Готовый перевод An industrial designer falls into the past / Промышленный дизайнер конца династии Мин: Глава 41

Глава 41

Прогнать Сяо Гуанвэя

Цзоэ Цзозэ увидел, что Фэн Цзяшань сильно завидует его одежде, поэтому не стал больше этого терпеть. Он поднялся и весело сказал: «Не поверишь, пока не увидишь! Так как брату Фэну полюбилась эта ткань, почему бы ему самому ее не купить? Сейчас же идем в магазин семьи Дун, чтобы купить ее, пока все не распродали. Согласен?» После небольшой паузы Цзоэ Цзозэ добавил: «Я слышал, как люди в магазине семьи Дун говорили, что хоть эта ткань и местного производства, но семья Дун собирается продавать ее еще в Кёнги, Шандуше, и даже в Цзяннане, так что доля партии на местные магазины не велика. Поэтому, если брат Фэн хочет купить ее, нужно поторопиться!»

Хотя семья Фэн Цзышаня была не богатой, он все-таки был одним из самых уважаемых учеников. Поэтому был готов купить несколько рулонов ткани, чтобы сшить себе приличную одежду. Ему очень понравилась эта новая ткань семьи Ли, которая могла подчеркнуть деликатность ученого. «Брат Цзоэ, иди впереди и веди меня! Я куплю немного ткани, чтобы сшить себе достойный наряд, с таким же круглым воротом, как у брата Цзоэ!»

«Ха-ха! Ну, пошли!»

Новая ткань Ли Джи пользовалась большим спросом и хорошо продавалась, конечно же Ли Джи знал об этом. Теперь у него был челночный станок и прядильная машина Дженни. Он уже получал большую выгоду, но намеревался и дальше формировать своей пряже и ткани репутацию, поэтому не спешил поднимать цены.

В тот день Ли Джи с двумя своими дзядинами вышел из дома и собирался пойти на ткацкую фабрику, когда увидел Цуй Хэ вместе со своей служанкой, быстро идущей по переулку в его сторону и спешащего за ней следом Сяо Гуанвэя.

«Цуй Хэ, подожди меня!»

Цуй Хэ ненавидела Сяо Гуанвэя, который цеплялся к ней. Она повернулась и раздраженно крикнула: «Сяо Гуанвэй, не иди за мной!»

Но тот в конце концов нагнал ее и с улыбкой сообщил: «Цуй Хэ, я не гонюсь за тобой, а хочу пригласить на прогулку, чтобы посмотреть на цветы персиков в храме Амитуо!»

«Какие персиковые цветы? Уходи! Уходи!»

При взгляде на эту сцену, Ли Джи сразу понял, что Сяо Гуанвэй снова преследует Цуй Хэ. Хотя общественные нравы конца династии Мин были довольно свободными, но все равно, между мужчинами и женщинами существовали различия, поэтому молодые юноши и девушки все также сохраняли дистанцию в общении друг с другом. Очевидно, что преследующий Цуй Хэ Сяо Гуанвэй, портил ее репутацию.

Сяо Гуанвэй знал это, но продолжал преследовать ее. Казалось, он специально хотел создать слухи о том, что Цуй Хэ в него влюблена, намеренно втаптывая в грязь ее репутацию.

Цуй Хэ отругала Сяо Гуанвэя, развернулась и снова продолжила свой путь, но увидев Ли Джи, поняла, что это ее спаситель и бегом бросилась к нему.

«Ли Джи, скорей помоги мне!»

Ли Джи притворился озадаченным и спросил: «Чем тебе помочь?»

Цуй Хэ указала на сопровождающего и взмолилась: «Помоги мне избавиться от этого мухоподобного Гуанвэя!»

Ли Джи улыбнулся и бросил взгляд ей за спину, где увидел спешащего к ним Сяо Гуанвэя.

Когда он догнал их, то с неудовольствием обнаружил Ли Джи, стоящего перед Цуй Хэ и неодобрительно сказал: «Ли Джи, мне нужно кое-что сказать Цуй Хэ, поторопись и иди куда шел».

С самого детства у Сяо Гуанвэй сложилось стойкое мнение о Ли Джи, как о бедном идиоте, таком глупом, что другие могут легко его запугивать. Хоть недавно он и и стал неожиданно умным и даже вернул им долг, а так же, как он слышал, открыл мастерскую по производству мыла, все равно образ Ли Джи в сердце Сяо Гуанвэй нисколько не изменился.

Именно поэтому, когда он увидел Ли Джи, то попросил его уйти и не мешать. Видя, что Ли Джи не слушается его, Сяо Гуанвэй снова закричал: «Не думай, что если ты выплатил долг моей семье, то тебе есть чем гордиться! Только посмотри на обшарпанную развалюху, какой стал твой дом, а потом посмотри на мой дом или дом Цуй Хэ! В сторону, нищеброд!»

Семья Сяо занималась добычей жемчуга в Южном море и получала прибыль в несколько сотен лян в год. Они построили себе большой богатый дом, поэтому Сяо Гуанвэй смотрел свысока на старую развалюху Ли Джи. Что касается прибыли от мыловаренной мастерской Ли Джи, то Сяо Гуанвэй подсознательно считал, раз двор Ли Джи такой ветхий, значит и бизнес шел плохо. Что же касалось недавно построенных ткацкой и прядильной фабрик, то, так как Сяо Гуанвэй был невежественным молодым человеком, то он о них ничего не знал.

За последние десять лет он настолько привык смотреть на Ли Джи свысока, что чтобы не случилось, он не мог изменить своего отношения сразу.

Глядя на Сяо Гуанвэя, который вел себя высокомерно и надменно, Ли Джи спокойно сказал: «Сяо Гуанвэй, ты преследуешь девушку в многолюдном месте, что портит ей репутацию, ты понимаешь это?»

Когда Ли Джи вступился за нее, Цуй Хэ так обрадовалась, что от эмоций привстала на цыпочки и захлопала в ладоши.

«Ли Джи прав!»

Сяо Гуанвэй ошалел от неожиданности и заорал еще громче: «Ли Джи, ты в своем уме? Ты смеешь учить меня? Ты сам то веришь в то, что делаешь?»

Сяо Гуанвэй был убежден, что Ли Джи все тот же дурак из прошлого, так же, он настолько полагался на силу и авторитет своей семьи, что считал естественным своим правом его запугивать высокомерным тоном.

Спокойно выслушав Сяо Гуанвэя, Ли Джи перестал сдерживаться, глубоко вздохнул и ответил: «Сяо Гуанвэй, пес поганый, раскрой глаза, чтобы увидеть в каком положении ты находишься».

Взмахом руки, Ли Джи показал своим сопровождающим подойти к Сяо Гуанвэю. Те обошли его и встали слева и справа.

Всех своих дзядинов Ли Джи нанимал в соответствии со стандартами головорезов, они были почти на голову выше Сяо Гуанвэя. Более того, эти дзядины уже несколько месяцев тренировались в боевых искусствах, их тела стали сильным и обладали соответствующей боевой инерцией.

«Сяо Гуанвэй, ты снова преследовал Цуй Хэ, так что не вини меня зато, что сейчас получишь за это по заслугам».

Еще минуту назад Сяо Гуанвэй был резок, но в окружении дзядинов он вдруг оробел. Он испуга он сделал несколько шагов назад. Прежде чем сказать, Сяо Гуанвэй нервно сглотнул: «Ли Джи, не будь так самоуверен! Если ты посмеешь прикоснуться ко мне, то мой отец скажет своему благодетелю Лао Чен из цинского военного зала убить тебя!»

Услышав, как он хвастается своим покровителем, Ли Джи поинтересовался: «Кто такой этот Лао Чен?»

На вопрос Ли Джи, Сяо Гуанвей гордо вытянулся и ответил: «Лао Чен — это тюремный офицер цинского военного зала! Мы дружим с ним и в прошлом месяце вместе выпивали! Если ты посмеешь меня побить, Лао Чен не спустит тебе это с рук!»

Только тогда Ли Джи понял, что самым высокопоставленным родственником в семье Сяо был подчиненный канцелярии армии Цин в Тяньцзине.

Мелкие чиновники времен династии Мин, за исключением клерков и официальных лиц, подобно государственным служащим последующих поколений, не должны были сдавать государственного экзамена при поступлении на службу. Чиновники времен династии Мин отбирались путем сдачи государственного экзамена, а подчиненные чиновники отбирались непосредственно из народа. Так называемый «офицер цинского армейского управления» в Тяньцзине являлся главой подчиненного отдела по уголовным делам в «цинском армейском управлении» Тяньцзинской гвардии, отвечающей за гражданские дела. В случае возникновения крупного уголовного дела, этот Лао Чен мог давать советы и передавать предложения начальнику армии Цин. В некоторых случаях начальник может быть слишком ленив, и тогда исход дела зависит полностью от Лао Чена.

Говоря об этом, Лао Чена вполне можно назвать могущественным человеком. Если бывший Ли Джи знал об этих отношениях Лао Чена и семьи Сяо, то он должен был избегать Сяо Гуанвэя и держаться подальше от него.

Но для нынешнего Ли Джи отдел тюремных надзирателей слишком мал. Ли Джи был тем, кто дал взятку губернатору Тяньцзиня в 2000 лян. Если что-то пойдет не так, он всегда может обратиться к Хэ Шишоу. А если он потратить еще немного денег, то может просто уничтожить этого Лао Чена. Так зачем ему бояться Сяо Гуанвэя?

http://tl.rulate.ru/book/64227/1856518