В растерянности Роэн вздохнул и сменил тему.
— Этот кронпринц прид… Нет, этот га… Нет. Скоро банкет в честь дня рождения Его Высочества. Ты можешь игнорировать все другие приглашения, но тебе придется посетить этот конкретный банкет.
— Ха.
— Или ты не питаешь никаких чувств к наследному принцу, да?
— Ни за что, не волнуйся.
Вспомнив, сколько раз Роэну приходилось скрежетать зубами из-за своего дорогого друга, он облегченно улыбнулся.
Глядя на то, как он улыбался, Вайолет вспомнила наследного принца.
Конечно, не присутствовать на банкете в честь дня рождения наследного принца было бы неразумно, поэтому пришлось принять контрмеры.
Вайолет медленно кивнула.
— У тебя есть какая-нибудь работа на сегодня, юный лорд?
— К счастью, сегодня у меня ничего не запланировано. Никаких проблем не возникнет, если я буду сопровождать тебя за одеждой и ювелирными украшениями.
— Хм…
По мере того как размышления Вайолет становились все длиннее, мерцание предвкушения в глазах Роэна становилось все ярче.
Однако на самом деле Вайолет глубоко думала о другом, а не о походе в магазин.
Кронпринц, кронпринц…
Раджаден Элифос К. Лидделл. Он родился в том же году, что и Роэн, и он был единственным законным принцем, поэтому он, естественно, стал наследным принцем.
В воспоминаниях Вайолет Раджаден был более блестящим человеком, чем Роэн, и вызывающе раздражающим умником.
Поскольку его светлые волосы выглядели так, словно каждая прядь была соткана из лучей золотого солнца, они сияли при любом освещении. И такие же золотые глаза под его волосами блестели, как у дикого зверя.
Она помнила его не очень ясно, но, безусловно, самыми четкими его чертами, которые она могла вспомнить, были эти надменные золотые глаза.
Она танцевала с ним во время своего дебюта, и он был более чем неприятным.
Поскольку все ее внимание было сосредоточено на Эйлин и на том, как она была тогда зла на девушку, воспоминания Вайолет о том времени были туманными.
Но есть одна сказанная им фраза, которую она отчетливо запомнила.
— Вы совсем как ядовитая роза, леди.
Какое ужасное воспоминание.
Когда выражение лица Вайолет нахмурилось, Роэн занервничал.
Все еще хмурясь, Вайолет спросила:
— Мне действительно нужно идти на какое-то там торжество в честь дня рождения того принца?
— Было бы здорово, будь это не так, но наша семья — часть имперской фракции, так что нам следует явиться.
— Ха-а.
Роэн снова вздрогнул, услышав вздох Вайолет.
Вайолет очень не хотелось видеть это отвратительное лицо, но в конце концов она ответила тоном, который явно выражал то, как хлопотно она себя чувствовала.
— Что ж, раз мне придется пойти, сейчас самое время примерить одежду. Если ты сейчас ничем не занят, давай прямо сейчас готовиться к выходу.
— Да? Тогда дай мне минутку…
Все лицо Роэна практически светилось. Однако его энтузиазм вскоре угас, когда в разговор между братом и сестрой вмешался дворецкий.
— Простите меня, молодой господин. Его Высочество кронпринц направил вам официальное письмо.
— Что?
— Это прямой вызов. Он просит вас прийти прямо сейчас.
— Сейчас?
— Да, сэр.
— Действительно, прямо сейчас?
— Да, сэр.
— Во дворец?
— Да, сэр.
Через мгновение Роэн выглядел так, будто издавал беззвучный крик.
Глядя на него таким, Вайолет цокнула языком. А так как у нее изначально не было никаких ожиданий, она еще раз щелкнула языком на Роэна, когда его наполовину вытащили из комнаты.
План выйти вместе был на грани успеха, но в итоге просто так рухнул.
В любом случае, не будет никаких проблем, если она просто пойдет покупать одежду одна. Но так как она предположила несколько наихудших сценариев, которые могут произойти, Вайолет вообще отменила прогулку.
Она попыталась вернуться к рисованию еще раз, но кисть просто казалась некомфортной в руке. Она даже не могла придумать, почему ей сейчас захотелось рисовать.
Было ли это побочным эффектом от комфортного ощущения? Должны ли художники всегда погружаться в депрессию, чтобы творить?
Блуждая среди бесчисленных мыслей, Вайолет вздохнула.
Если бы Мэри была рядом с ней, она, по крайней мере, могла бы слушать болтовню девушки. Пока ее не было, все казалось таким тихим.
С другой стороны, слуги особняка находили Вайолет довольно трудной задачей.
Слуги, знавшие, какой она была в молодости, смеялись за ее спиной, но не осмеливались заговорить с ней напрямую.
Думая о том, чтобы дистанцироваться от них, Вайолет встала со своего места. Прошла неделя, как она начала ничего не делать.
Увидев, что она готовится выйти из особняка, служанки тут же попытались надеть на нее корсет, но ничего у них не получилось.
Если бы что-то неприятное случилось, пока она ходила по магазинам, разве она не могла бы просто остановиться и сразу же вернуться домой?
С тем, как сильно он ждал выхода на улицу с Вайолет, Роэн определенно будет раздавлен, услышав об этом. Так или иначе, Вайолет приготовилась к поездке.
Касаемо ее нынешней одежды, она выбрала удобный наряд среднего класса.
Поскольку и Мэри, и Зило еще не прибыли в столицу, люди, которые должны были ее сопровождать, состояли из незнакомых лиц. Слуги также вежливо пытались помешать ей выйти, но, в конце концов, никто не смог пойти против упрямства герцогской леди.
Казалось, посмотреть на улицы столицы было хорошей идеей.
Если ей повезет, она сможет найти вдохновение для нового произведения искусства.
«Я все равно не думаю, что что-то произойдет».
Лучше что-то делать, чем тратить время на ничегонеделание.
Выход Вайолет был ужасно импульсивным.
http://tl.rulate.ru/book/72429/3024529
Сказали спасибо 112 читателей