Готовый перевод The Flower with a Sword / Цветок, держащий меч: 111

Глава 111

Серебристые волосы, сверкающие в свете дня, изящное, словно у поэта, лицо — и при этом грубые, большие руки, широкие плечи, так резко контрастирующие с его утончённым обликом. Влажные голубые глаза смотрели на неё из-под длинных опущенных ресниц, губы слегка дрожали. Если бы эти губы коснулись её… От одной только мысли об этом жар волной пробежал от груди до самой макушки. Бараха заметил, как Эхинацея залилась ярким румянцем и начала заикаться.

— З-зачем вы об этом спрашиваете?

— …Просто, ничего особенного.

Ответ словами был не нужен. Покрасневшее лицо Эхинацеи уже говорило само за себя. Бараха инстинктивно понял, что она испытывает чувства к Юриену.

«Так значит, они друг другу нравятся… Чёрт».

К тому же, казалось, его вопрос заставил её осознать нечто, о чём она раньше и не задумывалась. Лучше бы он промолчал. Внутренне сожалея о сказанном, Бараха поспешно сменил тему:

— Эхи, уже почти пора. Давай вернёмся на центральную площадь.

— Почти пора?

— Скоро зажгут огонь, символизирующий ожидание солнца всю ночь. Это стоит увидеть. Пойдём.

Солнце уже садилось, и люди начали собираться вокруг огромной груды дров, сложенных перед фонтаном на центральной площади. Погрузившись каждый в свои мысли, Эхи и Бараха направились туда же.

На площади они встретили Ланселрида, который весь день гулял по Азенке, семью Алисы и даже семью Фатимы, пришедших посмотреть церемонию зажжения огня. Все тепло поздоровались друг с другом. Маленькая восьмилетняя сестрёнка Алисы, испугавшись огромного и похожего на хищного зверя Бараху, спряталась за спинами родных, вызвав добродушный смех окружающих.

Когда сумерки начали сгущаться, с неба упал огненный шар, созданный магом и напоминающий маленькое солнце, сопровождаемый цветными бумажками и лепестками цветов. Пересекая вечернее небо, шар коснулся груды дров. В тот самый миг, когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, костёр вспыхнул.

Сухие ветки, пропитанные маслом, мгновенно загорелись. Ярко-алые языки пламени взметнулись вверх, словно дневное солнце спустилось на площадь отдохнуть до утра. В небе взорвались фейерверки, заиграла музыка, появились еда и напитки. Площадь, недавно погружённая в темноту, превратилась в место праздника, который будет длиться всю ночь.

В шумной и весёлой обстановке все вместе поужинали, после чего разошлись. Бараха отправился на вокзал встречать прибывающих позже членов семьи, а Фатима и Алиса сообщили, что сегодня переночуют в гостинице со своими родными. Эхи отправила Ланселрида, пожелавшего погулять подольше, обратно в гостиницу вместе с личным слугой Ником, а сама вернулась в общежитие. У входа незнакомая служанка передала ей толстый конверт без указания отправителя.

Эхи не знала всех служанок, работавших в общежитии, но эта девушка казалась ей особенно незнакомой. Тем не менее она спокойно взяла конверт и вернулась в свою комнату.

[Чего, разве не подозрительная служанка?]

— Просто знакомый способ передачи.

Метод доставки напоминал тот, которым пользовался Клин до её возвращения во времени. Открыв конверт, она увидела знакомый символ красного клина. Внутри, как и ожидалось, оказался отчёт от Клина — список последних действий и расстановки сил наследного и второго принцев.

Эхи отодвинула в сторону книги об Узлах, лежавшие на столе, разложила отчёт и внимательно изучила его. Чем больше она читала о личной информации и политическом раскладе между наследным принцем и вторым принцем, тем сильнее склонялась к определённому выводу.

«Показная победа над демоническим мечом, который не сумел уничтожить Юриен, явно выгодна… второму принцу».

Второй принц Карем был рыцарем уровня Мастера, достигнув этого уровня год назад. Хотя достижение Карема осталось практически незамеченным из-за того, что Юриен стал Мастером в рекордно молодом возрасте — в 23 года, стать Мастером в 29 лет тоже было впечатляющим. Ведь само по себе звание Мастера получали единицы, и обычно это происходило после тридцати.

Наследный принц Круэн, напротив, был далёк от военного дела. Его сторонники ценили его за рассудительный, но не жестокий характер и деловые качества. Его главным достижением стало превращение разорённого шахтёрского городка в процветающий туристический центр благодаря нескольким удачным идеям и переговорам.

Однако даже он оказался в тени Юриена, который в двадцать четыре года, сразу после назначения командиром Ордена Лазурного Неба, организовал экспедицию в Лес Смерти и вернул человечеству территорию размером с два города.

Неудивительно, что и второй принц, и наследный принц могли недолюбливать Юриена. Быть слишком выдающимся тоже проблема.

[Ого, наверное, ужасно раздражает. Что бы они ни сделали, всё остаётся незамеченным.]

— Наследному принцу ещё повезло. Он хотя бы действует в другой сфере.

И действительно, наследный принц успешно укреплял свои позиции. Проблемой был второй принц. Эхи впервые узнала, что он стал Мастером год назад. Новость не вызвала почти никакого резонанса.

«По всем признакам, это второй принц. Тогда, вероятно, замешан и сам император».

Однако в отчёте не было никаких доказательств, что ожидаемо: заговор, включающий такой опасный инструмент, как демонический меч, нельзя раскрыть за две недели поверхностного расследования подпольной организацией.

Переворачивая страницы с тяжёлым вздохом, Эхи вдруг заметила странную деталь. В списке упоминалось место, где командир императорской гвардии, приближённый к императору и второму принцу, иногда охотился. Это место уже встречалось ей в другом разделе отчёта. После долгих поисков Эхи нашла совпадение.

— Это же то самое место с горячими источниками, куда иногда ездит герцог Диасант?

Колбон — популярный курорт на севере империи, известный горячими источниками и охотничьими угодьями. Многие аристократы посещали это место, поэтому совпадение не казалось особенно подозрительным. Но Эхи почему-то сильно беспокоило данное обстоятельство.

«В прошлой жизни наследный принц, став императором, казнил Диасанта. Наверняка на то была веская причина. Возможно, она связана со вторым принцем».

Эхи долго смотрела на записи о визитах командира императорской гвардии и герцога Диасанта в Колбон. Вскоре она взяла бумагу и начала писать новый запрос для Клина.

Выяснить даты и маршруты последних визитов командира императорской гвардии и герцога Диасанта в Колбон. Максимально подробно.

* * *

Получив от Барахи сообщение о прибытии почётных гостей из Империи, Юриен поспешил вернуться в штаб. Там его уже ждал обеспокоенный заместитель командующего — Барон.

— Командир, у нас возникла непредвиденная ситуация. Появился незапланированный гость, и из-за отсутствия предварительного уведомления есть сложности с размещением и приёмом.

Если бы просто увеличилось число гостей, с этим легко справились бы административные служащие. Будь это обычный важный гость, Барон решил бы вопрос самостоятельно. Но раз потребовалось личное присутствие командующего, причина была очевидна.

Юриен тихо пробормотал:

— Значит, брат приехал.

— Да. Его высочество второй принц Карем де Харден Кирие лично прибыл поздравить Святую со вступлением в должность.

От одной мысли, что второй принц сейчас ждёт его в приёмной, внутри поднялась холодная волна. Не прошло и недели с тех пор, как Эхинацея была вынуждена выпить яд, втянутая в его личные проблемы. И теперь здесь появился тот самый человек, стоявший у истоков всего этого — тот, по чьей вине девушка, не имевшая никакого отношения к конфликту, стала владелицей демонического меча.

Юриен невольно сжал губы. Всю жизнь он спокойно переносил ненависть и клевету Карема, никогда особо не сопротивляясь. Он привык терпеть. Но терпеть, когда дело касалось её, было невозможно. Нет, даже не просто невозможно…

[Успокойся. Ты ведь уже готовишься наказать его законным путём, разве нет?]

Голос священного меча с укором оборвал его мысли. Юриен глубоко вдохнул и подавил в себе поднимающуюся волну эмоций.

— Командир?

— …Ничего. Я лично встречу его. А ты проследи, чтобы всё было подготовлено согласно протоколу для члена императорской семьи.

— Слушаюсь.

Юриен вошёл в приёмную один. Сереброволосый мужчина, развалившись на диване в небрежной позе, медленно повернулся и взглянул на него. Зелёные глаза неприятно блеснули, не скрывая откровенной ненависти.

— Давно не виделись, Юриен.

— Я не ожидал, что вы лично приедете, брат Карем.

— Впервые за столько лет появилась Святая. Разумеется, я должен приехать лично. Говорят, Эльгиос способен исцелить любую болезнь?

— Её сила требует физических затрат, у неё есть предел.

— Тем не менее, это настоящая панацея. Отец тоже этим очень заинтересован. Но Святая ведь не рыцарь и к тому же родилась в Империи. Разве не разумнее, чтобы её контролировала императорская семья, а не Храм?

Это была наглая, бесстыдная речь. Юриен спокойно возразил:

— Святая принадлежит к народу Сол и не является гражданкой Империи. Она не объект контроля. Храм лишь защищает и поддерживает её согласно установленным процедурам для владельцев Эльгиосы.

Храм не мог вмешиваться в волю Святой, за этим строго следил Орден Лазурного Неба. В свою очередь, Орден также контролировался Храмом. Это была давняя традиция, защищавшая владельцев исцеляющего меча, которые не являлись рыцарями и не могли постоять за себя самостоятельно.

Однако Шай была сиротой и несовершеннолетней, поэтому Храм всё же осуществлял некоторую опеку: обучение грамоте и этикету, проведение обрядов, церемония посвящения, выбор наставницы и тому подобное. Тем не менее, вмешательство Храма ограничивалось исключительно функцией опекуна. Если бы Храм попытался переступить эту грань, вмешался бы Орден Лазурного Неба. И наоборот, если Орден хотел воспользоваться силой Святой, требовалось согласие самой Шай и Храма.

— Да какая разница, кочевница она или нет? Родилась и живёт в Империи — значит, гражданка Империи. Тогда уж лучше, чтобы её защитой и поддержкой занималась императорская семья, разве нет?

— …Вы знаете, что по законам Империи народ Сол не признаётся гражданами?

— Не смей меня поучать, Юриен. Думаешь, я этого не знаю? Наглый ублюдок.

Карем скрипнул зубами, прекрасно понимая абсурдность собственного заявления. В его зелёных глазах вспыхнула ярость. Похоже, он был возмущён самим фактом того, что Юриен посмел его поправить. Юриен не стал реагировать — он давно привык к подобным выходкам. Пытаться разумно возражать было бессмысленно и лишь привело бы к всплеску гнева. Говорить с тем, кто не способен слышать, глупо.

— Вы лично прибыли только ради этого вопроса?

— Что ж, это пусть подчинённые обсуждают. Я приехал, чтобы лично кое-кого увидеть.

— Святую?

Карем вдруг странно улыбнулся. Улыбка, полная радостного ожидания и предвкушения. Юриен слишком хорошо помнил её. Именно так Карем улыбался в детстве, когда заявил: «Мне пришлось застрелить твою птицу, потому что она испортила сад отца», — внимательно наблюдая за реакцией Юриена.

И потом, вплоть до шестнадцати лет, когда Юриен был вынужден покинуть Империю, он слишком часто видел это выражение лица. Карем всегда искал повод отнять или сломать что-то принадлежащее Юриену, наслаждаясь его болью. Именно с этим выражением он сейчас сказал:

— Нет. Я хочу увидеть Эхинацею Роаз.

Под столом Юриен сжал кулак. Карем внимательно следил за его реакцией и продолжил:

— Мой дорогой младший брат впервые взял себе оруженосца. Захотелось лично взглянуть на неё. Есть кое-что, что я хотел бы узнать.

— Что именно?

— Это я спрошу лично у твоего оруженосца. Тебе знать не обязательно.

Лицо Юриена оставалось спокойным. Карем, не переставая улыбаться, потянулся и встал.

— Долго ехал на поезде, устал. Думаю, комнаты уже готовы? Пойду отдохну. А, вопросы относительно Святой обсуди с маркизом Брюсом.

— …Хорошего отдыха.

Карем вышел из комнаты вслед за слугой. Только после этого Юриен разжал кулак. На ладони остались глубокие следы от ногтей.

[Владелица демонического меча сильна. С ней ничего не случится из-за такого, как он. Ты ведь это знаешь?] — обеспокоенно сказал священный меч.

Юриен некоторое время молчал, а затем медленно ответил:

— Да… Она сильнее всех.

Эхинацея не сломается, как всё, что он когда-то имел. Ведь она — та, кто смогла обратить вспять даже трагедию. А он сделает всё, чтобы её защитить.

http://tl.rulate.ru/book/65139/3402652