Глава 81.
Офелия начала нервничать из-за этого.
Независимо от причины, по которой Алей держался от меня на расстоянии, возможно, это был шанс снова сократить дистанцию между нами, – Офелия не могла смириться с мыслью, что этот шанс был навсегда выброшен в окно, потому что она отослала его, даже не открыв дверь.
Возможно, причина в этом.
Если Алея не будет здесь, план пойдёт наперекосяк.
Верно, именно поэтому я нервничаю.
Для того, чтобы мой план достиг своего завершения, Алей должен быть ключом в центре всего.
Если Алей повернётся ко мне спиной, то я наверняка останусь беспомощной там, где была раньше.
Но на самом деле…
Действительно ли это единственная причина?
Из-за того, что Алей мог повернуться к ней спиной, не смотреть на неё с теплотой заката в глазах, Офелия начинала нервничать.
Неужели я действительно думаю лишь об успехе своего плана?
Я не могу сказать точно, – Офелия очень редко думала о подобном.
Поэтому она не знала, что чувствует.
Я никогда не испытывала этого раньше.
Офелия была человеком, который исключительно хорошо знал себя. Она никогда раньше не испытывала никакого замешательства в отношении своих чувств, будь то из-за того, от чего они возникали, или из-за того, что она должна была сделать, чтобы разрушить их.
Даже в то время, что она была влюблена в Яна, и даже тогда, когда поняла, что больше не должна доверять его любви.
Это было и в то время, когда Офелия сокрушалась из-за вины, которую ощущала к Ариэль, поскольку чувствовала, что медленно умирает от холода, который существовал как изнутри, так и снаружи, когда она жила в крепости на севере.
Собственные чувства Офелии были прозрачны для неё, и после подтверждения того, что они из себя представляют, она также точно знала, что нужно было сделать.
Вот почему Офелия смогла принять ужасающее других решение проглотить чешую русалки, точно также, как она была полна решимости покинуть континент.
Даже в хаосе Офелия знала дорогу и куда ей нужно было идти.
Когда она снова встретила Яна, несмотря на волнение и замешательство, её путь всегда был ясен.
Однако в этот раз она не знала, что делать.
Я даже не знаю, что я чувствую.
Является ли то, что я испытываю к Алею, простой привязанностью? Или, возможно, это желание держать его близко из-за его компетентности?
Его полезность или его тепло и уют. Что мне понравилось?
Возможно, и то, и другое.
Или дело в том, что я люблю Алея просто за то, кто он есть…?
После того, как он начал избегать Офелию, первые признаки его пустоты всегда появлялись по ночам.
Ночами даже тени оставляли её.
Тот факт, что за столом никто не сидел, время от времени поднимать голову, проверяя, не мучает ли её ночной кошмар, – теперь он был незнаком Офелии.
Честно говоря, было бы более естественно, если бы рядом с ней никого не было, поскольку подобное продолжалось лишь несколько дней, однако Офелия была удивлена тем, что вновь ощутила.
И тем, насколько жадной она была на самом деле.
Отворачиваясь от восхода солнца над горизонтом побережья, Офелия не могла принять тот факт, что комната перед ней была пуста.
Что, переворачивая страницы книги, что она читала, она не могла слышала царапающий звук пера с другого конца комнаты.
Она ненавидела это – пустоту, которая заменила присутствие Алея, эту тщетность, которая её заполнила.
Если то, что Офелия чувствовала, было бы просто пустотой, тогда она могла бы позвать кого-то другого, чтобы заполнить её.
Странно, как Офелия вообще не подумала об этом.
Так было до тех пор, пока однажды ночью Сантэ не постучал в окно комнаты после охоты на лаффелей. Тогда Офелия поняла, что кто-то другой может войти в бездну, которая была её комнатой.
Почему её зрение так сильно сузилось на таком незначительном вопросе как этот?
То, что Алей повернулся к ней спиной и вёл себя так холодно по отношению к ней, что ей в конце концов приходилось привыкнуть к его отсутствию – Офелия ненавидела всё это.
Она даже не хотела представлять, что кто-то другой займёт его место.
Всякий раз, когда она видела, как Алей разговаривает с другими людьми с улыбкой на губах, то обычно морщила нос, не в силах сдержать гримасы.
Офелия точно знала, как называются эти чувства.
Ревность. Собственничество, – уловив ход своих мыслей, она неосознанно поражённо прикрыла руками губы.
Значит я хочу, чтобы он был полностью в моём распоряжении?
Ей очень хотелось отрицать это, однако Офелия понимала, что это было единственным объяснением замешательства, которое она испытывала в последнее время.
Почему я так остро ощущаю отсутствие Алея? Почему мне так холодно?
Или это потому, что я думала, что он считает меня кем-то особенным?
Я обманывала себя, думая, что являюсь особенным человеком для Алея.
Всё потому что он смотрел на меня так, словно был подсолнухом, смотрящим на солнце, и эмоции, которые он проявлял ко мне, можно было очень редко увидеть адресованными кому-то ещё.
Потому что во многих отношениях он говорил так, словно заботился обо мне по-особенному.
Я придала Алею такое огромное значение, что в конце концов обманула сама себя.
Какая дура…
Алей хороший, нет, выдающийся человек. В отличии от меня, которой нечем похвастаться, кроме своего титула Принцессы, Алей – человек, которого уважают за его собственные заслуги.
Поэтому у него нет причин считать меня кем-то особенным.
Я могу быть достойной внимания. Но никак не особенной.
Алей относился ко мне с теплом и такой внимательностью, но я, должно быть, лишь одна из немногих окружающих людей, к которым он относится таким образом.
Этот факт не давал о себе знать, когда вокруг Алея никого не было, но в тот момент, когда прибыли Йенит и Корнелли, он проявился.
Всего лишь простой факт.
Это так же естественно, как кролик, гуляющий в траве, как сливы, окрашивающие подол детского платья в красный цвет, после того как их хитро украли с дерева. Всего лишь простой факт.
Но почему это заставляет меня чувствовать такую грусть…
Почему я такая? – Офелия не знала, хотела ли она, чтобы Алей думал о ней как о ком-то особенном.
Как было бы странно с моей стороны сказать, что я скучаю по тому, как всё было до прихода Йенит и Корнелли?
Я скучаю по тому, как между нами не было неловкости, когда мои дни были заполнены разговорами с Алеем…
Когда я могла держать Алея за руку и встречать его прямой взгляд, которым он без колебаний смотрел мне в лицо, даже когда на его лице отражались бурные моря – именно в то время.
Тогда у меня вообще не было никаких забот.
И всё же…
Что это за эмоция на самом деле?
Смогу ли я определить это, когда мы снова встретимся и поговорим?
Естественно, если он всё ещё продолжит избегать меня, мне может стать трудно сдерживать свой гнев.
Однако я была бы счастлива, если бы Алей снова пришёл ко мне.
Обычно, когда бы я ни возвращалась в свою комнату, он уже был там и ждал меня.
Я даже злилась из-за этого, но теперь бы ничего не сказала.
Мне хочется, чтобы кто-нибудь был в комнате. Я хочу, чтобы меня больше не оставляли одну, снова подвергая такой уязвимости, – с этими смутными мыслями Офелия открыла дверь.
Но потом ей пришлось задаться вопросом, а не прочитал ли кто-то её мысли.
В комнате действительно кто-то ждал её.
– Ты вернулась, Офелия.
Светлые волосы Сантэ развевались на ветру.
Вместе с ветром трепетали и прозрачные занавески у окна, возле которого он сидел.
Поскольку Сантэ сидел спиной к послеобеденному солнцу, его красота, несомненно, очаровала бы любого, вне зависимости от его пола.
С глазами, что были изящно изогнуты, с переносицей, что отличалась прямой линией, и тонкими губами, что были соблазнительно изогнуты, всего этого было достаточно, чтобы у любого возникло искушение немедленно поцеловать его.
Однако.
– ……
– Офелия? Почему у тебя такое выражение лица? Я заставил тебя долго ждать? Или тебя что-то беспокоит?
– ……дело не в этом.
Возможно, внутренне обеспокоенный тем, каким мрачным было выражение лица Офелии, Сантэ соскользнул с подоконника и направился к ней.
Чем ближе становилась его тень, тем больше эмоций она испытывала. Офелия опустила голову и с трудом попыталась улыбнуться.
Что за странные вещи я делаю?
В тот момент, когда я не хочу оставаться одна, я смогла встретить самое прекрасное существо.
И всё же я стою здесь и страстно желаю увидеть кого-то другого?
– С возвращением, Сантэ… – заговорила Офелия сквозь вымученную улыбку.
Как только она увидела его, именно тогда Офелия поняла, чего действительно она хотела.
Я думала, что хочу, чтобы здесь, в комнате, был кто-то ещё.
Но нет, я надеялась не на кого попало.
С самого начала был лишь один человек, которого я хотела увидеть.
Он, человек, который не испытывает страха, смотря на глубокое синее море, и убаюкивает его, словно это ничтожное дело, и, кроме того, так легко облегчает моё беспокойство.
Единственный, кто может спасти меня.
Алей.
Это правда, правда. Я так по нему скучаю.
*****
Офелия задавалась вопросом, как бы она могла описать эти чувства.
Как бы мне ни было горько, я скучаю по нему. Как бы сильно я ни любила его, я ненавижу его. Сплошной хаос.
Есть лишь одна вещь, в которой я уверена.
В том, что я хочу вновь воссоединиться с Алеем.
– Пожалуйста, не забывайте ставить «лайк» или «Спасибо», в зависимости от того, где читаете наш перевод. –
http://tl.rulate.ru/book/60064/1924883
Сказали спасибо 48 читателей