Глава 3.
[- 10-й день журнала наблюдений за ребёнком.
С тех пор, как на кухне вспыхнул пожар, мальчик даже не приближался к кухне.
Похоже, он боится готовить. Но сейчас у мальчика больше нет ни картофеля, ни батата.
В конце концов, мальчик выбрал морковь, которую можно было есть сырой.
Жуя морковку, он начал плакат.
Что-то мне не очень хорошо.]
.
.
[- 14-й день журнала наблюдений за ребёнком.
Шли дни, щёки мальчика становились худее. Сейчас, когда он съел всю морковь, не осталось ничего, что можно было есть сырым.
Более того, больше половины остальных продуктов сгнили.
Урчание в животе мальчика не утихало.
Мальчик, постоянно наполняющий желудок лишь водой, разбил яйцо, словно хотел есть.
……упс, яйцо, которое долгое время лежало в комнатной температуре, не смогло вылупиться, превратившись в птенца, а стало трупиком.
Мальчику стало плохо и он выбежал из кухни.]
.
.
[-16-й день журнала наблюдений за ребёнком.
Мальчик за сегодня ничего не ел.
Если он будет делать это, то умрёт-]
[– А-а-а! Дерьмо!] – закричала я в свой журнал наблюдений.
Мне просто не хотелось писать дальше. Я отпустила ручку парить в воздухе и полетела туда, где был мальчик.
Проходя сквозь стену, я увидела Люциана, лежащего на кровати.
Ур-р-р~
В комнате, наполненной тишиной, громко зазвонили часы. Мальчик, свернувшийся в калач, дёрнулся и ещё сильнее сжал своё тело.
Было похоже, что он отчаянно подавил свой голод.
Люциан ни разу не ел со вчерашнего обеда, а за предыдущие 4 дня он ел лишь один раз в день сырую пищу, и единственной пищей, которую он ел в те дни, был сушёный минтай, который не имел никакой пищевой ценности.
Из-за возраста он может выжить, хоть и не ест толком, если бы он был взрослым, то уже давно лишился бы сознания.
[– Эй, чёрт, сколько дней прошло с тех пор, как он пришёл?] – я снова вернулась в свою комнату и проверила журнал наблюдений.
Я начала заполнять его на следующий день после прихода ребёнка, так что сегодня 17-й день.
Прошло уже больше 15 дней. Было сказано, что закупка продуктов будет осуществляться раз в месяц, значит осталось 13 дней, а это почти 2 недели.
– Чёрт побери, почему они не пришли сюда хотя бы раз? – я была зла.
Они, очевидно, знают, что ребёнок не умеет готовить, но оставили его одного в этом огромном особняке.
Я была шокирована, когда увидела, что мальчика оставили одного в день свадьбы.
Эй, наверное, они будут приходить раз в неделю и проверять, жив он или мёртв, – подумала тогда.
Недаром они привели человека, нет, того, кто похож на приведение.
[– Что вы будете делать, если он умрёт от голода!]
Я не могу оставить это так. Если всё продолжится, мне придётся отплатить им.
Если бы он был взрослым, мне было бы всё равно, умрёт он или нет, но он – ребёнок, который даже читать не умеет.
Меня волнует, что ребёнок может умереть от голода и оказаться здесь, как я.
[– Это не принесёт абсолютно никакой пользы.]
Я не хочу, чтобы в особняке появился такой же призрак, как я.
Я быстро спустилась на кухню и посмотрела, какие продукты остались.
[– Думаю, я смогу испечь хлеб или приготовить овсянку.]
Было хорошей идеей постепенно организовать всё, пока ребёнка тут не было.
Специи, такие как соль и сахар, уже были разделены по стеклянным контейнерам, другие ингредиенты также находились на своих местах.
Прежде всего, поскольку ребёнок уже несколько дней не ел нормальной еды, мне нужно приготовить что-нибудь полезное для его пищеварения.
[– Тогда только овсянка, да?]
Я сразу же достала овсянку, соль и остальное. Зажгла жаровню и, принеся кастрюлю, поджарила овсянку.
[– Живи, живи, я всё приготовлю.]
Естественно, призраки не могут чувствовать голод. Поскольку я не могла ест, мне незачем было готовить.
Только за это время я видела, как люди, живущие в особняке, готовили, а также запомнила все книги из библиотеки, поэтому инструкции по приготовлению пищи хранились в моей голове.
[– А-а! Быстрее! Быстрее!]
Только, поскольку я не могла чувствовать запахи, то не могла определить подгорело что-то или нет, пока не заметила дым.
Я рефлекторно попыталась схватить ручку сковородки, но когда увидела, как моя рука прошла сквозь неё, то смущённо использовала свою ману.
[Из-за ребёнка я всё время забываю, что я – призрак.]
Причина, по которой я могла брать предметы и прибираться в особняке, даже несмотря на то, что являлась призраком, заключалась в том, что я знаю как использовать магию.
Обычно можно использовать магию, пользуясь маной в своём теле, но в моём случае, поскольку у меня нет тела, я использую ману, плавающую в окружающем пространстве, а не внутри себя.
Прожив около 300 лет как призрак, я поняла, как это делать.
Перебрав подгоревшую овсянку, я мелко размолола её.
[– Теперь просто залить молоком и всё готово!]
Молоко было от коз, которые время от времени посещали двор особняка.
Я не чувствую запаха, но кажется готово, – но подумала, что так получилось слишком пресно, поэтому решила посолить.
[– …сколько мне нужно положить?]
В буклете с рецептами было сказано лишь то, что нужно правильно приготовить её и приправить по вкусу. Но я не могу есть пищу, поэтому у меня нет возможности попробовать её.
[– Мм, этого много? Нет, ещё чуть-чуть?]
Стукнув по палочке, я размешала кашу. Когда пришло время, готовая овсянка была перемещена в тарелку.
[– Теперь, как мне всё сделать?]
Если оставить её рядом с его кроватью, он снова начнёт искать людей.
Что же делать? – на некоторое время я погрузилась в размышления.
[– А! Всё, что мне нужно сделать, донести до него запах еды!]
Поскольку ребёнок голоден, он обязательно отреагирует на запах овсянки.
Я быстро схватила и отправилась к двери в комнату мальчика. Слегка приоткрыв дверь, я впустила туда лёгкий ветерок.
Так прошло около минуты? Гора, возвышающаяся на кровати, пошевелилась.
– ……пахнет вкусно.
[– Сработало!]
Люциан сглотнул слюну и поднялся с кровати. Схватив овсянку, я спустилась по лестнице до того, как он открыл дверь.
К счастью, мальчик чуял запах еды и постепенно следовал за ним в кухню.
Перед тем, как Люциан вошёл туда, я поставила тарелку с овсянкой на стол и спряталась в чайном шкафчике.
– ……рис? – лицо мальчика просветило, когда он увидел овсянку, от которой шёл пар. Вскоре он чуть ли не уткнулся носом в тарелку.
[– Он не обожжёт себе язык?]
– Ат-т-т……
[– Посмотрите на это. Я знала, что так и будет.]
Люциан, который не мог держать рот закрытым из-за лёгкого ожога, немного успокоился и начал дуть на кашу.
– Ук, солёно……!
Я съёжилась, услышав слово «солёно».
Похоже, соли было добавлено много.
[– В следующий раз буду добавлять меньше.]
Чавк, ху-ху, хуп! Чавк-чавк!
Только Люциан с таким аппетитом ел овсянку, что каждый, кто его видел, мог испытать гордость. Хоть он и сказал, что каша была солёной, мальчик был слишком голоден.
Когда вся миска опустела, Люциан посмотрел на пустую миску сверху вниз.
Рядом с ним была ещё овсянка, а пока я задавалась вопросом, что делать, в миску стали капать прозрачные капли воды.
[– Почему, почему плачет?] – я была абсолютно растеряна.
– Вкусно…… так вкусно……
Я мгновенно лишилась дара речи.
Как это, должно быть, трудно и грустно.
В юном возрасте он женился на призраке, остался один в особняке из-за чего не может нормально питаться, так что, ему, должно быть, невероятно тяжело.
Люциан долго беззвучно плакал.
Плача, он съел ещё одну порцию овсянки, вымыл тарелку и положил оставшуюся кашу в угол.
После его ухода я ещё долго не могла покинуть кухню.
[– Да, теперь нужно перестать делать это,] – я бросила журнал наблюдений, который держала в углу кухни, в огонь.
Журнал, заполняемый 15-й дней, в одно мгновение превратился в пепел.
И всё же моё сердце чувствовало облегчение.
[– Прежде всего, нужно спасти ребёнка.]
После наблюдения за ним в течении 15 дней, кажется, что я привязалась к нему. Интересно, каким будет улыбающееся лицо мальчика, который всегда плачет или имеет грустное выражение лица.
*****
– Ам, пить, – как только Люциан проснулся, он почувствовал безумную жажду.
Скорее всего, это было из-за того, что овсянка, которую мальчик ел вчера, была пересолена.
Чтобы утолить жажду, Люциан тут же стал пить воду, оставленную возле кровати.
Опустошив чашку, ему, наконец, перестало хотеться пить.
– Хи, хи-хи…… – вспомнив, что произошло вчера, мальчик рассмеялся. – Кто же это был? Тот же человек, который был в первый день?
На самом деле, вчера я думал, что умру.
Я голодал, не умея готовить и не имея продуктов для еды. Можно было выйти и поесть, но мне не хотелось заходить так далеко.
Нет, скорее, я хотел умереть вот так. Потому что думал, что легче умереть, чем жить в одиночестве в этом огромном особняке, где даже никого нет вокруг.
Но когда смерть была совсем рядом, я испугался. Я надеялся, что кто-нибудь придёт ко мне.
И произошло чудо.
– Только почему он не появляется?
Люциану было любопытно, почему его благодетель, лица и пола которого он не знал, не появлялся.
Возможно, он не может раскрыть свою личность из-за приказа людей из императорского дворца?
– ……хочу хотя бы сказать спасибо, – Люциан, возившийся с пустым стаканом, выглядел подавленным из-за опустившихся плеч, но тут же покачал головой. – Нужно поискать его ещё раз!
Ур-р-р~
Мальчик восстановил свою энергию и громко выкрикнул свои стремления, но его внутренний таймер еды прозвенел без предупреждения.
Несмотря на то, что вокруг никого не было, Люциан покраснел и почувствовал себя неловко.
– Хм-хм, может сначала поесть?
Учитывая то количество каши, которое осталось вчера, мне хватит его до сегодняшнего вечера, – мальчик подумал, что если съест её всю, то еда быстро закончится, поэтому решил хорошо делить кашу.
Перед тем как уйти, внимание Люциана привлекла большая куча белья.
– ……когда поем, нужно будет заняться стиркой.
Я не знаю, как это делается, но всё, что мне нужно сделать, это намочить всё в воде и вытащить, верно?
Раньше мальчика возмущало, что ему приходилось делать всё самому, но сейчас он ощущал гордость, потому что чувствовал, что вырос.
Люциан взволнованными шагами спустился по лестнице. Он пришёл в кухню, готовый есть овсянку…….
– ……что? – Люциан моргнул, увидев то, что лежало на кухонном столе. – Хлеб и мясо!
На кухне был чудесный завтрак, от которого шёл пар.
Это был свежеиспечённый хлеб, бекон, брокколи и кукурузный суп. Там, где мальчик жил, он никогда не завтракал так сытно.
Все блюда так хорошо пахли, что у Люциана бессознательно потекли слюни.
Люциан быстро сел за стол, вытирая слюну, текущую из уголков губ. И откусил кусочек от хлеба.
– Хо, хох……хо……! Вк, вкусно!
Пар шёл из его рта, словно хлеб только что вытащили из духовки. Хлеб мягко таял на языке, не требуя долгого жевания, а его ореховый вкус был приятным для языка.
Люциан осторожно обмакнул кусочек хлеба в суп.
Когда он попробовал это, у него во рту оказалось фантастическое вкусовое сочетание.
– И то, и это! Всё вкусно!
Даже толстый бекон был вкусным. Попробовав всё по чуть-чуть, Люциан дошёл до небольшого количества брокколи. Как человек, впервые увидевший брокколи, он понятия не имел, что это такое.
– Думаю, это тоже вкусно?
Поэтому, мальчик без всякого страха, съел брокколи одним укусом. Улыбающееся лицо Люциана постепенно застыло и в итоге стало мрачным.
– Ыы…… на вкус ужасно.
Какое предательство. Не могу поверить, что среди такой вкусной еды есть такая ужасная вещь, – Люциан долго смотрел на оставшиеся брокколи, а затем отодвинул её в сторону.
И отнёсся к ней как к пустому месту, сметая всё остальное. Тарелка опустела почти мгновенно.
– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –
http://tl.rulate.ru/book/94807/3409489
Сказали спасибо 10 читателей