21. Не хочешь ли принять мою помощь?
Мэн Чаожань был учителем Ши Цяньшаня, как он мог просто стоять в стороне и за всем наблюдать? Но сейчас он был полностью разочарован. Мэн Чаожань всегда учил своих учеников решать собственные проблемы самостоятельно. Когда они терпели неудачу, он приходил им на помощь. Сегодня, если бы Ши Цяньшань проявил хоть какое-то достоинство и дал отпор своим противниками, то Мэн Чаожань вмешался бы и защитил его.
Даже если бы ему пришлось сражаться со всем Пиком Запечатывающих Облаков, Мэн Чаожань не отступил бы! Когда твоих детей побили в драке, им нужно на кого-то положиться. Разве с учениками не так же?
Мэн Чаожань уже тщательно подготовился!
Но он стал свидетелем трусости Ши Цяньшаня. Его ученик не стал отбиваться, а покорно принял побои, чтобы сохранить свою жизнь. Разве это не доказывало, что у него не было ни убеждений, ни мужества. И что же произойдёт, когда однажды на него нападёт могущественный противник? «Ты бы встал на колени и поклонился ему?»
Терпению тоже должен быть предел!
«Я могу вступиться за тебя, но ты должен показать, что достоин моих усилий. Я могу защитить тебя один раз, но не всю жизнь. Все зависит только от тебя».
Таков был главный принцип, которому учил Мэн Чаожань. Хотя другие могли этого не понять, но таким образом он готовил своих учеников к жизни в мире боевых искусств.
Пылкость и мужество! Даже если эти два качества часто рассматривались как импульсивность молодёжи и причины трагедий, нельзя отрицать, что без этих двух добродетелей, невозможно добиться могущества даже культивируя тысячу лет.
Мэн Чаожань был крайне разочарован Ши Цяньшанем. Он больше не хотел ему помогать.
В роще пурпурного бамбука, неподалёку от Мэн Чаожаня, задумавшись, стояли два человека. Они тоже наблюдали за комедией, которая развернулась во дворе. Это были глава Небесной Школы, У Юньлян и мастер Пика Иллюзорных Облаков, Кун Цзинфэн. Неизвестно, зачем они сюда пришли, но они с живым интересом наблюдали за стычкой молодых учеников.
Если бы Чу Ян их заметил, то однозначно очень удивился бы.
Когда Цюй Пин и Лю Юньянь заметили, что покрытый грязью и кровью Ши Цяньшань лежал на земле свернувшись и без сознания, они тут же потеряли к нему интерес и остановились. Они рассчитывали, что Ши Цяньшань, который был настолько высокомерен, что осмелился покалечить Ли Цзяньиня, по крайней мере будет драться.
Но к их большому удивлению они столкнулись с мешком песка, который не смел даже пошевелиться, позволяя другим делать что угодно.
Они побоялись, что после их побоев Ши Цяньшань мог умереть и поэтому решили поскорее уйти.
Но стоило им развернуться, как позади послышался медленный голос:
- Эй, ребята, вы вот так уйдёте?
Лю Юньянь и группа учеников сразу же остановилась.
Незнакомый голос продолжил:
- Восемь старших братьев ввязались в драку с Ши Цяньшанем и сильно пострадали. Уйти вот так будет неправильно.
Лю Юньянь обернулся и холодно уставился на говорившего:
- Что ты имеешь в виду?
Остальные семеро учеников тоже повернулись, чтобы взглянуть на новое лицо. Когда они избивали Ши Цяньшаня, этот парень не возразил ни слова. Но когда всё закончилось, он решил показать своё лицо.
Может, он тоже напрашивался на пару тумаков?
Чу Ян мирно улыбнулся и сказал:
- Старший брат Цюй пришёл во двор пурпурного бамбука, а ему нанесли такую обиду. Младший брат чувствует себя очень виноватым.
Его лицо всегда было холодным и безразличным, но сейчас он улыбался и говорил так лестно, что у Тан Тана от удивления открылся рот. Он будто увидел дьявола.
«О боже мой! Я знаю тебя так давно, но сегодня в первый раз увидел твою улыбку. Моя жизнь была не напрасной!» – Тан Тан был полон тысячи эмоций.
Но люди Лю Юньяня почувствовали раздражение. Только что восемь человек избивали Ши Цяньшаня до смерти, крича при этом, что Ши Цяньшань избивает их. Чу Ян был учеником из Двора Пурпурного Бамбука, но он стал подыгрывать и так же перекручивать правду.
От этого восемь учеников почему-то погрустнели.
Конечно, Чу Ян вышел не ради Ши Цяньшаня. Если бы это случилось в другом месте, он просто сделал бы вид, что ничего не видел и ушёл. Но так как всё произошло во Дворе Пурпурного Бамбука, он не мог позволить им так просто уйти!
Это было святилище учителя, и одновременно его лицо, как хозяина.
Ученики Пика Запечатывающих Облаков пришли избить ученика Мэн Чаожаня прямо во Дворе Пурпурного Бамбука, а затем спокойно ушли. Если об этом станет известно, репутация Мэн Чаожаня сильно пострадает.
Хотя сам учитель не обращал внимания на нечто подобное, Чу Яну было не всё равно.
Как в предыдущей жизни, так и в этой Чу Ян всегда больше всех уважал Мэн Чаожаня.
Избиение Ши Цяньшаня прошло точно так, как он планировал, но те, кто осмелился прийти во Двор Пурпурного Бамбука, чтобы избивать учеников, должны за это заплатить!
По его мнению, это были две разные вещи.
«Как мне выполнить грязную работу чужими руками?» - Чу Ян задался вопросом. Понимая, что поступает нечестно, он бессознательно потёр нос.
«Но ведь это нормально? Хотя я притворяюсь невинным, эти идиоты - просто куча ослов.
Кроме того, я могу использовать Ши Цяньшаня как щит. При нынешней ситуации мне нужно как можно скорее заполучить фрагмент острия Меча Девяти Бедствий, тогда я смогу их растоптать собственными ногами.
Если бы это лишь вопрос случая, то почему бы этому не произойти раньше?»
- Так, в итоге, что ты предлагаешь? - Лю Юньянь знаком приказал младшим братьям остановиться. Надменно глядя на Чу Яна, он подумал: «Этот пацан в лучшем случае Ученик боевых искусств второй или третьей ступени. Разве он сможет схитрить? О нём не нужно беспокоиться!»
- Я имею в виду, что это Двор Пурпурного Бамбука, а не Пик Запечатывающих Облаков. - Чу Ян спокойно улыбнулся, но его взгляд был острым, как нож.
- Ну и что, что это Двор Пурпурного Бамбука? - произнёс Лю Юньянь.
- Вы с Пика Запечатывающих Облаков. Хоть все мы и из одной школы, но Пик Запечатывающих Облаков и Двор Пурпурного Бамбука – это не одно и то же, - вкрадчиво произнёс Чу Ян. - Вы, ребята, осмелились прийти сюда и устроить драку. Кто-нибудь из старейшин дал на это согласие?
- Какую еще драку? – грозно посмотрел Цюй Пин. - Мы пришли ради дружеского состязания с младшим братом Ши Цяньшанем. Разве в школе это запрещено?
- Верно, всего лишь дружеское состязание! – подхватили остальные. Они не собирались брать на себя ответственность.
- О, дружеское состязание? В правилах Небесной Школы говорится, что на дружеском состязании среди учеников должен присутствовать старейшина. Могу я спросить, где он? - Чу Ян холодно улыбнулся и продолжил. - В правилах Небесной Школы написано, что дружеские состязания нужны для того, чтобы побудить учеников проявить себя. Но при этом должен присутствовать старейшина. Поэтому я спрашиваю вас, где старейшина? В правилах также говорится, что для дружеского состязания нужно обоюдное соглашение, так, где же это соглашение?
- Ты… - Цюй Пин резко запнулся.
Когда они пришли туда, они уже знали, что Мэн Чаожань был во Дворе Пурпурного Бамбука. Они думали, что им нужно будет всего лишь попросить его разрешения на дружеское состязание, то все пройдёт гладко.
Кроме того, это повысило бы репутацию Пика Запечатывающих Облаков. «Парни, вы только представьте, мы приходим во имя дружеского состязания, но на самом деле, чтобы отомстить за младшего брата. Местом проведения состязания будет Двор Пурпурного Бамбука, поэтому Мэн Чаожань будет нашим наблюдающим». Все было открыто и прямо, план был совершенным и без каких-либо недостатков.
Если бы Ли Цзяньинь пришёл домой раненный, и Пик Запечатывающих Облаков никак на это не отреагировал, это было бы странно.
Но они не ожидали увидеть всего трех человек. Поэтому они бросили одну или две фразы, и немедленно взялись за дело.
Удивительно, но кто-то начал спрашивать о правилах уже после избиения
Без старейшины этот спор решить было невозможно.
- Чушь! Ши Цяньшань первым спровоцировал драку и ударил старшего брата Цюй. Старший брат Цюй оборонялся, - нагло заговорил один из юношей с широко раскрытыми глазами.
Чу Ян холодно взглянул на него и сказал:
- Если это так, то раны Старшего брата Цюй должны быть очень серьёзным, да?
- Конечно! - лицо юноши покраснело, но он продолжал твёрдым голосом. - Смотри, у старшего брата повреждено ребро и ещё одна рана спереди на груди. Все его тело пострадало!
- О, так значит, сегодня было вовсе не дружеское состязание? - Чу Ян в восторге наклонил голову. - Почему ты так покраснел? Может, у тебя совесть не чиста?
- Конечно ... конечно, это было не состязание, - продолжал Цюй Пин.
Только что восемь учеников твердили в один голос, что это было дружеское состязание. Но сейчас, после колких вопросов Чу Яна, они начали себе противоречить.
- Значит, когда вы вернётесь, вы доложите об этом как следует? - спросил Чу Ян и улыбнулся.
- Конечно, мы честно обо всем доложим. Школа полагается на нас, разве мы можем соврать?
После слов Цюй Пина все остальные невольно покраснели.
- Но твои слова покажутся не слишком правдивыми. Старший брат Цюй, если ты так сильно пострадал, но травмы на твоём теле довольно лёгкие, тебе непросто будет убедить старейшин, да? - Чу Ян заговорил прямо. - Старший брат Цюй, не хочешь ли принять мою помощь? Что скажешь?
- Ты мне поможешь? - Цюй Пин прищурил глаза. – Каким образом?
- Я помогу нанести несколько ран на твоё тело, - сказал Чу Ян, честно улыбаясь. - Старший брат Цюй, это ради твоего же блага! Когда ты расскажешь старейшинам об этом инциденте, и они не увидят серьёзных травм, то подумают, что ты лжёшь. Согласно традиционным правилам, тебя, конечно же, накажут. По-моему будет лучше, если я сам нанесу тебе несколько порезов, немного лёгких ушибов и пинков? Что скажешь?
- Ха-ха, - Цюй Пин громко рассмеялся и снисходительно взглянул на Чу Яна. - Так ты Чу Ян? Младший боевой брат Ли сказал, что мы можем разобраться с Ши Цяньшанем, но с тобой он разберётся сам. Ха-ха ... поэтому мы тебя не тронули. Удивительно, но ты хочешь помочь нам? С твоими-то слабыми навыками, что ты сможешь сделать?
- Давайте попробуем и посмотрим! - ответил Чу Ян. - Может, Старший брат Цюй убедится, что мои слова правдивы и постоит на месте, и позволит мне нанести несколько ран. Так ведь будет удобно?
Цюй Пин улыбнулся и произнёс обыденным тоном:
- Во всей Небесной Школе - на девяти пиках и во Дворе Пурпурного Бамбука – всего семьсот девяносто шесть учеников, мужчин и женщин. Ежегодно нам присваивают новые ранги. Я, Цюй Пин, не имею таланта, но я все равно на девятнадцатом месте. На каком же месте ты, Чу Ян?
http://tl.rulate.ru/book/96706/553
Сказали спасибо 139 читателей