Готовый перевод The Demon King Seems to Conquer the World / Король Демонов, покоритель мертвой земли, кажется, завоёвывает мир: Глава 16. Издательство. Часть 2

Большая Библиотека занимала часть территории академии, поэтому многие считали её частью академических учреждений. На самом деле, управление ею было полностью отдельным.

Простые горожане тоже могли войти в библиотеку, но они должны были вносить залог в пять золотых монет каждый раз при входе в здание. Им возвращали деньги при выходе, конечно же, но они лишались залога, если рвали или иным образом повреждали одну из библиотечных книг - и будь ты проклят, если чихнёшь на книгу и библиотекарь неудачно заметит это. Пришлось бы попрощаться с суммой, эквивалентной примерно полумиллиону иен. И само собой разумеется, содержимое их сумок проверяли на выходе. Были необходимы меры против краж и повреждений, поскольку все книги в библиотеке были написаны на дорогом пергаменте.

Тем не менее, тот факт, что простолюдинам вообще разрешалось входить, делал Большую Библиотеку исключительным местом. Залог и меры безопасности были сложными, но других сборов не было. Огромное заведение, открытое для публики и технически бесплатное, было услугой, опережавшей своё время.

Кроме того, система залога действовала только у главного входа. Задний вход находился на территории академии, и он, как правило, позволял учащимся свободно приходить и уходить, пока они были в форме.

Мы тоже могли брать книги на руки, но правила были строгими. Мы могли брать их только при условии, что никогда не вынесем их за пределы территории академии. Единственными другими людьми, имевшими эту привилегию, были дворяне, и они должны были передавать большое количество залога перед получением книги. Рук много раз вносил эту плату ради того, чтобы я мог читать дома. Я был ему благодарен.

Большая Библиотека была на удивление большим зданием. В ней хранились десятки тысяч книг, и, поскольку в мире не было компьютеров или баз данных, никто не мог легко понять, что именно там находится. Большая часть библиотечных книг на самом деле хранилась в противопожарных хранилищах на окраине академического леса, вместе с различными травами, отпугивающими насекомых.

Была причина, по которой коллекция стала такой громоздкой: большинство книг происходили не из Королевства Сиялта. На самом деле, менее двадцати процентов из них было сделано здесь. Вместо этого они были собраны благодаря усилиям бесчисленного множества людей, желавших сохранить интеллектуальное наследие после краха царств Шанти.

При входе в Большую Библиотеку я уловил лёгкий запах кожи. Это был запах кожзаменителей, используемых для переплёта книг.

Поскольку коллекция была настолько обширной, что растянулась на несколько хранилищ, книжные полки в самой библиотеке были плотно заставлены. Однако там были оставлены места для столов и стульев, где люди могли читать. Решение включить их было основано на предположении, что люди обычно не будут забирать книги, что делало мебель очевидной необходимостью.

Я подошёл к одной такой зоне и, что неудивительно, обнаружил, что она в основном занята ученицами Академии Культуры. Учеников из Рыцарской Академии там почти не было.

Не то чтобы ученики Рыцарской Академии были идиотами, но интеллектуальный склад ума там не был в большом почёте. Это было похоже на то, что роль, отведённая ученицам Академии Культуры, полностью отличалась от роли, отведённой нам.

Я был здесь в поисках Пины Колады, но мне дали лишь смутное описание её внешности. Я не мог знать, которая из этих девушек была она. У меня не было с ней встречи, да и никаких способов её назначить, так что я даже не мог быть уверен, что она здесь вообще.

Сегодня я её точно не найду, — заключил я. Внезапно я заметил странного человека в углу второго этажа.

Девушка лихорадочно писала на листе пергамента. Она смотрела вниз, её густые волосы и чёлка - которые отчаянно нуждались в стрижке - образовывали занавес, скрывающий её лицо.

В Большой Библиотеке было много учеников и взрослых, но немногие из них писали. Мало кто приходил сюда для этого, поскольку это было в первую очередь место для чтения книг. Это было особенно верно, если учесть присущую опасность разбрызгивания чернил при использовании пера и чернильницы. Простолюдины не могли даже попасть внутрь, если в их вещах находили чернила. Даже ученики редко приносили чернила, потому что любой, испачкавший книги, попадал в большую беду. Их могли даже полностью запретить, если они были повторными нарушителями.

Но несмотря ни на что, здесь была девушка, писавшая пером. Рядом с ней не было книг, так что она не делала ничего безрассудного, но тем не менее это было необычное зрелище.

Это она? — поразмыслил я, непринуждённо проходя позади неё.

На мгновение мне удалось мельком взглянуть на её письмо. На языке шанти использовались свои собственные кавычки, обрамлявшие речь персонажей в сцене, и пергамент был усеян ими. Было похоже, что она пишет роман. Если бы она работала над отчётом или какой-то научной статьёй, кавычек было бы гораздо меньше. Я мог ошибаться, но был высокий шанс, что это Пина Колада.

Я не хотел мешать ей, пока она так напряжённо сосредоточена. Вместо этого я решил занять место напротив неё. Я постарался сесть на стул как можно тише, затем закрыл глаза, словно собираясь вздремнуть. Мне нужно было обдумать несколько вещей.

В уме я перебирал методы, которые мог бы использовать для разложения древесины на волокна с помощью кипящей воды. Вскоре я начал засыпать. Как раз когда я начал клевать носом, моя шея расслабилась, и толчок от падения головы вперёд разбудил меня.

Когда я стряхнул сонливость и открыл глаза, Пина Колада (предполагая, что это она) отложила перо и смотрела на меня. Когда наши взгляды встретились, девушка вздрогнула от шока. Она поспешно собрала свои письменные принадлежности и встала, собираясь уйти.

— Воу, постой, постой, постой.

Я среагировал достаточно быстро, чтобы остановить её. Возможно, мне следовало протянуть руку и схватить её за запястье тоже, но я беспокоился, что она закричит.

— Что? Что-что-что такое? Ты з-з-зол на меня?

Она вела себя так, словно боялась меня.

А? С чего бы мне злиться на девушку, которую только что встретил?

— Я совсем не зол. Я просто хочу поговорить.

— Я н-н-не хочу.

Что с ней? Она боится мальчиков? Мне никогда не говорили, что я выгляжу пугающе.

Я был на грани того, чтобы выглядеть как странный тип. Силовое удержание её от ухода только ухудшило бы моё положение. Если бы она подняла достаточно шума прямо сейчас, меня бы практически назвали насильственным, грубым извращенцем. Не было бы способа реабилитировать себя после этого.

Я всегда мог вернуться позже. Это было бесконечно лучшим выбором, чем идти на этот риск.

Ладно. На сегодня я сдаюсь.

— Эй, ты. Что ты с ней делаешь?

Я почувствовал твёрдую хватку на своём плече. Я обернулся и увидел девушку в форме Академии Культуры, яростно смотрящую на меня.

— Я ничего не делал. Я просто хотел поговорить.

Почему я теперь чувствую себя виноватым? Я правда ничего не делал...

Я не пялился, не подходил и не начинал с ней разговаривать. И уж точно не залезал под стол, чтобы подглядеть за её трусиками. Всё, что я сделал - это закрыл глаза и почти уснул.

— Да? Что тебе нужно обсудить с Пиной?

Так это действительно Пина.

— Извини, но кто ты?

— Это я задаю вопросы. Что тебе нужно от Пины?

— Прости. Просто я не могу ответить, пока не узнаю, кто ты.

Ведьмы королевства были жаждущими денег. Когда был замешан доход, я не мог просто разбалтывать всё вокруг учениц Академии Культуры. Если бы я сказал слишком много, она могла бы ответить: «Звучит прибыльно. Я хочу участвовать».

— Слушай сюда... — сказала она, смотря на меня.

Я заметил, какая она высокая, в тот момент, когда она схватила меня за плечо. Она была старше меня - вероятно, около лет Лили - поэтому она, вероятно, думала, что я не проявляю к ней достаточного уважения.

— Комими... — прошептала Пина.

— Ты знаешь его, Пина?

— Это Юри.

— Это?

Я взглянул на неё ещё раз и увидел, что враждебность исчезла с её лица, как только она услышала моё имя.

Что это значит? И как Пина Колада тоже знает моё имя?

— Если вы готовы меня выслушать, то может поговорим где-нибудь в другом месте? Это место не идеально.

Мы не были громкими, но мне не нравилось вести беседу в библиотеке.

— Тогда ладно... — сказала Комими.

— Хорошо... — согласилась Пина.

Я не думал, что они так легко примут моё предложение. Что здесь происходит?

*****

Я покинул Большую Библиотеку через главный вход с двумя девушками.

— Есть где-нибудь поблизости чайная с отдельными комнатами?

— «Гинкго Лиф» неподалёку, — предложила Комими. — Там должны быть комнаты, только я уверена, что они берут за них плату.

Как и большинство учениц, долго живших в общежитии «Берёзовая роща», она была осведомлена о чайных вокруг академии. Мальчики из Рыцарской Академии редко посещали их, если только у них не было подруги, но девушки из Академии Культуры ходили туда поболтать круглый год.

— Это не проблема. Я заплачу, — сказал я.

— Что и следовало ожидать от следующего главы семьи Хо. Я уверена, ты богат.

— Я зарабатываю деньги, ведя собственный бизнес. Это не деньги моей семьи.

От этого Комими почему-то нахмурилась.

Что её расстроило? Она меня пугает.

Мы вошли в чайную и попросили комнату. Это стоило нам двадцати руг, что не было особенно дорого - высококлассный ресторан, который я посетил во время поступления Шам в академию, стоил тогда семьсот руг, и это было только за место. Имейте в виду, цены там менялись в зависимости от сезона. Всё равно по сравнению с тем, это место было дёшево... не то чтобы имело смысла сравнивать его с шикарным рестораном.

Мы получили расслабляющую комнату с обстановкой, включавшей квадратный стол, окружённый стульями. Хотя это было помещение скромного размера, в нём было большое окно, выходящее в небольшой сад, что делало его более просторным.

Я сел и сказал им:

— Пожалуйста, заказывайте, что хотите. Я угощаю. — Я попытался сказать это как можно плавнее, чтобы их успокоить, но, казалось, это ничего не сделало, чтобы Комими отказалась от своей враждебной позиции.

— Что ты замышляешь? — спросила она.

Что это значит? Хотел бы я сказать ей, чтобы она прекратила обвинения. Что я сделал, чтобы они так опасались меня? Пина прячется в своей раковине как нервная черепаха, а Комими колючая как ёж... И почему она вообще здесь? Мне нужно поговорить с Пиной.

— Давайте пока оставим основную тему, — сказал я.

— Ладно. Но я заплачу за свою еду и напитки сама.

В этом действительно нет необходимости.

— Вы пришли сюда по моей просьбе, так что нет необходимости сдерживаться.

— По твоей просьбе? Что?

Комими, должно быть, нашла мой выбор слов невероятно странным, потому что её лицо выражало больше удивления, чем настороженности теперь.

Почему она так отреагировала? Я искренне не мог понять, о чём она думает. Я чувствую, что это превращается в соревнование по чтению мыслей. Но почему мы вообще в соревновании?

Послышался стук в дверь комнаты.

— Войдите, — сказал я.

Это был официант.

— Прошу прощения. Вы готовы сделать заказ?

— Я бы хотела оригинальный купажный чай, пожалуйста, — сказала Комими.

— Молочный чай, ореховый торт, жареный пудинг и ассорти из шести печений.

— Пина, — резко сказала Комими, чтобы сделать ей выговор.

— Я не против. Пожалуйста, принесите нам это, — сказал я.

— Да, сэр, — ответил официант.

Пина, конечно, может много съесть для кого-то её размера. Она пропустила обед, или движение этим пером сжигает много калорий?

— А у меня будет горячий ячменный чай и тарелка нарезанного сыра, пожалуйста, — сказал я.

— Понял. Чтобы подтвердить, вам один оригинальный купажный чай, один молочный чай... — официант зачитал весь заказ.

— Верно. Это всё.

— Скоро будет готово.

Официант поклонился нам, вышел из комнаты, затем поклонился ещё раз перед тем, как закрыть дверь. У меня сложилось впечатление, что персонал здесь был тщательно обучен. Чуть меньше церемоний сделало бы обеденный опыт более расслабляющим, но вежливое обращение было желанно при ведении переговоров с незнакомцем.

Теперь к делу.

— Эм... Комими, было же? Могу я спросить о ваших отношениях с Пиной?

Это то, что я хочу узнать прежде всего.

— Я... соседка Пины по комнате.

А... Что ж, это объясняет всё. Она для Пины то же, что Лили для Шам.

— Так вы, по сути, действуете как её менеджер? Вы курируете её новую книгу?

Теперь стало совершенно ясно, почему Комими пришла с Пиной.

— Т-так точно.

Я так и знал.

Было очевидно, что Пина Колада была интровертом с недостатком социальных навыков. Основываясь на том, что я слышал от Лили, ей бы понадобился менеджер, иначе вся их система не работала бы. Пятьсот учениц стали бы соперничать за возможность прочитать её роман в тот момент, как его сделают в книгу. Было критически важно иметь кого-то, кто вёл бы учёт: кому книга выдана и кто возьмёт её следующей. Если Пина Колада не могла справиться с этим, задача легла бы на Комими.

— Очень хорошо. Тогда я бы хотел немного поговорить о книге.

Теперь я знал, что мне нужно, чтобы Комими услышала то, что я хочу сказать. На самом деле, её присутствие сэкономит мне время в долгосрочной перспективе.

Но почему-то Пина теперь выглядела испуганной. Даже лицо Комими застыло. После всего, что я сделал, чтобы их расслабить, казалось, мы только вернулись к началу.

— Что насчёт неё? Если у тебя есть проблема, просто выскажи это прямо, — потребовала Комими.

Серьёзно, что с этими реакциями? Пина в ужасе, в то же время Комими перешла от настороженности к откровенной враждебности. Эти две так ведут себя вокруг всех мальчиков? Нет, они, должно быть, как-то неправильно поняли меня.

— Думаю, здесь недоразумение. Я пришёл сюда не затем, чтобы злиться.

— А?

— И ты тоже, Пина. Я вижу, что ты беспокоишься, что я вот-вот разозлюсь на тебя, но, честно говоря, я не имею понятия, из-за чего, как ты ожидаешь, я должен злиться.

В такие времена самое быстрое решение для прояснения недоразумения — быть честным и поделиться своими чувствами.

— Т-Ты не... — сказала Пина.

— Нет. Я не имею ни малейшего понятия. Всё это заставляет меня задуматься, не планируете ли вы две втайне мое убийство, — пошутил я.

Реакцией был странный, визгливый смех от Пины.

— Хе-хи-хи.

Хе-хи-хи? Это даже не звучало по-человечески.

Я сталкивался с многочисленными опасными ситуациями и до этого, но этого смеха было достаточно, чтобы даже я вздрогнул.

— Тогда чего ты хочешь? — спросила Комими, звуча не менее настороженно.

Ты не собираешься реагировать на этот смех? Ты не собираешься отчитать её, как момент назад? Окей... Если Комими считает, что это нормально, тогда... это нормально, полагаю.

— Давайте обсудим это, когда придёт наш чай. Сначала я бы хотел узнать, почему вы подумали, что я буду зол. Не могли бы вы сказать мне причину?

— Ну... — Комими с трудом подбирала слова. Она казалась нежелающей отвечать вообще.

— Ю...Юри... т-ты... в... — голос Пины был близок к шёпоту. Я едва мог её слышать.

— Пина, — резко сказала Комими, чтобы остановить её.

— Всё нормально... — успокоила Пина Комими. — Ты в нём, Юри.

— А?

Я ослышался?

— Вы имеете в виду, что я упомянут в истории? — спросил я.

— Д-Да... — ответила Пина.

— Эммм? Почему это?

Для меня это не имело смысла вообще.

— Это... популярно.

А? Что популярно?

— Что популярно?

— Хе-хи-хи.

— «Хе-хи-хи» не отвечает на мой вопрос.

— Хочешь... прочитать?

Прочитать?

— Прочитать что?

— То, что я написала, — сказала Пина, протягивая около десяти отдельных листов пергамента.

Комими начала выглядеть очень нервной.

— Пина, нельзя...

Что это? К чему это ведёт? Я персонаж? Я не могу уследить за всем этим.

— Комими, Юри - главный герой. Это его право видеть. Мы не можем скрывать это.

Она, вероятно, предлагала мне рукопись книги, но теперь я чувствовал нежелание смотреть на неё. Мне говорили, что мальчикам никогда не предназначалось видеть эти вещи.

— Ты прочитаешь? — спросила Пина.

— Эм...

Что ж, если я планирую опубликовать эту штуку, полагаю, мне лучше прочитать её, пока есть возможность.

http://tl.rulate.ru/book/36321/8235262