Кацуки как раз выходил из школы в конце учебного дня, ссутулив плечи так, что казалось "заговоришь со мной, и ты умрешь" когда он услышал голос.
“Да, один из моих друзей сказал, что в его школе есть парень с причудой злодея". Раздражающий голос лакея эхом отдавался у него за спиной, когда он смеялся вместе с другими хулиганами, которые все еще иногда преследовали Кацуки. “Он пригласил меня пойти с ним и встряхнуть его. Ребята, не хотите ли присоединиться?”
Кацуки почувствовал, как в его груди закипает неприятный клубок гнева и вины, когда другие статисты немедленно согласились и начали говорить о том, как они рады свежему мясу и как скучно стало с тех пор, как Деку ушел. Как Кацуки никогда не понимал, насколько это было запутанно? Эти парни чувствовали себя виноватыми только из-за того, что буквально выжали ребенка из школы, потому что это означало, что они больше не могли над ним издеваться. Единственная причина, по которой они вообще не пропустили Изуку, заключалась в том, что он был такой легкой мишенью.
Кацуки не знал, что заставило его последовать за ними. Не похоже, что он собирался присоединиться, как сделал бы несколько месяцев назад, так почему же он удивился, что следит за ними с расстояния в квартал, чтобы делать те же повороты? Он просто пытался изменить себя или что-то в этом роде?
Он почти ожидал, что хулиганы заметят его. Не то чтобы он был известен своей скрытностью или чем-то еще. Всю жизнь Кацуки был известен как шумный парень, будь то из-за его причуды или взрывного характера. Он привык, что его замечают в тот момент, когда он входит в комнату, но учитывая все, что происходило в последние несколько месяцев...что ж, впервые Кацуки осознал, что он постепенно отходит на второй план.
Или, может быть, было неправильно сформулировано. Кацуки не думал, что он станет невидимкой , скажем так, не то чтобы он не заслуживал внимания , просто он больше не стремился быть в центре внимания. Его постоянное стремление быть лучшим толкнуло его с головой в хулиганство, так что теперь, когда он решил оставить это позади, ему было немного комфортнее вести себя тихо.
Это было не то, о чем он когда-либо думал, но, вероятно, это был бы полезный навык, когда он, наконец, станет героем. Возможность выследить настоящего злодея, в подобной ситуаций как эта, могла бы помочь ему выследить преступника или что-то в этом роде. Он последовал за Фингерсом и другими статистами в ту часть города, через которую раньше только проезжал. Это была не худшая часть города, но и не лучшая, и его старая ведьма сказала ему избегать ее, если он мог. Конечно, сюда приходили эти глупые статисты, чтобы запугать какого-нибудь ребенка с причудой злодея. Могут ли они стать еще одним огромным клише?
Группа, за которой он следовал, встретилась с парой других учеников, одетых в форму другой школы, и они тепло поприветствовали друг друга, но Кацуки был слишком далеко, чтобы слышать, о чем они говорили, да ему и было все равно. Затем большая группа пошла по небольшой боковой улице, пока не поравнялась с парнем с фиолетовыми волосами, который был одет в ту же форму, что и новоприбывшие.
Группа не была спокойной, когда они затащили парня в переулок, и Кацуки замер. Да, он знал, что должно было произойти, он участвовал в подобных вещах достаточно много , чтобы не обманывать себя, думая, что этот парень выберется из этого без пары синяков, но по какой-то причине наблюдать за этим было отвратительно, но еще хуже быть её участником. Даже наблюдать за травлей в школе было не так уж плохо, потому что он почему-то привык к этому там, но не к этому?
Это было неправильно
На улицах было не так уж много других людей, в основном несколько взрослых, которые просто посмотрели в сторону переулка и отвернулись, игнорируя крики и другие подозрительные звуки, как будто они привыкли к подобному дерьму, происходящему каждый день. Может быть, они и были, но это все равно не означало, что все было в порядке! Почему никто ничего не делал?
Быть героем - это не просто не причинять людям вреда,но это также значит и не позволять другим причинять боль.
Кацуки двинулся к переулку быстрее , прежде чем он успел все обдумать. Он побежал в переулок, предупреждая взрывами, которые уже звучали в его ладонях, когда он повернул за угол и увидел знакомую сцену. Парнишку с причудой злодея повалили на пол, и он изо всех сил старался защититься от большей части повреждений, свернувшись в клубком. Единственная разница между тем, что Кацуки видел перед собой, и большинством его воспоминаний об Изуку за эти годы заключалась в том, что по какой-то причине Фингерс полностью закрывал рот этого парня руками, но в прошлом они всегда просто позволяли Деку кричать.
Группа замерла в тот момент, когда он вошел в переулок, и Кацуки не упустил из виду, как глаза парня уставились на его взрывы, как будто он ожидал, что его сегодня сожгут. Это было слишком знакомо, и от этого его немного затошнило, но сегодня все должно пройти по-другому сценарию, если Кацуки сможет что-то сделать по этому поводу.
Через мгновение Фингерс расплылся в широкой улыбке и слегка расслабился: “О, Бакуго, это всего лишь ты! Хочешь присоединиться к нам? У этого парня причуда связана с голосом, поэтому ты не слышишь, как он кричит, что немного отстойно, но, эй, не всех можно так весело избивать, как Деку, верно? По крайней мере, у этого парня есть безнадежная мечта стать героем”
Кацуки почувствовал, как его захлестывает ярость, и почти подсознательно почувствовал, как его руки становятся горячее, когда он смотрел на своего бывшего лакея: “Отойди от него”.
Фингерс на мгновение растерялся, прежде чем его глаза расширились от понимания: “О, ты хочешь избить его сам?”
“Это не круто, чувак, забирать себе все веселье”. - Сказал один из других его прошлых лакеев, парень с булыжниками вместо волос. “Ты должен поделиться с нами”.
Кацуки почти согласился с этим с предложением Фингерса.Ведь он мог притвориться, что предположение Фингерса было верным, а затем отпустить паренька, как только другие хулиганы отъебутся, и ему не пришлось бы иметь дело со всей этой драмой и сплетнями, которые неизбежно должны были произойти в тот момент, когда он официально перейдет на другую сторону. Но это ведь было бы так просто , а жизнь не любит давать такие шансы.
Но это был выход для трусов, а Кацуки собирался стать героем, а не гребаным трусом, поэтому он встал в уверенную позицию для атаки и защиты.Продолжая смотреть на хулиганов сверху вниз: “Нет. Никто не прикоснется к этому чертову статисту. Мне есть что сказать по этому поводу, так то, что вы оставите его, блядь, в покое.”
Последовал долгий момент потрясенного молчания, прежде чем статист с каменными волосами, наконец, нарушил его: “Ты ... ты пытаешься остановить нас?”
Горло Кацуки сжалось, и единственным ответом, который он мог дать, было продолжать смотреть на них сверху вниз. Затем наступил момент, которого он боялся с тех пор, как понял, что не может быть одновременно героем и хулиганом.
Он увидел, как его одноклассники рисуют его сломленным в своем воображении.
Почти сразу лицо Фингерса исказилось в ухмылке, и Кацуки почувствовал всплеск страха, когда понял, что тот смотрит на него сверху вниз. Это было не так, как Изуку делал раньше, просто будучи милым и предлагая помощь, нет, он мог сказать, что в тот момент Фингерс искренне и безоговорочно понизил Кацуки в рейтинг слабаков.
Ему потребовалось почти все, что у него было, чтобы продолжить стоять на своем. Все, о чем он мог думать, это о том, что он должен сделать это, чтобы иметь возможность предстать перед своими друзьями из группы реабилитации на следующей неделе. Он должен был сделать это, чтобы иметь возможность извиниться перед Изуку. Он должен был сделать это, чтобы стать достойным звания героя.
“Чувак, это же Бакуго!” Статист что-то шептали Фингерсу, не то чтобы Кацуки все равно их не слышал. “Ты действительно думаешь, что сможешь победить его в бою?”
Кацуки усилил свой взгляд и позволил взрывам громче потрескивать в его руках. На самом деле он не хотел избивать этих детей, они, вероятно, могли доставить ему много неприятностей, как только разнесется слух, что он больше не собирается терпеть травлю, но он все равно сделает все необходимое, чтобы стать героем. Он должен .
К счастью, Фингерс просто усмехнулся и убрал руку ото рта парня: “С каких это пор ты стал таким занудой, ааа Бакуго? Как бы то ни было, давайте, ребята, отмудохаем их вместе ”.
Кацуки не ослабил своей позиции: “Просто убирайтесь отсюда, гребаные статисты”.
На лице Фингерса промелькнула ярость, но он все же отпустил паренька и направился к выходу из переулка, оставив только теперь уже очень растерянных хулиганов из другой школы, которые недоверчиво переводили взгляд с Кацуки на его одноклассников.
“Вы тоже, свалили”. Кацуки зарычал, подчеркивая свои слова новыми взрывами. “Проваливайте”.
Другие хулиганы перешли к активным действиям и выбежали из переулка, наконец оставив его наедине с одноклассником, которого они только что избивали. Катсуки наблюдал, как они догоняют Фингерса, которые ждал их у входа в переулок. Они начали уходить, когда Фингерс остановился и оглянулся на него со снисходительным выражением лица: “Увидимся завтра в школе...Бакуго”.
Кацуки было чего бояться. Он понятия не имел, как все это повлияет на его социальное положение и жизнь в школе, это было совершенно неизвестно. Все, что он знал, это то, что это будет плохо.
Однако он не позволил хулиганам увидеть это. Вместо этого он направил весь свой страх в решимость: “Давай, сука”.
Фингерс усмехнулся и, повернувшись на пятках, ушел, прихватив с собой небольшую группу своих лакеев. Катсуки наполовину подумывал о том, чтобы помочь парню позади него подняться и проверить, все ли с ним в порядке, но почему-то он не думал, что жертва хулигана захочет, чтобы кто-то вроде него пытался его утешить.
Он сделал всего несколько шагов, прежде чем услышал смущенный голос позади себя: “Спасибо?”
Кацуки усмехнулся и посмотрел через плечо на парня, который встал и отряхивался, почему-то выглядя скучающим, несмотря на то, что он только что пережил: “Не за что. Просто, блядь, не позволяй им делать это с собой, вот мой тебе совет.”
Он подозрительно посмотрел на Кацуки: “Почему ты спас меня?”
“Почему ты так думаешь?” Огрызнулся Кацуки. “Я знал, что они собираются делать, и меня тошнит от того, что я был не на той стороне событий, понял?”
Парень выглядел слегка шокированным: “Ты ответил мне”.
Кацуки посмотрел на него как на идиота, потому что, честно говоря, он, вероятно, был таким: “Что, из-за побоев у тебя повредился мозг или что-то в этом роде? Это то, что ты должен делать, когда люди задают тебе вопросы”.
“Ну да”. Парень протянул. “Но разве они не рассказали тебе о моей причуде?”
“Я знаю настоящих злодеев”. Кацуки усмехнулся и оглядел парня с ног до головы. “Извини, пацан, но ты нихрена не попадешь в этот тип людей, в чем бы ни заключалась твоя идиотская причуда”.
Это, очевидно, удивило парня настолько, что он замолчал, и Кацуки повернулся, чтобы снова уйти, когда парень снова окликнул его: “С-спасибо, и меня зовут Шинсо”.
“Мне все равно”. Ответил Кацуки, затем остановился и снова посмотрел на парня. “Они сказали, что ты хочешь стать героем?”
Шинсо кивнул.
“С твоими костлявыми руками этого не случится”. Кацуки проворчал. “Ты должен уметь побеждать таких людей как они, в бою, иначе у тебя не будет ни единого шанса стать героем”.
Он не стал дожидаться, пока пройдет замешательство Шинсо, прежде чем выйти из переулка. Ему нужно было вернуться домой и хорошенько выспаться, потому что завтрашний день обещал быть адом.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://tl.rulate.ru/book/93439/3503743
Сказали спасибо 8 читателей