывать, вернет старику свободу. Она будет заботиться о нем, ведь она не какой-нибудь бессердечный эксплуататор.
Поэтому, когда старик Чу, сидевший на кухне и с отрешенным видом мывший посуду, услышал эти слова, его лицо исказилось в гримасе недоумения. Он переспросил, будто не веря своим ушам:
— Кто? Какая внучка?
— Твоя внучка пришла, чтобы выкупить тебя, — усмехнулся слуга. — Твои мучения закончились, старик.
Старик Чу: «…»
Когда он увидел свою «внучку», которую видел впервые в жизни, то едва сдержался, чтобы не закричать.
— Вы это серьезно? Это юноша, а не девушка! — воскликнул он.
— Старик Чу, собирай вещи и отправляйся домой, — сказал помощник, трогательно похлопав его по плечу. — Не заставляй родных ждать.
Ах, как же прекрасно видеть, как воссоединяются семьи!
Эта сцена трогала его до глубины души.
Старик Чу молча смотрел на него.
Шэнь Тан тоже молча смотрела на него.
— Я заплатила за твой выкуп, — сказала она. — Ты пойдешь со мной?
Она вдруг почувствовала укол совести. С ее стороны было неправильно покупать людей без их согласия.
— Ты… ты правда хочешь, чтобы я пошел с тобой? — неуверенно спросил старик Чу.
Шэнь Тан открыла рот, чувствуя, что ей нужно хорошенько подумать, прежде чем отвечать.
Но потом она решила, что выбор у нее невелик. Она уже заплатила деньги, так что, если она не заберет старика Чу, то просто выбросит их на ветер.
— Да, пойдем со мной! — твердо сказала она.
Три ляна серебра!
Нельзя позволить им пропасть даром!
Раньше она пользовалась знаниями Ци Шаня бесплатно.
Ее слова повисли в воздухе. Атмосфера стала напряженной и неловкой.
Управляющий книжной лавки почувствовал, что что-то не так, но не успел он ничего понять, как старик Чу спокойно кивнул:
— Хорошо, я сейчас соберу свои вещи.
— Кажется, этот старик немного не в себе, — сказал управляющий книжной лавки помощнику, наблюдая, как старик Чу направляется в свою комнату. — Он какой-то потерянный. Наверное, у него старческий маразм. Не завидую тем, кто будет за ним ухаживать.
— Мы, конечно, зарабатываем не самым честным способом, — возразил помощник, закатывая глаза, — но мы не звери. Кормим и поим своих работников.
Бить их имело смысл, только если они пытались сбежать или украсть деньги. Иначе это было пустой тратой времени.
Старик Чу с самого начала был послушным работником. Зачем его бить?
Тем временем, проводив взглядом Гун Чэна, который выпил лекарство и уснул, распорядитель и юноша вышли из комнаты. Как только дверь закрылась, лицо юноши, изящное до аристократизма, стало жестче.
— Кто бы мог подумать, что наступит день, когда Гун Юнь Чжи не сможет ответить ни на один вопрос, — произнес он. — Раз он ничего не знает, то нам не о чем его спрашивать. Нужно самим все разузнать. Господин Гу, проследи за этой Шэнь Тан… Если она окажется чиста, то это даже к лучшему. Гибель семьи Шэнь и ее связь с Гун Юнь Чжи станут доказательством тирании Чжэн Цяо и помогут нам заручиться поддержкой народа…
— А если она окажется замешана в этом деле? — спросил распорядитель.
— Устраним ее, чтобы не оставлять свидетелей, — хладнокровно ответил юноша. — И еще, разузнай все о том целителе из семьи Гуна. Как только получишь информацию, сразу доложи мне.
— Слушаюсь, — склонил голову распорядитель.
http://tl.rulate.ru/book/109723/4151094
Сказали спасибо 3 читателя