Готовый перевод Re:Zero, Why Me? / Re: Zero, Почему я?: Глава 9 - Самооценка Демона

— А-а-а-ах! — мой голос был полон удовлетворения, когда я наконец смог расслабиться. — Я знал, что была всё-таки причина, по которой это место мне так понравилось…

Прошло почти два часа с момента моей битвы с тупой дворнягой. На обратном пути мы с Рам встретились с жителями деревни, которые всё ещё нас искали. В конце концов они действительно попытались вернуться и помочь нам. Впрочем, ребята помедлили, и мы всё уладили без них.

Но это и хорошо. Если бы им удалось найти Рам раньше меня, то они вероятно уже были бы мертвы. Вольгармы вырезали бы их как овечек.

Я до сих пор помню ошарашенные бледны лица людей, увидевших что я тащу зверя за собой. Кен просто выглядел так словно вот-вот обмочится! Они и понятия не имели что скрывается в этих лесах, а сам Кен просто был слабаком.

Ладно, быть может это уже слишком. Я не могу сказать, что отреагировал бы по-другому на его месте. Черт возьми, я бы, наверное, и глазом не моргнул, когда услышал бы о людях разыскивающих пропавших детей, не говоря уже о том, чтобы отправиться на их поиски в кишащий Зверодемонами лес.

В таком случае, если судить по стандартам нашего современного века, то, полагаю, он не полный слабак, а довольно храбрый малый. Я осмелился сразиться с этими тварями лицом к лицу, потому что знал, что смогу с ними справиться. Слуги — это ходячее оружие против целых армий, способные уничтожить даже современные батальоны. Вот уж кому-кому, а не мне бояться этих перекачанных волшебными стероидами дворняг.

А прямо сейчас я лежал в ванной. Или в бассейне? Просто учитывая размеры этого места… Чёрт! Одна только эта ванна может вместить человек десять!

Да, точно бассейн.

Как бы неприятно ни было признавать это — Розвааль пугающе компетентный Маг. Или волшебник? Блин. Всё в этом доме от кухни до библиотеки напитано Маной.

Я понятия не имею как он это сделал, но каким-то образом ему удалось использовать скрытую магическую энергию атмосферы для питания своего поместья. Это невероятно сложное достижение. Я жаждал узнать, как ему это удалось. В конце концов знание — сила. Но всё же …

Этот клоун мне не нравится…

Скорее всего он вернется к завтрашнему утру. После доклада Рам он, вероятно, предложит мне еще что-нибудь.

Главный вопрос заключается в следующем: что мне у него попросить?

Попросить помочь вернуться домой? Это прям лютое «нет». Он не выпустит меня из своих клешней, так что это лишь насторожит его. Несмотря ни на что, в его глазах я ключ к освобождению его госпожи Ехидны. Он примет все меры чтобы увидеть её вновь, будь то ложь, мошенничество и даже угрозы.

Если бы он был обычным Магом, то я мог бы предположить, что это лишь гордыня. Кирицугу на примере Эль-Меллоя в четвертой Войне Святого Грааля прекрасно это показал. Я также неплохо изъясняюсь и мои знания помогли бы манипулировать этим клоуном. Но увы Розвааль не совсем обычный. Он прожил больше четырех сотен лет, постоянно вселяясь в тела своих потомков. Он достиг того, о чем мечтают многие Маги кроме, конечно, открытия пути к Истоку.

Бессмертия.

Не полного, конечно. Его тела всё равно старели и умирали. Но даже так его разум был бы неопровержимо испорчен.

Но нет. В его голове нечто большее чем парочка незакрепленных винтиков. Однако его разум всё ещё не настолько ослаб чтобы его можно было сравнить с такими как Мато Зокен. Возможно, он просто с самого начала был сумасшедшим. Ехидна как-то упоминала что он склонен быть слишком серьёзным или что-то такое.

Из уст женщины, читай «социопат», а это уж точно значит нечто особенное.

Мое единственное утешение заключалось в том, что у Розвааля по крайней мере была некоторая степень морали. Какой бы маленькой она ни была, он всё равно может испытывать сожаление. По крайней мере я не имею дело с каким-то сумасшедшим старым Магом, который с радостью позволяет насекомым насиловать маленькую девочку.

В сравнении с Зокеном, Розвааль всё ещё в здравом уме. Но всё же неужели его разум деградировал настолько далеко? В этом-то мире, считающимся фактически Эрой Богов…

Я заметно содрогнулся от этого мыслеобраза. Ужасно было бы смешивать природу человеческой жестокости Nasuverse с количеством остаточной энергии Re: Zero. С таким же успехом можно было бы добавить уровни трагедии из Madoka Magica. А плюс ко всему этому еще и немного Evangelion и Tokyo Ghoul. Чёрт! Может еще смешать ужасы Corpse Party и коррумпированное дворянство Akame ga Kill?! Почему бы всё это не добавить?!

Я вздохнул и потер виски. Что, во имя Акаши, за бред собачий? Горячая вода должно быть ударила мне в голову. Я поднялся из ванны… бассейна, вздрогнув всем телом чтобы стряхнуть с себя воду.

Затем подошел к углу ванной… ванного зала? В конце концов он достаточно большой чтобы вместить в себя целый бассейн. Вытерся полотенцем, которое принес с собой, а потом повязал его на талии. Я уже собрался было уходить в таком виде — одежду сменную с собой не взял, она от пара бы вся промокла.

Вот только открыв дверь я столкнулся лицом к лицу с Эмилией, будто бы собирающейся постучать в дверь.

На короткое мгновение наши глаза повстречались и в обоих же читалось удивление. Взгляд Эмилии же медленно начал путешествовать дальше по моему телу.

Я зачарованно наблюдал за тем как обычно бледного оттенка лицо Эмилии приобрело здоровый оттенок красного, рот открылся, а зрачки расширились. Я почувствовал, как мои собственные щеки также запылали, и мне пришлось сдержаться чтобы не съёжиться под её пристальным взглядом.

Я безмолвно отступил на шаг и захлопнул дверь прямо перед её носом, а затем обернулся, зажав уши руками, готовясь к пронзительному крику. Я молился всем богам, которые могли бы меня услышать, чтобы она не начала кричать.

Рам никогда бы мне этого не забыла. Мысленно я уже слышал её обвинения.

«Какое бесстыдство, выставлять свое тело напоказ перед невинной Эмилией-сама? Вы пытаетесь соблазнить кандидатку в королевы? Я очень разочарована, это низко даже для вас, двуличный рыцарь!»

Да, что-то в этом роде.

К моему вечному облегчению ожидаемый крик так и не раздался. Я медленно опустил руки и открыл глаза.

— Эми? — позвал я.

— Д-Д-Да?! — её громкий и пронзительный голос донесся из-за двери.

Я вздохнул с облегчением. Слава Истоку что она не закричала. Всё могло закончиться куда хуже.

— Зачем, во имя Акаши, ты сюда пришла?! — спросил я вслух, едва сохраняя спокойствие.

— А-а-а! Я-я-я-я просто хотела позвать тебя! — наконец пробормотала она. Я не мог видеть её лицо, но был уверен, что прямо сейчас она выглядела также как некая Хьюга перед неким Джинчурики. — Т-ты довольно долго принимал ванну, и…

— П-понятно… — ответил я слегка дрожащим голосом. Неужели я и правда настолько задержался? — И-извини, я едва не заснул.

Ложь, которую Эмилия не распознает.

— Т-ты в порядке? — спросила она после минутного молчания. Голос её зазвучал спокойнее. — Просто, хоть низшие духи и могут исцелить тебя, потерянную кровь они не восстановят. Если ты устал, то…

— Всё нормально, — ответил я, почему-то не в силах не улыбаться. Приятно, когда кто-то о тебе так волнуется. — Просто было о чем подумать.

— Вот как… — ясно было что она все еще беспокоилась, но также не хотела показаться грубой. — Ты действительно поступаешь неосмотрительно, Аарон.

— В свою защиту могу сказать, что у меня не было особого выбора, — защитился я. — Тебе стало бы легче если бы я позволил этому зверю свободно разгуливать в деревне?

— Конечно нет! — ответила Эми с жаром в голосе. — Просто!.. — на мгновение она, казалось, растерялась, не находя слов и я мог представить себе её угрюмое личико. — Просто… Я бы хотела, чтобы ты предупреждал меня, прежде чем вот так убегать…

Я моргнул крайне удивленный этим.

— Эми, ну и что с того, что я бы тебе сказал? — риторически спросил я. — Ты не глупая, мы оба это знаем, хоть тебе и не хватает здравого…

— Не навязывай мне свой взгляд на «здравое», — оборвала меня Эмилия невозмутимым тоном.

— … смысла и ты была долго отрезана от окружающего мира, — закончил я так словно она меня не прерывала.

— Я знаю, — разочарованно ответила Эмилия. — Но хотя бы просто сказать! Я…

Она оборвала себя и замолчала. Я же закрыл глаза и вздохнул.

— Знаю. Ты права. Мне стоило сразу сказать тебе, — я знал, что она имела ввиду, просто ей сложно было выразить это. — И прости… — искренне извинился я следом.

На мгновение она замолчала, а затем я услышал тихое хихиканье.

— Извинения приняты! — радостно объявила она. Я буквально мог сказать, что она улыбалась, такое же довольное выражения было на её лице, когда я помог маленькой девочке, которая заблудилась в эпизоде первом.

— Хах, — я лишь усмехнулся от её непосредственности. Неужели она осталась довольна настолько простым извинением? Субару был прав, временами Эмилии довольно легко угодить. Но я отбросил эту мысль в сторону. Есть более важные дела.

— А теперь пожалуйста отойди от ванной. Я хотел бы поужинать и мне всё ещё надо одеться.

Я голоден, женщина! Настолько что пол-коровы съесть готов!

— Ч-что?! Л-ладно!

***

— Это… — зелёные глаза Аарона, казалось, засверкали, когда он посмотрел на кусок мяса на своей вилке, а на лице его застыло благоговейное выражение. — Это великолепно! Рем! На этот раз ты действительно превзошла саму себя!

Рем, видя, как блондин одаривает её такой искренней улыбкой, не могла не улыбнуться в ответ. Она находила его лицо очень милым.

— Ничего особенного, Аарон-сама. Я просто приготовила его так как обычно готовят стейк.

— Чепуха, — Аарон отмахнулся от её скромного ответа. — Рем, этот Вольгарм был одним из самых мерзких существ, которых я когда-либо видел. Суметь превратить что-то подобное в деликатес — это говорит о твоём мастерстве! — сказал он, указывая на гигантский кусок мяса перед ним.

Хоть вкус и был далек от совершенства, Аарон должен был признать, что это всё равно был один из самых вкусных стейков, которые он когда-либо пробовал. Монстры земель, берегитесь! Вы только что стали новым блюдом класса Сэйбер!

Рем на мгновение уставилась на Аарон, мельком бросив взгляд на приготовленного демонического зверя, лежащего посреди стола. Она была ошеломлена, когда увидела, как белокурый рыцарь тащит за собой тушу Зверодемона, но это было ничто в сравнении с удивлением от того, что он попросил приготовить добычу.

Рем была уверена, что Эмилия-сама и Беатрис-сама смотрели на него так, словно у него отросли дополнительные конечности.

— Э-это правда так вкусно? — спросила со своего места Эмилия, неуверенно наблюдая за тем, как Аарон пожирает зверя.

— Ага, тебе стоит попробовать, — ответил Аарон, указывая на мясо. — Хочешь отрежу? — предложил он, поднимая свой нож.

— Нет, спасибо, — просто и, по существу, ответила Эмилия.

— Многое теряешь, — ответил Аарон, пожав плечами и отрезая очередную порцию мяса, а затем протыкая его вилкой. — Вкусно, правда, Рем? — спросил он у горничной.

— … Я не знаю. Я всего лишь приготовила.

Вилка Аарона замерла на полпути ко рту. Он медленно опустил её и уставился на синеволосую Они.

— То есть, ты хочешь сказать, что подала мне непроверенную пищу?

Её взгляд заставил Рем содрогнуться. Она не испугалась, но все равно почувствовала себя неуютно, почти сразу же поймав жалостливый взгляд Эмилии-сама.

— … Сестра пробовала.

Что заставило псевдо-Сэйбера моргнуть.

— Правда?

— Да, когда я приготовила мясо, сестра единственная вызвалась его попробовать, — ответила Рем. — Она сказала: «Поскольку я тоже приложила руку к охоте на этого зверя, мне любопытно каково оно на вкус. Если это мясо в конечном итоге отравит меня, пожалуйста скажи Аарону-сама чтобы он добыл противоядие», — процитировала девушка розоволосую Они.

—В-вот как… — Аарон не знал, что и сказать. Он совсем этого не ожидал.

— Рам всё верно говорит, — вмешалась Эмилия. — Поедать Зверодемонов просто неслыханно. Кто знает, насколько они ядовиты? — в конце концов она пришла только чтобы убедиться в том, что с ним всё будет в порядке после съедения мяса. Позже она обязательно проверит его самочувствие.

— Я ценю твою заботу, но думаю, что всё будет нормально, — небрежно ответил Аарон. В первую очередь Зверодемоны были созданы для того, чтобы стать пищей, потому он сомневался, что сможет отравиться. — Кстати о Рам, с ней то хоть всё в порядке? — спросил он, поворачиваясь к Рем.

— Сестра в порядке, сейчас она отдыхает в своей комнате, — ответила Рем. — Хотя странно, что она кажется более измученной чем выглядит, так как она не была сильно ранена.

Это правда. Рам безусловно подверглась жестокому обращению со стороны Вольгарма, но все её ранения это лишь несколько царапин и синяков. Аарон убедился, что с ней все в порядке. Он на самом деле потерял больше крови чем она.

Проблема заключалась в её небольших запасах Маны. Рам сильно вымоталась, пытаясь ранить эту тварь своими заклинаниями. Зверодемоны этого мира, казалось, сами по себе обладали небольшим сопротивлением магии. Они переживали некоторые из заклинаний, которые она бросала в них что красноречиво говорит об их стойкости.

«В сравнении с Насуверсом эти животные, кажется, находятся на уровне слабых химер. Нет, даже меньше. Они всего на два или три уровня выше обычных зверей — в конце концов, они были созданы для пропитания. Три Великих Зверодемона, с другой стороны, скорее всего настоящие чудовища. Хоть их сила и относительно невелика, они компенсируют её своей выносливостью и сопротивлением магии», — подумал Аарон. Вспомнив как Белый Кит легко отмахивался от атак магической энергии. Потребовалось физическое давление, подобное ледяному копью Рем, чтобы по-настоящему ранить его.

— Аарон-сама.

— Мм? — голос Рем вывел Аарона из задумчивости.

— Что случилось с моей сестрой в лесу?

Разум Аарона резко прекратил свою деятельность. Юноша вспомнил извивающуюся в его объятиях розоволосую Они, издающую слабые стоны и быстро отвернулся чтобы скрыть пылающее лицо.

— Да, можно и так сказать, — сказал он, изо всех сил пытаясь казаться спокойным. — Скажем так, спроси у Рам сама.

Глаза Рем сузились от подозрения. Она уже собиралась было озвучить мысли вслух, но осознала, что сомневается.

Аарон заметил это и попытался успокоить её.

— Мы ведь о Рам говорим, — с легким смешком сказал Аарон. — Как ты думаешь, она бы промолчала если бы я сделал с ней что-то неподобающее?

— Что? Нет, я не хотела обвинять вас, Аарон-сама, — поспешно ответила Рем, слегка удивленная тем, что мужчина смог догадаться, о чем она думает.

— Вот как… — казалось Аарона позабавил ответ. Он повернулся к Эмилии. — Эми, ты не могла на минутку оставить нас с Рем наедине?

— А? — Эмилия моргнула от неожиданной и странной просьбы. Затем бросила взгляд на Рем и снова посмотрела на мужчину. Несмотря на улыбку, Аарон казался серьезным. — Если ты настаиваешь…

Она выглядела смущенной и любопытной, но решила, что между ними скорее всего что-то есть. Эмилия может и была слишком занята, чтобы много общаться со служанками-близняшками, но слепой точно не была. Между Аароном и Рем всегда была определенного рода напряженность. С Рам то рыцарь хорошо ладил, а вот с Рем нет.

«Может собираются поговорить о разногласиях?», — подумала Эмилия, выходя из столовой.

После её ухода в столовой воцарилась тишина. Аарон проглотил свою еду и вытер рот.

— Ладно. О чём ты хотела поговорить?

— … Неужели настолько очевидно?

— Нет, но о чём ещё ты думаешь? — риторически спросил Аарон со смешком. — Ты похожа на свою сестру и мое присутствие для тебя должно быть… раздражающе. Особенно миазмы Ведьмы, которые витают вокруг меня.

Глаза Рем слегка расширились.

— Вы что, Аарон-сама, знали?

— Конечно, это не было очевидно, но улик ты за собой оставила достаточно, — усмехнулся Аарон. — Рам, я так понимаю, тебе не сказала… — рассеянно пробормотал он. Затем на мгновение задумался над причиной, но отбросил эти мысли. Рам, вероятно, хотела, чтобы он поговорил с Рем наедине. — К сожалению я не могу сказать тебе почему пахну Ведьмой. В буквальном смысле не могу.

— Не можете? — спросила Рем наклонив голову. — Что именно вы имеете ввиду, Аарон-сама?

Аарон поджал губы, мысленно пытаясь сформулировать правильные слова чтобы объяснить свое состояние.

— Я не могу сообщить тебе причину — не могу сказать вслух. Однако с уверенностью можно сказать, что я связан определенными условиями. Это похоже на про…

ТУ-ДУМ!

Вилка выскользнула из его пальцев, а глаза расширились от боли. Рука метнулась к груди от того, что он почувствовал, как что-то коснулось его сердца. Ледяной холод окутал орган словно кинжал, готовый нанести удар. Простого прикосновения оказалось достаточно чтобы заставить его напрячься.

— Аарон-сама?! — Рем немедля подошла к нему заметив, как он схватился за грудь. — Ведьмины миазмы!

Едва заметный и еле ощутимый. Подобный вспышке света, запах на мгновение усилился, прежде чем исчезнуть.

«Что это было?! Предупреждение?! Условие должно срабатывать только тогда, когда я рассказываю кому-то о Возвращении Смертью, простое упоминание проклятья не должно приводить к таким последствиям!»

В сериале Субару убили, когда он начал говорить о Возвращении Смертью. На всё остальное Проклятью, казалось, было всё равно. Тогда почему? Почему оно помешало ему даже заговорить о том, что он проклят?

Может оно адаптировалось? Или Субару просто никогда так делать не пробовал?

«Умная сука», — Аарон стиснул зубы от гнева, восстановив дыхание.

— Рем… — серьезно позвал он.

Синеволосая Они была напряжена, но тем не менее ответила.

— Да?

— Поверь мне, я бы сказал тебе, если мог. Ты видела что только что произошло, — сказал Аарон, тщательно подбирая слова. — Я не могу говорить ни о чем связанным с этим, но поверь мне, если бы я хотел причинить вред тебе или Рам, у меня было бы уже куча шансов сделать это.

Рем прикусила губу и глаза её наполнились неуверенностью. Она не могла найти в себе силы обвинить рыцаря во лжи. Он был прав.

Она доверилась ему, когда он отправился один с её сестрой… и доверие не было предано или введено в заблуждение…

— Тогда почему? — Рем задала вопрос раньше, чем подумала. — Почему вы, Аарон-сама…

— Прежде чем отвечу, позволь сначала задать вопрос тебе, — прервал её Аарон, когда к нему наконец вернулось самообладание. — Вопрос. Ты задала его им обоим?

В голове у Рем на мгновение опустело, и мыслями она вернулась к утру.

«А-а-а, очень интересная и странная история», — сказал Розвааль и заинтригованной улыбкой. «Ну-у-у-у, лично я-я-я-я-я конечно выберу первое! Почему? Потому-у-у-у что нет ничего плохого в том, чтобы видеть, как кто-то всегда достигает своей цели. В мгновении это прекрасно, а в долгосрочной перспективе? Это о-о-о-очень ску-у-у-учно».

«Конечно же второе», — ответила Рам. «Хорошо, когда всё идет по-твоему, но, если ты продолжаешь преуспевать, то вскоре понимаешь, что всё становится… бессмысленным».

— Я не понимаю… — пробормотала Рем вслух; её лицо явно было встревожено. — Как? Почему? Почему Розвааль-сама и сестра… они же такие идеальные, так почему они так думают…

— Потому что в некотором смысле совершенство уродливо, — стоически произнес Аарон. — Когда ты достигаешь совершенства, то понимаешь, что перестаешь расти. Ты остаешься в стагнации. Перестаешь двигаться вперед. Движущая сила, которая делает тебя столь эффективной… сила, которая делала тебя совершенной, исчезает, — он уставился на потрясенную Рем. Её глаза были широко раскрыты и полны недоверия. — Скажи, Рем, тебе не тошно от того, как ты живёшь?

Глаза Рем сузились до щёлочек и замешательство исчезло. Рыцарь понял, что только что затронул очень чувствительную ниточку.

— Я не говорю о работе здесь, а о твоем душевном состоянии, — сказал он, тыча себя в лоб большим пальцем чтобы подчеркнуть мысль. — Ты работаешь каждый день думаю, что должна быть совершенной, что должна быть лучше. Имей ввиду, не то, чтобы это отношение было неправильным, просто ты заблуждаешься. Человека, ради которого ты все это делаешь это не волнует, — он наклонил голову чтобы посмотреть на неё. Её же голова была опущена, а волосы закрывали глаза. — Довольно-таки уродливое зрелище.

Рем молчала. Её тело не двигалось, даже не дёрнулось. Лицо оставалось незримым из-за волос. Блондин наблюдал за тем, как её плечи начали трястись, кулаки сжались, а костяшки пальцев побелели.

— Вы не понимаете…

В её голосе не было ни вежливости, ни уважения только лишь явная враждебность. Точно также с ним говорила Рам, когда он таким же образом ткнул её.

— Нет, не понимаю. И даже не знаю, что произошло, — безучастным тоном признался Аарон.

Голубые глаза уставились на него. Её безупречное лицо исказилось от ярости. Несмотря на красоту, Аарон ясно видел в девушке существо, которым она могла стать. И это была не милая девушка по имени Рем; это был безжалостный демон, который продолжал бы сдавливать лапу на горле умирающего Субару, только из-за ненависти к Культу Ведьм.

Он был одним из многих кто отдавал предпочтение Рем, а не Эмилии. Вид неиссякаемой преданности и любви которые она проявляла к Субару, глубоко задел его. Пятнадцатый эпизод тронул его сердце, когда он увидел, как Рем подтащила своё изломанное тело к нему, закованному в цепи, и ценой собственной жизни освободила.

Но это… Это… Это напомнило ему о другой её стороне.

Заставило его осознать, что правда, на самом деле, была более страшной чем вымысел. Испытать такую встречу с ней…

Аарон мог понять почему Субару все еще любил Эмилию, несмотря на преданность, которую девушка перед ним продолжала к нему проявлять. Несмотря на то, что отдала ему всё.

Потому что глубоко в сердце, так глубоко что он возможно и не осознавал этого, Субару всё ещё боялся Рем. Часть его всегда будет помнить, что эта милая, преданная девушка несколько раз жестоко убила и запытала его.

А Эмилия… Эмилия никогда ничего подобного не делала. Даже когда Субару знал, что она злилась на него, когда он повел себя в столице как невежественный идиот, она и пальцев против него не пошевелила.

Вот такой у Аарона был вывод относительно того почему Субару выбрал Эмилию в качестве своего главного приоритета, несмотря на то что также проявлял признаки постепенного увлечения Рем.

И это заставило его понять почему Субару нельзя полностью винить в его решение. Смерть всегда оставляет свои шрамы.

— Вы не понимаете, и всё же смеете так говорить о моей жизни?! — выплюнула Рем и её голубые глаза наполнились угрожающим блеском. — Вы…

— Но я действительно понимаю, что происходит прямо сейчас, — Аарон прервал её, спокойный и собранный. — Ты, Рем, должна прекратить этот фарс. Ты причиняешь Рам боль.

И вся ярость Рем исчезла как ни бывало. Злобное выражение лица сменилось чистым шоком, а разум опустел. Она уставилась на рыцаря, отвечающего ей серьезным взглядом.

— Ч-что вы имеете ввиду? — сухо спросила Рем.

— Тебе когда-нибудь приходило в голову, что — что бы ты ни делала, Рам никогда не просила тебя так выкладываться?

— Конечно приходило! Но это не важно! Это ведь я виновата…

— Как ты думаешь, что чувствовала Рам, видя то, как ты усердно работаешь?

Рем снова замерла, но Аарон был непреклонен.

— Ты младшая, так что, может и не понимаешь, — Аарон закрыл глаза и расслабился в своем кресле. — Но Рам больно от того, как ты перенапрягаешься.

— Откуда вы знаете? — сердито спросила Рем. — Как вы можете…

— Потому что у меня тоже есть младшая сестра! — рявкнул на неё Аарон и на этот раз в его зеленых глазах стояло неподдельное раздражение.

Вздох застрял в горле у Рем. Как она могла забыть об этом? Она ведь помнила, как Аарону было плохо всего несколько дней назад, когда ему напомнили о ней.

— Но ведь сестра никогда не выглядела обиженной… — хрипло выдала она.

— Конечно не выглядела. Какой старший брат или сестра будут показывать свою боль перед младшими? — сказал Аарон фыркнув. — Ты знаешь почему именно мы рождаемся первыми? — тихо спросил он. — Потому что должны защищать тех, кто родится после нас.

Спасибо Ичиго Куросаки, твои слова заставили его составить о тебе лучшее мнение. Вот бы только этот рыжий оприходовал Рукию, а не Орихиме. Не то чтобы он возражал против такой пары, но, по его мнению, Орихиме казалась слишком навязчивой и в их отношениях чёрт возьми не было никакого развития!

— Как ты думаешь, что чувствовала Рам, когда видела, как ты заставляешь себя? Как ранишь себя? Как изнуряешь себя? Она ничего не могла сделать, чтобы помочь тебе…

Не было необходимости лгать. Он не пытался заставить Рем чувствовать боль. Всё это было правдой. Рам не важно было что Рем пытается стать совершенной ради неё, она хотела для младшей сестры лишь счастья. Рам нужно было только лишь это еще с тех пор, как они были детьми. Она ни разу на свою младшенькую не сердилась, он видел это. Видел, как она плакала в отчаянии, когда Рем подверглась проклятию. Видел, как она бросила все, игнорируя даже приказы Розвааля ради мести за свою Рем.

И всё же Рем этого не осознавала. Она была слепа к любви Рам, слишком сосредоточена на самосовершенствовании, взваливании мира на свои плечи и причинении, в процессе, боли Рам.

Потому что Рам ни разу в жизни не обвинила Рем в том, что произошло той ночью…

Услышав это Рем почувствовала себя так словно в живот ей ударилась глыба льда. Неужели это правда? Неужели сестра действительно так страдала из-за того, что она, Рем, работала? Неужели она была слишком слепа, слишком эгоистична чтобы увидеть настолько простые вещи?

Она начала вспоминать обеспокоенные взгляды, когда её старшая сестра говорила ей не перенапрягаться. Вспомнила как отмахивалась от этих слов с улыбкой, говоря, что с ней всё в порядке.

«Это… ведь… правда… Не так ли?», — мрачно подумала она, вернувшись взглядом к полу. В глазах ей не было ничего кроме болезненного отражения.

Это ведь было очевидно. Как она сама это не заметила? Мужчина перед ней был абсолютно прав. Она сделала это. Всё это! Она делала всё это ради собственной сестры! А также ради себя! Она делала это потому, что знала, что именной такой должна быть её сестра! Идеальной и абсолютной! Вот такой должна быть её старшая сестра!

Но она не… не идеальна. Она не может быть такой как сестра, как бы не старалась. Рем почувствовала отвращение к самой себе. К боли, которую причинила своей сестре.

— Всё что я делала… Всё что сделала… — голос Рем был полон тоски и боли. Не осознавая того, она упала на колени и глаза её заблестели от непролитых слез. Осознание ударило её словно молот.

Неужели всё что она до этого делала не приносило ничего кроме еще большей боли её старшей сестре?

— Не совсем так.

Нежный голос вывел Рем из оцепенения. Человек, который показал ей жестокую реальность её поступка, больше не сидел в своем кресле, а стоял на коленях рядом с ней. Его некогда безразличные, холодные, изумрудные глаза наполнились теплом.

— Рам больно видеть, как ты напрягаешься, тем самым подпитывая её слабости, — его рука поднялась и погладила её по щеке вытирая слезы из глаз. — Но знаешь ли ты почему она позволила тебе это? Почему не сказала тебе остановиться? — его губы изогнулись вверх, демонстрируя легкую улыбку. — Потому что для неё ты прекрасна.

— П… Прекрасна? — прохрипела Рем с явным замешательством. — Я прекрасна?

— Когда кто-то достигает совершенства, то замирает в стагнации. Разочаровывается, потому что это конец. Больше не двигается вперед, потому что искра внутри медленно гаснет.

— Да, людям это может и нравится. Они лелеют её и даже купаются в остаточном сиянии. Однако в конце концов это исчезнет.

Такова человеческая природа. Мы отрицательные существа. Большинство людей всегда будут помнить плохие времена, а не хорошие. Сталкиваясь с отчаянием, они склонны поддаваться отчаянию. Они забывают, что в прошлом переживали более худшие вещи. В конце концов каждому приходится сталкиваться со своими собственными демонами.

Их разум затуманен беспокойством и страхом что приводит к их гибели еще до того, как они достигнут совершенства, к которому так стремились.

— Но ты Рем прекрасна. Почему? Из-за того, что ты так усердно работаешь; из-за идеалов, которые движут тобой; желание преодолеть недостатки внутри тебя действительно прекрасно. Это показывает твою истинную красоту таким образом, который никому не воспроизвести.

Люди, окутанные темными эмоциями, будут помнить, что не всегда всё было плохо. Когда они найдут свое вдохновение, огонь, который озаряет их души вновь возгорится.

И этот пожар… вот что побуждает их к достижению совершенства. Вот что делает их по-настоящему прекрасными.

— И разве не прекраснее, если бы ты всё это делала не только ради Рам, но и ради себя самой? — спросил Аарон. — Ты заслуживаешь лучшего.

— Не заслуживаю! — немедля принялась отрицать всё девушка, и слезы потекли из её глаз. — Я была так счастлива, когда сестра потеряла свой рог. Я же всего лишь её неудачная копия! Неудачная замена! В сравнении с ней, я…

— Та, кто заботится о людях в этом доме. Та, кто наполняет мой ненасытный желудок, — прерван её Аарон с улыбкой. Глаза девушки расширились. — Та, кто работает больше всех, кто живет здесь и даже учит меня правилам этого континента.

Рем прикусила губу, опустив глаза.

— Это ничего не значит. Моя обязанность заботится о доме, а вы, Аарон-сама, достаточно умны чтобы с легкостью чему-то научиться.

Аарон уставился на синеволосую Они со спокойным и собранным выражением лица, не показывая никаких признаков разочарования от упрямого отвращения Рем к самой себе.

— Разве это что-то меняет? Ты ведь по прежнему всё это делаешь, — сказал он, заставляя девушку вновь поднять на него глаза. — Ну и что, что это ничего не значит? Ты заботилась об этом месте в течение многих лет, до такой степени что Роз назначил тебя старшей горничной, ответственной за работу. Ну и что с того, что я достаточно умён чтобы понять то, что ты говоришь? Меняет ли это тот факт, что ты пожертвовала своим собственным свободным временем чтобы учить меня? — он слегка наклонил голову. — Возможно, тебе странно слышать от меня такие слова. Я довольно циничен и пессимистичен. Но не пора ли и тебе начать смотреть в будущее, а не в прошлое?

— Зачем смотреть в то, что уже произошло? Зачем продолжать жить в прошлом? Конечно, хорошо помнить прошлое, если ты хочешь чему-то научиться; вот только нет смысла утопать в воспоминаниях. Ты так и будешь дальше причинять себе боль.

— Нет нужды продолжать давить на себя. Рам никогда не просила тебя об этом, и ты знаешь, как ей больно видеть тебя в таком состоянии. Никто тебя не винит. Мир всегда будет жесток, но мы все должны найти в себе силы жить дальше.

— Отступись от него. Встань на ноги, посмотри вперед и отодвинь воспоминания назад. Не медли, не трать впустую свою молодость, двигайся вперед. Принимай каждый день с улыбкой, потому что прямо сейчас твоя жизнь прекрасна. Прекрати ослеплять себя прошлым.

— И смейся, Рем, смейся! — Аарон улыбнулся, поднимаясь на ноги и протягивая ей руку. — Смейся, потому что все страдания, боль, через которую ты прошла породили прекрасную реальность, которая тебя окружает! Прямо сейчас наслаждайся этим вместе с теми, кто тебя ждет.

Рем уставилась на протянутую руку мужчины, улыбавшегося ей. Слезы текли по её лицу, а губы неуверенно дрожали. Её рука медленно поднялась, и девушка, дрожа, но уверенно потянулась к руке перед ней. К руке человека, которому она не доверяла и даже боялась всего несколько часов назад. Она осознала, что колеблется в нескольких последних дюймах, разделявших их.

— Мне ведь… можно, да? —вопрос сорвался с её губ, без мысленного приказания. — Двигаться вперед после всего, что я навлекла на сестру? После всей той боли что я ей причинила?

Ответ пришел в виде руки, схватившей её за руку и смывшей её дрожь нежным пожатием. Рем почувствовала, как молодой рыцарь заключил её в объятия.

— Каждый заслуживает счастья в своей жизни, — мягко заговорил Аарон, поглаживая её по затылку. — И Рем, ты, так много в своей жизни работавшая, заслуживаешь его больше других.

«Сработало».

Задрожав всем телом, Рем, отбросила свои сомнения. Её руки обвились вокруг талии Слуги, и она сама прижалась к нему сотрясаясь всем телом от сдавленных криков.

Впервые с той огненной ночи, Рем осознала, что плачет от счастья.

***

— Рем рассказала мне о том, что случилось той ночью.

На следующее утро после разговора по душам с Рем.

Аарон осознал, что сидит рядом с хозяином поместья. Одетый в свой повседневный черно красный костюм, он пил чай вместе с похожим на клоуна Магом.

Мужчина удивил его, потому что в месте утренней тренировки уже ждал его. Он не ожидал что тот вернется так быстро. В каноне Розвааль вернулся на следующую ночь, а не ранним утром. Быть может, он был в поместье всё это время, скрытно наблюдая за тем, как Рем привязывается к Субару?

Мужчина хотел поговорить с ним наедине и вот они здесь. Псевдо-Сэйбер сидел в кабинете хозяина дома уставившись тому в лицо.

— И вновь я в долгу перед вами Аарон-сан, — Розвааль заговорил своим обычным певучим голосом. — Вы не просто спасли мою слугу-у-у-у но и помогли мне не позволив пострадать жи-и-и-ителям моих земель, — его улыбка была такой искренней и неподдельной. — И-и-и вы также предотвратили политический скандал, который неотвратимо разгорелся бы, случись одна из таких ситуаций. Вои-и-и-истину вы совершили очень чудесный для меня поступок.

— Ты ведешь себя крайне безответственно, — ответил Аарон, по-видимому, не тронутый похвалой. — Ладно потерял в городе Эми, что могло привести к тому, что у неё украли бы инсигнию. Я даже могу не обратить внимания на то, что она столкнулась бы с кем-то опасным вроде Охотницы за Кишками. Но это? — он покачал головой со стоическим выражением лицо и взглядом полным неодобрения. — У Мага твоего уровня, конечно, не должно быть проблем с созданием барьера, достаточно мощного чтобы удержать подобную грязь в своих владениях. Или по крайней мере создать что-то, что может выступить в плане защитника если барьер падет.

Услышав столь жестокие слова Розвааль, перестал улыбаться и в его взгляде появился гнев.

— Признаю, случившееся, стало не самым ярким моментом в моей жизни, — признался он. — Барьер, который я воздвиг не низкого уровня. Он был создан не только для защиты деревни от демонических зверей, но и от любого, кто несет в себе плохие намерения.

Аарон моргнул, услышав эти слова. Что? Это совсем не то, что он помнил из канона. Если барьер действительно мог вытворять такое, то как Культу Ведьм все же удалось проникнуть внутрь? Мог ли Бетельгейзе сокрушить его, используя своё Полномочие? Но если бы он это сделал то, это бы привлекло внимание Розвааля…

«Насколько я помню он намеренно не присутствовал в замке, и позволил разорить деревню… вот же…», — Аарон стиснул зубы. Он может и не был хорошим парнем, но вот так просто пожертвовать целой деревней…

Он заставил себя успокоиться. Гнев никак не поможет ситуации.

— Не желаю слушать твои оправдания. Мне нужны доказательства. Действуй, Роз. Рам утверждает, что ты величайший Маг в Лугунике, и я хочу наглядно увидеть это, а не услышать об этом.

— Уверяю вас, так я и сделаю, — Розвааль похоже воспринял эти слова всерьез. Было ли этой маской или истинными эмоциями, Аарон не знал. — Тогда, быть может, продолжим, Аарон-сан?

— Продолжим?

— А-а-а-а, не притворяйтесь невеждой, Аарон са-а-на, — непринужденное веселье Розвааля вернулось, и он слегка ухмыльнулся блондину. — Скажите-ка, Аарон-сан. Вы же знаете, что я собираюсь сказать, верно? — он широко развел руки в стороны напомнив Аарону об их первой встрече. — Чего вы хотите за это? — спросил он. — Я знаю, что вы не из тех людей, которые делают что-то просто так.

Глаза Аарона сузились. Конечно, этот человек должен был догадаться. Он было уверен, что похожий на клоуна Маг прекрасно понимает, что он за человек. Аарон не святой. Хоть он и был готов быть полезным, но не стал бы рисковать своей шеей если каким-то образом не получит с этого выгоды.

— Так чего вы хотите от меня на этот раз, Аарон са-а-ан? — спросил Розвааль и его глаза весело блеснули, а улыбка превратилась в ухмылку. — Вы жела-а-а-аете Рам?

Аарон моргнул один раз. Затем ещё раз.

— Чего?

— Я слышал от Эмилии-сама и Рем, что вы с Рам очень близки, — сказал Розвааль раздражающим голосом, понимающе помахивая пальцем. — Если хотите, чтобы Рам была вашей личной горничной, то я с радостью предложу вам новый контракт, — ухмылка на его лице стала шире. — В конце концов, вам, вестимо, понравилось перегружать ею той ночью.

Несмотря на поддразнивающий тон, Аарон не смог сдержать жара, прилившего к щекам. Он вспомнил тот момент с Рам прошлой ночью, и то, как Розвааль сформулировал это… звучало очень непристойно.

— О-о-о-о, неужели Рем? Вам нравится синий, верно? Уве-е-е-ерен Рем достаточно синяя чтобы удовлетворить ваши желания.

— Нет, — Аарон невозмутимо посмотрел на него раздраженно дернув бровью. — Просто нет. Прекрати так говорить, это звучит грязно и то, как ты это говоришь действует мне на нервы.

Но вместо того, чтобы обидеться, архимаг рассмеялся.

— А-а-а-а, так ре-е-е-езко, — и покачал головой все еще улыбаясь. — У вас действительно острый язык.

Во взгляде Аарона не было ни следа веселья.

— Хе-хе-хе, — Розвааль снова усмехнулся. — Хорошо, если уж вы и это не оценили, то пожалуйста, сообщите мне чего желаете. Чего хотите в качестве платы? — спросил он.

Вот оно, предложение которого он ожидал. Аарон размышлял над ним всю ночь, пытаясь найти то, что позволило бы использовать Розвааля в качестве его помощника.

— Я хочу две вещи, — сказал Аарон после минутного молчания.

Бровь Розвааля вздернулась, и его гетерохромные глаза с интересом уставились на блондина.

— О-о-о, какая жа-а-а-адность, — прокомментировал он. — Но поскольку то, что вы сделали было немалым подвигом, предполагаю, что этого стоило ожидать, — сказал он с усмешкой. — Ла-а-а-адно, и чего же вы желаете?

— Во-первых полный доступ к запретной библиотеке.

— О-о? — Розвааль откинулся на спинку стула и его лицо сморщилось в задумчивом выражении. — Это конечно больша-а-ая просьба. Это место не зря называется «запре-е-е-етным». Там ведь хранятся мои личные исследования.

«И всё же когда сгорела вся библиотека, всё с тобой было нормально», — подумал Аарон, вспоминая нападение Эльзы в четвертой арке. Библиотека обратилась в хаос, и Беатрис заключила контракт с Субару.

— Знаешь же, что я не могу использовать магию и у меня нет к ней интереса. Я хочу знаний и информации.

Это правда. У Аарона хоть и было много Маны, но он не проявлял интереса к изучению магии. Здорово конечно было бы уметь призывать метель и метеоры. Да, это было бы кстати.

Но все же у него был Экскалибур. Меч обещанной победы способен был уничтожать армии и разрушать горы. Он был доволен своим боевым потенциалом, не говоря уж о том, что на его освоение уйдет еще немало времени.

Знание, однако, было силой. И оно как правило было хорошо спрятано. Возможно, в этой библиотеке он мог бы найти способ вернуться домой, не нуждаясь в помощи Эмилии. Он не хотел оставаться в этом мире больше года.

— Ну чтоо-о-о-о ж, — Розвааль улыбнулся и на мгновение в его глазах появился странный блеск. — Знания и информация… вы та-а-а-ак амбициозно это преподнесли, — он усмехнулся, перекатывая слова на языке. —Я, конечно, могу предоставить вам доступ к библиотеке, но, к сожалению. Вам нужно будет одобрение другого лица для получения полного доступа.

— … Беатрис-сан, — заговорил Аарон после минутного молчания. В ответ на кивок мужчины, он вздохнул. Насколько он помнил библиотека существовала со времен Ехидны, а это было четыреста лет назад и Беатрис дух, заботящийся о ней по её приказу. Розвааль может и имел к ней доступ, но явно по наследству, а не потому, что ему было это позволено.

«Еще одна проблема, с которой нужно разобраться. Стоит наверно активировать её рут в следующий раз?»

— Можете почитать книги из моей библиотеки если хотите, — бодро заговорил Розвааль. — Однако пожалуйста помните, что это место контроли-и-и-ирует она. Она может выкинуть вас в любое время, когда только захочет.

— Знаю, — ответил Аарон, пощипывая переносицу. — Второе, — он поджал губы. — Ну, это больше похоже на предложение о сотрудничестве чем на просьбу.

— О? — Розвааль приподнялся со своего места, и лица его ныне выражало заинтересованность. — Сотрудничество?

— У меня есть пара метий с родины, — объяснил Аарон. — Я не видел ничего подобного с тех пор, как прибыл сюда. Возможно, тебе удастся воссоздать их. Ты мог публично поделиться исследованиями от имени Эмилии, увеличив её популярность, — предложил он.

Розвааль, казалось, был очень заинтригован этой идеей. Его пальцы постукивали по подбородку, и он что-то мычал.

— Очень интере-е-е-есно, — заговорил он, растягивая каждый слог. — Так вы поддерживаете Эмилию-сама в её становлении королевой?

Это больше было похоже на утверждение чем на вопрос.

— Честно? Не уверен, — ответил Аарон хозяину поместья. — Я еще не встречался с другими кандидатами в королевы. Хоть я и одобряю желание Эми стать королевой, моё мнение все еще может поменяться, — Эмилия была бы справедливой королевой, её сердце подсказывает ей правильные вещи, и она стремилась бы к равенству. Однако, прежде чем это может быть достигнуто, необходимо разрешить экономический кризис. — Но пока что я буду поддерживать Эми, потому что она мой друг. Распространение моей Метии также даст ей некоторый шаг вперед в сравнении с другими кандидатами. Даже если бы я предпочёл не поддерживать её напрямую, она все равно смогла бы оказать большее сопротивление.

По правде говоря, Аарон был уверен, что поддержит Эмилию. Выбора то особого не было. Ему нужно было чтобы она вернулась домой. Всё стало бы ужасно неловко, если бы он бросил её ради другого кандидата. Но Розваалю он в этом никогда не признается.

— Хм-м-м-м, во-о-о-от как, — Розвааль, судя по улыбке, кажется, остался доволен его ответом. — Прекрасно, я понимаю, о чем вы, — он наклонился ближе к Аарону и на его лице появилось нетерпеливое выражение. — А теперь расскажите-ка мне об этой Метии!

http://tl.rulate.ru/book/78975/2385418

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь