Глаза Лита наполнились маной, но не по причине озлобленности. Он осматривал дымящиеся тарелки перед собой с помощью Жизненного обзора, дабы убедиться, что никто не плюнул в его еду или напиток. Прошло совсем немного времени, но слюна уже стала невидимой даже для его магического восприятия. Официантка была в замешательстве, и данная сцена заставила её вздрогнуть.
— Я возьму этот, спасибо, — сказал он второй официантке, меняя поднос, который она несла, на свой собственный; Лит заказывал фирменные блюда, потому что их легче всего заменить без предупреждения. — Передайте тем, кто «приправил» мою еду, что им срочно нужен целитель, иначе они не доживут до весны. А также советую выбросить всё это, если не хотите распространения болезни, — без капли стыда солгал Лит. Даже он не был в состоянии поставить диагноз по слюне, но присутствующие не могли этого знать. В таверне поднялась паника, из кухни донёсся испуганный крик, а затем кто-то очень спешащий захлопнул служебный вход. Завсегдатаи таверны смотрели на свои тарелки так, словно им подали живых крыс. Многие из них стали держаться за животы, а страх и самовнушение заставляли их чувствовать себя больными одного за другим.
— Простите, вы ещё и целитель? — спросила симпатичная официантка, которая выглядела так, будто только что пообедала ржавыми гвоздями. Она была рыжей, с множеством веснушек на лице и хорошей фигурой.
— Зависит от условий. Можете ли вы позволить себе это? — Лит любил, когда его планы сбывались, и ненавидел, когда его трапезу прерывали. Его голос сочился сарказмом и раздражением.
— Я просто официантка, — ответила она.
— Тогда я просто рейнджер, — улыбка на его лице была столь же сладкой, как и недозрелый лимон. Вскоре в таверне он остался один.
[Это удар ниже пояса], — подумала Солус. Её проповедь не казалась чем-то убедительным, поскольку необоснованная враждебность нравилась ей не так сильно, как выходки Лита. Она не могла понять, как те самые люди, ради которых он собирался рисковать жизнью, могут так с ним обращаться.
[Все справедливо лишь в любви и пиве], — Лит наполнил свой стакан второй пинтой и оставил деньги на стойке. Он мог быть кем угодно, но только не вором. Только закончил он трапезу, как сзади раздался печально знакомый голос.
— Это действительно было необходимо? — баронесса Энли была правительницей земель, окружающих Мэкош. Она выглядела как женщина средних лет с длинными светлыми волосами, заплетёнными в одну большую косу, которая была ей почти до пояса. У неё были резкие черты лица, которые вкупе с несколькими морщинами и льдисто-голубыми глазами придавали ей суровое выражение вечно недовольного монарха.
— Вы должны быть немного более конкретны, Ваше сиятельство, — он спокойно встал и отвесил ей небольшой поклон.
— Трактирщик, конечно, идиот, но отправлять его в застенки после того, как вы забрали с собой все ключи, — это слишком, — во время разговора она всё ещё не знала о фальшивой пандемии, охватившая город.
— Разве? Эта группа иностранных купцов искала убежище, поскольку наткнулась на стаю варгов. Таким образом они дали вам время на принятие мер. Я тоже здесь чужак, поэтому всецело готов поставить жизнь на кон за каждого дипломированного идиота, живущего здесь. Я не прошу благодарностей, поскольку просто выполняю свою работу. Но ваши граждане могут по крайней мере относиться ко мне с уважением, достойным этой формы, а не как к вору.
— Настоящие герои не просят признания, медалей или наград. Они просто поступают правильно, потому что так поступают герои, — голос баронессы был таким же кислым, как и у Лита.
— Что ж, Ваше сиятельство, я уверен, такой герой будет рад вам помочь. А пока, если потребуются мои услуги, я готов стать судьёй, экзекутором, присяжным, палачом, надзирателем и, в крайнем случае, карателем этого города.
Лит направился к западной стене, где, по словам свидетелей, должна была появиться стая варгов. Варги были ещё одной расой падших. Они — волкоподобные существа, которые, по легендам, произошли от охотничьего рода, проклятых богом волков за убийство одного из своих детёнышей.
Каждый из них по отдельности был равен магическому зверю, что делает их не менее опасными. Однако, хоть алхимических инструментов и городских оборонительных стен более чем предостаточно для уничтожения им подобных, всё отнюдь не так просто. В отличие от настоящих магических зверей, эти чудовища не были разумными существами. Поэтому они атаковали безо всякой координации, не способные найти слабые места противника. И чем больше была стая варгов, тем сильнее она была. Варги могли обмениваться своей жизненной силой, маной — и даже ранами. Согласно хранящемуся в Солуспедии бестиарию, стая с достаточным количеством её членов могла использовать некоторые звериные хитрости, к тому же их интеллект рос пропорционально этому количеству.
Баронесса по нескольким причинам попросила Лита убить их перед городскими стенами, а не выискивать в дикой природе. Главным образом она надеялась, что, увидев действия рейнджера, жители перестанут быть такими высокомерными. Подобное отношение надоело не только Литу, но и купцам, и ассоциации магов. Без купцов Мэкош снова окажется на грани бедности. А без магов город постоянно будет нуждаться в армии. Второстепенная цель подразумевала, что иначе никто, в том числе и она, не поверит рейнджеру, что его работа выполняется должным образом. После известия о том, как с ним обошлись во время первого визита, баронесса удивилась такому быстрому возвращению и тому, что не последовало никаких отговорок или заявлений о выборе другого города.
Лит не знал о её беспокойстве, а если бы и узнал правду о странностях её просьбы, ему было бы просто всё равно. Его успех в качестве рейнджера был единственным, что имело для него значение. До сих пор его заслуги перед армией и короной были хорошо вознаграждены деньгами, ресурсами и связями. Политика в этом плане была неизменна: выполнять свою работу до конца, покуда ему платят.
Жалобы жителей Мэкоша были просто белым шумом в его ушах.
«Мне это ни капельки не нравится, — думал Лит, осматривая окрестности города с башни. — Странно, что торговый караван заметил варгов и не подвергся нападению. Но вот что действительно меня смущает — почему они так долго добираются до города. Я проверил карту, и между местом, где видели варгов, и Мэкошем нет никаких поселений. Нет ничего, что могло бы задержать их прибытие так надолго».
У Солус не было слов. Их знания о противнике ограничивались написанному в книге. Обычно все бестиарии пишутся либо выжившими, либо ссылаются на их рассказы. Однако бестиарий, предоставленный армией, имел куда больше подробностей в сравнении с их предыдущим. Хотя Лит не особо доверял и ему. Не после того, что случилось с орками.
Он стоял на страже несколько часов, используя Накопление для улучшения своего ядра, вместе с городскими стражниками ожидая приближающейся атаки. Заходящее солнце слепило горизонт, а его отражавшие от снега лучи слепили проверяющих местность.
Только тогда-то и началась атака.
http://tl.rulate.ru/book/26517/1101099
Сказали спасибо 160 читателей