Блинчики пахли так вкусно!
* * *
Утром снова пошел снег. К счастью, снег шел совсем недолго, а потом прекратился, так что это не повлияло на ходьбу Су Сяосяо.
Был полдень, когда Су Сяосяо прибыла в деревню. В это время обычно большинство жителей деревни сидели по домам. Однако более половины жителей деревни собрались в доме семьи Большой Су, плотно окружив его.
- Сестра! Ты вернулась!
Су Эргоу, который ходил за водой на въезде в деревню, увидел свою сестру. Трое детей, которые настояли на том, чтобы последовать за ним за водой, но на самом деле ждали Су Сяосяо у входа в деревню, набросились на нее!
Су Сяосяо наклонилась и позволила трем малышам врезаться в нее.
Она погладила по головкам троих малышей.
- Даху, Эрху, Сяоху.
Пообщавшись с ними некоторое время, она могла отличить их, не считая завитков у них на головах.
Трое малышей, которых назвали правильными именами, были чрезвычайно счастливы. Они боролись за то, чтобы потереться головками о ее ладонь.
- Мама.
Су Сяосяо постепенно привыкла к такой форме обращения и больше не поправляла их настойчиво.
Она погладила их по головам и коснулась их рук.
- Вам холодно?
Все трое покачали головами.
- Не холодно.
Ждать их мать было совсем не холодно!
Су Эргоу приготовил воду, и семья двинулась обратно.
- Что-то случилось с семьей Су? - спросила Су Сяосяо.
Су Эргоу фыркнул.
- Кузен написал слово ‘Удача’ и несколько двустиший для семьи Су. Деревенский староста и родственники семьи Су также получили их. Они даже сказали, что если позже появятся еще, они раздадут их жителям деревни бесплатно. Все хотят посмотреть, смогут ли они взять стих. Если у них действительно не получилось, они бы вырвали слово ‘Удача’.
Двустишия в городе были очень дорогими. В дополнение к стоимости красной бумаги, им также пришлось заплатить человеку, написавшему двустишия, немного денег.
Можно сказать, что мадам Хуан и Чэнь Хаоюань потратили много денег, чтобы семья Су выглядела хорошо.
Госпожа Фан и госпожа Ян вышли, чтобы наклеить двустишия. Их лица были полны радости. Жители деревни окружили их и безостановочно восхваляли.
В этот момент из семьи Су выбежала тетя Ву со своим плачущим внуком.
Взрослые обожали весенние куплеты, но они не хотели терпеть детей. Выбора не было. Тетушке Ву оставалось только уйти первой.
Когда она увидела брата и сестру, она поспешно сказала:
- Дая! Эргоу! Ученый Чэнь пишет двустишие. Поторопитесь и купите пару! Он ваш двоюродный брат! Он определенно предоставит их вам!
Су Эргоу закатил глаза. Кому нужны стихи этого парня?
Тетушка Ву крикнула:
- Ученый Чэнь! Толстушка Су и Эргоу пришли попросить у вас двустишие!
Как только были произнесены эти слова, жители деревни мгновенно посмотрели на брата и сестру.
- Разве вы не говорили, что настанет наша очередь после написания для старого Чжана?
- Это верно. Почему будут писать еще одно двустишие для кого-то другого? Вы закончили?
- Мы не можем с ними сражаться! Они двоюродные ученого Чэня!
Су Сяосяо сказала:
- Все, вы неправильно поняли. Мы здесь не за стихами. Мы просто проходили мимо.
Мадам Хуан наконец нашла возможность покрасоваться. Она гордо и насмешливо улыбнулась.
- Если вы этого хотите, просто скажите. Мы родственники. Наша семья Чэнь все еще может себе это позволить!
Су Сяосяо спокойно сказала:
- Я сказала, что не хочу этого.
Тетушка Ву посоветовала:
- Толстушка, не устраивай истерику. Твоя тетя уже сказала, что отдаст их тебе. Почему ты этого не хочешь?
Су Сяосяо властно сказала:
- Меня это не интересует!
Что сказала толстушка Су?
Она... не заинтересована?
Она действительно свысока смотрела на двустишия, написанные ученым Ченем!
Слова Толстушки Су успешно привлекли всеобщее внимание!
Однако никто не думал, что она говорит правду. Напротив, они только почувствовали, что она говорит назло!
Кем был Чэнь Хаоюань? Он был ученым, который был даже более могущественным, чем Хэ Туншэн. Трудно было найти другого!
С другой стороны, двустишия были такой же редкостью, как мясо в сельской местности, где можно было есть только два раза в день, за исключением напряженного сельскохозяйственного сезона!
Кто не хотел повесить стихи на новый год?
- Э-хе-хе, я давно слышал, что у двух семей не очень хорошие отношения. Раньше они даже дошли до такого, - сказал житель деревни.
Они говорили о том, что мадам Хуан и ее муж, Чэнь Фэн, отправились к семье Су, чтобы устроить свадьбу их незаконнорожденного сына и Толстушки Су. Толстушка Су и ее новобрачный муж публично ударили Чэнь Фэна и его жену по лицу.
- Если бы это был я, у меня бы тоже не хватило наглости просить двустишие.
- Мадам Чэнь не стала с ней спорить и любезно предложила ей двустишие. Почему она не хочет?
- Я уже сказал, что ей слишком стыдно принять это.
Несколько жителей деревни обсуждали этот вопрос между собой. В прошлый раз у этих людей не было никакого мнения при появлении семьи Су. Вместо этого они вели себя так, как будто это не имело к ним никакого отношения, и смотрели шоу.
Однако теперь все изменилось. Чтобы заполучить двустишие, написанное ученым Ченем, почти все встали на сторону госпожи Хуан.
Мадам Хуан была чрезвычайно довольна словами - прощающий и великодушный. В любом случае, ей пришлось отказаться от последнего стиха. Если бы она могла завоевать хорошую репутацию и наступить на лицо этой девушке, у нее не было причин возражать.
Она притворилась, что вздыхает.
- Все, хватит болтать. Моя золовка рано скончалась, поэтому у нее нет матери, которая заботилась бы о ней. Неизбежно, что она немного бесчувственна. Как ее тетя, могу ли я действительно спорить с ребенком?
В этих словах едва не было сказано, что у Толстушки Су не было матери и она не получила надлежащего воспитания.
Мадам Хуан подумала, что она поступает разумно, и великодушно сказала:
- Забудь об этом, толстая девчонка. Я не буду усложнять тебе жизнь. Называй меня тетей. Я дам тебе это двустишие.
- Ах, правда? Тогда что нам делать?
- Да, мы ждали целый день!
- Мне действительно жаль. Толстушка, в конце концов, двоюродная сестра Хао...
Мадам Хуан закончила половину своего предложения, когда обернулась. Толстушка Су исчезла!
Неужели эта несчастная девчонка ушла, не дождавшись, пока она закончит?
- Чертова девчонка! Остановитесь прямо сейчас!
Госпожа Хуан дрожала от гнева!
Су Сяосяо взяла троих малышей за руки и неторопливо сказала:
- Эргоу, скажи ей, что я не хочу, чтобы двустишия были написаны Чэнь Хаоюанем.
Су Эргоу обернулся и крикнул:
- Моя сестра сказала, что мы не захотим двустишие, написанное Чэнь Хаоюанем, даже если вы заплатите нам, чтобы мы его взяли!
Мадам Хуан вытянула указательный палец и уперла одну руку в бедро. Она сердито выругалась:
- Ты несчастная девчонка! Продолжай упрямиться!
Упрямиться?
Су Сяосяо сердито рассмеялась.
Оставляя в стороне характер Чэнь Хаоюаня, его почерк...
Она ясно видела двустишия, вывешенные мадам Фан и мадам Ян. Почерк был намного хуже, чем у Вэй Тина!
- Эргоу, мы напишем наши собственные двустишия, когда вернемся.
Су Эргоу снова обернулся и крикнул:
- Моя сестра сказала, что мы напишем наши собственные двустишия, когда вернемся!
Су Сяосяо сказала:
- Ты не обязан говорить им об этом...
Мадам Хуан улыбнулась.
- Хорошо! Иди и пиши! Если ты сможешь их написать, я отрублю себе голову!
Она думала, что она впервые видит Толстушку Су? Никто из семьи из трех человек не умел читать и писать!
Хорошо, раз она не берёт их двустишие! Могла ли она вообще написать стихи? Она хвасталась!
Она хотела посмотреть, как семья Су сможет с этим справиться!
http://tl.rulate.ru/book/92263/3421200
Сказали спасибо 35 читателей