Получив информацию, они поспешили в отделение скорой помощи, где Сяо Бао осматривал врач. — «Я мать этого ребенка. Могу я узнать, как он?» — с тревогой спросила Тан Моюй у врача. — «А, ничего серьезного, госпожа. Он просто потерял сознание от шока. У него небольшой порез на виске, но беспокоиться не о чем. Вам просто нужно держать его в чистоте, пока он полностью не заживет». Танг Моюй выпустила вздох, о котором не подозревала. Она опустилась на стул рядом с больничной койкой сына и взяла его за крошечную руку. Она не должна была оставлять их сегодня. Если бы не ее нерешительность в отношении Фэн Тяньи, она была бы рядом и смогла бы предотвратить случившееся. Когда она услышала от тетушки Лу, что два самых важных человека в ее жизни попали в беду, шок и страх сразу же захлестнули ее. Она забыла обо всех своих сомнениях и поспешила в больницу, надеясь, что ничего серьезного не произошло. Затем тетушка Лу рассказала ей и Ли Мэйли о происшествии дома и о том, как господин Цинь пытался спасти их молодого господина от утопления. Танг Моюй молчала во время объяснений пожилой женщины, но Ли Мэйли поняла, что императрица беспокоится о состоянии дьявола. Рот Черного Соловья искривился в улыбке. Похоже, императрица наконец-то приняла решение, над которым долго размышляла. Теперь, когда у Танг Моюя появился любимый человек, Ли Мэйли больше не нужно беспокоиться о том, чтобы устраивать подруге свидания вслепую, надеясь, что сердце Танг Моюя оттает.
Мгновение спустя Сяо Бао зашевелился во сне и ворчливо открыл глаза. Он повернул голову на бок, когда почувствовал, что кто-то держит его за левую руку. — «Мамочка?» — воскликнул он, предупреждая Танг Моюй. Танг Моюй встала со своего места и подошла к нему, помогая мальчику правильно сесть. — «Мамочка, где дядя Чжи? Ты должна посмотреть, все ли в порядке с дядей Цзи!» — Сяо Бао пожал ей руку и умоляюще посмотрел на нее. — «Дядя Цзи, наверное, ранен. Он пошел в воду, чтобы спасти меня». На его глаза навернулись слезы, когда он вспомнил, что произошло. — «Я должен был послушать брата Луо, когда он сказал, что проверять мост — плохая идея». Его маленький кулак поднялся, чтобы потереть глаза, и он разрыдался. Танг Моюй прижала его к груди и поцеловала в макушку. — «Все в порядке, дорогой, но, пожалуйста, не делай так больше, хорошо? Ты сегодня здорово напугал маму», — сказала она ему. Она определенно должна была предоставить каждому из своих близнецов собственную няню, чтобы та присматривала за ними, точно так же, как тетя Лу проводила с ней время, когда она была моложе. В ее доме только тетушка Лу и две горничные занимались хозяйством, но когда у них было свободное время, они помогали присматривать за близнецами. Если бы только она не была слишком занята работой в качестве генерального директора компании, испытывающей трудности, Танг Моюй была бы не против работать дома и сама присматривать за близнецами. — «Мама, не могла бы ты поискать дядю Цзи?» — спросил ее Сяо Бао. — «Ты должна проверить, все ли с ним в порядке, мамочка. Пожалуйста, скажи дяде Цзи, что мне очень жаль, что он пострадал из-за меня». Он опустил глаза, его тон был наполнен чувством вины. Танг Моюй вздохнула и погладила его по голове, успокаивая его. — «Хорошо. Мама пойдет к дяде Цзи, а ты оставайся здесь с тетей Лу и тетей Мейли, хорошо? Мы должны убедиться, что с дядей Чжи все в порядке, прежде чем вернуть тебя домой». Мальчик кивнул головой и пообещал терпеливо ждать их. Пока мама будет следить за тем, чтобы с его папой Цзи все было в порядке, Танг Фэйюй будет послушно следовать словам матери.
Ли Мэйли последовала за Танг Моюй на улицу, чтобы немного поговорить с ней. — «Ты ведь уже все решила, да?» — спросила она императрицу с серьезным выражением лица. — «Да». — Танг Моюй подтвердила. — «Ты не пожалеешь об этом?» — спросила Ли Мэйли. Танг Моюй принимала важное решение, которое изменит не только ее жизнь, но и жизнь ее детей. — «Неужели я должна бояться прошлого? Неужели мне нужно отрицать этот маленький голос в моем сердце, Мейли?» — Танг Моюй сказала низким голосом. Ли Мэйли была единственным человеком до Фэн Тяньи, которому Танг Моюй открыла свое сердце. Ли Мэйли знала, что Танг Мойю потребовалось много мужества, чтобы признать дьявола в своем сердце после всего, что произошло в прошлом. И если императрица призналась в этом своей лучшей подруге, это означало, что она все обдумала и готова принять эти перемены в своей жизни. Ли Мэйли обняла подругу, позволив Тан Моюй хоть на мгновение показать свою слабость. Танг Моюй должна была быть сильной не потому, что ей нужно было спасти лицо, а потому, что ей не на кого было положиться. У нее не было ни семьи, ни возлюбленного, на которого она могла бы опереться. Что касается друзей, то императрица позволяла себе окружать себя лишь несколькими людьми, поэтому до сих пор у нее их почти не было. Ли Мэйли была рада, что после возвращения Мойю она начала открываться другим людям, позволяя себе быть по-настоящему счастливой.
http://tl.rulate.ru/book/49243/2706493
Сказали спасибо 2 читателя