Диппер мог с радостью сказать, что сегодня был довольно интересный день и... день, который наполнил его самоанализом.
Самая большая часть этого заключалась в том, что по мере того, как в Гравити Фолз разворачивался День Первопроходцев, он вместе с Мейбл и Джоном отправился в безумное приключение, чтобы узнать об истинном основателе Гравити Фолз после словесной перепалки между Мейбл и Пасификой. Безумие заключалось в том, что они не только нашли основателя, Квентина Трембли, но также обнаружили, что слегка помешанный человек также был 8-м с половиной президентом Соединенных Штатов.
Вся охота за сокровищами вела их направо и налево по городу, сначала в библиотеку, чтобы расшифровать карту, которую Диппер нашел в своем дневнике, затем в местный музей и, наконец, на кладбище. Подсказки были довольно странными, и это ещё мягко сказано, потому что, если бы не Мейбл, они бы ничего не добились.
И самым удивительным было то, что именно Джон хотел, чтобы Мейбл руководила охотой.
По его собственным словам: «Этот Квентин Трембли звучит немного сумасшедшим и с случайными мыслями. Поскольку Мейбл может быть глупой и мыслить нестандартно, она лучше понимает эти вещи, чем мы».
Какое-то время Диппер не был уверен, была ли это шутка, оскорбление Мейбл или Джон был абсолютно полон решимости сделать так, чтобы Мейбл победила Пасифику. Для мальчика в кепке не было секретом, что его сверстник и юная Нортвест не были в хороших отношениях. Джон просто считал ее избалованной девчонкой, в то время как Пасифика была на удивление раздражена на него, но... также сдержана в том, как "напасть" на него. В отличие от того, как она вела себя с Мейбл, блондинка выглядела почти «напряжённой» тем, что Джон, возможно, должен был сказать ей в обмен на любое взаимодействие, в котором они участвовали.
Диппер, возможно, не эксперт в отношениях, но он был совершенно уверен, что Мейбл была неправа, считая это крошечным романом с «большим потенциалом». Временами он действительно не мог понять, что происходит с разумом его близняшки. Тем не менее, вернемся к охоте. Предположение Джона оказалось не только верным, но и решающим для быстрого выполнения задач.
Мейбл безупречно работала над головоломками, подбирая самые глупые идеи, чтобы найти ответы на различные загадки. В конце концов они обнаружили документы, некоторые другие секреты США о прошлом и... самого Квентина Трембли, сохраненного безопасным образом, и как-то заключившего себя в ломкий арахис. Самого процесса было достаточно, чтобы вызвать некоторое недоумение, но не настолько, чтобы быть пойманным шерифом и его помощником и чуть не отправленным в округ Колумбия для задержания секретной службой.
К счастью, они вырвались на свободу после того, как вывели Квентина из его спячки и несколько раз высвободили его глупость, чтобы наконец получить правду на бумаге и многое другое. Поскольку Квентин так и не подписал бумаги об отставке, он по-прежнему считался президентом. Что было очень проблематично на юридическом уровне, поскольку он вспомнил об этом, не будучи вынужденным использовать это как способ остановить погоню.
Шерифу и его помощнику дали шанс отправиться в свое любимое место отдыха с «оплачиваемым отпуском», несмотря на то, что Диппер не был уверен, как это работает. Несмотря на это, они получили документы, подтверждающие правду, за ними не отправили ФБР и ЦРУ, и... Джон хотел, чтобы Трембли подписал несколько бумаг.
Он не сказал им, что это было, но это был первый раз, когда Диппер увидел их, и то, как он обращался с ними, когда Трембли кивал и подписывал их, почти забавляясь тем, что было внутри, что действительно оставило его в наполненном сомнениями состоянии.
— Что там было?
— Надежные планы на случай, если в результате этого приключения возникнут юридические проблемы. Я планировал пригласить для этого какую-нибудь юридическую инстанцию, но восстановленный президент казался самым подходящим вариантом.
Несмотря на то, насколько твердой была идея, которая звучала и заставила Диппера задуматься о том, чтобы получить какие-то юридические документы, чтобы защитить себя и Мейбл на случай, если что-то похожее на сегодняшнее приключение повторится, мальчика больше интересовал тот факт, что он мог сказать, что Джон лгал. Не потому, что он выдал что-то, что заставило бы Диппера усомниться в его правдивости, а потому, что так сказала Мейбл.
— Он врет. Эти документы важны, но там не то, что он только что сказал, — прямо сказала она, прежде чем уйти, чтобы поболтать со своими друзьями, оставив Диппера задаваться вопросом, что это может означать.
И это было еще не самое запутанное. Диппер был готов вручить документы, раскрывающие правду, Пасифике, чтобы добиться от нее доверия к ее семье, но Джон просто взял документы и пообещал сам «позаботиться об этом». Формулировка казалась в какой-то степени зловещей, и хотя его другу удалось догнать машину родителей Пасифики, когда они собирались уходить, он увидел, как они обменялись несколькими словами, прежде чем позволить ей уйти без документов.
— Почему ты не дал ей доказательства? Ты мог бы уделать её с этим.
— Не совсем, — с готовностью ответил Джон, крепко сжимая бумаги и защищая их. — Это единственная документация, которая у нас есть по этому делу. Если мы дадим ей их таким, какие они есть, либо она, либо ее родители уничтожат их.
Об этом... о этом Диппер, по общему признанию, не подумал. Оглядываясь назад, отказ от единственного имеющегося у них доказательства ложности заявления Нортвест об основании Гравити Фолз этим людям означал бы, что оно либо скрыто, либо уничтожено. В тот момент их приключения просто ничего бы не стоили, и... он был рад такому решению.
Тем не менее, что-то в том, что Джон хотел уладить все по-своему, заставило Диппера нервничать. Он знал, что у его друга добрые намерения, но видел, насколько он может быть прямолинеен в некоторых вопросах, вплоть до неприязни к неприятным людям.
Ему почти стало жаль Пасифику за то, что тот хотел сделать. Почти.
----------d-d-d-d-------------
Местный парк был идеальным местом для организации тайной встречи, и я был рад, что у меня было достаточно времени, чтобы достать какие-то "объедки" со свалки, чтобы использовать их в моей маленькой мастерской в конце этой встречи.
Наконец-то у меня появилась возможность заглянуть внутрь копировальной машины и изучить, как она работает при производстве изделий. По правде говоря, мне пришлось сделать дюжину попыток, чтобы записать первые несколько шагов по заметкам, причем некоторые детали стояли на шатком основании, поскольку мне просто нужен был способ увидеть правильную внутреннюю часть машины, не подвергая себя риску.
Вот почему я также начал свое «обучение магии», сосредоточив свое внимание на «копировании определенных фрагментов» чего-либо с помощью иллюзии. Это была ненадежная вещь, но она позволила бы мне видеть, что происходит внутри, не засовывая голову ни в одну из опасных дыр машины. У меня были заметки для изучения, обрывки для экспериментов и... очень раздраженная Пасифика, которая села рядом со мной на одной из скамеек в парке.
Сначала она молчала, по какой-то причине выглядела очень расстроенной, а потом бросила на меня разочарованный взгляд.
— Что ты хочешь мне сказать? Надеюсь, это не связано с тем, что я оскорбила твою маленькую подружку или...
Я заставил ее замолчать, передав копии документов о претензиях Квентина Трембли на земли Гравити Фолз. Она тихо взяла их в руки, и ее раздраженный взгляд сменился ужасом, когда она вскоре положила бумаги на колени.
— Э-это подделка.
— Это не так, полиция пыталась нас задержать и отправить в округ Колумбия, чтобы предстать перед потенциальным судом за «раскрытие правды».
Это заставило Пасифику снова нахмуриться, и я не дал ей возможности спросить, признав правду.
— Квентин также был восьмым с половиной президентом Соединенных Штатов. Он был настолько глуп, что люди хотели похоронить его глубоко и подальше от истории, — объяснил я, и она медленно кивнула на это. — Тем не менее, это не меняет того факта, что твои родители много лгали о своем бизнесе.
— Мои родители не-
— Они принадлежат к группе людей, которые мошенничают налево и направо, чтобы сохранить свое богатство. От Натаниэля Нортвеста до твоих родителей, — резко перебил я, заставив ее вздрогнуть. — И я думаю, мне следует дать понять, что я знаю, что ты не такая, как они.
Она усмехнулась. — Я обманыва-
— Но никогда до убийства людей или забоя животных.
Ответ заставил ее снова вздрогнуть. — П-перестань. Моя семья никогда-
— Пасифика.
Она замолчала, но я мог сказать, что она дрожала внутри, а потом она немного подпрыгнула и почти приземлилась ближе ко мне, когда услышала, как помощник шерифа ходит вокруг, звоня в колокольчик. Реакция на какое-то время меня слегка удивила, но потом я вспомнил, почему для неё это было важнее, чем казалось.
— ...Пасифика?
Она повернулась ко мне, напряженная и нервная. — Д-да?
— Ты когда-нибудь слышала об Иване Павлове?
Она немного успокоилась и нахмурилась при незнакомом имени. — Кто это? Кто-то, кого обманули мои родители?
Я посмеялся над ее враждебным тоном, но все же объяснил.
— Иван Павлов был исследователем, который разработал то, что в настоящее время известно как классическое обусловливание, или метод влияния на живое существо, чтобы оно послушно выполняло приказы, с использованием катализатора, такого как визуальный сигнал или шум, такой как звон колокольчика, чтобы заставить их вести себя более покорно.
Девушке потребовалось мгновение, чтобы переварить то, что я только что сказал, а затем отвела взгляд. Она не стала отрицать этого, но задумалась над ответом на это.
— Это не насилие.
Я вздохнул. — Это твоё мнение?
— Э-это правда. Мои родители делают это, потому что они заботятся обо мне и хотят, чтобы я могла соответствовать имени семьи.
Я медленно кивнул, оглядываясь по сторонам и вспоминая собственное прошлое.
— Когда я был ребенком, моя мама часто шлепала меня. Так со мной справлялись в те моменты, когда я был просто настоящим кошмаром. Не вредителем, кошмаром, — подчеркнул я, вспоминая особенно неловкий момент из своего детства. — Примерно в то время я всегда думал, что это несправедливо и неправильно. Затем шлепки внезапно прекратились, и наказания стали только словесными. Теперь я думаю, что они не были несправедливы. Наказания физического рода, конечно, сдерживающие, существуют потому, что мы, маленькие дети, не понимаем, что правильно, а что неправильно. У нас нет менталитета, чтобы объяснить это, и нам нужна классика: «Ты поступаешь неправильно, тебя шлепают, ты поступаешь правильно, и ты получаешь вознаграждение».
— ...И? Почему ты говоришь мне это? — отпрянула Пасифика, упустив мою мысль.
— Наказание от родителя к ребенку растет и взрослеет вместе с ребенком. Время от времени это становится менее унизительным, менее огорчительным и более понятным, — спокойно уточнил я, решив перейти к главному. — Форма «наказания», которую используют твои родители, всегда одна и та же, и ни один из родителей не применяет ее ни к одному из детей. Кроме твоих родителей.
Ее голова немного склонилась, когда она глубоко задумалась об этом, и я тихо пробормотал.
— Вот почему я думаю, что ты не плохой человек, потому что им не нужно было бы делать это с тобой.
Это дополнение удивило ее. — Ч-что ты имеешь в виду?
Я вижу слезы? Да, она немного плачет.
Это не было моим намерением, но не похоже, чтобы такая тема вызвала стоическую реакцию у ребенка ее возраста.
— Я имею в виду, что если бы ты была такой ужасной, как они, у них не было бы причин пытаться тебя «исправить». «Обучать» тебя быть такой, какой они хотят, вне зависимости от того, чего ты хочешь от самой жизни, — категорически ответил я. — Итак, я думаю, тебе следует вести себя разумно, если ты действительно хочешь разорвать цепи.
— Это не так просто-
— Никто этого и не говорил, — сухо вставил я, бросив на нее искренне холодный взгляд. — Веди себя так, как они хотят рядом с ними, но будь той, кем ты хочешь, когда их нет рядом.
Она издала насмешливое «хе», но остановилась, когда я встал со своего места.
— Т-ты уходишь?
— Тебе нужно время, чтобы прийти в себя от того, что тебе пришлось услышать. Я не ненавижу тебя, но мне не нравится, как ты ведешь себя с другими. Если ты действительно хочешь знать, как на самом деле устроена дружба, постарайся больше понимать Мейбл. Она немного сумасшедшая, но кто сейчас не сумасшедший? — заговорил я в последний раз в этом общении. — А еще у меня есть дела. Я не хочу торопить разговор, но я не думаю, что этот вопрос будет решен одним только этим разговором. Если тебе захочется поболтать наедине, я найду немного времени.
В этот момент я ушел, предоставив ей подумать о том, что я ей сказал, что это значило и стоит ли ей воспользоваться этим шансом, чтобы что-то изменить в своей жизни. Я не ожидал, что что-то изменится за один день или неделю, но время позволяло людям меняться и расти, то, в чем Пасифика отчаянно нуждалась.
И вскоре больше, чем когда-либо.
---------d-d-d-d---------------
От Автора:
Дипстер знает, что что-то происходит с Мейбл, и Джон пытается «обезвредить» еще одного повторяющегося «стабильного» злодея, заставив её пройти раннее развитие персонажа.
http://tl.rulate.ru/book/84641/2716269
Сказали спасибо 30 читателей