Глава 1865. Давайте обсудим дату свадьбы прямо сейчас
.
В конце концов, зависть, что дочка так ухаживала за столом за кем-то другим, полностью погрузила Ши Гуанчжуна в уныние.
Его милую, хорошенькую, прелестную маленькую дочку вот-вот украдет какой-то парень.
Поэтому Ши Гуанчжун объединил усилия с Ши Наньцанем, чтобы заставить Хан Чжолиня пить все больше и больше.
Но насколько же умен был Хан Чжолинь? Он быстро просчитал отношение Ши Гуанчжуна.
Итак, вскоре после этого Ши Гуанчжун снова был приятно умиротворен Хан Чжолинем.
Ду Ицинь уставилась на мужа холодными глазами.
Ши Гуанчжун был просто игрушкой в руках Хан Чжолиня!
Как неловко!
Ши Гуанчжун уже был не молод. Он занимался бизнесом десятилетиями, но сейчас не мог продержаться даже нескольких раундов пьянки с Хан Чжолинем. Он совершенно не был ему противником.
Ду Ицинь незаметно шепнула дочери:
– К счастью, наша семья ведет бизнес в другой области и никогда раньше не конкурировала с семьей Хан, иначе как бы мы могли процветать? Раньше я думала, что твои отец и брат вполне способные коммерсанты, но теперь, по сравнению с Хан Чжолинем, они действительно так слабы, что не достойны и второго взгляда.
Будущего тестя Хан Чжолинь так основательно успокоил, что тот все время глупо улыбался. Вскоре после этого Ши Гуанчжун громко сказал:
– Зять!
Ши Сяоя: «…»
Прошло совсем немного времени, а ее папа уже дошел до того, чтобы запросто называть его зятем!
– Да, отец! – отозвался Хан Чжолинь, с готовностью отвечая в той же манере.
– Ты не можешь обижать нашу Сяоя, ты не должен заставлять ее страдать. Хотя наша семья не может сравниться с семьей Хан, наша Сяоя воспитывалась как зеница наших очей с самого детства. С тех пор как она была маленьким ребенком, мы никогда не позволяли ей страдать. Когда дело касается тебя, тем более это недопустимо, – сказал пьяный Ши Гуанчжун, незаметно для себя переходя на ты с молодым мастером Линем. – Ты должен помнить, что мы баловали ее все время, пока она не выросла, совсем не для того, чтобы она могла страдать от твоих рук.
– Не волнуйтесь, отец, – сказал Хан Чжолинь. – Как я могу позволить ей страдать? Я сам никогда ее не обижу и никому не дам ее обижать.
Ши Гуанчжун кивнул:
– Правильно зять! Но мне не нужны просто красивые слова. Ты обязательно должен доказать свои слова делом!
– Подождите немного, отец, и вы сами убедитесь, что я слов на ветер не бросаю.
Ши Сяоя посмотрела на этих троих и задалась вопросом, какое доброе дело она сделала в своей прошлой жизни? Должно быть, именно поэтому в этой жизни она могла жить в блаженстве.
У нее были родители и брат, которые души в ней не чаяли. И вот теперь она встретила Хан Чжолиня, который тоже носил ее на руках, и влюбилась в него без ума.
Видя, как Ши Гуанчжун беспокоится из-за Хан Чжолиня о ней, Ши Сяоя почувствовала неописуемое тепло на душе.
Ду Ицинь не знала, смеяться ей или плакать, глядя на все это.
– Я до этого никогда не видела, чтобы кто-то при первом визите запросто обращался к отцу своей девушки как к тестю в настолько естественной манере. Хан Чжолинь действительно не обычный человек.
Ду Ицинь это сказала очень тихо на ухо Ши Сяоя.
И все же, несмотря на то, что Хан Чжолинь явно уже довольно много выпил, ему действительно удалось это услышать. Он повернулся к Ду Ицинь и сказал:
– Когда я начал встречаться с Сяоя, брак всегда был целью, к которой я стремился, поэтому сейчас для меня вовсе не слишком рано обращаться к своему будущему тестю как к отцу.
Ду Ицинь: «…»
Редко случалось, чтобы в свои-то преклонные года Ду Ицинь действительно чувствовала, как ее постаревшее лицо жарко краснело.
Это было полностью потому, что она сказала все тихо, но тот человек, о котором шла речь, услышал это, что заставило ее почувствовать себя неловко.
К счастью, она не сказала о нем ничего плохого за его спиной.
Слух у Хан Чжуолиня был слишком острый.
Только вот сердце Ши Сяоя внезапно поднялось к горлу, когда она увидела, что Хан Чжолинь такой.
Действительно, сразу после этого было слышно, как Хан Чжолинь закончил свои пояснения словом «мама».
Ши Сяоя: «…»
Ду Ицинь: «…»
Ши Наньцан: «…»
Только Ши Гуанчжун, который уже выпил слишком много, никак на это не отреагировал. Услышав, как Хан Чжолинь называет его «отцом», а Ду Ицинь «мамой», он был просто очень счастлив.
– Какой у меня хороший зять! – Ши Гуанчжун немедленно наполнил стакан Хан Чжолиня маотаем и сказал: – Поскольку ты уже обращаешься к нам как к таковым, теперь я действительно буду относиться к тебе как к своему зятю. Ты не должен делать ничего, что могло бы предать чувства Сяоя!
Хан Чжолинь немедленно поднял свой бокал и предложил:
– Отец, если вы волнуетесь об этом, почему бы нам не обсудить дату свадьбы прямо сейчас?
Немая сцена…
.
http://tl.rulate.ru/book/23836/1846186
Сказал спасибо 31 читатель