Готовый перевод Desert Sea / Песчаное море: Послесловие ко второй части

Несколько месяцев назад, из-за одного неверного шага я оказался почти на проезжей части, сидящим на краю придорожного газона. Мне потребовался целый час, чтобы понять, что я не могу встать, мой телефон лежал неподалеку, и его дисплей был покрыт причудливыми трещинами. Тогда я даже представить не мог, как изменится моя жизнь с этого дня, это просто казалось еще одной неприятной неожиданностью в моей жизни. Я просто остался сидеть так до самой темноты.

Каждый раз, когда мимо проезжала машина, я поджимал ноги.

Это чудесное чувство. Я сижу там, где редко сядет кто-то другой. Я смотрю на мир и людей в этом мире под другим углом. Как не описывай, но вряд ли вы поймете то, что я вижу сейчас.

Кем бы вы ни были, если вы сидите в таком странном месте и в таком состоянии, мир будет игнорировать вас.

Это кажется грустным, но мне почему-то нравилось это чувство.

Один мой друг объяснил это непередаваемое чувство трусостью или душевной болезнью. В конечном итоге это все изменило мою жизнь. Мои мысли всегда были быстры и устремлялись очень далеко, охватывая вещи и явления, которые будут существовать вечно. Но мое тело сгниет прежде, чем я сам смогу дотянуться до этих вещей. И все эти мысли казались совершенно бессмысленными.

Мне очень понравилось это чувство, но я не ожидал, что оно останется со мной навсегда.

После этого случая я осознал, что у меня есть много возможностей, а главное, научился делать мудрый и правильный выбор. Соблазнов было много, но я легко отказывался от них. И как только я обретал уверенность в своих силах, то прикладывал все усилия, пока не превращал неправильные вещи в правильные.

Это определенно можно считать улучшением. Раньше я был путешественником по жизни, но потом оказался на вершине и наблюдал оттуда, как меняется мир. И вот в одно мгновение Бог сбросил меня с того места, где я мог делать свой собственный выбор, и низверг туда, где я оказался недостоин свободы выбора. Это даже не кратковременное ослепление, мое падение было ниже, чем у любого другого человека.

Давным-давно мне нравилось переживать странные и забавные события, и я даже использовал их в качестве тем для разговоров, рассказывая придуманные истории всем, кого встречал. Даже обычную ситуацию я мог превратить в историю с множеством неожиданных поворотов и деталей. В студенческие годы моим молодым друзьям нравилось слушать мои истории. Но, когда я повзрослел, эти же друзья стали смеяться надо мной, а некоторые даже сторонились.

Вероятно именно тогда и распространился этот слух обо мне: "Сюй Лэй всегда попадает в странные истории, это ненадежный человек".

Одно дело — слушать мои истории, и совсем другое — дружить и общаться.

Так я стал постоянным объектом для сплетен и слухов.

Но мне нравилось это делать, мне приятно было видеть улыбки слушателей, я все еще хочу рассказывать свои истории. Кажется, что каждый день мы балансируем между неприятностями и радостями, встречаемся с незнакомыми людьми, говорим странные вещи и ищем проблемы на свою голову: заблудиться, спустить шины, ехать куда-то в дождливую или снежную погоду, в туман отправиться в горы, видеть, как грузовик падает с горного серпантина... Жизнь интересна, лишь когда полна перемен.

Писателю в реальном мире действительно очень скучно.

К сожалению, я допустил одну ошибку. То, что я испытал и к чему стремился, не перемена образа жизни, а всего лишь ингредиент в супе под названием жизнь, последний штрих в виде перца, причем, даже не сычуанского.

Люди не желают рассказывать о реальных переменах в своей жизни, потому что не хотят становиться объектом для сплетен и разговоров.

Этот свой опыт я использовал во второй части "Песчаного моря", который недавно опубликовал в интернете. Это образ Ли Цу, лежащего в одиночестве у подножья гробницы в месте, о котором никто не знает, и размышляющего о ситуации, которую он не в силах изменить. Он постоянно жаждет движения, стремится идти вперед, но в данный момент не способен сделать это.

Раненый, он был спасен неизвестным, но судьба снова завлекла его в ловушку. И больше всего Ли Цу страдал от осознания, что никто больше не придет к нему на помощь: ни У Се, ни тот неизвестный, что вынес его из тайной комнаты.

Создавая свои истории, я преследую довольно простые цели.

В самом начале создания "Записок расхитителя гробниц" мне хотелось написать историю, которая всем понравится. Потом я хотел стать писателем, который всем нравится. "Пустынного волка" я писал, надеясь понравиться читателю без псевдонима, полагаясь только на качество текста. А как насчет "Песчаного моря"?

В этот раз моя цель — погрузить читателя еще глубже в мир "Записок расхитителя гробниц", показать больше возможностей моих героев.

И конечно, история должна быть интересной.

Когда я писал первую часть "Песчаного моря", четкого плана у меня не было. Это было трудно, и за основу я взял сюжет сценария "Терновой гробницы", добавив в его костяк свои детали. (прим. "Терновая гробница" — приключенческий фильм 2009 года о поиске сокровищ, снятый тайваньским режиссером Чу Йенпином по сценарию Аньси, Чжан Таня и Линь Чаожуна. [16], в главных ролях Джей Чоу, Линь Чи-Лин, Чэнь Даомин, Эрик Цан и другие, вышел в прокат в Китае 9 декабря 2009 года.

Сюжет фильма разворачивается вокруг затерянного древнего города глубоко в пустыне и рассказывает историю о поисках сокровищ и приключениях двух групп с разными целями. Одна группа людей прилагает все усилия, чтобы защитить древние памятники от разрушения, в то время как другая группа пытается исследовать древние памятники и искать сокровища ради личной выгоды. Одна из героинь фильма — Ланьтин, страстная и независимая писательница двадцати пяти лет, красивая и сексуальная. У нее хорошая жизнь, но она оказывается втянута в водоворот, связанный с древней гробницей.)

В то время я ощутил неприятие уже сформировавшегося в "Записках расхитителя гробниц" стиля повествования, появилось желание исследовать и использовать что-нибудь новое. На этом фоне часто случались конфликты с партнерами по проекту, что приводило к сильным обидам. Все было настолько сложно, что, закончив первую часть, я даже сам не понял, что написал. Перечитывая первую часть, я не испытывал больше того восхитительного чувства контроля над реальностью книги, которое все время сопровождало меня в предыдущих "Записках". Я имею в виду не контроль над жизнью персонажей, а контроль над словами.

Один из читателей в своем отзыве о "Песчаном море" написал: "Это было больно, очень больно. Эта книга напоминает лошадь. Сначала вы вели ее под уздцы, затем бежали рядом с ней. А потом лошадь сбила вас с ног, понеслась галопом, таща вас за собой. Когда вы закончили первую часть "Песчаного моря" ваши локти оказались стерты до самых костей камнями на дороге, по которой вас протащило".

В процессе сочинения я не замечал недостатков, видимо, потому, что утратил чувство языка. Но, перечитывая выложенное в интернет, я даже не мог вникнуть в собственный сюжет, и никак не мог перестать думать о нем. Я паниковал так же, как неопытный писатель дрожит, глядя на первый чистый лист бумаги.

Вторую часть я писал в таком же состоянии, в это же время работал над несколькими сериалами. Я заметил, что совсем не хочу рассказывать эту историю, просто собираю в кучу известные и придуманные факты, пытаясь соблюсти правильную хронологию. Но до самого окончания второй части "Песчаного моря" это чувство было скорее интуитивным: я понимал, что-то не так, но выразить это словами не мог. Лишь перечитав вторую часть трижды, я понял, в чем проблема.

И я все переделал.

Я никогда не был доволен до конца ни одним из своих романов. И "Песчаное море" — не исключение, но теперь, по крайней мере это не вызывает у меня мурашек по коже посреди ночи.

Когда-то я читал серию детективов "Киндаити" и всерьез восхищался противостоянием Киндаити и людей, пока в очередном романе не прочитал о монстре, обезьяне, которой пересадили человеческий мозг (монстра звали барон Гандер). Это мне не понравилось, и я бросил читать эту серию.

Меня раздражало, что привычная система повествования и сюжета разрушена, так и не смог понять, почему Сэйси Ёкомидзо вдруг написал роман, в другом стиле и жанре. Но позже, когда я начал писать "Песчаное море" и сосредоточился на образах китайской молодежи, то понял мотивы Ёкомидзо.

Трудно писать так, чтобы сюжет воспринимался реалистично. Писателям, работающим в жанре фэнтези и фантастики намного проще, фантастические допущения дают им больше свободы. А кроме того, приходится учитывать возраст целевой аудитории.

Но именно преодоление этих сложностей позволяет сократить разрыв между старой и новой читательской аудиторией.

Когда "Трагедия на мысе Орлиное гнездо" вышла в Японии, она стала бестселлером и имела большой успех именно среди молодежи.

Первая часть "Песчаного моря" тоже продавалась хорошо, даже лучше, чем сами "Записки расхитителя гробниц". И я с надеждой переписывал вторую часть. Но, прочитав ее, редактор вздохнул, стараясь скрыть разочарование, и сказал, что первая часть ему нравится больше.

Это привело меня к мысли, что мои проблемы с психикой стали намного серьезнее.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://tl.rulate.ru/book/106939/6624244