Готовый перевод The Flower with a Sword / Цветок, держащий меч: 142

Глава 142

Он перепрыгнул через промежутки между рёбрами, толстыми, словно колонны. За это короткое время сердце уже полностью сформировалось, и вокруг него, внутри тела, вихрем кружилась чёрная пыль. Юриен отбросил факел в сторону и обеими руками схватил Рангиосу.

Раздалось низкое гудение, и белая аура меча с грохотом взметнулась вверх. Усиливающая ману способность Рангиосы расширила ауру, превратив тонкий клинок священного меча в оружие, близкое по размерам к огромному двуручнику. Ослепительно белый свет маны заменил собой отброшенный факел, ярко осветив всё вокруг. Юриен резко вонзил священный меч в сердце дракона, уже начавшее биться.

Даже сердце дракона не могло выдержать мощь его ауры. Белый клинок легко вошёл в тёмно-красную плоть. Не вынимая меча, Юриен резко провёл вниз. Огромное сердце, превышающее размерами человеческое тело, раскололось надвое, и из него хлынула густая зелёная кровь, похожая на вязкое болотце. От разрезанных краёв сердце начало рассыпаться, превращаясь в чёрную пыль.

«Получилось?»

[Хозяин, посмотри внутрь сердца!] — встревоженно крикнул священный меч. В глубине разрубленного сердца лежал чёрный камень размером с человеческую голову. Внутри него причудливо переливался чёрный свет. Если бы не огромный размер, форма показалась бы знакомой.

— Почти как магический камень с маной демонического меча… — пробормотал Юриен и без колебаний взмахнул клинком. Он интуитивно понял, что это и есть настоящее «сердце», о котором говорила Эхи.

Священный меч, напитанный маной, обрушился на чёрный камень. Белая аура вспыхнула ослепительным светом.

Раздался глухой звон. Растерянный Юриен взглянул на место удара. На камне не осталось даже царапины, хотя он атаковал его мечом, покрытым аурой.

[Похоже, всё не так просто…] — простонал священный меч.

Как и чешуя дракона, этот камень нельзя разрушить обычной аурой меча. Юриен осознал это и отвёл оружие. Он оглянулся назад. Шон, держа на руках Лили, съёжился возле лестницы, словно чудом не потеряв сознания. Его спина дрожала. Потолок пещеры, недавно открытый, теперь выглядел так, будто никогда и не раскрывался, превратившись в монолитную каменную поверхность. Лестница оказалась наглухо заблокирована. Пути к побегу не было.

Юриен снова посмотрел вперёд. Сердце, которое он разрубил, начало медленно восстанавливаться. Зелёная кровь, затопившая ноги, превращалась в чёрную пыль и устремлялась к костям дракона. Появлялись сосуды, набухали мышцы. Дракон, словно насмехаясь над ним, возрождался прямо на глазах.

Если дракон воскреснет здесь, погибнет и он сам, и семья Розалин, стоящая позади. Сколько времени осталось до полного возрождения чудовища? Куда исчезла Эхинацея? Всё ли с ней в порядке?

Волнение. Бессилие. Напряжение. Тревога. Отчаяние. Несмотря на бурлящие эмоции, лицо Юриена оставалось совершенно спокойным. Он обеими руками крепко сжал священный меч и поднял его перед собой.

— Спасибо, что дождался меня.

Вспомнились её слова и сияющая улыбка на заплаканном лице. Если он умрёт, она будет горевать. Значит, он не мог умереть. Он должен был дождаться её.

— Вот так… Нужно сделать ауру меча чрезвычайно тонкой. Не просто покрыть клинок, а осторожно наложить поверх уже существующей ауры. Продолжайте наслаивать, а затем в конце сожмите, словно придавливая…

Шёпот Эхи звучал в ушах, словно тихая песня. Он вспомнил прикосновение её маны, смешавшейся с его собственной и направлявшей его. Из ядра медленно потекла мана. Тоньше. Ещё тоньше. Тоньше паутины, тоньше бумажного листа.

На лбу мгновенно выступил пот. Левая рука, покрытая ожогами, задрожала. Из ран на плече и бедре, вновь открывшихся от напряжения, закапала кровь. Священный меч хотел было предупредить хозяина, но, осознав, что тот пытается сделать, замолчал. Несмотря на боль, Юриен не терял концентрации.

Он начал укладывать тончайшие слои ауры на узкое лезвие меча. Не получилось. Снова. Медленно. Осторожно, слой за слоем. Снова провал. Ещё раз.

Чёрная пыль собиралась, формируя тело дракона. Холодный пот стекал по ресницам в глаза. Мана дрогнула. Он моргнул и начал сначала. Словно капля воды на острие иглы. Затаив дыхание, аккуратно накладывал слои. Опять неудача. Аура дрожала, словно пламя свечи. Снова. Снова.

Сохранять концентрацию. Вспоминать её слова. Ещё немного. Чуть-чуть. Отчаянно. Умоляя.

Пожалуйста.

Внезапно ядро маны странно дёрнулось. Бум, бум-бум — оно забилось так, будто собиралось взорваться. Грудь сдавило, словно охваченная пламенем.

«Ых…»

Невольный стон застрял в горле. Было нестерпимо душно, дыхание перехватило, тело не слушалось. Мана отказывалась подчиняться воле. Он ясно представлял, какую форму она должна принять, но энергия двигалась слишком медленно. В момент, когда это ощущение достигло своего пика…

Внезапно что-то прорвалось, словно ударила молния. Плотная оболочка, сжимавшая тело, разорвалась, и прохладный ветер коснулся обнажённой кожи. Стало холодно и жутко. Юриен с невероятной ясностью ощутил ману, текущую по телу, и инстинктивно понял: теперь он больше не ошибётся.

Энергия, вырвавшаяся из ядра, мгновенно подчинилась его воле. Аура меча усилилась многократно и наложилась слоями. Он сжал её, и на клинке священного меча проступило идеально очищенное лезвие маны.

В этот самый миг Юриен де Харден Кирие вступил на первую ступень Зенита.

[!..]

Священный меч беззвучно восхитился. Его новый хозяин оказался чудовищно талантлив. Конечно, меч уже почувствовал подобное благодаря хозяйке демонического меча, но кто бы мог подумать, что этот человек освоит всё так быстро…

Юриен поднял меч. Священный клинок усилил поток маны. Рангиоса, покрытый многослойной аурой, обрушился на чёрный камень. Тот самый камень, который недавно не поддавался даже царапине, теперь легко раскололся и рассыпался трухой, словно прогнившая древесина. В рассыпающемся камне больше не осталось прежнего блеска.

Гр-р…

[Че… ло… век… уби… ть…]

Из драконьей глотки, лишённой голосовых связок, вырвался хриплый крик, похожий на бульканье мокроты. Вместе с затихающим предсмертным воплем чёрный камень окончательно утратил цвет. Тёмный порошок, формировавший тело дракона, лишился силы и посыпался вниз, словно песок.

Последними рухнули сами кости дракона, до последнего сохранявшие позу свернувшегося существа. С грохотом упавшие и покатившиеся во все стороны, они заставили Юриена поспешно отступить назад.

Отойдя на безопасное расстояние, он опустил священный меч и оцепенело смотрел на обрушившиеся останки. То, что мгновение назад обладало формой и силой, теперь превратилось в груду костей, рассыпавшихся подобно лавине. В конце концов от дракона осталась лишь беспорядочная груда костей.

— …Закончилось?

[Поздравляю, хозяин. Ты ступил на путь вершины меча — Зенита.]

Услышав слова священного меча, Юриен растерянно взглянул на свою руку, затем приложил ладонь к груди. Ядро маны билось, словно второе сердце. Тот, кто достиг вершины меча. Зенит. Пусть всего лишь первый шаг, но он точно вступил на эту территорию. В это было трудно поверить.

Сверху донёсся звук поспешных шагов. Юриен инстинктивно повернул голову в ту сторону. Каменная стена, прежде загораживавшая лестницу, исчезла. Под ней лежал Шон, уткнувшись лицом в пол. Он продержался на удивление долго, но в итоге всё же потерял сознание.

Освободившись из рук отца, Лили ползала по полу, хлопая большими глазами. Это место явно не подходило для ребёнка. Пошатываясь, Юриен подошёл, убрал меч и правой рукой поднял малышку.

Когда напряжение спало, он ощутил, что левая рука почти перестала двигаться. Нужно было срочно заняться лечением, но сейчас мужчина не мог думать ни о чём. В странном оцепенении он даже не чувствовал боли. Лили, оказавшись у него на руках, поморщилась и заёрзала, недовольная запахом пота.

— И-и-и…

— Юриен!

Эхи, почти слетевшая вниз по лестнице, выкрикнула его имя. Лили, уже готовая разреветься, испуганно вздрогнула от её крика и перестала плакать, лишь тихо всхлипывая.

Эхи прекрасно помнила, где находились свернувшиеся кости, которые она мельком видела под водой. Не сумев вовремя изменить направление, она пролетела сквозь воду и чуть не сломала ногу, приземлившись на ближайший обломок.

Лишь ловко перекатившись и отделавшись ушибами, девушка обнаружила, что место, где раньше были обломки кухни, теперь пустовало. Её сердце похолодело. Почти в беспамятстве она бросилась в коридор с гобеленами.

Увидев открытый проход, Эхи на мгновение облегчённо вздохнула, поняв, что Юриен направился сюда. Но тут же вспомнила, что дракон, превратившийся в пыль под водой, тоже должен быть здесь, и едва не сошла с ума от ужаса. Те несколько секунд, пока она сбегала по лестнице, казались ей вечностью.

Когда девушка наконец добралась до открытого пространства, там вместо дракона лежала лишь груда костей. Юриен, спокойно смотревший на них, повернулся к ней, держа на руках ребёнка. Их взгляды встретились.

Сознание Юриена, затуманенное болью и потрясением от достижения новой ступени, окончательно помутилось, стоило ему увидеть Эхи. Инстинктивно он широко и беззащитно улыбнулся, выражая искреннюю радость. Даже в таком жалком состоянии его улыбка была ослепительно прекрасной и способной пленить любого.

— Эхи.

Он жив. Осознав это, Эхи почувствовала, как ноги подкашиваются, и медленно опустилась на пол. Юриен подошел к ней с расслабленным, ничего не осознающим выражением лица, посадил рядом Лили и, наклонившись, коснулся губами лица девушки. Легкие, нежные поцелуи осыпали её лоб, глаза, щеки и губы. Его совершенно не заботило, что он весь испачкан после боя с драконом.

Эхи ошеломленно принимала его ласки и, когда он коснулся её губ, непроизвольно приоткрыла рот — уже по привычке. Юриен тут же углубил поцелуй. Продолжая целовать её, он постепенно опустился на колени, наваливаясь на неё. Эхи, сидевшая на лестнице, почти легла на спину. Юриен, не способный пошевелить левой рукой, оперся правой о ступеньку, удерживая вес тела. Сидевшая рядом Лили заинтересованно схватила свисающие перед ней серебристые волосы и с любопытством начала тянуть их вниз, играя с блестящими прядями.

Юриену было все равно, что кто-то дергает его за волосы, что открывшиеся от перенапряжения раны вновь отзываются болью, что священный меч возмущенно кричит в его сознании. Он исступленно целовал её губы. Юриен был счастлив, что Эхи вернулась целой. Она нравилась ему. Он хотел прикасаться к ней снова и снова, глубже и настойчивее. С каждым прикосновением боль словно отступала. Его помутневший разум полностью подчинился инстинкту.

— М-м!..

Эхи тихо застонала и вздрогнула. Его ласки были настойчивее и страстнее обычного, даже сильнее, чем во время их первого поцелуя. Наполовину потеряв рассудок, она едва успевала отвечать на его прикосновения, пока внезапно не пришла в себя от резкой боли: Лили, обнаружив розовые волосы девушки, с таким же интересом начала дергать и их.

— !..

Заметив это, Эхи в смущении и панике оттолкнула Юриена. Он медленно отстранился и посмотрел на неё с обиженно опущенными бровями. Его затуманенные глаза несколько раз растерянно моргнули. От этого взгляда ей показалось, будто она совершила нечто ужасное.

И тут его тело вдруг обмякло.

— Юра?!

Эхи в ужасе попыталась удержать рухнувшего на неё Юриена. Несмотря на кажущуюся хрупкость, его тело было натренированным и тяжелым. Чтобы приподнять обмякшее тело, ей пришлось использовать ману. С трудом усадив его, Эхи убедилась, что он просто потерял сознание и уснул, и облегченно выдохнула.

Тем временем Лили, вдоволь наигравшись с их волосами, сидела рядом и весело смеялась, крепко сжимая в кулачках несколько серебристых и розовых волосинок.

http://tl.rulate.ru/book/65139/3404358