Битва взглядов Конан и Мей
После возвращения, тяжелораненый Мечник Тумана немедленно поступил в госпиталь Кири на лечение.
– Ранмару получил все травмы после активации Проклятой Печати, так что он должен прийти в себя, как только восстановит истощенную чакру, – поспешно доложил ситуацию вышедший вперед Чоуджуро.
Все присутствующие облегченно выдохнули, услышав это.
– Кстати... Юдао-сама... что вы собираетесь сказать Харуне? – робко продолжил синеволосый Мечник Тумана, с грустью глядя на труп Ринго Амеюри.
– Не переживай, с Юри все будет в порядке, – совершенно спокойным голосом, глубокомысленно ответил Первый Мизукаге.
Все присутствующие, не считая Нагато и Конан, растерялись от этих слов, потому что Амеюри явно не подавала никаких признаков жизни.
Тогда Чоуджуро и остальные шиноби Кири удивленно, даже немного обеспокоенно посмотрели на слишком уж спокойного Юдао.
То же самое касалось и стоявшей рядом Мей.
Неужели Первый Мизукаге не может пережить смерть Амеюри?
Такой сильный удар...
Когда Юдао почувствовал эти взгляды, мышцы на его лице задергались в нервном тике.
– На просторах сообщества шиноби существует несколько запретных техник воскрешение мертвых, и так уж совпало, что у меня есть одна из них, – серьезно заявил он, едва сдерживая нервный тик.
От такого присутствующие впали в еще большее замешательство и некоторое время просто не могли подобрать слов, при этом страшно выпучив глаза и неестественно разинув рты.
Даже стоявший неподалеку Кисаме сглотнул ком в горле.
Запретная техника воскрешения мертвых?
Вот тогда Мей и вспомнила про недавний обмен Юдао с Сунагакуре...
На тот момент она не придавала этому особого значения, подумав что Первый Мизукаге просто использовал первый попавшийся предлог.
Спустя миг фигура Юдао возникла перед бездыханным телом Амеюри под ошеломленными взглядами присутствующих шиноби Кири.
Еще через миг...
Он молниеносным движением рук сложил сложную серию печатей, после чего прищурился и решительно прошептал: «Запретная техника: Перерождение в Обмен на Жизнь!»
После этих слов Первый Мизукаге приложил ладони к телу Мечницы Тумана, выпуская из них таинственное изумрудное сияние.
Вместе с этим завораживающим сиянием, из тела Юдао в бездыханное тело Амеюри хлынул бурлящий поток жизненной силы.
При виде этого глаза стоявшего в стороне Нагато засияли.
Его вернули к жизни этим Ниндзюцу?
Вскоре мертвенно-бледное лицо Амеюри приобрело здоровый цвет.
При этом многочисленные раны по всему телу начали постепенно заживать на глазах под воздействием бурлящей жизненной силы.
Тук, тук, тук...
После всего этого раздался негромкий, но устойчивый стук сердца.
И правда воскресла!
Произошедшее произвело глубочайшее впечатление на присутствующих шиноби Кири.
Это касалось даже Конан и Нагато, которым уже было не впервой.
Даже настоящим шиноби, не страшащимся смерти, непросто устоять перед соблазном восстать из мертвых.
Так что на Первого Мизукаге тотчас устремилось множество фанатичных взглядов.
При этом по мере воскрешения Амеюри, жизнь постепенно покидала Юдао, пока он в конечном итоге не повалился набок.
Как только это произошло, по бокам от Первого Мизукаге моментально возникло два силуэта, собиравшихся поддержать его.
Но уже спустя миг.
Юдао, буквально только что не подававший вообще никаких признаков жизни, как ни в чем не бывало открыл глаза.
После чего сразу же впал в замешательство, наткнувшись взглядом на двух женщин.
Сейчас....
Прямо перед ним Конан и Мей сверлили друг друга взглядами.
От этого атмосфера стала неловкой, даже слегка напряженной.
– Я уже видела как уважаемый Первый Мизукаге воскрешает Нагато и в курсе, что он кратковременно теряет сознание после использования этого Ниндзюцу Реинкарнации, – необычайно спокойно и холодно обратилась Конан к стоявшей напротив Пятой Мизукаге.
Затем фиолетововолосая куноичи как ни в чем не бывало вернулась к Нагато, без малейшего намека на стыд или смущение.
При этом с лица Мей ни на секунду не сходила приветливая, добродушная улыбка.
Тем временем все присутствующие послушно опустили головы и уткнулись взглядами в землю.
Даже на лице Нагато отразилось легкое удивление при виде Конан, шагавшей к нему с необычайно спокойным выражением лица.
Конечно он не только удивился, но и почувствовал некое любопытство.
Похоже, наблюдая за Амегакуре и миром после смерти Яхико, он упустил из виду многое у себя под носом.
К счастью, воскрешение Амеюри развеяло мрачную атмосферу.
– Кхм... – неловко кашлянул Юдао, хмуро глядя на Мечницу Тумана.
Амеюри дышала ровно и глубоко, то есть воскрешение прошло успешно, но при этом она до сих пор не открыла глаза, словно была в коме.
Проблемы с Ниндзюцу Реинкарнации?
Да быть такого не может!
Раз уж Воскрешение в Обмен на Жизнь тогда идеально сработало на Нагато, то нет никаких причин, чтобы оно сейчас не сработало на Амеюри.
Ну а если дело не в Ниндзюцу, тогда должна быть другая объективная причина...
– Чоуджуро, позови человека из госпиталя, – угрюмо сказал Юдао.
Услышав это, синеволосый Мечник Тумана сперва слегка растерялся, а потом мельком взглянул на Амеюри и мгновенно исчез.
– Неужели что-то пошло не так? – поинтересовалась Мей, заметив угрюмое выражение лица Юдао.
– Да, думаю, это не решило все проблемы, – сдержанно кивнул он, размышляя об одном моменте.
Вскоре.
Чоуджуро вернулся с шиноби-медиком из госпиталя Кири.
Приведенный шиноби-медик задрожал от шока, когда увидел здесь всех Мечников Тумана.
– Забуза-сама! Кисаме-сама! Суйгецу-сама!! – нервно выпалил он.
От этого уважительного обращения к себе, Суйгецу сперва удовлетворенно кивнул, будто так и надо, а потом слегка приподнял подбородок и бросил надменный взгляд на стоявшего рядом Кимимаро.
Но на лице последнего выжившего из клана Кагуя не дрогнул ни один мускул, словно он вообще не замечал провокационного взгляда Хозуки.
Между тем наблюдавший за этим Хаку ударил себя рукой по лбу и издал беспомощный вздох.
Однако когда шиноби-медик прошел мимо Мечников Тумана следом за Чоуджуро и уже собирался выдохнуть...
Его взгляд упал на Юдао и Мей, а тело моментально вытянулось в струнку.
– Юдао-сама! Мизукаге-сама!! – в ужасе воскликнул он.
http://tl.rulate.ru/book/65901/1874806
Сказали спасибо 346 читателей
Во имя господа Пафоса, святого духа Эпика и отца сего Брутала! Аригато:)どうも