Готовый перевод Chitose-kun wa Ramune Bin no Naka / Читосэ внутри бутылки рамунэ: Глава 25. Определённые отношения и неопределённые дистанции. Часть 7

Мы покинули «Европа-Кэн», и затем, так как я уже подготовился к следующему дню, я один направился в «Сайзерию», чтобы встретиться с Томоей.

— Виноват; надеюсь, ты не ждал долго?

— А, нет. Всё в порядке. Я занимался. Эй, кстати, это же первый раз, когда ты попросил встретиться, да?

На днях, когда Юдзуки не было в школе, Томоя узнал об этом и попросил меня встретиться здесь. Если подумать, он был прав. Это был первый раз, когда я приглашал его встретиться.

— Мне нужно кое о чём с тобой поговорить.

— Что? Ты меня пугаешь, чувак.

Томоя выглядел подозрительно. Я приготовился говорить как можно искреннее.

— Прошлой ночью Юдзуки осталась у меня. Я больше не могу быть твоим гуру любви.

Раздался глухой стук, и стакан с айс-кофе Томоя выпал из его замёрзших пальцев. Лужица жидкости начала растекаться по столу со стороны Томоя. Она капнула с края, чёрный кофе попал на мои «Стэн Смиты».

Но я не мог позволить такой мелочи, как кофе, отвлечь меня от темы разговора. Я продолжал смотреть Томоя прямо в глаза.

— О, чёрт… — Томоя наконец нарушил молчание.

Он схватил бумажную салфетку и поднялся, промокнув сначала свои собственные брюки. Закончив с этим, он начал вытирать айс-кофе со всего стола.

Когда столешница стала чистой, Томоя сдался и посмотрел на меня.

— Когда ты говоришь «осталась»…

— Я на самом деле живу один. Вчера с Юдзуки много чего происходило. Она, казалось, переживала трудные времена, так что я позволил ей переночевать.

Томоя на мгновение замолчал. Затем он глубоко вздохнул.

— Ну, ты же говорил, что не будешь сдерживаться из-за меня. И по крайней мере ты сказал мне прямо. Это было честно с твоей стороны. Э-э, так… это неловко, но можно ли справедливо сказать, что вы двое вступили в… такие отношения?

— Я не переходил никаких границ. Хм, но мы оба немного разгорячились. Показали друг другу другую сторону себя. Я даже сфоткал… и не могу сказать, что это было полностью целомудренно. В любом случае, я не думаю, что могу больше давать тебе откровенные и честные советы. Извини.

— Так вы теперь начнёте встречаться по-настоящему?

— Нет… — Я перестал играть с телефоном и положил его плашмя на стол. — На самом деле, наоборот. Моё притворство её парнем мы собираемся прекратить. Мы больше не будем ходить в школу вместе. Знаю, это может прозвучать странно после того, что я только что сказал, но если ты всё ещё любишь Юдзуки так же, у тебя теперь может быть шанс действительно встречаться с ней.

Томоя поднял голову.

— Я не влюбился в Юдзуки или что-то такое. Я просто не хочу больше давать тебе советы по любви; вот и всё.

— Извини, я честно не понимаю, что ты говоришь.

— Это сложная история. И длинная. Хочешь послушать?

Томоя покорно кивнул.

Веря, что это последний совет, который я могу дать этому парню, и также веря, что это честный поступок, я рассказал ему всё о ситуации Юдзуки, с того дня, когда она пришла ко мне в кафе за помощью, и до настоящего момента. Я добавил некоторые ложные детали и скрыл некоторые истинные, но в остальном я рассказал ему о том, как Юдзуки была ранена в своей жизни до этого момента и в какой ситуации она находится сейчас. Я верю, он понял.

— Так что, не считая наших текущих отношений, мы с тобой в расчёте, учитывая объём информации, которым мы оба теперь обладаем.

— Теперь, когда я услышал эту историю, я не уверен, что у меня есть шанс победить с ней. — Затем Томоя рассмеялся, словно оставляя всё позади.

— Остановишься ты здесь или сделаешь следующий шаг, решать тебе, Томоя. Я готов консультировать тебя в любое время, не как учитель-ученик, а как обычный друг.

— Спасибо, Саку. Ты действительно многому меня научил, но я чувствую, что не показал никакого реального роста.

— Дурак. Это потому, что ты никогда не планировал расти. Сколько же времени пройдёт, пока ты станешь способен заговорить с ней, а?

— Как только я немного повышу свои шансы…

— Тогда всю жизнь.

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.

Больше нечего было сказать, не так ли?

Я поднялся, чтобы сходить в туалет. Я не торопился, и, закончив, я взял свой телефон со стола и сунул его в карман. Взвалив на плечо свой рюкзак «Грегори», я оставил свою половину счёта и вышел из ресторана раньше Томои.

Снаружи ночная завеса полностью опустилась.

Мы были прямо у станции, и небо казалось бесконечным. Над головой смеялась новая луна. Трамвай медленно проехал мимо, увозя уставших за день людей домой.

На площади были освещены движущиеся памятники динозаврам. Символический, длинношеий Фукуититан, и напротив него - Фукуизавр и Фукуираптор. Я всегда думал, что, возможно, почувствовал бы к ним больше привязанности, если бы дал им прозвища, но пока что смог придумать только Долговязый, Коротыш 1 и Коротыш 2. Прошло много времени, так что я подумал купить книгу перед тем, как идти домой.

Я направился в книжный магазин, который был недалеко от «Сайзерии». В префектуре было несколько филиалов, но это был главный. Он сохранял дух старого книжного магазина, но всё же имел всё, что можно пожелать. Мне всегда очень нравился этот книжный магазин, ещё с детства.

Я просматривал полки, когда увидел неожиданную фигуру в отделе справочной литературы.

— Аска?

Она обернулась, её выражение лица было серьёзным. Она вернула книгу, которую держала, на полку и снова повернулась ко мне. Затем она снова стала своей обычной беззаботной Аской.

— А вот и непослушный парень, слоняющийся без дела и затевающий недоброе. Дело Нанасэ уже закрыто?

Я покачал головой.

Аска рассмеялась, словно разговаривая с младшим братом или вроде того.

— Может, пойдём? Пройдёмся немного, друг.

Мы направились к зданию префектурального управления, расположенному поодаль от станции.

Здание префектурального управления Фукуи построено на высоких каменных фундаментах старого замка Фукуи, так что для людей из других префектур это довольно странное зрелище. Мы видели его с детства, так что не придаём этому особого значения. Ров до сих пор там, и довольно приятно прогуливаться по территории в такую тихую ночь, как эта.

На рву плавали утки, а луна дрожала в отражении, которое небо отбрасывало на поверхность воды.

Мимо нас пролетел велосипед, его звонок один раз пропищал в нашу сторону.

Ночь была такой тихой, застывшей, но мне хотелось плакать. Может быть, потому, что я не с нетерпением ждал наступления завтрашнего дня.

Мы сели на скамейку, расположенную на задней стороне здания префектурального управления.

Было немного клишировано вести философские беседы в такую ночь. С другой стороны, возможно, такая ночь - лучшее время для этого.

— Аска, ты размышляешь над верным путём?

— Так ты видел, да?

Та книга в красной обложке, которую держала Аска. Мне не удалось прочитать название университета, написанное на ней, но только тот, кто глубоко разрывается, стал бы приседать в книжном магазине и уставился на книгу для подготовки к поступлению в колледж.

— Знаешь… — Она начала говорить, её голос был похож на звон маленького колокольчика. — Ты когда-нибудь думал о том, чтобы уехать из этого маленького городка?

Тупая боль, казалось, сжала мою грудь.

Аска готовилась к вступительным экзаменам в колледж. Такой вопрос мог означать только одно.

— Много раз.

Мой ответ был честным. Я бы сказал, что по крайней мере половина людей, рождённых и выросших в Фукуи, думают об отъезде однажды. Другая половина даже не задумывается об этом.

Аска была из числа думающих.

— Я люблю этот город… Я люблю его и ненавижу.

Я понимал, что она имела в виду.

В то же время, у меня было чувство, что я не могу так легко разделить её чувства прямо сейчас.

Нехарактерно для себя, Аска продолжила рассказывать о себе.

— Я не уверена, каким путём мне следует идти. В основном, остаться мне здесь или поехать в Токио?

— Токио…

Странно, но это место всегда приходит мне на ум, когда я думаю об отъезде из Фукуи.

Покинуть деревню и преуспеть в большом городе Токио… В наши дни это уже не звучит так круто. Вот почему я не особо упоминаю об этом. Тем не менее, это мысль, которую я долго хранил в глубине души.

Фукуи - такой маленький мир. Ты знаешь всех своих соседей. Ты идёшь в Lpa, видишь машину на парковке и думаешь: «А, такой-то здесь».

По сравнению с этим, Токио, который мы видим по телевизору, действительно ощущается как «город».

То, что Аска питала такие же дешёвые фантазии, как и я, заставляло меня чувствовать себя немного разочарованным, но в то же время слегка облегчённым. Я уже несколько устал от себя самого.

— Ты когда-нибудь бывал в Токио?

— На семейных поездках, когда был маленьким. Так давно, что всё забыл.

Это было тогда, когда я был слишком мал, чтобы понимать значение слова «развод».

— Я никогда не была. И всё же, я выбираю между Фукуи или Токио. Странно, да?

Я молчал. Я не был уверен, что у меня есть подходящие слова для такого разговора.

— Мне бы очень хотелось поехать в Токио.

— Тогда поехали. В Токио. Так же ты катишься, верно, Аска?

Я знал, что это банальная фраза.

— Если бы я сказала, что хочу этого, ты поехал бы со мной?

Фраза Асуки тоже была банальной.

— Знаешь, я обожаю смотреть то телешоу, «Хадзимэ но Оцукаи». То, где они отправляют маленьких детей самих выполнять поручения.

— Ну, если я упаду и начну плакать, ты утешишь меня, напевая «Сёгэнай дэ ё Бэйби»?

— Да, ведь я пою лучше тебя, верно?

Я посмотрел на Асуку рядом со мной. Она хихикала.

— Дело Юдзуки… — тихо пробормотал я, словно пытаясь повернуть стрелки часов вспять. — Думаю, всё обойдётся.

— Расскажешь мне эту историю потом? Как ты всегда делаешь?

— Может наступить день, когда я не смогу рассказывать тебе свои истории, как бы мне ни хотелось. Возможно, тебе стоит подготовиться сейчас.

Я хотел рассказать ей всё. Но я не был настолько беспечным, чтобы сваливать свои переживания на колени тому, кто решает своё будущее.

— Какой одинокий звук иногда несут твои слова.

— Я просто услышал действительно одинокую вещь от одной знакомой девушки; вот почему.

Мне казалось, что не стоит этого говорить.

Аска мягко улыбнулась.

— Может быть, мы с тобой оба станем взрослыми, прежде чем осознаем это. Мы затолкаем наши соломенные шляпы и платья в шкаф и достанем наши отутюженные костюмы.

— Я никогда не хочу забывать свои длинные шорты и шлёпанцы.

— Да, они бы тебе подошли куда больше.

Похоже, наш разговор на сегодня иссяк.

— Аска…

Я собирался что-то сказать, но передумал и сказал вместо этого другое.

— Я предпочитаю ослепительно-белое платье отутюженному костюму в любой день.

— В меня, в версии меня, которая хорошо выглядела бы в этом, ты бы не влюбился, я так думаю.

Мы решили на сегодня закончить, после ещё одной встречи, где казалось, что мы снова и снова просто проходим мимо друг друга.

Хотите вы того или нет, время продолжает течь, и отношения продолжают меняться.

Пока кто-то не сделает шаг вперёд, я застрял здесь, на лестничной площадке. Просто топчусь на месте, никуда не двигаясь быстро.

http://tl.rulate.ru/book/38513/8666389