— Юньвань, это те иероглифы, которым ты учила с Чангуном и Цин Гээром?
Во дворе Шоу всем было слышно, что тон старушки не был приятным.
— Да. — Лицо Линь Юньвань было спокойным, на нём не было ни страха, ни паники.
Старшая госпожа Лу с подозрением спросила:
— Обычные люди учатся писать отдельными штрихами. Почему ты заставляешь их рисовать горизонтальные линии каждый день?
— Многие известные каллиграфы практикуют этот способ.
Линь Юньвань ответила равнодушно.
Госпожа Лу, убеждённая лишь наполовину, казалось, спрашивала у Линь Юньвань совет:
— Что стоит за этим методом письма?
Линь Юньвань вкратце рассказала об особенностях метода книги «Бамбуковая ветвь» и о том, какого эффекта можно достичь с его помощью.
— Начинать нужно с горизонтальных мазков, чтобы почувствовать давление кисти, а затем тренировать плавность и гибкость запястья — это самоё сложное.
Есть ли что-то ещё более сложное?
Как ещё она собиралась усложнить жизнь Цин Гээра?
Старшая госпожа Лу сурово спросила:
— Каково происхождение у этого метода обучения каллиграфии?
— Вы когда-нибудь слышали о Ван Сичжи?
— Конечно! — ответила старшая госпожа Лу, — это великий каллиграф династии Восточной Цзинь. Кто же о нём не знает?
Линь Юньвань красноречиво объяснила:
— Этот метод относится к практике иероглифов Ван Сичжи. Он уделял большое внимание упражнениям для контроля запястья. Занимаясь каллиграфией, он был не только усерден до одержимости, но и черпал знания из мирской жизни. Однажды он наблюдал за позой белого гуся, чтобы понять движения кисти. В глазах окружающих эти занятия могут показаться странными, но на самом деле это был его способ кропотливой работы.
Только тогда старшая госпожа Лу осознала своё невежество и почувствовала себя несколько неловко.
Линь Юньвань продолжила:
— Мои предки из семьи Линь изучали каллиграфию по этому методу. Хотя он выглядит странно, он невероятно эффективен. Если человек будет упорно заниматься изо дня в день, то уже через десять лет он сможет писать, как мастер каллиграфии, создавая слова, пронизывающими бумагу, мощными и выдержанными. Как госпожа может заметить, сочинения Чангуна уже приносят свои плоды.
Старшая госпожа Лу втянула в себя холодный воздух.
Судя по словам Линь Юньвань, упорные тренировки Цин Гээра были только началом, впереди ждали ещё более сложные дни.
Но ребёнок уже сейчас болен от истощения. Насколько больше нагрузки принесёт будущая практика? Это вызывало беспокойство!
Гэ Баоэр тоже была ошеломлена.
Такой метод практики был неслыханным и требовал десятилетней практики!
Это не обучение ребёнка, а явное оправдание жестокого обращения.
Она не осмелилась бы доверить сына суровым методам Линь Юньвань.
Старшая госпожа Лу посмотрела на почерк Лу Чангуна, потом на почерк Цин Гээра и не удержалась от вопроса:
— Значит, Цин Гээр тоже может писать так же красиво?
— Не может.
Линь Юньвань ответила слишком прямолинейно.
Старшая госпожа Лу почувствовала огонь в своём сердце, и нахмурившись, произнесла:
— Юньвань, доверяя тебе семью Лу или двух детей, я всегда испытывала огромное облегчение. Если ты действительно не хочешь учить Цин Гээра, поместье не будет тебя заставлять. Мы можем нанять другого учителя. Он наследник этого дома, и, будучи его матерью, как ты можешь вредить его здоровью и разрушать его будущее?
За все годы замужества Линь Юньвань в семье Лу, это был первый раз, когда старшая госпожа опозорила её перед слугами!
На этот раз старшая госпожа Лу была по-настоящему сердита.
Из опасений, что ситуация выйдет из-под контроля, управляющая Янь быстро подошла и прошептала:
— Госпожа, когда я в последний раз ходила передавать книгу молодой госпоже поздно вечером, она всё ещё проверяла задания двух юных наследников. Она приложила немало усилий и стараний...
Выражение лица старшей госпожи Лу не улучшилось.
Линь Юньвань спокойно ответила:
— Старшая госпожа, сначала ознакомьтесь с их заданиями.
Она выглянула наружу, где её уже ждали две умные служанки, а также... Лу Чангун!
Почему этот ребёнок тоже пришёл?
Она удивлённо посмотрела на него.
Не успев задуматься об этом, Линь Юньвань позвала:
— Тао Е, заходи.
— Эта служанка здесь.
Тао Е вошла в комнату, держа в руках охапку бумаг, и подошла к старшей госпоже Лу.
Две стопки бумаги разной толщины были разложены на столе.
Старшая госпожа Лу, озадаченная, спросила:
— Что это?
Тао Е склонила голову и ответила:
— Старшая госпожа, это ежедневные домашние задания старшего и второго наследника.
Старшая госпожа Лу потеряла дар речи от изумления.
Стопка слева была толщиной с городскую стену, а та, что справа, была почти тоньше платка.
Старшая госпожа Лу сначала надавила на толстую стопку.
— Это...
Тао Е пояснила:
— Это то, что написал юный господин Чангун.
Глаза госпожи Лу расширились в недоумении.
Неужели Лу Чангун написал столько листов всего за один день?
Не только Гэ Баоэр, но и управляющая Янь не могли поверить в это: они обе были одинаково поражены.
Лицо госпожи Лу стало напряжённым, она лично просмотрела бумаги.
Надо сказать, некоторые люди действительно обладали талантом. Даже просто горизонтальная линия была нарисована очень красиво, а при перелистывании стопки можно было практически увидеть видимое улучшение с каждой страницей.
Она пробормотала, пытаясь сформулировать свои мысли.
Линь Юньвань спокойно предложила:
— Старшая госпожа, пожалуйста, просмотрите домашние задания Цин Гээра.
Госпожа Лу, конечно же, тоже пролистала их...
Не прошло и десяти страниц, а разница уже бросалась в глаза - их явно рисовал не один и тот же человек. Разве могли линии, нарисованные взрослым слугой, сравниться с детскими?
Цин Гээр действительно позволил своему слуге делать за него домашнюю работу!
— Учитель открывает дверь, но практика зависит от самого человека. Чангун пишет хорошо, поэтому заслуживает такого результата. Если бы Цин Гээр мог писать так же хорошо, как Чангун... с таким талантом он должен быть моим учителем.
Светлые глаза Линь Юньвань оставались спокойными и безмятежными.
Однако госпожа Лу почувствовала насмешку.
Её гордость уменьшилась, и она некоторое время молчала, а потом сказала:
— Тебе всё равно не следовало переутомлять Цин Гээра до болезни, в конце концов, он всего лишь ребёнок.
Линь Юньвань это показалось смешным: устать до умопомрачения от этой домашней работы? Это было неслыханно!
Из второй двери вышла служанка, чтобы передать сообщение:
— Старшая госпожа Лу, лекарь закончил измерять пульс юного господина Цина.
— Как он?
Сердце госпожи Лу сжалось.
Сердце Гэ Баоэр также забилось от беспокойства.
Служанка заикалась:
— Юный господин Цин, он...
Старшая госпожа Лу нетерпеливо спросила:
— Просто скажи мне, как он! Это серьёзно? Он устал и болен или простудился?
— Старшая госпожа, юный господин Цин не болен. Это сказал лекарь, а не эта служанка!
Служанке стало стыдно после этих слов.
Когда семья Лу узнала, что юный наследник Цин заболел, всё поместье погрузилось в хаос с ног до головы, они вызвали пятерых врачей для осмотра, но оказалось, что тот притворялся больным!
Все потеряли дар речи.
— Тогда почему его слуга сказал, что он заболел от переутомления?
Старшая госпожа Лу нахмурилась, не понимая, как простой слуга осмелился обмануть её.
Управляющая вывела вперёд слугу, который, дрожа, ответил:
— С-старшая госпожа, это сказал сам юный господин Цин... Этот слуга... Этот слуга просто передал его слова.
Действительно, откуда слуге было знать, действительно ли юный господин был болен или притворялся?
Лицо госпожи Лу стало пепельным.
Симулировать болезнь, чтобы избежать работы, и несправедливо обвинять свою мать.
Её сын и внук никогда так себя не вели! Даже незаконнорождённые дети не были такими неуправляемыми.
Как Гэ Баоэр учила Цин Гээра в прошлом? Как она превратила его в такого!
Услышав это, Гэ Баоэр больше не могла молчать.
Такая грозная свекровь, и всё направила против простого ребёнка, Цин Гээра!
Была ли Линь Юньвань ни в чём не виновата?
Когда Цин Гээр учился в деревне, его успеваемость была исключительной. Как он мог так резко измениться под присмотром Линь Юньвань?
Гэ Баоэр сделала шаг вперёд и сказала:
— Каждый ученик уникален, и это нормально, что младшие ученики могут быть игривыми. Я слышала, что для разных учеников требуются разные методы обучения. Если учитель предан своему делу, то нет такого ученика, которого нельзя было бы хорошо обучить.
По сути, это означало, что Линь Юньвань не желала посвящать себя преподаванию.
Примечания переводчика:
Эксклюзивное шоу начинается в следующей главе! ~
http://tl.rulate.ru/book/108219/4675109
Сказали спасибо 2 читателя