Глава 7. Бесплодная надежда
"Проще говоря, этого не произойдет".
По комнате пронеслось эхо, когда офицер Грин положил заявление обратно на стол.
"Извините, но я ничего не могу с этим поделать". Хотя его слова были извиняющимися, то, как он действовал, говорило о прямо противоположном.
Откинувшись в кресле, офицер пожал плечами. Все проявления уважения или сочувствия, которые он демонстрировал ранее, были выброшены в окно, и его грубая сторона проявлялась по мере того, как он говорил.
Рэндольф смотрел в ответ, его лицо не выражало никаких эмоций.
"А почему вы или станция не можете мне помочь?"
"Дело не только в станции. Дело в правительственном законе. В ваших записях указано, что вы не продлевали выданную правительством медицинскую карту или паспорт более четырех лет с момента истечения срока действия. Я не думаю, что вы понимаете всю серьезность того, что это значит. Вам следует как можно скорее сделать это".
"Какое отношение имеет то, что я не продлил удостоверение личности, к тому, что на меня напали?"
Это только одна из частей. Кроме того, вы живете в неформальном поселении. Проще говоря, вы, по сути, оказались вне зоны доступа. Конечно, вы присутствуете в городе, но это такое же присутствие, как и у бездомного".
Рэндольф сразу понял, что он имеет в виду. Присутствие бездомного в городе практически нулевое. Это значит, что он может исчезнуть, и никто ничего не заметит. Никому нет дела. Никто не станет их искать. Казалось, что их существование будет стерто с лица земли. Это могло произойти по разным причинам: возможно, он собирал вещи и переезжал в другой город - обычное дело для бродяг - или даже умирал. Единственными людьми, которые задались бы вопросом об их исчезновении, были бы их собратья по бездомному цеху с таким же отсутствием присутствия.
Конечно, если бы кто-то стоящий сделал из этого дело, тогда это имело бы значение, но Рэндольф не знал никого подобного.
"Скажу честно. Один из моих людей, который поднял ваше досье, был не прочь арестовать вас прямо там и тогда, потому что вы едва ли подходите на роль гражданина, платящего налоги. Мы бы оставили вас у себя подольше, если бы могли, хотя бы для надежности, но вы спровоцировали не ту публику".
"..." Переведя взгляд на землю, Рэндольф почувствовал, что опухший глаз начинает щипать.
"Даже если бы мы хотели помочь, мы не можем. Позвольте мне подтвердить, что вы подписали контракт с людьми, поддерживающими тех четырех человек, верно? Ручка и все такое?"
"Да. "
"Тогда мы ничего не можем с этим поделать". Скрестив руки, офицер покачал головой.
Рэндольф тоже понял, что он имел в виду. Люди, поддерживающие бандитов, были довольно печально известной группой в темной части города, хотя и в очень небольшом масштабе. Они были известны под ироничным названием "Хорошая жизнь Финансистов" и пользовались дурной славой как ростовщики. Они зарабатывали на своих делах большие деньги, но это само по себе не могло обеспечить им такую дурную славу. Все дело в том, что копы ничего не могли с ними поделать. Ходили слухи, что их поддерживает кто-то из правительства.
Несмотря на то что в Канаде полиция работает не так, как правительственные чиновники, именно это давление, а также контракты не позволяли им ничего предпринять.
Эти группы ростовщиков были распространены в нижних слоях общества, высасывая жизнь из тех, у кого палка была короче.
Увидев, что вы попали в затруднительное положение, они предлагали, казалось бы, разумный контракт. Если вы не платили непомерную сумму, они приходили за вами. Это был довольно банальный метод, но он сработал, потому что действовал почти в рамках закона, используя его в своих целях.
Если вы подписали контракт, то он был связан с законом. Если вы не заплатите вовремя, то не сможете предъявить никаких претензий, если они решат отобрать все, чем вы владеете, или даже ввергнуть вас в пожизненный долг. Долг переходил даже к вашим потомкам. В ход шло все, что угодно, лишь бы это не было убийством или смертью.
Конечно, вы можете подать на них в суд, но тогда вам лучше быть готовым к тому, что придется несколько лет оплачивать услуги адвокатов и ходить в суд. Это был долгий, долгий процесс, специально затянутый ростовщиками, чтобы потратить как можно больше ваших денег и отвести от себя любые наказания. Для них это было хлопотно, но для среднего небогатого человека - непосильно.
".." Глядя на опухший глаз и ушибленное лицо Рэндольфа, офицер Грин испустил небольшой вздох: "Мне очень жаль, хорошо? Но вы сами виноваты в том, что подписали договор. Несмотря ни на что, не стоило прибегать к такому решению".
"..."
Он взял деньги в долг, полагая, что сможет их вернуть, поскольку условия его жизни не располагали к этому. Денег у него было в обрез, и, не желая выгребать из своих сбережений, ему ничего не оставалось, как занять, чтобы оплатить аренду.
Он несколько раз перечитал договор и его мелкий шрифт, и все казалось вполне разумным. Кто бы мог подумать, что вскоре они насильно изменят договор, добавив безумную сумму процентов? Конечно, это было незаконно, но мог ли Рэндольф позволить себе такую нечестивую сумму денег, чтобы нанять кого-то для защиты в суде? У них была его подпись, и это было все, что им требовалось.
Только вскоре после этого он лишился даже дохода, чтобы платить за квартиру, и вместо этого потратил свою зарплату, чтобы продлить срок погашения долга.
Нужно ли ему было занимать деньги? Да и мог ли он? Нужен ли ему проезд на автобусе, еда, водопровод, электричество, квартплата, туалетные принадлежности, одежда или элементарная бытовая техника? Действительно ли ему нужно было подписывать контракт?
Что касается Рэндольфа, то он был полностью согласен с полицией. Именно поэтому он ничего не сказал. Даже если бы его выгнали из дома или у него не было никакого источника развлечений. Даже если ему придется жить в темноте, он был уверен, что сможет разобраться, если дело дойдет до выживания. Это было все, что ему требовалось. Он был глуп, на мгновение ослеплен роскошью и подписал этот контракт.
"Это как бешенство, мистер Айви. Смертность составляет 100 %, а лекарства нет. Лучшее и единственное лечение - не допустить укуса". Он был прав. Подписав их контракт, уже практически невозможно было выбраться. Оно как цепь затягивает тебя, особенно тех, у кого не было денег, чтобы пригрозить им судебным иском. Если закон не поможет им, то никто не поможет. Классовый разрыв между бедными и богатыми был невероятно заметен, и его можно было наблюдать повсюду. К ним относились как к полному дерьму, не обращая внимания на закон.
Как говорится, богатые становятся богаче, а бедные - беднее.
"Вам следовало бы обратиться в отделение в центре города. Я знаю, что там есть новички, которые очень страстно желают добиться справедливости. Я слышал, что есть особенно многообещающий новый парень. Может, они и смогли бы тебе помочь, но я не могу и не позволю сделать это никому из своих новичков".
Подняв голову, Рэндольф молча покачал головой. Он знал, что это, скорее всего, пустые слова утешения.
Видя это, офицер мог лишь отвести взгляд. Может быть, от стыда, а может быть, от чувства вины, но его позиция была понятна.
"Тогда... Понимаю." Сердце Рэндольфа было словно камень, отягощающий все его тело.
Его тело отяжелело, словно на него разом навалилась усталость всех предыдущих месяцев. Это была черта, которую он долгие годы не хотел переступать из-за гордости. Но даже после того, как он отбросил гордость и пришел просить, ему не смогли помочь.
Он, конечно, знал, но должен был попытаться. В глубине его души, возможно, теплилась надежда, когда он смотрел на полицейский участок.
Хотя ноги протестующе закричали, юноша ухватился за края кресла и поднялся. Забрав заявление, он медленно вышел из комнаты для допросов. Офицер Грин даже не повернулся, чтобы посмотреть на него, а просто опустил голову, ссутулившись на своем месте.
Распахнув стеклянную дверь, Рэндольф вышел из здания. В этот момент он почувствовал, как в лицо ударил холодный зимний воздух. Температура в нем была такой же холодной, как и в его сердце.
http://tl.rulate.ru/book/106656/4012248
Сказал спасибо 1 читатель