Готовый перевод The Demon King Seems to Conquer the World / Король Демонов, покоритель мертвой земли, кажется, завоёвывает мир: Глава 14. Начало бизнеса. Часть 6

После того как мы с Харолом попрощались с госпожой Этер, мы направились в таверну.

— У них нет вина, — посетовал Харол, читая меню.

В Сиялте вообще не было вина, потому что здесь невозможно выращивать виноград.

— Очень жаль. Придется довольствоваться пивом, — сказал я.

— Возможно. Нет пива лучше, чем сиялтинское. Местное пиво всегда самое лучшее, не так ли? Что будешь?

— Я? Хмм... Молоко.

— Что? Не переносишь алкоголь?

У Шанти, как правило, была высокая толерантность к алкоголю, и они часто пили много. Хотя алкоголь обычно считался неподходящим для детей, не было правила, запрещающего пить до двадцати лет - в отличие от Японии. В столовой его, конечно, не подавали, но даже студенты в общежитии частенько выпивали.

— Я решил, что не буду пить, пока мне не исполнится двадцать.

Я не думал, что это причинит мне вред, но не мог быть уверен. Я не был настолько влюблен в алкоголь, чтобы жить без него, поэтому воздерживаться какое-то время было не страшно.

— Это какое-то правило, которому вы, студенты, следуете? Здесь тебе не обязательно его придерживаться.

— Нет, это просто правило, которое я установил для себя. У меня есть и другие дела, которые я должен сделать сегодня.

— А. Эй! — Харол подозвал официанта и заказал себе напиток.

Харол получил пиво мгновенно и выпил его одним махом, как и подобает моряку.

— Фвах... Хорошая штука.

Он был раскован, когда дело доходило до выпивки. От этого пиво выглядело очень хорошо, и я даже почувствовал искушение попробовать немного самому. Рук, как правило, пил крепкие напитки, но он никогда не заглатывал пиво быстро, когда пил его.

— А теперь давай послушаем истории из твоих путешествий, — сказал я.

— Конечно. Для начала я отправился на остров Великий Альбио. Я избавлю тебя от проблем, с которыми мы столкнулись в море. Главное, что я туда добрался.

— Нет, не надо об этом забывать. Расскажи мне, каким было путешествие.

— Каким оно было? — повторил Харол.

— Ну, вы не могли следовать вдоль береговой линии. Должно быть, это было непросто.

В этой стране не было морских карт, которые могли бы точно указать путь к острову Альбио, и уж тем более не было приборов точного позиционирования вроде GPS.

Мореплавание было сложным делом. Если корабль оказывался в открытом море, где не было видно земли, он быстро терял ориентиры. Более того, он может вообще не добраться до суши, если хоть немного ошибется направлением. Если во внутренних морях, таких как Балтийское или Средиземное, всегда можно было в конце концов добраться до берега, то в огромном океане, таком как Атлантический, заблудившийся корабль часто оказывался в проигрыше. У его экипажа, скорее всего, закончится еда и питьевая вода, что приведет к гибели людей, пока они еще находятся в дрейфе.

Прибрежное плавание облегчало задачу, поскольку штурман мог просто убедиться, что справа или слева всегда видна земля. Проблема заключалась в том, что до Республики Альбио было нелегко добраться, следуя береговой линии. К тому же некоторые земли на этом пути принадлежали враждебному народу, и у них не оставалось другого выбора, кроме как плыть через открытое море.

— У нас есть один старик, который занимается всей навигацией. Я поручил это ему.

Ты поручили это кому-то другому?

— Ты поручили ему... что именно? Угадывать дорогу?

— Обычно я не называю это угадыванием, но... в общем, да.

Он с самого начала играл со своей жизнью.

— Но мы добрались туда и бросили якорь в какой-то необитаемой долине.

— Хорошо.

— А потом, когда мы вылезли на берег, из леса выскочили люди.

— А?

— Они поймали нас. Оказалось, что это был пиратский оплот.

— Ничего себе...

Я уже знал, что ему удалось выбраться живым, но мне было интересно, как.

— На теролише нас спросили: «Из какого вы полка?». Как никогда мне хотелось поблагодарить госпожу Этер. Я сказал им, кто мы такие: «Я купец. Мы Шанти с полуострова».

Правда?

— Они сказали, что я вру, и я снял шляпу и показал им свои уши. Ты бы видел их лица.

Я мог представить, как они были потрясены. Будучи пиратами, они бы сразу подумали, что их прислал какой-то иностранный флот, чтобы уничтожить их, а команда по глупости сошла на берег и попала в окружение. Но потом оказалось, что это чужеземцы из далекой северной страны. Они не могли этого предугадать.

— Потом мы начали пить.

Подожди. Подожди минутку.

— Почему вы начали пить? Почему не было драки?

— Потому что они моряки. Помочь заблудившемуся в море - обычная порядочность. Нельзя красть у людей в такой ситуации.

— Правда?

Мое впечатление о пиратах не позволяло мне поверить, что они так себя ведут, но что я знал о пиратской культуре?

Потеряться в море было настолько обычным делом, что я мог представить себе систему, при которой корабли помогали друг другу, когда сбивались с курса. Я сомневался, что такая практика была широко распространена, но было вполне правдоподобно, что моряки такой морской страны, как Республика Альбио, жили по этому правилу. Если это правда, то это интересная часть культуры.

— Не то чтобы мы когда-либо сбивались с курса, заметь. В общем, мы выпили. Это переросло в соревнование по выпивке. Скажу тебе, мы им кое-что показали.

— Я рад, что тебе было весело.

Это прозвучало как невероятно удачный способ завязать контакт. Если бы все пошло немного по-другому, они могли бы получить плохой конец, в результате которого их всех убили бы, а груз украли.

— Да. Поэтому я оставил свою команду в деревне пиратов, а сам направился в столицу.

— Они позволили твоей команде отдохнуть в деревне? Это было очень радушно с их стороны.

— Очевидно, им нужны были деньги на еду и жилье.

— О, конечно.

Деньги в данном случае должны были быть сиялтанскими золотыми монетами. Поскольку они содержали настоящее золото, их внутренняя стоимость не зависела от валюты. Тем не менее, мы были для них как варвары, поэтому удивительно, что они позволили команде остаться.

— Мы остановились на Большом острове Альбио, о котором ты говорил с госпожой Этер. Чтобы перебраться на Малый остров Альбио, мне пришлось воспользоваться паромом. Столица называлась Пик Байрона, и находилась она на меньшем острове.

— О.

Южная половина острова Великобритания находилась под контролем другого государства, так что им повезло, что они случайно причалили к северной части, которая соответствовала Шотландии.

— Их королевская столица не такая большая, как Сибьяк. В любом случае, я добрался туда.

— Ты хорошо справился.

Выучить язык - это одно, а использовать его для путешествия по чужой стране в одиночку - совсем другое.

— Для начала я провел несколько дней в таверне, напиваясь и устраивая драки.

Подожди, что?

— Драки?

— Может, это только у меня так, но я думаю, что это нормально для моряков. Мы день за днем проводим на воде. Когда ты наконец-то встал на ноги, тебе хочется провести несколько дней, устраивая ад в таверне. Я дрался только с другими моряками, конечно.

— Понятно.

Так вот что делают моряки? Их культура кажется мне странной. Как будто каждый из них - это еще один Долла.

— Потом в дом, где я остановился, пришел гонец от правительства. Меня пригласили к ним.

Что?

— На следующий день они отвели меня в огромный, шикарный зал, где ждали все эти важные люди. Я рассказал им о своих делах прямо там и тогда. Сказал, что приехал торговать и понятия не имею, нужно ли мне сначала получить разрешение, но я не хотел ничего плохого. Ну, или что-то в этом роде.

По-моему, неплохо. По крайней мере, он не сказал ничего такого, что могло бы опозорить наше королевство.

— Я получил разрешение, без проблем. Ну, это было не совсем разрешение - оказалось, что оно мне вообще не нужно. Так что я должен сказать, что торговля не запрещена.

— Они были парламентскими чиновниками?

— Что-то вроде того. Я несколько раз расспрашивал их, чтобы убедиться, что это было самое близкое к королевскому замку Сиялты. Оказывается, в республиках нет ни королей, ни королев.

Ну, да. Иначе это было бы королевство.

Республикой обычно называли государство с выборным правительством, а не монархию.

— Их парламент состоял из самых влиятельных дворян?

— Похоже на то. Насколько я слышал, там можно купить дворянское звание. Судя по всему, некоторые из них - пиратские боссы и крупные торговцы.

Несмотря на то, что это республика, похоже, что вся власть принадлежит какой-то аристократии или олигархии. У них почти наверняка не было демократии или всеобщего избирательного права.

— Затем, после того как совет закончился, я принял кучу приглашений. На следующий день они отвезли меня в порт и познакомили с некоторыми людьми. Я завязал немало знакомств.

Ему действительно повезло. Лучше и быть не могло.

— Потом я вернулся в деревню и снова сел на наш корабль, чтобы мы могли вернуться на Пик Байрона. На всякий случай мы набили корабль грузом, который можно было продать. Я продал все, что у меня было, когда мы туда добрались, а потом оставил корабль в гавани. Они очень удивились, когда увидели корабль - сказали, что он устарел.

Пик Байрона был столицей, о которой он говорил, не так ли? Теперь я знаю, что у них не только бумага лучше, но и корабли современнее. Готов поспорить, там все продвинулось гораздо дальше.

— Я простоял там около недели, пока с помощью какого-то бухгалтера осматривал рынки и прикидывал, что можно купить, чтобы продать по возвращении домой. Я привез целый ряд товаров и получил большую прибыль, продавая их на рынках. Так всегда - если у тебя есть что-то, чего не хватает в округе, это быстро продается.

В общем, путешествие Харола было очень успешным.

— Приятно слышать. Честно говоря, я рад за тебя.

Вся его тяжелая работа окупилась. Он потратил столько времени, чтобы выучить эти трудные слова.

— Позволь мне сказать спасибо - в конце концов, это была твоя идея. Я бы никогда не подумал об этом, если бы ты ничего не сказал.

— Вовсе нет. Это ты изучал теролиш и рисковал жизнью в открытом море. Я ничего не делал. — Все, что я сделал, - это поделился первой пришедшей мне в голову мыслью. Не так много людей могут выучить с нуля совершенно другой язык.

— В любом случае, мне это помогло. Я угощу тебя выпивкой здесь, хотя это мало что значит, если ты не притрагиваешься к алкоголю.

После того как Харол поделился своими историями и опустошил два танка пива, речь зашла о моих последних делах.

— У тебя случилось что-нибудь новое? — спросил Харол.

— Несколько вещей. У меня появились кое-какие идеи, и я решил сам заняться торговлей.

— Ты? Почему?

Он был удивлен. Наверное, потому, что сыновья высокопоставленных дворян не были известны как торговцы.

— Не хочу хвастаться, но у меня уже есть почти все необходимые кредиты. Если я не займусь чем-нибудь, мне будет просто скучно каждый день, пока я не закончу школу. Я решил открыть бизнес, которым смогу управлять в столице.

— Ты ведь знаешь, что открыть свое дело в Сибьяке не так-то просто, верно? — Харол выглядел серьезным, словно ему было что сказать по этому поводу.

— Мне это хорошо известно. Именно поэтому я придумал совершенно новый продукт. Вообще-то, ты его уже видел.

— О, так вот что это было.

— Я сам его делал. Ну, пока только прототипы.

То, что он видел, было прототипом № 10 моей новой газеты.

— Но зачем тратить силы на создание чего-то нового, если это просто скопируют?

Все твердили одно и то же: сделай что-то новое, и ведьмы это украдут. У каждого столичного торговца, казалось, была своя история об этом.

— Я сначала сделал все, чтобы предотвратить это. Только я могу продавать это.

— У тебя эксклюзивные права на продажу?

— Нет, не совсем. Это называется патент. Суть его в том… — Я дал ему упрощенное объяснение.

— Похоже, ты заключил хорошую сделку.

— Да. Система сейчас открыта, и уже есть пять зарегистрированных патентов. Патент № 1 - это мой патент на бумагу.

— Ты уже занялся производством?

— Конечно. Я снял хижину в столице рядом с горным склоном, и мы постоянно работаем в ней.

— Надо будет как-нибудь сводить меня туда, — сказал Харол.

— Вообще-то я собирался отправиться туда сегодня.

— Ну, а как насчет того, чтобы я поехал с тобой?

Без предупреждения? Полагаю, это нормально.

— Хорошо. Давай отправимся в резиденцию Хо. Это недалеко отсюда.

— Резиденция Хо? Конечно.

Харол выглядел немного обескураженным. Я ожидал, что после плавания к пиратам и обратно мой дом покажется ему пустяком.

От таверны до резиденции мы добрались всего за десять минут. Меня узнали у парадных ворот и пропустили без проблем. Я отправился в конюшню и попросил равнинного бегуна.

— Подожди. Я никогда в жизни не ездил на птице, — проворчал Гарол.

— У нас есть седла для двоих. Не волнуйся.

Поскольку у равнинных бегунов не такие длинные и плоские спины, как у лошадей, двум мужчинам было немного тесновато, когда они ехали на одном.

— Я беспокоюсь не о седле. — Харол все еще выглядел нервным.

Куда подевалась вся та храбрость, которую ты обрел, посещая парламент чужой страны?

Я слегка натянул поводья. Как по сигналу, равнинный бегун послушно присел перед нами.

— Это будет хороший опыт. На них удобнее ездить, чем на лошадях. Пожалуйста, сначала сядь сзади.

— Уф... Хорошо.

Харол неохотно вставил ногу в стремя, чтобы подняться. Он выглядел неуверенным, когда забрался в седло.

Я просто запрыгнул на равниника, приземлившись в щель между ногами Харола.

Когда я снова натянул поводья, равнинный бегун понял, что это сигнал встать.

С тех пор как Рук стал главой семьи, равнинных бегунов стали тренировать гораздо тщательнее. Рук не собирался закрывать глаза на то, что кто-то недостаточно хорошо обучает наших птиц.

— Поехали. Кстати, следи за тем, чтобы не прикусить язык, — предупредил я.

Я ударил ногами по брюшку равнинного бегуна, чтобы заставить его бежать.

Это была крупная птица среднего возраста, а не молодая, поэтому ей не составило труда нести двух человек.

*****

— Вот мы и приехали, — сказал я.

Одним ловким движением я спустился с равнинного бегуна.

— Э-э… — пробормотал Харол, неуклюже слезая с его спины. Похоже, новый опыт застал его врасплох, но он не жаловался, что у него болит задница.

Мы добрались до старого здания на западной окраине Сибьяка.

Было несколько причин, почему я выбрал именно это здание. Первая заключалась в том, что оно было ветхим и дешевым. Во-вторых, в нем до сих пор работает водяная мельница с водяным колесом, которое использовалось для забора воды для животных, когда здесь содержался скот. И в-третьих, его расположение - он находился выше по течению, а значит, вода здесь была чистой и не загрязненной.

Внутри было грязно, пол полностью состоял из грязи, но для нашей работы это было достаточно хорошо.

Я открыл дверь и вошел внутрь.

— Привет, Юри. Последняя модель получилась неплохой, — весело поприветствовал меня Каф, приостановив работу. Судя по голосу, он был уверен в прототипе № 11.

— Это не может быть Каф, верно? — сказал Харол.

— Хм? — Вся веселость исчезла с лица Кафа, как только он взглянул на Харола. — Харол Харрел. Что ты здесь делаешь?

— А ты что? Как ты смеешь показываться здесь? — ответил Харол.

— Твоя мать никогда не учила тебя не отвечать на вопросы вопросами? Я первый спросил.

— «Аленфест Трейдинг» прислал сюда своего клерка, чтобы шпионить, да? Что за идея?

— Я покинул Аленфест давным-давно. В каком году ты живешь?

Чувствовалось, что назревают неприятности.

— Вы два старых друга? — спросил я.

— Он мне не друг, — ответил Харол.

— Мы старые деловые соперники, — объяснил Каф.

А, это имеет смысл.

— Постарайся найти с ним общий язык, — сказал я Харолу. — Каф - важный деловой партнер.

— Поладить с ним? Он делает только грязную работу. Ты знаешь, сколько раз наш бизнес попадал в беду из-за него?

— Я просто выполнял приказы. Хватит ныть о прошлом, ладно? И отращивай яйца, раз уж взялся за это, — сказал Каф.

— «Нарастить яйца», да? И ты будешь так говорить, когда я снова тебя выпорю? — Харол начал закатывать рукава.

Опять? Он уже один раз ударил Кафа?

Каф приложил руку к брови, как будто его утомляло отношение Харола.

— Ты собираешься начать драку, хотя мы оба знаем, что потом ты будешь плакать? Не сильно изменился, да? Вы, моряки, никогда не учитесь.

Что не так с этими двумя? Они взрослые мужчины, а спорят как дети.

— Ублюдок!

В гневе Харол оттолкнул меня в сторону и потянулся к воротнику Кафа.

Я остановил Харола сильным ударом по ноге. Я успел схватить его за одежду, прежде чем он упал на землю, но его колено все равно коснулось грязного пола.

— Прости, Харол, но я не позволю тебе драться здесь.

Если они хотели обменяться ударами из-за того, что произошло между ними в прошлом, я был не против... только не в этой комнате. Под камнями сушилась бумага, а также формы для изготовления бумаги и другие вещи. Формы, в частности, были дорогим оборудованием, которое наверняка сломается, если на него упадет взрослый. Это привело бы к серьезному сбою в нашей работе.

— Не мешай мне, — прорычал Харол.

— Минуту назад ты хотел изучать учение. Что подумает госпожа Эфир? Сначала ты сыплешь оскорблениями, а теперь собираешься пустить в ход кулаки.

— Грр.

Как и ожидалось, упоминание о госпоже Эфир подействовало на Харола. Он замолчал и поднялся на ноги.

— Хах, — засмеялся Каф.

— Ты тоже, Каф. Прежде чем начинать драку, вспомни, где ты находишься. А если бы ты сломал наши инструменты?

— Верно. Это было бы неудачей, если бы мы что-нибудь здесь сломали. Извини.

— Что это? — Харол рассмеялся. — Ты теперь принимаешь приказы от детей? Забавно.

Мне тоже показалось это немного странным, но Каф сам попросил меня говорить так, будто я его босс.

— Юри - мой работодатель, а я - менеджер его компании. Я знаю, что ты моряк, но как ты это пропустил?

— Что ты сказал, придурок?

— Прекратите это, вы оба, — сказал я.

Или хотя бы выйдите на улицу.

— Итак, где прототип № 11? — спросил я.

— А, вот. — Каф протянул мне лист бумаги.

— Ух ты!

Он выглядел немного коричневым, потому что не был отбелен. Меня это немного беспокоило, потому что я знал, что белая бумага - лучший сорт, но, по крайней мере, цвет не был слишком грязным - сырье изначально было почти белым, так что оно лишь немного не соответствовало цвету. Впрочем, пергамент тоже не был чисто белым, так что это не ставило наш продукт в невыгодное положение.

Несмотря на это небольшое несовершенство, прототип № 11 действительно выглядел как бумага. Поверхность была ровной, с очень небольшим количеством рельефных волокон.

Перо писателя может зацепиться за любые поднятые волокна, поэтому избавиться от них было крайне важно. Если перо зацепится за поверхность, это не только затруднит письмо, но и может порвать бумагу. Как минимум, я хотел, чтобы обычный человек со стандартной ручкой мог заполнить поверхность текстом. Я надеялся, что разрывов не будет хотя бы в девяти случаях из десяти. Более толстая бумага была бы более прочной, но это имело очевидные недостатки, поэтому мы сосредоточились на улучшении поверхности.

— Она прекрасно сделана. Ты хорошо поработал.

— Я и сам этим горжусь. — Каф выглядел довольным качеством своей работы.

— Это будет продаваться. Это наш товар № 1, — сказал я.

— Я могу начать продавать его в канцелярские магазины.

— Пожалуйста, начни.

После обсуждения мы уже определились с дальнейшими действиями. Мы собирались начать с продажи нашей бумаги в качестве альтернативы обрезкам пергамента.

Обрывки пергамента продавались в основном для того, чтобы делать заметки. Это были неровные куски странной формы. Поскольку их делали из шкур животных, всегда оставались куски, например лапы или крестцы, из которых нельзя было сделать аккуратные прямоугольники. Эти куски обычно отрезали, чтобы с остальной частью шкуры было легче работать.

Хотя шкуры обычно растягивали, чтобы они не сжимались во время сушки, даже дырки размером с булавку, образовавшиеся в процессе дубления, по мере высыхания становились все больше, что приводило к появлению новых непригодных кусков. Их тоже обычно вырезали.

В результате в процессе изготовления пергамента отрезалось множество обрезков всех форм и размеров. Но даже если эти обрезки не были и вполовину так ценны, как красивые квадратные куски, их все равно продавали за большие деньги в качестве пергамента.

Мяло, например, покупал обрезки оптом, разрезал их на грубые квадратные куски и проделывал в каждом отверстие, чтобы их можно было скрепить вместе в словарную книгу. Он использовал его в надежде, что это поможет ему улучшить свой теролиш. К сожалению, эти деформированные обрезки нельзя было использовать для длинных писем, потому что на них было слишком неудобно писать.

Если бы мы могли предложить в качестве альтернативы красивые, квадратные листы бумаги, они должны были бы хорошо продаваться. Наша бумага на растительной основе все еще не обладала качеством пергамента, так что это был лишь первый шаг. Позже мы планировали создать достаточно хороший продукт, чтобы полностью заменить пергамент.

— Сколько ее можно сделать? — спросил я. Высококачественный продукт не будет иметь большого значения, если сырье будет слишком дорогим или если его нельзя будет купить в больших количествах.

— Я не использовал никаких редких материалов для изготовления, я улучшил процесс сушки. Я подумал, что, возможно, мы получаем неровные волокна из-за того, что бумага соприкасается с грубыми деревянными досками во время сжатия. Поэтому я взял хороший кусок дерева, обстругал его свежезаточенным рубанком, а затем намазал воском, чтобы защитить от воды.

— Хорошая мысль.

— Нет, это ерунда. — Каф выглядел довольным, несмотря на то что не соглашался.

— Нам не придется устанавливать цену на них намного ниже, чем на обрывки пергамента. На чем-то столь же хорошем, как это, должно быть гораздо легче писать.

Не было нужды продавать наш товар дешево, если он функционировал лучше конкурентов. В конце концов, денег никогда не бывает слишком много.

— Я тоже так думал. Как насчет семидесяти процентов от стоимости обрезков эквивалентного размера? — предложил Каф.

Учитывая, насколько дешевыми были материалы, семьдесят процентов казались грабежом. Но если не будут жаловаться на то, что их обдирают, то почему бы и нет? Вдвоем нам было трудно производить много, поэтому приходилось выжимать каждую копейку из того, что у нас было.

— Давай сделаем так. На заработанные деньги мы наймем больше персонала и оборудования.

— Найти людей довольно просто... но как насчет оборудования? — спросил Каф.

— Я попросил ее сделать нам еще одно, когда видел ее в последний раз. С некоторыми улучшениями.

Поскольку я заплатил Лилли немного больше за ее хорошую работу над первой формой для производства бумаги, она с радостью согласилась на еще одну просьбу. Я заплатил 1 500 лугов за экран. Должно быть, Лилли сама оплачивала свои расходы на жизнь, потому что она всегда была рада взяться за дополнительную работу.

— Хорошо. Я найду людей, когда они нам понадобятся, — заверил меня Каф.

— Следующее - это поставщики материалов. Когда они увидят, что мы продаем товары по высокой цене, они могут поднять свои цены для нас. Покупай как можно больше прямо сейчас. Мне нужен хороший запас, — сказал я.

— Это хорошая мысль.

Узкие места на нашем производстве всегда можно было устранить, вложив в него больше денег, но не было бы простого решения, если бы наши запасы материалов иссякли. В данный момент мы собирали их у ткачей и драпировщиков, но эти источники могли обеспечить нас только таким количеством. Одинокому бумагоделателю никогда не приходилось беспокоиться о том, что материалы закончатся. Но как только у нас появлялось два или три работника, изготавливающих бумагу, предложение начинало отставать от спроса. Рано или поздно нам пришлось бы искать способ делать бумагу из пиломатериалов.

— Вы, ребята... У вас тут серьезная операция. — Харол все еще был шокирован.

— Конечно. Мы планируем захватить мир. — Каф превратился из пьяницы в амбициозного бизнесмена.

— Весь мир? Да ладно… — сказал Харол.

— Я серьезно. По крайней мере, мы собираемся вывести из строя всю гильдию пергаментщиков, — ответил Каф.

Захватить весь мир - это было похоже на злой замысел, но я полагал, что захватить мир бизнеса - это в некотором смысле то же самое.

— Мы не собираемся ограничиваться только бумагой, — добавил я.

— О?

— А?

Оба были застигнуты врасплох.

— Мы начнем наше следующее предприятие, как только разберемся с бумажным бизнесом. Бумага - это самый быстрый способ получить прибыль, который я знал. Я еще не подал заявку на патент на свою следующую технологию, поэтому не могу объяснить ее, пока ты здесь, Харол.

— Что ты имеешь в виду? Ты серьезно? — спросил Каф.

— Конечно, я серьезно. Неужели ты думал, что мы остановимся, как только сделаем бумагу?

— Ну, да. — Похоже, Каф действительно так и планировал.

— Я не закончу учебу еще пять лет. У меня есть еще два похожих проекта, над которыми я буду работать, когда бумага начнет продаваться.

Теперь, когда у нас был прототип, достаточно хороший для рынка, казалось, что наш бумажный бизнес станет стабильным в течение двух лет. Таким образом, большую часть следующих пяти лет я снова буду сидеть на заднице.

Это было бы не так уж плохо, но теперь, начав бизнес, я хотел посмотреть, как далеко я смогу его завести.

— Если ты счастлив быть просто главой отдела производства бумаги, то я не буду препятствовать тебе в будущем сосредоточиться на этом.

Если таково было желание Кафа, мне придется найти кого-то нового, кто будет мне помогать. Но он был талантлив, и я знал, что он за человек, поэтому надеялся, что смогу позволить ему и дальше руководить компанией.

— Нет, если ты собираешься действовать дальше, я хочу быть рядом с тобой. Если, конечно, я справлюсь с этой задачей.

Глаза Кафа были полны решимости. Я знал, что теперь он никогда не вернется к пьянству. Он был тем, на кого я мог положиться.

http://tl.rulate.ru/book/36321/7434901