Глава 14.
– Я могу понять чувства слуг, – сказал Симон, а его лисьи глаза раскрылись.
Это из-за её прекрасной внешности, белой, словно снег? Из-за горячего сердца, подобного весенней звезде? Или из-за божественной силы, скрытой внутри маленького тела?
Разговор с Лириэт заставляет чувствовать себя лучше, а губы невольно растягиваются в улыбке.
– Госпожа Лириэт действительно особенный человек.
– …
Это было похоже на поклонение Богине.
Но Герцог ни разу не подумал, что Симон слишком сильно расхваливает десятилетнего ребёнка.
Он был полностью согласен с эти утверждением.
Герцог трапезничал с Лириэт, когда у него было время. Он пожелал это в одностороннем порядке.
Но, несмотря на это, Лириэт принимала трапезы, не выказывая неудовольствия и всегда кланяясь после еды.
– Было очень вкусно. Благодарю, Герцог.
Застенчивая улыбка на её лице похожа на ангельскую.
Герцог удивился этой мысли.
Ангел.
Слишком чуждо думать о подобном мне, каждый день перерезающему шеи монстрам и сражающемуся на мечах со свирепыми рыцарями.
Из-за этого ребёнка я думаю о таком разном, – чувствуя себя странно, Герцог принялся за пятый эгтарт.
Поедание сладостей, вызывающее покалывание на языке, тоже было изменением, привитым Лириэт.
Мужчина любил мясо и сыр как обычные закуски. Но в последнее время ел различные сладости.
Печенье со смайликами вчера, круглые макаруны два дня назад.
И муссовый торт из тёмного шоколада три дня назад.
Симон усмехнулся, смотря, как Герцог ест изысканный десерт с самым мрачным лицом в мире:
– Шеф-повар очень взволнован. Привыкнув готовить каждый день только мясо, кажется, ему по душе делать красочные закуски. Больше всего они нравятся Мисс.
Дворецкий каждый день приносил Лириэт закуски. Вот почему ему удалось увидеть вблизи, как девочка ела десерты.
– Сегодня я принёс эгтарты, и она долго смотрела на них, говоря, что их жёлтая форма хорошенькая, как у цыплёнка, – вспоминая эту сцену, Симон улыбнулся. – Благодаря сбалансированному питанию из мяса и овощей, а также каждодневным перекусам, Госпожа Лириэт стала выглядеть здоровее.
Когда девочка впервые приехала в замок, её лицо было измождённым, а тело тонким. В глазах северян она была ходячими костями.
Но не теперь.
Лицо Лириэт покруглело, а щёчки стали мягкими и нежными, как персики.
Но больше всего изменилось выражение её лица.
– Во многих отношениях у Госпожи Лириэт всё хорошо…Есть лишь одна вещь, которая заставляет волноваться.
Герцог, спокойно слушавший доклад, поедая девятый эгтарт, поднял брови:
– Какая?
– Госпожа Лириэт всё ещё просыпается рано утром, чтобы помолиться.
– …
Лириэт ложилась спать около девяти часов вечера. Раннее пробуждение само по себе не имело большого значения, если ты ложился спать рано.
Только было странно видеть, как ребёнок, которому было всего 10 лет, каждый день вставал до восхода солнца и стоял на коленях в молитве целый час.
– Ребёнок должен лениться, когда не играет, – пробормотал Герцог, выглядя так, словно столкнулся с самой серьёзной проблемой в мире.
– Вы полностью правы, – кивнул Симон.
*****
Этим же вечером.
Лириэт, сидевшая напротив Герцога в столовой, вежливо поблагодарил его:
– Благодарю за еду.
На столе было огромное количество блюд, которые с трудом могли съесть взрослый мужчина и маленькая девочка.
Но теперь Лириэт не беспокоилась о том, что делать, если еда останется.
Потому что я верю в Герцога!
Мужчина медленно и элегантно начал расправляться с горой еды. Девочка тоже по-своему усердно кушала.
Единственным звуком в тишине было соприкосновение вилки и ножа с тарелкой.
Работники кухни пришли в ужас, узнав, что Лириэт каждый день ужинает с Герцогом.
– Боже мой. Я не смогла бы есть перед Его Высочеством. Никогда. Даже если подали бы только суп, сваренный на воде, мне бы поплохело.
– Мне тоже.
Взгляды слуг мгновенно обратились к Мисс.
– Госпожа Лириэт, Вы в порядке?
Однако, вопреки их опасениям, девочка не чувствовала дискомфорта.
Конечно, давление ауры Герцога было велико, поэтому она замечала его. Но Лириэт знала наверняка.
Герцог совсем не страшный человек.
По крайней мере, он не рассердится и не ударит по рукам, как Первосвященник.
Поэтому девочка могла спокойно сосредоточиться на еде.
Есть кое-что, что я поняла, пожив в замке Герцога. Овощи я люблю больше, чем мясо.
Каким бы вкусным ни было мясо, от него быстро наедаешься. С другой стороны, хрустящие свежие овощи можно было есть в больших количествах.
Но, когда Лириэт трапезничала с Герцогом, она старалась есть больше мяса.
Тогда Герцог смотрит на меня взглядом, говорящим, что я поступаю правильно.
– Ты хорошо ешь.
При словах Герцога лицо Лириэт мгновенно вспыхнуло.
Девочка энергично закивала, стараясь слегка уменьшить смущение:
– Да, я много кушаю.
– … – мужчина почувствовал странное желание немедленно погладить Лириэт по голове и продолжил говорить. – Ты ешь мясо каждый день. Чувствуешь какие-нибудь изменения?
Почему Герцог спрашивает об этом?
Лириэт непонимающе наклонила голову, но ответила увереннее:
– Лицо стало круглее. И, кажется, я стала немного сильнее.
И ещё мой голос стал немного громче?
– Как твоя божественная сила? – спросил Герцог у обеспокоенной Лириэт.
– …!
– Больше не беспокоишься, что твоя божественная сила исчезнет после употребления мяса? Пусть ты ещё не проявила свою божественную силу, но должна чувствовать её. Так что, божественная сила всё ещё внутри тебя?
Герцог ни разу не говорил с Лириэт о её божественной силе.
Поэтому девочка ответила с напряжённым выражением лица:
– …Божественная сила не исчезла.
Когда она ответила, сердце Лириэт ёкнуло.
Может быть, Герцог тоже заинтересовался в моей силе? Возжелал ли он эту силу?
Если это так…
– Теперь ты видишь, что правила Храма – полная чушь, – сказал Герцог девочке, которая начала подозревать в нём злой умысел.
– …Что?
– Поедание существ с кровью или отказ от ежедневной молитвы приведёт к исчезновению божественной силы – всё это полная чушь. Нет никакого основания, что божественные силы, дарованные Богиней, исчезнут, если ты не будешь следовать этим глупым правилам, – после долгого введения мужчина перешёл к главному. – Поэтому перестань молиться на рассвете, начиная с завтрашнего дня.
– …!
До сих пор мужчина никогда не вмешивался в действия Лириэт.
Я должна была понять это, попробовав мясо? – девочка была ошеломлена внезапными словами Герцога.
– П-почему Вы вдруг говорите это?
– Потому что думаю, что тебе тяжело, – без колебаний ответил мужчина Лириэт, которая начала заикаться.
– …
До сих пор, включая мою предыдущую жизнь, я ни разу не жаловалась, что утренние молитвы даются мне с трудом. Даже в те дни, когда я плохо себя чувствовала, я упорно трудилась.
Но это не означает, что это лёгкая работа.
На самом деле, мне было тяжело поднимать отяжелевшие веки, потому что не хотелось просыпаться, выбираться из тёплого и уютного пледа и стоять на коленях на холодном полу в течение часа.
Но я никогда не слышала от кого-то, что это трудно, – Лириэт посмотрела на Герцога дрожащими глазами.
– Я не говорю, чтобы ты вообще не молилась, – продолжил Герцог. – Если ты действительно хочешь молиться, то перенеси время. После завтрака или во второй половине дня.
– …
– Утром у ребёнка должно быть много свободного времени. До такой степени, что взрослые, смотрящие на это, должны заливаться слезами, – Герцог холодно посмотрел на Лириэт. Однако его голубые глаза были такими же ясными, как зимнее небо.
Лириэт могла точно сказать.
Он говорит об этом, потому что искренне волнуется за меня.
Невероятно.
Такой большой, прямолинейный и сильный человек заботится обо мне.
Спасибо.
Сердце девочки не чувствовало ничего, кроме благодарности.
Слёзы потекли из её глаз.
Причина, по которой Лириэт молилась сразу после пробуждения, заключалась не в том, что она боялась, что её божественная сила исчезнет. Это просто была привычка, естественные действия.
Я не знала, что не обязана делать это, если не хочу.
– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –
http://tl.rulate.ru/book/80207/2777725
Сказали спасибо 67 читателей