Готовый перевод Harry Potter's Book of Sin / ГП: Книга Грехов: Глава 81

— Я предпочёл бы прояснить это, прежде чем вы совсем растеряетесь от столь чудесного обеда.

Дамблдор откашлялся и продолжил:

— После того как они обыскали «Хогвартс-экспресс»... Вы, должно быть, все знаете, что в настоящее время в нашей школе находится множество дементоров из Азкабана. Они здесь, чтобы выполнять официальные обязанности Министерства.

Дамблдор не хотел, чтобы дементоры охраняли школу, но именно этого требовало Министерство магии. Будучи директором Хогвартса, он понимал, что Министерство магии олицетворяет правила и ограничения.

С его влиянием в волшебном мире Дамблдор должен был подавать хороший пример другим волшебникам, чтобы они соблюдали правила, что, несомненно, благоприятствовало стабильности и развитию волшебного мира.

— Они размещены у всех входов на территорию школы, — продолжал Дамблдор. — На время их пребывания здесь я должен чётко заявить, что никому не позволено покидать школу без разрешения. Дементоров нельзя обмануть уловками или маскировкой — даже мантией-невидимкой, — добавил он без всякого выражения.

— Дементоры по своей природе не внемлют просьбам или оправданиям. Поэтому я предупреждаю каждого из вас: не давайте им ни единого повода причинить вам боль. Надеюсь, старосты, а также наши новоизбранные председатели студенческого совета юношей и председатели студенческого совета девушек обеспечат, чтобы ни один студент не вступал в конфликт с дементорами.

Мистер Перси сидел всего в нескольких местах от Гарри, и в этот момент он выпятил грудь и внушительно огляделся.

Да, именно так. Перси стал деканом факультета Гриффиндор. Очевидно, он хвастался!

— Есть и более приятные новости, — продолжил Дамблдор. — В этом году я счастлив приветствовать двух новых преподавателей в нашей команде.

— Первым будет профессор Люпин, и он согласился занять вакансию по курсу Защиты от тёмных искусств.

В зале раздались редкие, не слишком восторженные аплодисменты. Аплодировали только те ученики, кто ехал с ним в одном купе поезда, и Мака, конечно же, была среди них.

Мака по-прежнему с нежностью вспоминал профессора-оборотня. Возможно, дело было лишь в любопытстве к таким существам.

Люпин сидел среди разодетых учителей, сам одетый очень скромно.

Снейп, сидевший на другом конце стола преподавателей, не сводил глаз с профессора Люпина.

В Хогвартсе все знали, что Снейп всегда мечтал преподавать Защиту от Тёмных искусств, и его недовольство было вполне объяснимо. Но вот что странно – на лице Снейпа было не просто раздражение, а откровенное отвращение. Такое же выражение появлялось на его лице всякий раз, когда он смотрел на Гарри.

– А что касается второго преподавателя, которого мы назначили... – продолжил Дамблдор после того, как стихли не очень пылкие аплодисменты в адрес профессора Люпина.

– Хм... С прискорбием должен сообщить, что профессор Кеттлбёрн, наш учитель по Уходу за магическими существами, в конце прошлого года вышел на пенсию, чтобы больше времени проводить со своим маленьким непоседой. Однако я с радостью объявляю, что его место займёт не кто иной, как Руперт Хагрид. Хагрид согласился преподавать в дополнение к своим обязанностям хранителя дичи.

Как только Дамблдор закончил, Мака первым захлопал в ладоши. Он знал, что Хагрида нужно подбодрить, чтобы тот не забывал о своих учительских обязанностях.

«Хотя это бесполезно...» – подумал Мака, продолжая энергично хлопать.

Аплодисменты со стола Гриффиндора были особенно бурными: маленькие львята всегда хорошо относились к Хагриду.

Особенно Гарри. Он подался вперёд, глядя на Хагрида с сияющей от удовольствия улыбкой.

Лицо Хагрида раскраснелось от волнения, он уставился на свои большие ручищи, а улыбка растворилась в его растрёпанной чёрной бороде.

Постепенно аплодисменты стихли. Когда профессор Дамблдор заговорил снова, все увидели, что Хагрид вытирает глаза скатертью.

– Что ж, думаю, всё важное сказано, – произнёс Дамблдор. – Давайте приступим к еде!

Вот и начался новый семестр, и все вновь погрузились в напряжённую учёбу.

С третьего курса появились предметы по выбору. Один из них — Древние руны, другой — Маггловедение, а также два предмета, связанные с прорицанием: Прорицания и Нумерология. И, конечно, не стоит забывать о курсе Хагрида по Уходу за магическими существами.

Мака, откровенно говоря, не преуспевал в прорицаниях, так же как и в астрономии, но всё же выбрал и Прорицания, и Нумерологию.

Кроме того, занятия по Древним рунам, казалось бы, вполне ему подходили, но он не проявил к ним ни малейшего интереса.

Что же касается курса Хагрида по Уходу за магическими существами, Мака, немного подумав, всё-таки его выбрал. В конце концов, у них с Хагридом были довольно хорошие отношения, и он не мог отказать в этом.

Однако он намеревался посетить лишь несколько занятий по двум прорицательским курсам, а остальное планировал решить исходя из обстоятельств.

Но даже при таком раскладе, этот семестр для Маки обещал быть гораздо более насыщенным, чем предыдущие.

Ах да! Стоит упомянуть ещё кое-что.

В этом семестре в Хичпэтч-колледже произошло важное событие — школьная команда по квиддичу внезапно оказалась полупарализована. Причина была всего одна: её основные игроки ушли!

Первыми ушли из команды вратарь Даррен Крис и охотник Чарльз Браун, которые в этом году с отличием окончили учёбу; следующими ушли два семикурсника. Из-за давления со стороны семьи им пришлось покинуть академию и сосредоточиться на подготовке к экзаменам СОВ (Стандартным Отчислениям Волшебства).

Умница Шарлотта, семикурсница, тоже ушла.

Остался только шестикурсник-отбивающий, Марк Бейкер, который, не в силах справиться с этой трагической ситуацией, в конце концов, также покинул команду.

Таким образом, команда Хичпэтч-колледжа драматически опустела.

Придя сюда, первым делом нужно было упомянуть Седрика Диггори. Он возглавил Хаффлпафф в прошлом году и с тех пор стал невероятно популярен. Да и кто бы не полюбил такого рассудительного, красивого и элегантного парня?

За один семестр скромной жизни Мака популярность Седрика в Хогвартсе быстро возросла, и юноши часто сравнивали их обоих. И такой быстро набравший популярность лидер, как Седрик, не мог оставаться в стороне, когда команда Хаффлпаффа столкнулась с серьёзными трудностями. Он лично взял на себя руководство, стал капитаном и набрал новых игроков, и вскоре заглохшая было команда смогла вернуться к тренировкам.

Седрик даже несколько раз подходил к Маку, надеясь, что тот вернется в команду факультета. И хотя Мак постоянно отказывался, Седрик всегда оставался вежливым и спокойным. Он никогда не проявлял нетерпения и не злился из-за повторных отказов. Просто у Мака действительно не было времени летать на метле. У него было столько дел, что он просто не справлялся.

Вот и сейчас, как только закончился урок гадания, ему нужно было спешить на занятие по нумерологии. Честно говоря, уроки гадания профессора Трелони всегда немного сбивали его с толку, даже при том, что он заранее изучал основы прорицания.

– Почему кофейная гуща может предсказывать будущее? Какой у этого принцип? – недоумевал Мак.

Самое ужасное, что ни в одной книге по гаданию не объяснялись принципы. Казалось, это был чисто эмпирический предмет, что вызывало ещё больше сомнений.

Сравнивая, нумерология была куда понятнее. Будь то магические свойства чисел или магический анализ графиков — всё это было прослеживаемой дисциплиной, которая действительно заинтересовала Мака.

Просто арифметика и гадание обычно требуют большого количества сложных вычислений. Множество формул и уравнений наводили на Маку ощущение, будто он попал на курс высшей прикладной математики, настолько далёкий от его академических познаний.

В любом случае, однако, арифметическое гадание, очевидно, больше привлекало Маку, чем обычное.

Но когда Мака уже собирался бросить курс гадания, он случайно вспомнил слова, сказанные профессором Трелони в начале занятий.

— Вы выбрали курс прорицания. Это самый сложный предмет из всех магических искусств. Предупреждаю сразу: если у вас нет "Взора", то я мало чему смогу вас научить. Книги в этом вам тоже особо не помогут…

Да, прорицание, несомненно, было дисциплиной, которая сильно зависела от таланта, а этот "гений" проистекал из продолжения родословной.

Но это не имело ничего общего с теорией чистокровных волшебных семейств. "Взор" прорицания — это способность, пробуждающаяся подобно явлению возвращения к предкам, и к чистоте крови она не имела никакого отношения.

Именно это предположение заставило Маку решить продолжить этот курс, который он "не мог понять", и попытаться найти какие-то ключи для своего исследования от профессора Трелони.

Затем последовал урок Хагрида по уходу за магическими существами.

Буквально вчера Малфой пострадал на занятии Хагрида, и новость об этом быстро распространилась по факультету Слизерин. Малфой и два его приспешника усердно старались опорочить имя Хагрида.

— Хагрид, как дела?

Возле хижины Хагрида собрались Хитчпатч и несколько студентов Когтеврана, ожидая остальных, кто ещё не подошёл.

Мака подошёл к Хагриду и заговорил с ним.

— Ох, думаю, нормально.

Хагрид явно выглядел немного подавленным; в конце концов, первый урок прошёл неудачно, что само по себе не предвещало ничего хорошего.

– Расслабьтесь! Ничего такого не случилось, – сказал Мака. – Но если серьезно, орлы и лошади ведь относятся к крылатым тварям третьего класса. Не думаю, что они подходят для первого урока третьеклассников. Что скажете?

– Но... но они такие интересные, – слабо возразил Хагрид, – и красивые. Разве не так?

http://tl.rulate.ru/book/89758/6897802