Готовый перевод The First Vampire / Первозданный вампир: Глава 224

Глава 224: Бдение у духа

Гроб герцога Сент-Хильде стоял в главном зале церкви.

Кто бы мог подумать, что всего лишь вчера этот Герцог Северной Территории председательствовал на свадьбе Колина и Веры, а теперь он навсегда закрыл свои глаза.

Непостижимая природа судьбы подобна пыльце в воде, находящейся в броуновском движении: её следующую траекторию смертным с их ограниченной мудростью предсказать невозможно.

Крышка гроба была открыта, и знать Северной Территории по очереди подходила, чтобы выразить свои соболезнования.

Колин стоял у гроба, рука об руку с Верой, отрешённо глядя на останки герцога, погружённый в размышления.

Разбитое тело герцога Сент-Хильде было собрано заново, и навыки мастеров были превосходны. Помимо неустранимых трещин, оно, казалось, ничем не отличалось от оригинала.

Всякий, кто когда-либо пытался собрать разбитую вазу, поймёт, как это трудно.

В некотором смысле, Колин был также соучастником смерти герцога Сент-Хильде.

Если бы не кровавый раб под его контролем, отпустивший хватку в критический момент, когда господин Цзи произносил заклинание, это запретное заклинание, возможно, никогда бы не удалось.

Если бы это произошло снова, Колин всё равно выбрал бы отпустить и позволить герцогу Сент-Хильде умереть.

Он никогда не забыл бы унижения, которые причинил ему Северный Герцог, и вреда, который он нанёс Вере, маркизу Гарсии.

Если бы он упустил эту возможность, то поистине не знал бы, как справиться с этой северной фигурой, стоявшей на вершине как военной, так и интеллектуальной силы.

Возможно, Колин вечно был бы во власти Северного Герцога, как это случилось на церемонии совершеннолетия Веры.

Хотя этот безжалостный Северный Герцог, казалось, и стоял на стороне Колина, его существование приносило Колину лишь бесконечное давление. Пока он находился на Севере, Колин мог лишь оставаться покорным.

Более того, он постоянно боялся превратиться в шахматную фигуру, которую другая сторона могла бы легко пожертвовать.

Пусть Колина не обманывает его нынешний статус герцогского зятя. Этот безжалостный герцог мог с лёгкостью продать собственного сына, а зять значил бы для него ещё меньше.

Таким образом, он также косвенно отомстил Вере и маркизу Гарсии.

Что же до того, рухнет ли из-за этого ситуация на Севере, Колин не слишком беспокоился.

«Хаос — это лестница».

Хотя маркиз Доусон и произнёс эти слова со злым умыслом, они всё же нашли отклик в душе Колина.

Для амбициозного человека, каким был Колин, хаотичный Север мог оказаться более подходящим.

Так что, лучше, чтобы герцог был мёртв.

Единственное, о чём Колин сожалел, это то, что после того, как герцог Сент-Хильде обратился в камень, его кровь, казалось, исчезла.

В противном случае, он бы воспользовался шансом вкусить сладкой крови святого рыцаря.

Как только знать завершила своё траурное шествие, Епископ Перс выступил вперёд и окропил гроб святой водой, читая молитвы.

Наконец, под руководством епископа, все почтили память герцога Сент-Хильде минутой молчания.

Таким образом, бдение подошло к концу, но герцога Сент-Хильде ещё нельзя было хоронить.

Будучи правителем Северной Территории, герцог Сент-Хильде не мог быть похоронен без особых почестей в Городе Ледяной Скалы, как не имевший знатного происхождения Чарльз. Его необходимо было перевезти обратно в Город Винтерфелл и устроить пышные похороны.

В то время Королевская Семья Империи отправит своих представителей для участия.

Тогда же будет решено, кто станет новым Северным Герцогом.

— Колин, я останусь и буду дежурить, тебе стоит вернуться, — тихо сказала Вера, когда все ушли.

Цвет лица её был несколько бледен, боль в глазах едва скрывалась, но ещё заметнее были её тревога и неуверенность.

Колин сжал её холодную руку, тепло произнеся: — Я останусь с тобой на бдении.

— Хорошо, — Вера слабо улыбнулась, прислонившись к руке Колина и положив голову ему на плечо, и глубоко вздохнула.

Как только епископ Перс закрыл двери зала, остались только Колин и Вера.

Холодный лунный свет падал на мраморный пол сквозь витражи, сливаясь со светом люстр из магического кристалла и создавая причудливые узоры.

Лёгкий ветерок, казалось, проник откуда-то, неся с собой умиротворение весенней ночи.

— Колин... — внезапно проговорила Вера, её голос звучал так, словно шёл из далёкого космоса, глубокий и неземной.

— Что случилось? — Колин повернул голову, чтобы поцеловать Веру в волосы.

— Как ты думаешь... должна ли я его ненавидеть?

— А что думаешь ты сам? — Колин не дал ответа, потому что понимал: в этот момент Вере, возможно, нужна была не столько сама отгадка, сколько возможность излить свои чувства.

Независимо от того, сколь презренными ни были бы прошлые поступки герцога Сент-Хильде, он всё же воспитал Веру в течение двадцати лет, и этот факт был неоспорим.

Более того, он дал Вере то единственное, в чём она нуждалась больше всего — личность.

Колин не знал, от какой красавицы маркиз Гарсия тайно зачал Веру, но без усыновления герцогом она была бы лишь презираемой внебрачной дочерью.

— Я тоже не знаю... — голос Веры был полон меланхолии.

Однако Колин не услышал в её голосе и следа обиды.

— Если ты не знаешь, то пока просто храни этот вопрос в своём сердце. Возможно, однажды, оглянувшись на этот опыт, ты найдёшь свой собственный ответ.

Решительно Колин произнёс несколько утешительных слов, чтобы успокоить израненное сердце молодой девушки.

Вера обдумала слова Колина, и её выражение лица немного расслабилось: — Я понимаю, спасибо, Колин.

«Её легко утешить...»

Колин усмехнулся, похлопав Веру по руке в знак того, чтобы она не слишком задумывалась.

В зале вновь воцарилась тишина, и Колин, от скуки, начал изучать узоры на теле герцога в гробу, чувствуя, будто они скрывают какую-то тайну.

Вскоре Вера снова спросила: — Колин, как ты думаешь, что убило моего отца?

— Полагаю, это было какое-то заклинание. Но чтобы убить святого рыцаря, оно должно было быть запретным заклинанием.

В этот момент Колин внезапно вспомнил то, что видел глазами своего кровавого раба — сцену в Городе Падшего Орла.

Ужасающая картина объятого пламенем города пробрала Колина до мурашек.

— Я тоже думаю, что это было запретное заклинание, — Вера кивнула. — Более того, оно очень похоже на одно запретное заклинание, которое я видела раньше.

— О? — Колин мгновенно оживился, осознав, что его жена, будучи магом, может обладать полезной информацией.

Он поспешно спросил: — Ты знаешь это запретное заклинание?

Вера покачала головой, а затем снова кивнула: — Однажды я видела похожее запретное заклинание в библиотеке своего наставника. Однако теперь то запретное заклинание уже невозможно сотворить, потому что один из его важнейших материалов для заклинания больше не найти.

— О? Что это за запретное заклинание?

— [Глаз Окаменения].

— [Глаз Окаменения]? — Колин взглянул на герцога Сент-Хильде в гробу, превращённого в каменную статую, и кое-что понял.

— Да. Но заклинание, поразившее отца, немного отличается от [Глаза Окаменения]. Я помню, что [Глаз Окаменения] использует глаза заклинателя как среду для заклинания, превращая каждого, кто посмотрит прямо в глаза заклинателю, в камень. Однако в тот день, когда отец был поражён этим заклинанием, в нашем замке не было подозрительных магов, и хотя я подняла взгляд и увидела таинственные синие глаза в небе, я не окаменела. Следовательно, хотя эти два заклинания схожи, это не одно и то же запретное заклинание.

— Вероятно, это было новое заклинание, изменённое на основе запретного заклинания [Глаз Окаменения], — размышлял Колин, а затем заметил важную деталь в рассказе Веры: — Ты сказала, что видела свиток заклинания [Глаз Окаменения] в библиотеке своего наставника?

— Да.

— Кто твой наставник?

— Это заместитель председателя Совета Магов Йевира, Мастер Кузиус.

— Кузиус? — Колин, конечно, никогда не слышал этого имени; он почти ничего не знал о Тайном городе Йевир.

— Ты знаешь господина Цзи? — Колин небрежно назвал истинное имя заклинателя.

— Эм-м, я видела его пару раз в Йевире. Его происхождение очень таинственно, и, кажется, у него хорошие отношения с моим наставником. Они часто обмениваются результатами исследований.

Глядя на казавшуюся невинной Веру, Колин прямо сказал: — На самом деле, этот господин Цзи — потомок семьи Святого Шона.

— Святого Шона? — Как и ожидалось, Вера была потрясена.

— Да, и я подозреваю, что тот, кто убил герцога Сент-Хильде, был сам господин Цзи.

Вера нахмурилась: — Значит, ты думаешь... господин Цзи сотворил запретное заклинание, убившее моего отца, основываясь на [Глазе Окаменения] из коллекции моего наставника?

— Весьма вероятно.

Вера на мгновение задумалась, а затем тут же сказала: — В таком случае, я напишу своему наставнику, чтобы узнать об этом, когда вернусь.

— Да, было бы лучше также спросить его, какие условия необходимы для сотворения этого запретного заклинания, какую жертву нужно принести и существует ли противозаклятие? — Колин немного забеспокоился, опасаясь, что однажды он сам может стать мишенью этого запретного заклинания.

Это запретное заклинание было поистине ужасающим; оно могло напрямую окаменить святого рыцаря. Он чувствовал, что если бы он стал мишенью, то его характеристики кровного клана, возможно, не смогли бы его спасти.

— Хорошо.

http://tl.rulate.ru/book/76735/8933385