Готовый перевод I Really Didn't Mean to Reverse Fate / Я правда не хотел ломать судьбу!: Глава 15

Луна скрыта за дымкой, звёзды едва мерцают.

Дождь всё никак не прольётся, и тяжёлые чёрные тучи над городом Линьчуань не рассеиваются.

В тёмном углу лагеря Чу, зарывшись под слой земли, Тянь Цяньлун крепко прижимал руку к кровоточащему месту пониже спины, корчась от боли.

Мало того, что его однажды уже «пометили» в этом проклятом лагере, так теперь его ещё и проткнули копьём в то же самое место. Его душевное равновесие было почти разрушено.

Воспользовавшись ночной тьмой, он прокрался мимо патрульных, намереваясь пробраться в шатёр и совершить покушение, но никак не ожидал, что в такой час Сюй Лан выйдет тренироваться.

Разве у людей здесь мозги набекрень? Что это за время, чтобы упражняться с копьём?

Раз уж взялся тренироваться, так делай это нормально, зачем ты втыкаешь наконечник копья в землю...

Тянь Цяньлун мысленно проклинал всё на свете, но глаз не отводил, сквозь щель в земле пристально наблюдая за действиями Сюй Лана, пытаясь понять, не заметил ли тот его из-за недавнего шума.

Понаблюдав некоторое время, он пришёл в ещё большее негодование.

Что за ерундой ты занимаешься?

Это что, отработка связок? Ты не спишь по ночам, чтобы тренировать заученные движения?

Как опытный убийца, он кое-что смыслил в боевых искусствах и разбирался в копейном мастерстве.

Поэтому, глядя на то, как тренируется Сюй Лан, он сразу понял: этот парень вообще не умеет обращаться с копьём.

Все его движения — лишь отражение ударов, будто он подстраивается под невидимого партнёра. Иными словами, если противник не будет подыгрывать, то такими приёмами он не то что не ударит человека, а даже оружия его не коснётся.

Тянь Цяньлун окончательно пал духом. Получить копьём от такого глупца — это величайший позор!

К сожалению, он был тяжело ранен, а тут ещё этот ненормальный, который не спит по ночам, — покушение выглядело безнадёжным, так что ему оставалось лишь уйти.

Уходя, он про себя поклялся:

Всё, что я потерял, я заставлю вас вернуть в десятикратном размере!

Сюй Лан, конечно, не подозревал, что за ним следил этот земляной крыс, затаивший новую обиду. Он просто усердно отрабатывал связки движений, запечатлённые на Диске Гуа Небесного Секрета.

Раз за разом, без устали. Ему нужно было довести движения до мышечной памяти, чтобы в любой ситуации идеально воспроизвести эту последовательность.

Долгая ночь была тиха, лишь свист копья нарушал покой.

Наступило утро, пропели петухи, взошло солнце.

Сменившиеся патрульные всё ещё с изумлением обсуждали рассказы товарищей о монстре в лесу.

Юнь Кай рано вышел из своего шатра и увидел, как его господин Лан упражняется с копьём.

Посмотрев некоторое время, он наполнился сомнениями.

Подойдя ближе, он с любопытством спросил: Господин Лан, что это за техника копья?

Не знаю. Через пару дней дотренируюсь и пойду бить Хуянь Жуна.

Юнь Кай опешил.

Эта техника? Отработка связок? И этим бить Хуянь Жуна?

Господин Лан что, заплатил ему? Подкупил Хуянь Жуна, чтобы тот подыграл в спарринге? Это невозможно!

Такой была первая мысль Юнь Кая, но, немного подумав, он решил, что это маловероятно, и с тревогой напомнил:

Господин Лан, это же просто связки. Если Хуянь Жун не станет играть по вашим правилам, то вы...

Смысл был в том, что если Хуянь Жун не подыграет, Сюй Лану конец.

Сюй Лан совершенно не разбирался в копейном мастерстве, всю ночь отрабатывал эти движения как заученные связки, и, конечно, чувствовал беспокойство перед лицом такого свирепого воина, как Хуянь Жун.

Он боялся, что если техника не поможет одолеть Клинок, Разящий Драконов, что тогда делать?

Но слова Юнь Кая внезапно принесли ему облегчение.

Отработка связок? Отлично, значит, всё схвачено.

После партии с Юнь Лао он понял принцип Диска Гуа Небесного Секрета: он вычисляет то, что должно произойти, а затем предлагает ответное действие. Он не забыл, насколько подыгрывал ему тогда Юнь Лао — их взаимопонимание было до мурашек пугающим.

Не беспокойся, я его побежу. Ах да, приглядите за провизией, в этом месте завелись крысы.

Но, господин Лан...

Не дав ему договорить, Сюй Лан снова с яростным свистом принялся за тренировку.

...

Настал новый день, и Хуянь Жун, как обычно, прибыл вызвать врага на бой. В лагере Линьчуань долго совещались, прежде чем отправить воина на поединок.

Итог остался прежним.

Один обмен ударами — и воина срубили с коня.

Боевой дух упал до предела, даже барабанщики на крепостной стене, подбадривавшие бойцов, выглядели вялыми.

Не победить. Совсем не победить.

Это эхом отзывалось в сердцах всех солдат в городе Линьчуань.

После того как Хуянь Жун отступил, выражения лиц у всех были мрачнее тучи.

Лицо главнокомандующего Юань Чуня почернело, он выглядел пугающе серьёзным.

Будучи стражем Линьчуаня, он остался здесь даже после падения государства, и его по праву можно было назвать верным мужем. Именно поэтому нынешняя ситуация тревожила его ещё сильнее.

Среди двенадцати отрядов повстанцев не было достойных военачальников, даже он сам только что потерял верного соратника, который следовал за ним долгие годы.

Линьчуань больше не удержать...

День закончился, Чу Хунлин вернулась в свой лагерь, подавленная поражением. Сюй Лан, всю ночь протренировавшийся с копьём, плёлся за ней с тёмными кругами под глазами.

Но по пути их встретил незваный гость.

Генерал Чу, мой господин, старый генерал Мужун, велел вам сегодня вечером передать ему Тигровую Бирку.

Это был гонец в форме семьи Мужун. Увидев Чу Хунлин, он даже не поклонился, а просто отдал приказ.

А? Зачем это? — Чу Хунлин растерянно переспросила, не понимая, что происходит.

Сюй Лан тоже был в шоке. Послать гонца требовать Тигровую Бирку? Что за фокусы?

Гонец же, с высокомерным видом, громко произнёс:

Мой господин сказал, что из всех лидеров двенадцати отрядов повстанцев он самый старший, и столь важный предмет по праву должен храниться у него, а не в руках какой-то женщины.

Сюй Лан был ошарашен: у этого Мужун Сяня что, проблемы с головой? Начал меряться возрастом.

Не отдам! Совсем с ума сошёл! — Чу Хунлин, почувствовав нелепость ситуации, закатила глаза и хотела уйти; её настроение и без того было хуже некуда после поражений.

Однако гонец заговорил язвительным тоном:

Тигровая Бирка — символ мужской силы, если хранить её у женщины, может...

Бам!

Не успел он договорить, как Сюй Лан с размаху пнул его в живот, отбросив на несколько метров.

Гонец схватился за живот, не в силах вымолвить ни слова, его лоб покрылся градом пота.

Сила воина Третьей Ступени для обычного человека была сокрушительной.

Иди и передай своему старому козлу: не умеешь воевать — не берись. Может ли женщина хранить Тигровую Бирку — вопрос отдельный, но такому старику, который одной ногой уже в могиле, она всё равно ни к чему, он её не достоин!

Высказавшись, он увёл своего глупого господина прочь.

Сюй Лан прекрасно понимал намерения Мужун Сяня: тот потерял сильного воина, его репутация пострадала, вот он и пытается отыграться, решив забрать Тигровую Бирку.

Но выглядело это отвратительно: сам не пришёл, послал лишь гонца, как будто вообще не считался с ними.

Раздражённый, он ещё сильнее захотел отточить технику копья, чтобы победой поднять статус своего глупого господина.

Пока он размышлял об этом, глупый господин вдруг подошёл к нему:

Господин Сюй.

М?

А кто такой старый козёл?

...

http://tl.rulate.ru/book/233735/33928495