Глава 120.
Фэн ищет Хуана
Когда слива в да Лонге только расцвела, снег размером с гусиные перья начал приземляться в городе Цзин. Весь город Цзин был окутан слоем серебряного шелка. Ку Цин Цзю, одетая в лисью шкуру, стояла под листьями и протянула руку, чтобы поймать ледяные снежинки.
Наблюдая за падением снега, она, казалось, не была так взволнована, как когда-то. Но все равно, это было что-то очень красивое. Но независимо от того, как красиво, это становится обычным, когда привыкаешь к этому. Она поднесла руку к глазам и сосредоточилась на снежинке на руке. Это, казалось, было шесть лепестков чудесного цветка.
Она использовала платок, чтобы вытереть снежинку на руках, и схватила горшок: “завтра свадьба Руи Ванга. Все должно пройти идеально ”
"Ваше величество не волнуйтесь, я уже внимательно все осмотрела", - Му Цзин увидела, что императрица больше не пыталась поймать снежинки и раскрыла зонтик, чтобы укрыть императрицу от летящего снега. Тихим голосом она предложила: "Ваше Величество, ветер здесь сильный, давайте вернемся.”
Ку Цин Цзю кивнула. Она натянула на тело накидку из лисьей кожи и медленно вошла в алые коридоры. Теплые сапожки издавали приглушенные звуки, ступая на каменные плиты. Она бесстрастно шествовала по длинным коридорам, мимо лунной двери, увидела слугу, который подметал снег, и, наконец, научившись игнорировать их согнутые спины, села в удобную большую карету Феникса.
"Поехали!”
Экипаж Феникса слегка покачнулся, а затем начал медленно двигаться. Когда они проезжали по участку сливовых деревьев, она отодвинула Шелковый занавес и увидела, как ветка красной сливы выглядывает из стены снега. Она едва могла уловить слабый запах цветов сливы. Экипаж Феникса медленно двинулся вперед. В ее видении, этот цветущий красный цветок сливы постепенно отдалялся, и его уже нельзя было различить.
Она вдруг почувствовала депрессию и опустила занавес. По какой-то причине она вдруг вспомнила момент, когда впервые открыла глаза в этом мире. На стене висела картина с красными цветами сливы. Нарисованные женщины в углу были изящные и утонченные, как и цветы сливы во дворе. Не такие величественные, как другие цветы, но обладавшие тонким ароматом.
"Приветствую императрицу", -скорость кареты Феникса замедлилась. Ку Цин Цзю услышала знакомый голос. Когда она подняла занавес, она увидела женщину, согнувшуюся рядом с экипажем Феникса. Через секунду, она, наконец, ответила, слабо улыбнувшись и признавая: “Ло Ин Цзю, пожалуйста, встаньте.”
"Большое спасибо императрице", - выпрямила свое тело Ло Инь Сю. Она не смотрела в лицо Ку Цин Цзю, а только покорно уставилась в землю.
“Сегодня так холодно, Почему передвигаетесь пешком, а не в экипаже?"Ку Цин Цзю посмотрела на поношенную меховую накидку. Ее лоб нахмурился, а затем она приказала: "Хуан Ян, сходи в Департамент по делам семьи и посмотри, не пренебрегли ли они указаниями. Если кто-то был достаточно безрассуден, чтобы обмануть начальство, то это тридцать ударов.”
Ло Инь Сю снова поклонилась: "Спасибо за беспокойство императрицы. Все нормально.”
Ку Цин Цзю хорошо понимала правила дворца. Смотрите на тех, кто высоко взлетел и наступайте на тех, кто низко. Льстите тем, кто был в фаворе. Во времена старого императора они даже осмеливались на изменение поведения по отношению к императрице, а тем более к Ло Инь Сю, у которой не было ни благосклонности, ни власти. Думая об этом, она сказала немного скорбным голосом: “экипаж, мебель и еда должны быть у людей третьего ранга, я считаю, что люди из Департамента по делам домашних хозяйств должны это понимать. Хуан Ян, иди скажи им. Если они не могут понять эти вещи, им не нужно оставаться на своих должностях.”
” Да", -Хуан Ян поклонился, а затем отвесил еще один поклон для Ло Инь Сю перед отъездом.
"Уже поздно, я должна вернуться во дворец, вы тоже должны вернуться", - глянула Ку Цин Цзю на послушную Ло Инь Сю и опустила занавес, блокируя пристальный взгляд поднявшейся Ло Инь Сю.
Экипаж Феникса уехал. В саду рядом с Ло Инь Сю, Шу Вэнь, наблюдал, как карета стала пушистой от снега и раскрыл зонтик над головой Ло Инь Сю, говоря сдавленным голосом: “Императрице все равно насколько тепло другим.”
Ло Инь Сю повернула голову, чтобы посмотреть в направлении Феникса. Там был дворец Тянь Ци императора и императрицы. Она слегка безразлично улыбнулась и вздохнула, заметив : " Если я хочу легко прожить остаток своей жизни, единственная, на кого я могу положиться, это императрица.” Таким образом, она именно для этого намеренно носила старую одежду, чтобы встретиться с императрицей в этом месте, чтобы императрица могла понять ее обстоятельства.
Дни гарема были трудными. Ей повезло, что она встретила относительно добрую императрицу. Если это был кто - то более черствый, она не знала, какими будут ее дни.
Символ "счастья" был расклеен по всему городу в честь Руй Цзюнь Ван Фу. Гости прибывали потоком. Даже если Руй Цзюнь Ван упал во власти, но этот брак был предписан императором. Если бы они не пришли поздравить, разве это не стало бы позором для императора?
Но то, что они нашли неожиданным, было то, что Руй Цзюнь Ван не отказался от тостов. После свадебного банкета, он был почти совершенно пьян. К счастью, гости вспомнили, что женихом был Руй Цзюнь Ван. Оправдывать Чен Ванга, они не смели - это слишком экстремально.
Он Ци никогда не был в мире со своим братом . Он наблюдал, как брат пил, как будто это была вода, а не вино, и насмехался. Если бы он не знал его лучше всех, он бы подумал, что его хороший младший брат пьет свою печаль. Он взглянул на Лао Си, который отставляет вино от Лао Сан и вздохнул. Кто бы мог подумать, что Лао Си станет вторым по важности человеком среди четырех братьев?
Видя, что другие люди не посмели заставлять жениха слишком сильно, Он Ци взял горшок с вином и держа чашу с вином, встал перед братом, который уже выпил достаточно, чтобы его щеки стали красными. Он саркастически спросил: "Сан Ди, мы братья. Сегодня у тебя хороший день. Как насчет того, чтобы мы, братья, выпили пару чаш?”
Он небрежно поднял чашу с вином, улыбаясь и отвечая: "вино да Ге, младший брат должен выпить." Закончив, он взял в руки горшок с вином и чашу с вином. Налив полную чашу и проглотив все содержимое, он покрутил пустую чашу и произнес: “вино Лань Лин с тюльпанами, Нефритовая чаша становится янтарной. Это заставляет нас с хозяином напиться и забыть, где дом. Сегодня есть вино и есть пьянство и тосты.”
Он Ци не ожидал, что Он Юань был еще более тупым, чем о нем думали. Прежде чем Он Ци успел среагировать, тот выпил еще одну чашу. Это мгновенно заставило его потерять интерес к тому, что он заставляет кого-то заставить пить. Если человек, которого заставляют, был даже счастливее, чем тот, кто заставляет, в чем был смысл?
Когда другие увидели эту сцену, они все предположили, что Нин Ван целенаправленно заставлял Руй Цзюнь Ванна пить. Думая о битвах между двумя братьями на протяжении многих лет, никто не был достаточно глуп, чтобы вовлечь себя и молча пил.
Когда Он Ци увидел всю сцену со стороны, почему-то на ум пришел некий тайный слух. В нем говорилось, что Сан Ге питает привязанность к императрице. Понимая, что он думал о чем-то, о чем не должен был думать, он поспешно покачал головой. Между Сан-Ге и Хуан Сао не было никаких отношений, так что у Сан Ге не было никакой привязанности к Хуан Сао. Просто эти двое были тогда почти женаты, так что другие люди оклеветали их.
Видя, что Сан Ге был полностью пьян, Лао Си мог только поддержать его. Вуаль невесты не была снята, чаши с вином не были обменены. Если жених был настолько пьян, что был без сознания, то это было слишком неприглядно.
Он Ци не остановил его. В угасающем интересе, он наблюдал, как Лао Си поддерживал брата и повернулся, чтобы покинуть Руй Цзюнь Ван Фу. Глядя на толстый слой снега на улицах снаружи, он выдохнул и сказал своему сопровождающему позади него: "здесь так неинтересно, давайте вернемся.”
Он и Лао Сан сражались в течение многих лет, но в конце концов, корона не приземлилась ни на одну из их голов. Думать таким образом было очень иронично.
Лао Си поддержал Юаня, Юань открыл дверь, и поплелся к свадебной кровати. Глядя на женщину с вуалью дракона и Феникса, он взял палку и снял завесу. Его глаза изменились и он пробормотал: “такие красивые брови.”
В том году на нефритовых ступенях под фейерверком, женщина в алом была настолько яркой, брови как солнце, настолько яркими, что невозможно было удержаться от того, чтобы не посмотреть еще несколько раз.
Достав винные чаши, его пьяные глаза улыбались. Руки обоих скрестились, и голос его был хриплым, но полным довольного веселья : " тогда давай будем вместе в течение ста лет и не разлучимся, даже когда наши волосы побелеют.”
У Юй Жун посмотрела на красивого мужчину, улыбающегося ей, и ее сердце подпрыгнуло. Ее щеки покраснели. Она взяла чашу с вином и, когда он осторожно посмотрел на нее, осушила ее.
Он Юань потянулся, чтобы притянуть ее к себе, улыбнулся, но все же нежно сказал: "так хорошо, так хорошо.”
Ее рука слегка дрожала, но в конце концов она медленно обняла этого человека. Снежная ночь была долгой, но короткой, но для нее это было лучше, чем можно было себе представить.
Красные свечи Руй Цзюнь Ван Фу горели всю ночь, точно так же, как горел прекрасный сон, красивый, но иллюзорный.
Во Дворце Тянь Ци, Ку Цин Цзю лежала на руках Хэ Хэна, когда она внезапно проснулась. За окном слабый свет освещал окна, закрытые шелком. Слушая звук снега снаружи, она чувствовала себя несравнимо спокойной, ее кровать была несравнимо теплой.
"Иди спать", - голос мужчины рядом с ней был нечетким, как будто он не проснулся от своих снов. Но его руки фамильярно потянули ее назад, как будто он делал это бесчисленное количество раз, практиковался.
Ку Цин Цзю улыбнулась, положив голову на грудь мужчины и медленно закрыла глаза.
Во второй год Цзя ты, старший Императорский сын был назван императором " Яо ". "Ши Мин - объясняющий небеса", переводил это как "яркий, сияющий, освещающий свет". "Стиль Шицзин Куай" также говорил про это имя: "Восход яркий.”
Именно этого имени было достаточно, чтобы показать ожидания императора от Его Высочества старшего Императорского сына. В этом мире было что-то более важное, чем свет?
А затем императрица покинула задний зал Дворца Тянь Ци и переехала во дворец Куй Юань. Некоторые стали размышлять, не собирается ли император наконец взглянуть на других женщин в гареме?
Но кто знал, что император будет и есть и спать во Дворце Куй Юань? Никакая другая женщина во дворце не была облагодетельствована. Любовь между императором и императрицей стала еще глубже, почти став легендой о любви между императором и императрицей. Но сейчас это еще не было известно. Кто знал, как долго продлится эта глубокая любовь императора?
Сейчас, две Патронессы императрицы не выражали свое мнение. Некоторые высокопоставленные чиновники хотели это сделать, но не осмеливались провоцировать гнев императора. Так что император благоволил только императрице, и никто не хотел ничего говорить. Возможно, люди всего мира хотели увидеть, сколько времени потребуется, чтобы эта хорошая игра любви между императором и императрицей закончилась.
Какой бы красивой ни была пьеса, у нее всегда будет финал. Они действительно не верили, что в мире есть император, который был бы верен своей любви. Император и императрица, у которых была любовь сильнее золота в предыдущей династии, разве их конец не был ужасен?
На самой высокой звездной башне во дворце, Ку Цин Цзю смотрела на чистое голубое небо и потянулась, чтобы закрыть глаза от ослепляющего солнечного света. Она вдруг спросила: "Му Цзинь, как ты думаешь, во что превратится это облако?”
Му Цзин наклонила голову, чтобы посмотреть на белое облако. Прежде чем она успела ответить, она увидела императора на нижней лестнице. С первого взгляда она знала, что он идет искать императрицу “ " Ваше Величество, император пришел.”
Ку Цин Цзю опустила голову. Наблюдая за человеком, который поспешно взбирался на звездную башню, улыбка появилась на ее лице.
Му Цзинь снова посмотрела на красивое бледное облако и подумала небрежно, что облака изначально были вещами, которые постоянно менялись. Кто знал, во что это превратится? Но это яркое солнце... Оно поднималось каждый день и садилось, как обычно.
Хэн поднялся на башню. Глядя на женщину, одетую в малиновую мантию Феникса на солнце, он вдруг подумал о стихотворении под названием " Фэн ищет Хуана.”
“Я увидел красивую женщину, увидев ее, это незабываемо. Если я не вижу ее каждый день, то схожу с ума. Я как птица Фэн, летящая высоко в небе, пытаюсь найти птицу Хуан на земле… …”
"Я надеюсь, что мое поведение соответствует вашему, поэтому мы можем держаться за руки. Если брак не был бы разрешен, это стало бы смертным приговором для меня… …”
Улыбка красотки незабываема в этой жизни, перед ней склоняется все в этой жизни.
http://tl.rulate.ru/book/2684/388088
Сказали спасибо 128 читателей