Готовый перевод Sooho / Су Хо: Глава 51

Пока "Хосу Энтертейнмент" эвакуировала своих японских сотрудников на частном самолёте, новости об этом разлетелись по всему интернету. Это вызвало настоящий шквал предложений о контрактах для знаменитостей компании. Но дело было не только в звёздах. После нашумевших слов "Хосу Энтертейнмент" о том, что они покажут, что такое настоящее богатство, внутренняя структура компании полностью изменилась.

Звания, зарплаты, льготы, услуги, даже направление и девиз компании – всё перевернулось с ног на голову. Этот "мансуровский" подход заставил конкурентов всерьёз напрячься и постараться удержать своих лучших талантов.

– Я слышал, они платят дорожным менеджерам и новичкам по 25 миллионов в год.

– Ты это серьёзно? Я перехожу к ним!

– Не думаю, что стоит идти туда только из-за денег.

– А ещё я слышал, они купили фитнес-центр и бассейн специально для своих артистов!

– Я перехожу к ним!

Ахн Су Хо не остановился на этом. Кто-то мог бы подумать, что он просто растрачивает деньги, но для него это были пустяки. Он купил целое здание и сдавал его своим сотрудникам по дешёвой цене, а также предоставлял больше льгот, касающихся семьи, образования и страхования автомобилей.

Они не только предлагали стипендии, доступные лишь крупным компаниям, но и произвели настоящий фурор, объявив о пятидневной рабочей неделе. Конкуренты "Хосу Энтертейнмент" были в бешенстве от таких сумасшедших заявлений и не скупились на критику. Однако всё сводилось лишь к саркастическим замечаниям о разрушении традиций и о том, как "один ёрш мутит воду".

Проблема была в том, что всё это не нарушало закон, и ничего нельзя было с этим сделать. Можно было бы попытаться испортить репутацию через СМИ, но журналисты реагировали подозрительно. Ахн Су Хо не зря первым делом поработал над медиа.

– Нам сказали не выставлять их в плохом свете.

– И мне тоже.

– Что-то происходит?

Крупные медиакомпании обычно побаивались корпорации «Дэсан», но то, что маленькие таблоиды оставались на удивление спокойными, было неожиданным. Псевдожурналисты и папарацци всё-таки набрались смелости заявить о себе, но у развлекательной компании «Хосу Энтертейнмент» оказался очень большой юридический отдел.

– Их можно назвать полноценной юридической фирмой.

– Зачем развлекательной компании целый штат юристов?

Журналисты, пишущие о шоу-бизнесе, считали это абсурдом и очень злились.

Раньше развлекательные агентства были лёгкой добычей, которую можно было без зазрения совести обгладывать. Не имело значения, что им портят репутацию, потому что они всегда оставались на плаву. Правда, связываться с суперзвёздами и большими агентствами они всё равно не решались.

«Хосу Энтертейнмент» подняла много шума. Продюсеры и менеджеры по кастингу, которые всегда демонстрировали свою власть, угрожая купить телеканалы и агентства, теперь должны были вести себя осторожно. По каким-то причинам государственные учреждения и комиссии, отвечающие за регулирование вещания, явно не хотели иметь ничего общего с «Хосу Энтертейнмент».

– Вы молодцы. Продолжайте в том же духе.

Ан Су Хо, вернувшийся из Японии, провёл еженедельное совещание. Получив отчёт, он быстро его завершил. Хотя ему больше не грозили якудза, Наварросу нельзя было уезжать с Корейского полуострова, и он стал финансовым директором «Хосу Энтертейнмент Групп». После совещания в зале остались только двое: О Джу Гён и Даниэль Наваррос.

Даниэль Наваррос выглядел так, будто ему очень нужно в туалет.

– Не переживай, Дэнни. Они прилетят завтра, дневным рейсом.

– Спасибо, Су Хо.

Даниэль Наваррос решил остаться под защитой Ан Су Хо. Хоть якудза и оставили его в покое, его репутация четверного шпиона вызывала аппетит у всех разведслужб и криминальных организаций. Сколько бы Ан Су Хо его ни заверял, его прошлое никуда не денется. Поэтому он вызвал в Корею свою семью, которая до этого скрывалась.

– О, вы уже познакомились?

- Да, уладили.

- Отлично. Теперь ты будешь руководить компанией. Надеюсь, сработаетесь.

Дэниел был способным финансовым директором, который возглавлял Концерн «Империя». С профессиональной точки зрения он являлся успешным бизнесменом, ничуть не уступающим О Джу Кён. Однако Дэниел пережил множество трудностей, которые его подкосили, но всё же недооценивать его было нельзя.

- Какие-то еще планы есть?

- Председатель хотел бы видеть вас у себя дома.

- Я… займусь этим. Что-нибудь еще?

- Нет, господин.

Ан Су Хо кивнул и вышел из конференц-зала. Жестом руки он остановил О Джу Кён, не дав ей последовать за ним. Вернувшись домой, он обнаружил Ли Со Хе, развалившуюся на диване в гостиной.

- Тебе разве не в школу?

- Сегодня у меня суббота выходной.

- Суббота выходной?

- Раз в две недели.

С каких пор такое появилось в старшей школе?

- Ты не должна быть с друзьями?

- Я встречусь с ними позже.

- У тебя есть парень?

- Не хочу воспитывать еще одного.

- Они что, домашние животные или вроде того?

- По крайней мере, домашние животные милые. Парни только раздражают.

Ан Су Хо про себя цокнул языком в ответ на серьёзное лицо Ли Со Хе. У неё была подсознательная привычка избегать мужчин. Неблагоприятно для человека жить в одиночестве всю оставшуюся жизнь.

«Ли Хё Гын, сукин сын».

Её отец испортил её.

- Куда отправилась госпожа Пак?

- Она пошла в агентство недвижимости.

- Почему?

- Откуда мне знать?

Ан Су Хо переоделся в черный костюм, оставив дверь открытой. Ли Со Хе, смотревшая телевизор в гостиной, естественно посмотрела на своего старшего брата.

- Ты на похороны собрался?

- Ага.

- Чьи?

- Друга.

Его друга? Он горько усмехнулся тому, что только что сказал. Всё, что он знал о нём, это то, что его отец рано умер, и у него были мать и сестра, которая вышла замуж.

- Ты поздно будешь?

- Не дожидайтесь.

- Если собираешься ночевать вне дома, позвони маме. Она будет ждать всю ночь.

Ан Су Хо помахал рукой в ответ. С тех пор как он подарил ей набор косметики из командировки в Японию, она заинтересовалась макияжем. Даже если у неё не было парня, желание выглядеть хорошо перед мужчинами было инстинктивным. Как только машина отъехала, его телефон завибрировал. Он включил громкую связь и ответил.

– Тэ Чана?

– Раз ты вернулся в Корею, мог бы и сказать, балбес. – Критика Ким Тэ Чана вызвала у Ан Су Хо усмешку.

– Заскочу на ужин. Увидимся со стариком. Как там переговоры?

– На завершающей стадии. Но, кажется, вы с президентом парой слов перекинулись?

– Он хочет избавиться от Корейской Национальной Ассоциации.

– Он хочет перейти на нашу сторону?

– Пока так.

– Ты доверяешь президенту?

– Нет. От политиков никогда не знаешь, чего ожидать.

Как бы искренне Ли Чжун Хён ни хотел освободиться от Корейской Национальной Ассоциации, всё могло пойти не так, как он планировал. Группы поддержки, которые помогли ему стать президентом, захотели бы выжать из него гораздо больше.

– Но не дави на него слишком явно.

– Я знаю.

– Как твоя жена?

– Вздох. Думаю, Чинсонг скоро рухнет.

Группа Чинсон, ставшая первой мишенью для удара по группе Тэсан, не смогла оправиться после падения. Расследования остановились, но из-за цен на акции и семейных распрей акции пришлось разделить.

– Какая доля у твоей жены?

– Универмаг и одежда.

– О! Неплохо!

Универмаг и одежда – хорошее сочетание. Разговоры о том о сём заняли полчаса.

– Мне пора. Увидимся вечером, Су Хо.

В этот момент Ан Су Хо остановил машину.

В похоронном зале больницы, где прощались с Со Чон Уком, было немноголюдно. Бывший морской офицер, объявивший о коррупции своего начальства и из-за этого прослывший предателем, после увольнения скитался по миру. Основателем знаменитой наёмнической группы «Глубокий Вдох» был Ханс Крюгер из Королевской гвардии, но настоящую славу ей принёс Ан Су Хо.

Семья Со Чон Ука долго не могла опознать его тело после гибели на задании. Причин тому было много, главная – вмешательство американцев. Те, кто пытался скрыть провал Арагона, должны были действовать сообща.

Ан Су Хо стоял в отдалении, осматривая похоронный зал.

Он не очень хорошо знал Со Чон Ука, как и «Номер 608». Что тот думал о нём, Ан Су Хо не ведал, но чувствовал лишь горечь от того, что ещё один незадачливый кореец закончил свой путь так печально. Иногда его посещала мысль: зачем он упорно держался там, где у него не было никакого тактического преимущества? Если бы он сразу ушёл, даже лучший агент не смог бы его легко отыскать.

«Чтобы спасти Джину Дэвис?»

Ерунда какая. Если бы дело было в этом, он бы её изначально не похищал.

«Может, просто хотел покончить со всем».

Такова уж доля наёмника. Если не погибнуть от чужой руки, велик шанс рано или поздно свести счёты с жизнью самому.

– Со Чон Ук был хорошим человеком. Но… он был хорошим человеком, и больше ничего.

К кому он обращался? Рядом с Ан Су Хо появился кто-то.

– Мне очень жаль из-за Со Чон Ука, Су Хо.

– Жалости? Ты, наверное, хочешь сказать, что не виноват. Но я как никто другой знаю, что это неправда, Кён Джун. Ты толкнул хорошего человека с утёса.

Начальник, которого разоблачил Со Чон Ук, был офицером, пользующимся покровительством Корейской национальной ассоциации, и благодаря связям внутреннее расследование было спущено на тормозах. А Со Чон Ук, заклеймённый предателем, так и не смог найти себе работу в армии.

– Тебе должно быть стыдно.

Они навязывали свою «справедливость» другим, и если те не соглашались, их давили, как могли. Никакой настоящей справедливости там не было.

– Хотя мы на финальной стадии переговоров с группой «Дэсан», я пересмотрю способы компенсации Со Джун Уку тоже.

– Ха-ха.

Ан Су Хо рассмеялся, будто услышал полный абсурд.

– Вы думаете, дело в деньгах?

– Сколько бы было достаточно…

– Заткнись.

Ли Гён Джун моментально замолк, испугавшись рыка дикого зверя.

– Вы, подонки, отвратительны мне.

– Тогда что нам делать? Стать на колени и молить?

Он выплеснул всё, будто не мог больше сдержать гнев. Ан Су Хо усмехнулся. Ему казалось, что это улыбка, но любой другой подумал бы, что он выглядит зловеще.

– Вам не обязательно вставать на колени. Просто…

– Просто?

– Умрите.

Едва послышался хруст, как шея Ли Гён Джуна неестественно вывернулась, будто у сломанной куклы. Тотчас появился Логан и поймал падающее тело. Это зрелище могло бы напомнить обычную картину на похоронах, где скорбящие поддерживают тело. Логан, передав тело подчинённому, встал перед Ан Су Хо с безразличным выражением лица.

– Мы контролируем охрану и получили записи с камер наблюдения вокруг здания, Су Хо.

Ли Гён Джун умер.

Его конец наступил слишком быстро для обиды, длившейся больше десяти лет. Он думал, что почувствует облегчение, но особого вдохновения не было. Если бы он действительно хотел, то убил бы его давно. Он оставил его в живых только из-за обещания королеве-бабушке.

«Не связывайся с проблемами на родине, сорванец».

Ему будто слышался голос королевы-бабушки.

– Где Ворчун?

– Среди тех, за кем ведётся наблюдение в Южной Корее, только шесть, нет, пять человек знают о двойном контракте "Глубокого дыхания".

– В Южной Корее? А за пределами Кореи есть?

– По всему миру двадцать пять человек.

После смерти Ли Кён Чжуна осталось всего пятеро корейцев, замешанных в двойном контракте "Глубокий вдох". Этот контракт, сопровождавшийся террором и похищениями, наделал много шума в экономике. Планировался он втайне между Кореей, Штатами и Японией, но провалился, так и не будучи утвержденным.

Изучив черный ящик, он выяснил, что отцом Ли Кён Чжуна был кореец, а матерью – японка. Он был лоббистом, жившим либо как кореец, либо как японец, скрывая правду о своем происхождении. В то же время он являлся символом, которому аплодировали Корейская Национальная Ассоциация и Ассоциация Цветения Вишни.

Начальник, забравший тело, принес звонящий телефон Ли Кён Чжуна. Он посмотрел на номер звонящего и ответил.

– Почему я ничего не слышал? – отчитали его в трубке.

Половина руководителей Корейской Национальной Ассоциации оказались либо в тюрьме, либо под следствием из-за скандала с секс-туризмом, который распространился по интернету. Их положение было шатким, поскольку связи с правительством почти полностью разрушились.

– Кён Чжун?

– Кён Чжуна здесь нет, старик.

– Кто это?

– Ты меня забыл? Это огорчает, Ли Гын Тхэк.

Ли Гын Тхэк, председатель правления Корейской Национальной Ассоциации и глава ведущей строительной компании, был двоюродным братом Ли Кён Чжуна, а также незаконнорожденным сыном от японской любовницы.

– Ан Су Хо?

– Верно.

– Почему у тебя телефон Кён Чжуна? Ты ведь не...

– Ты следующий.

– Сукин сын!

Мысль о том, что Ли Гын Тхэк умрет прямо перед ним, заставила его рассмеяться.

– Я вас предупреждал. Зачем нужно было бунтовать и устраивать весь этот бардак?

Он всегда держал слово. Независимо от того, сколько времени это занимало.

"Не выводи меня из себя".

Он ясно предупредил его.

Сегодня они получили лишь то, что сами заслужили. Не желая больше слушать вопящего Ли Гын Тэка, он передал телефон Логану. GPS-трекеры и записи разговоров будут позже удалены.

- Алекса и команда Косино прибыли.

- Впусти их.

- Есть, сэр!

Ан Су Хо покинул морг Со Чжон Ука.

"Это всё, что я мог сделать для тебя, шестьсот восьмой. Наверное, будет нелегко обрести покой в Аду, но что поделаешь? Такова твоя судьба. В любом случае, ты хорошо поработал. Увидимся".

Для наёмников гордость и честь были непозволительной роскошью. Они были лишь рабами, которые по приказу могли раздеться или убить. Но как и невозможно заставить их отдать свою задницу, существуют пределы, которые нельзя пересекать. Тем, кто играют с контрактами, не оставят в живых, независимо от расы, пола, возраста, национальности или ранга.

Таков был неписаный закон мира наёмников.

- Контракты с наёмниками, связанными с Корейской Национальной Ассоциацией, должны быть расторгнуты в течение сорока восьми часов. Все, кто не выполнит это требование, станут нашими врагами.

- Есть, сэр!

- Немедленно распространите это заявление на всех теневых сайтах и в сообществах чёрного рынка.

- Есть, сэр!

Обещание Ан Су Хо начать войну не было пустым звуком. На головы двадцати шести, точнее, двадцати пяти человек, замешанных в двойном контракте, будут назначены награды.

- Начните охоту.

В первую очередь на тех, кто находится в Корее.

< Защита – Эпизод 50 – Ассоциация Соратничества [1] > Конец.

http://tl.rulate.ru/book/75080/6488331