– Это афера!
Будь то фиктивный брак или что-то ещё, я должна получить эти деньги.
Финн Шнайдер кричал и вопиял, но это не имело значения.
Я просто не могла поверить в сложившуюся ситуацию. Особенно с моряками, набившимися в этот маленький домик.
Итак, должна ли я считать себя свидетелем...?
Я сидела рядом с Йоханнесом Шульцем, лицом к Финну Шнайдеру и Фавиде, сидевшим напротив меня. Это была действительно неприятная ситуация. Оказаться под следствием в качестве свидетеля сразу после получения предложения от человека, который должен был стать моим мужем, – это был поистине неромантичный поворот событий.
– Даже если вы возьмете деньги у герцога, они всё равно будут отняты! Ха, я очень удивлен вашим предложением в такой ситуации! – продолжал болтать Финн Шнайдер. Он даже зашёл так далеко, что загнал герцога Шульца в угол своими словами. – Я сообщу обо всем об этом несправедливом инциденте во время официального расследования.
– Почему вы думаете, что это брак-афера?
– Ну...! Вы, кажется, не настолько щедры, чтобы тратить крупную сумму денег на кого-то, кого я не знаю.
– С точки зрения герцога Шульца, это большая сумма, не так ли? – герцог Шульц уставился на него запавшими глазами.
Наконец, поняв ситуацию, Финн Шнайдер закрыл рот.
– «Барникс», компания, занимающаяся ростовщичеством. Они в основном работают парами, один из которых очаровательный мужчина, а другой внушающий страх, как Фавид.
– Очаровательный мужчина?
Герцог Шульц приподнял бровь и перевел взгляд с Финна Шнайдера на Фавида.
«Где он?» – вот какой у него был взгляд.
– Значит, они намеренно ослабляют бдительность. Я не знал, что генеральный директор был боссом, притворяясь менеджером филиала.
– Похоже, они были очень скупы на свою месячную зарплату, – добавил Претт Фрей вполголоса. – Кстати, мисс Прим, ваши суждения кажутся мне довольно странными. Даже если я пригляжусь повнимательнее, он совсем не кажетесь обаятельным мужчиной.
– Согласен.
Герцог Шульц коротко согласился. Я была удивлена и подняла руку:
– Это абсолютно неправда! Просто он казался добрым... и его отношение было дружелюбным...
– Преступники обычно обаятельные мужчины. Ну, не совсем обаятельные, но..., – сказал Претт Фрей с саркастическим смехом. Затем он начал внимательно изучать потрепанное удостоверение личности. – Запах почти выветрился, и теперь нам нужно будет узнать больше подробностей...
Я нервно сглотнула.
– Метод манипулирования идентификационными карточками прост. В нём используются специальные чернила. Они изготовлены из хромовой кислоты, выделяемой из глянцевого угля, который в небольших количествах можно получить в редких угольных шахтах.
Претт Фрей вскоре достал из кармана авторучку. Затем он открыл крышку флакона с чернилами, который получил от одного из солдат военно-морского флота. Уникальный запах ударил мне в ноздри.
– Сначала нанесите специальные чернила и напишите буквы. Они выцветают под воздействием тепла, что облегчает манипулирование.
Претт Фрей обмакнул перо в чернильницу, которую он приготовил, и записал слова. До сих пор все казалось прекрасным. Но когда он чиркнул зажигалкой, буквы начали исчезать. У некоторых морских офицеров, включая меня, расширились глаза.
– А затем заполните новые цифры обычными чернилами в этом месте...
Не было обнаружено никаких следов манипуляций. Выглядело так, как будто это было написано так с самого начала.
– Как насчет этого? Довольно впечатляюще, не так ли?
Я посмотрела на Претта Фрейя с довольным выражением лица. Его взгляд был как у щенка, ищущего похвалы.
– Очевидно, что это мошенничество и даже торговля людьми. Вы получите за это солидный срок, – сухо ответил герцог Шульц.
Счёл ли он это похвалой или нет, на лице Претта Фрея было довольное выражение.
– Есть доказательства? Доказательства того, что я использовал эти чернила!
Эхом отозвался голос Финна Шнайдера, полный злобы.
То, что он сказал, было правдой. Даже если Финн Шнайдер использовал специальные чернила, доказать это было невозможно, поскольку цвет полностью выцвел.
Однако Претт Фрей продолжал говорить, не обращая на него внимания.
– Процентная ставка в 50% действительно абсурдна. Даже если верхнего предела нет, на рынке существуют неявные правила. Превышать 24% неэтично.
Затем он достал что-то из кармана. Это был прозрачный флакон с прозрачной жидкостью, похожий на пульверизатор. Он капнул жидкость из флакона на удостоверение личности. Затем начали появляться красные буквы.
– Кажется, вы забыли что-то важное.
– …
– Здесь налицо признаки манипуляции.
В верхней части цифры 5 появилась красная линия, из-за чего она выглядела как 60 вместо 50.
– Это свидетельство того, что использовались специальные чернила. Обычно, когда капаешь на подкисленную воду, они становятся видимыми. Первоначально процентная ставка составляла 10%.
– Тогда...
– Это означает, что отец мисс Прим выплатил и основную сумму, и проценты.
Претт Фрей разочарованно вздохнул. Но в его изумрудно-зеленых глазах было явное чувство радости. Даже выражение его лица стало более очаровательным.
Герцог Шульц сохранял непринужденную позу. Однако его тон стал немного резким:
– Ты ведешь свой бизнес таким никчемным образом.
– Это...!
– Я надеюсь, ты не станешь оправдываться тем, что это твой первый раз, когда ты делаешь такое.
– Нет!
Взгляды всех присутствующих обратились к крупному мужчине. Это был Фавид, который наблюдал за каждым движением Финна Шнайдера. Он вытер холодный пот и начал признаваться, строка за строкой. Он написал удостоверения личности чернилами с хромовой кислотой и хранил поддельные удостоверения личности отдельно. И когда женщины оставались одни, они становились мишенью для мошенников.
– Мы уже закончили расследование и собрали достаточно доказательств, чтобы приступить к судебному разбирательству, – с громким стуком Претт Фрей хлопнул по столу и широко улыбнулся.
– Сколько женщин было продано? Ты всего лишь никчемный подонок.
– Ах...
Финн Шнайдер уставился на него так, словно хотел убить, как будто всё это было из-за Фавида. Но он больше ничего не мог сделать, так как чувствовал на себе пристальный взгляд герцога Шульца.
– Что нам делать? – я посмотрела на герцога Шульца, спокойно спросив.
– П-пожалуйста… пожалуйста, не позволяйте моему отцу услышать об этом. Я искренне сделаю все, что потребуется! – Финн Шнайдер наконец разрыдалась.
Но я не испытывала ни капли жалости. Он обманул меня, пытался отнять у меня дом и продать меня.
Герцог Шульц говорил со снисходительным выражением лица, как будто даруя великую милость:
– Что ж, я полагаю, ты должен заплатить цену за свои действия. Ты сделал кое-что похуже, чем собака, – и, жестом отпустив Претта Фрея, он встал без какой-либо длительной привязанности. – Нам пора идти.
Затем он протянул мне руку. Это был очень джентльменский жест.
Я ошеломленно посмотрела на его большую ладонь, вспомнив, что приняла его предложение, и быстро протянула руку в ответ. В любом случае, всем присутствующим показалось важным, чтобы мы выглядели убедительной парой.
– Что касается дома...
– Претт тщательно его уберет.
– Вы что-то сказали? – Претт Фрей наклонил голову, как будто слышал это впервые, но герцогу Шульцу это не понравилось. – ...Да, конечно.
Вскоре, с озорным тоном, Претт Фрей отошёл и заговорил с Финном Шнайдером:
– Уважаемый герцог Шульц, или, скорее, полковник, планирует передать вас столичной полиции. Если вы будете хорошо себя вести, это лишь пойдёт вам на пользу. Кстати, мы можем получить благодарность как храбрые граждане. О, интересно, есть ли у них благодарность для храброго полковника? Я хотел бы получить внеочередную благодарность помощника.
Выражение его лица, казалось, было напряженным.
* * *
Солдаты военно-морского флота разбивали лагерь перед домом.
Там также собралось много людей. А минуту назад они убегали, даже не оглянувшись.
По какой-то причине я почувствовала горечь.
Леди Пенкиллер тоже проснулась от шумной суматохи. Она заметила меня и закричала:
– Эдит, Эдит!
Посреди толпы высоко поднялась пухлая рука и замахала из стороны в сторону.
Герцог Шульц схватил меня, когда я попыталась приблизиться к ней. Когда я посмотрел на него с озадаченным выражением, его губы, которые были несколько сжаты, раскрылись:
– Сейчас неподходящее время. Возможно, сейчас лучше вернуться в особняк, – он огляделся и добавил: – это не особенно приятная ситуация.
Конечно, потому что всеобщее внимание было приковано к герцогу Шульцу. В толпе время от времени раздавался звук щелкающих затворов фотоаппаратов.
– Ой.
Йоханнес Шульц в настоящее время официально числится пропавшим без вести.
– Это из-за меня...?
– Нет, – произнеся это сухим голосом, он отвел от меня свои голубые глаза. – Достаточно прятаться. Это раньше, чем ожидалось, но ситуация неплохая.
Он пробормотал что-то непонятное, а затем повел меня к неподвижному экипажу. Это был экипаж с выгравированной военно-морской эмблемой.
Прежде чем сесть в экипаж, я встретилась взглядом с леди Пенкиллер и сделала ей извиняющийся жест. У неё всё ещё было озадаченное выражение лица, но она кивнула головой.
– Будь осторожна.
Я взяла его за руку и села в экипаж.
Как только мы сели друг напротив друга, герцог Шульц постучал по стенке кареты. Вскоре люди неохотно расступились в ответ на окрик кучера.
Между нами не было никакого разговора.
Карета медленно тронулась, странно покачиваясь, направляясь к поместью.
http://tl.rulate.ru/book/95234/3911469
Сказали спасибо 2 читателя