Готовый перевод Rebirth / DMC: Перерождение: Глава 10

Данте щурился от восходящего солнца, желая, чтобы свет был не таким ярким, а голова раскалывалась не так сильно. Он не помнил, как прошлой ночью выходил из паба, но в присутствии Неро это не было чем-то необычным. Что было в новинку и совершенно не к месту, так это то, что его проклятый близнец вытащил его из постели в несусветную рань ради какой-то демонической чрезвычайной ситуации. Дадут ли ему когда-нибудь передышку?

Фургон грохотал под ним — Нико гнала по городским улицам, — и он оторвал взгляд от солнца, проглядывающего сквозь здания, плотно задернув шторы, чтобы вернуть внутрь благословенный полумрак. Он развалился на диване, полусидя, опустив одну ногу на пол и вытянув другую.

Рассвет ещё толком не наступил, а утро уже было полно сюрпризов. Вергилий всучил ему плащ и перчатки в тот самый миг, когда он скатился с кровати, и Данте натягивал их, всё ещё наполовину пребывая в мыслях о прошлом вечере, когда заметил Неро, меряющего шагами контору внизу. Он замер как вкопанный и оглянулся на Вергилия, невольно расплываясь в широкой улыбке.

— Сколько вы с Неро уже здесь и не спите? — спросил он.

— Ты единственный, кто спал.

Это был не совсем ответ, но Данте уловил скрытый смысл. Ему было любопытно, чем они занимались, пока он дрых наверху, происходило ли между ними хоть что-нибудь. Потребовалась вся его сила воли, чтобы не запереть их вместе в одной комнате, пока они не найдут достаточно точек соприкосновения, чтобы построить некое подобие отношений — что-то вроде той семьи, которую он потерял, когда Мундус отнял у них мать. Было бы несправедливо принимать свои собственные желания за их.

Но теперь у него было доказательство того, что они разговаривали, и этого головокружительного восторга оказалось почти достаточно, чтобы смыть головную боль. Может, нужно было просто врезать ей по яйцам.

— Неро, передашь «Гейторейд»?

Он знал, что в мини-холодильнике фургона припрятано несколько бутылок. Они всегда там были, потому что они всегда были ему нужны. Неро небрежно открыл холодильник своей демонической рукой, схватил бутылку и молча швырнул её через весь фургон. Ярко-красная жидкость в полёте поймала солнечный луч и стала почти похожей на кровь.

Вергилий проследил за её траекторией со своего места у ног Данте — он всё так же сидел на краю, сцепив руки перед собой, словно был здесь лишним. Его губы едва заметно сжались от отвращения при виде бутылки. — Ты всё ещё пьёшь красный.

Данте ухмыльнулся ему в ответ, открутил крышку и сорвал защитную плёнку. — Только самое лучшее для легендарного охотника на демонов. Уж точно не эта синяя моча.

Они были ещё детьми, бегающими наперегонки по лесу, когда впервые затеяли этот бессмысленный спор. Вергилий, конечно же, притворялся, что синий «Гейторейд» не был на вкус как дерьмо, просто потому, что ему нравился цвет.

— Продолжай убеждать себя в этом, — сказал Вергилий.

Неро перевёл взгляд с одного на другого и закатил глаза. — Ад, должно быть, поджарил вам мозги. Ни один из них не сравнится с зелёным.

Данте и Вергилий повернулись к нему абсолютно синхронно: Данте — с взрывом хохота, Вергилий — со смутным отвращением. Он даже беззвучно произнёс одними губами «зелёный», как будто не мог поверить в то, что только что услышал, и это лишь удвоило веселье Данте.

— Вся прелесть жизни в том, — сказал он, — что вы все имеете право глубоко заблуждаться в простых вещах, а я всё равно буду вас любить.

Неро ответил невнятным ворчанием, которое означало «ты придурок, но ты прав», затем закинул руки за голову, откинулся на спинку сиденья и вытянул ноги, устраиваясь поудобнее, чтобы вздремнуть. С закрытыми глазами он и впрямь выглядел измотанным, и Данте сделал мысленную заметку проследить, чтобы тот больше никогда не сражался в одиночку, дабы кто-то всегда прикрывал ему спину, если адреналин не сможет держать его в полном сознании.

Для сравнения, Вергилий ничуть не казался уставшим от недосыпа. Он сидел с прямой как струна спиной, не сводя глаз с Неро теперь, когда его сын не смотрел в ответ, и в напряжённых чертах его лица сквозило что-то похожее на тоску. Данте ткнул носком ботинка в бедро Вергилия, и тот вздрогнул — лишь лёгкая заминка в дыхании, которую не заметил бы никто, кроме него. Их взгляды встретились, и Вергилий ответил намёком на улыбку, признавая, что засмотрелся, пусть даже он стал бы отрицать это, спроси его кто-нибудь. Чёртова гордость всегда будет мешать ему произносить важные слова.

— Тебе стоит поспать, — сказал вместо этого Данте.

Лёгкое покачивание головой. — Он снова меня одолел.

— Вы что, дрались? — Данте не смог скрыть веселья в голосе. Очевидно, ни один из них не выглядел потрёпанным.

— Соревновались, — поправил Вергилий, его губы изогнулись в крошечной улыбке.

Данте расхохотался, и Неро резко проснулся от этого звука. Он зыркнул на дядю и пробормотал: «Потише, чёрт возьми», только чтобы тут же снова погрузиться в сон. Данте устроился на своём сиденье поудобнее, переводя взгляд с брата на племянника, и его сердце наполнялось радостью с каждой секундой, проведённой вместе. После двух десятилетий раздумий о том, ради чего он вообще живёт, и чувства обязанности торчать здесь на случай, если очередному демону взбредёт в голову завоевать мир людей, он наконец-то нашёл причину. «Этот демон — твоя причина», — сказал тогда Ви, войдя в его контору. И он был прав, даже если и представить себе не мог, насколько.

Теперь они покинули центр города и ехали через захудалые промышленные районы. Нико за рулём была необычайно молчалива, но она приехала с заспанными глазами и гигантским стаканом кофе — возможно, раннее утро было просто не для неё.

— Данте.

Он не сразу повернулся на голос Вергилия. Они были вместе уже несколько недель, но слышать, как брат-близнец произносит его имя, всё ещё отдавалось вспышками тревоги в теле Данте, предупреждениями о надвигающейся драке, о новых незаживающих ранах. Его рука дрогнула на шторах, но когда он наконец оторвал взгляд от окна, на его лице уже сияла привычная дежурная улыбка.

— Да?

— Не вздумай облизывать никакую странную чёрную жижу, которую мы можем там найти.

— Вечно ты обламываешь мне весь кайф, да, Вергилий?

Вергилий повернулся к нему, вздёрнув брови. — Кто-то же должен.

Шины взвизгнули, когда Нико затормозила, и Данте поднялся, чтобы выглянуть в лобовое стекло. Они стояли перед высоким массивным зданием, бежевые кирпичи которого отливали золотом в лучах восходящего солнца. В нём почти не было окон, и, учитывая район, где они находились, Данте предположил, что это фабрика. Что демоны здесь забыли? Над главными дверями массивными красно-жёлтыми буквами значилось «PENNY'S». Данте повернулся к Нико.

— Penny's? Типа тех шоколадных монеток?

— Те самые, единственные и неповторимые, — ответила она. — Вергилий прав: не вздумай набивать брюхо всяким подозрительным дерьмом только потому, что оно пахнет шоколадом. — Данте снова рассмеялся. Он, чёрт возьми, будет есть всё, что захочет. Нико расплылась в ухмылке, глядя на его веселье. — Уж лучше принеси мне оттуда чего-нибудь вкусненького. Вон Триш идёт.

Она вышла из главных дверей, её волосы сияли в утреннем свете — чертовски сногсшибательная. Чёрная кожа и впрямь шла ей больше, чем любой другой наряд, в котором он видел её за эти годы, — или, возможно, ему просто нравилась её привычность. Пятна шоколада виднелись у неё на щеке и прилипли к левому предплечью, но она даже не удосужилась их стереть.

— Ну что ж, пора присоединиться к этой сладенькой вечеринке, — заявил Данте.

Его головная боль отступила. Проходя мимо, он пнул Неро по ноге, заставив парня проснуться, затем закрепил Эбони и Айвори, прицепил Дьявольский меч Данте за спину и с размаху открыл сдвижную дверь фургона. Свежий воздух отбросил чёлку с его лица, и он ухмыльнулся. Физические упражнения непременно должны были выветрить остатки похмелья.

Данте выпрыгнул из фургона и направился к Триш, широко раскинув руки. — Ну что, детка, мы здесь ради вечеринки!

Тихое жужжание слева подсказало ему, что Неро последовал за ним, заряжая свой электрический бич дьявола, а едва слышное цоканье языком справа подтвердило, что Вергилий не сильно отстал. С флангов его прикрывали злой и чересчур полный энтузиазма племянник и высокомерный, но смертоносный брат — о чём ещё можно просить в этой жизни?

Триш упёрла руку в бок. — Я смотрю, ты притащил на сборище всю семью. Мы с этим мигом покончим.

— Я никогда не выхожу без своих шестёрок, — сказал он, большими пальцами указывая через плечо на остальных двоих.

— Шестёрок?

Неро и Вергилий повторили это с идеальной синхронностью: один со злостью, другой с презрением. Данте рассмеялся, и ему потребовалась вся его сила воли, чтобы не обернуться и не посмотреть на их тупые лица. Судя по веселью, сияющему в глазах Триш, зрелище было уморительным.

— Ладно. У тебя есть время, пока я не дойду до той двери, чтобы рассказать мне, что происходит, после чего я начну надирать демонические задницы и перестану слушать.

— Ты и так почти никогда не слушаешь, — заметила она. — Моррисон дал наводку. За последнюю неделю здесь пропадали рабочие, и мы обнаружили, что вся линия осквернена. Теперь оттуда бесконечным потоком прут демоны, и эти твари никак не дохнут. Леди сдерживает их натиск, но мы сражаемся уже несколько часов и не продвинулись ни на йоту.

— Понял-принял. Мы это исправим.

— Что значит «осквернена»? — спросил Вергилий, и Данте сбавил шаг, услышав напряжение в его голосе. Обычно он не позволял своим тревогам так явно проступать наружу.

Триш бросила взгляд через плечо. — Трудно объяснить. У этого демоническая природа, но я никогда не встречала и не слышала ни о чём подобном. Всё это кажется каким-то... неправильным.

— Там есть что-нибудь покрытое чёрной субстанцией?

Вопрос застал Триш врасплох, и она хмуро посмотрела на него. — Откуда ты знаешь?

— Обоснованная догадка. — Теперь все смотрели на него, а он лишь мрачно уставился на громаду фабрики. — Мы сможем обсудить это подробнее после того, как всё здесь зачистим. Советую не позволять прикасаться к этому никому, кроме Леди.

Данте чувствовал, как нарастает напряжение, и будь он проклят, если позволит недоверию испортить его идеальную семейную вылазку по охоте на демонов. Он отцепил меч и легко крутанул его в руке. — Ладно, наш план действий таков: убиваем демонов, останавливаем машину, отрыгивающую демонов, и избегаем чёрного желе. — Он хлопнул Вергилия по плечу, насладившись вспышкой возмущения на лице брата, а затем развернулся и зашагал к фабрике — сладкий звук пушек Леди манил его вперёд. — Пора надрать пару задниц.

Данте всегда считал, что его чутьё на демоническую хрень было отлично развито, но пока они прорубали себе путь сквозь заражённую шоколадную фабрику, ему пришлось признать, что они вышли на совершенно новый уровень. Во-первых, расплавленный шоколад формировался в знакомых клоунов с руками-косами, которые вторглись на Фортуну много лет назад. Они двигались так же, визжали так же, но всё их тело состояло из вкусного шоколада, заряженного демонической энергией, и у них не было внутренностей, которые можно было бы пронзить. Дьявольский меч просто проходил сквозь них, и он поймал себя на том, что призывает огненные клинки чаще обычного, сжигая тварей дотла прямо во время ударов. Вспышки молний подсказали ему, что Триш и Неро переняли ту же стратегию, а Леди и вовсе пришла вооружённая самым настоящим огнемётом.

На самом деле, беглый осмотр поля боя выявил одну деталь: только Вергилий использовал свой меч, и Ямато без проблем уничтожала этих тварей. Казалось, она вытягивала что-то из шоколада — кристаллы цвета блевотины, которые разбивались вдребезги мгновение спустя. И вместо того, чтобы преследовать собственные цели, он нацелился на тех, кого повалили остальные, разрубая их на мелкие кусочки прежде, чем они успевали восстановиться.

Значит, Вергилий знал, чего ожидать, и теперь у него было единственное оружие, способное по-настоящему легко расправляться с ними. Да уж, показатель хрени тут явно зашкаливал. Данте смотрел, как Вергилий скользит по полю боя, и каждый удар Ямато отдавался очередным шипом в животе, комком вспыхнувших сомнений и воспоминаний о предательствах. Если Вергилий снова что-то задумал... Но нет. Он не хотел в это верить. Они снова были семьёй, и на этот раз ничто их не разлучит.

Главный зал был почти зачищен, и хотя несколько шоколадных пугал продолжали вылезать из промышленных конвейеров, для их сдерживания больше не требовалась вся команда. Пора двигаться дальше. Данте спрыгнул со своего насеста и направился прямиком к двери рядом с этими конвейерами.

— Неро, Вергилий, оставайтесь здесь и контролируйте их численность. Леди, Триш? Покажите мне источник.

Девушки в мгновение ока расправились с демонами перед собой, рванув через широкое пространство и пробегая мимо него с заговорщицкими ухмылками в духе «кто быстрее». Неро и Вергилий выглядели так, будто хотели возразить, но из конвейера раздался скрежет металла, и Данте едва успел пройти мимо, как стена наверху взорвалась, снесённая огромным механизмом с большими режущими лезвиями и набором цилиндров размером с монету. Данте не сбавил шага, но развернулся на ходу, чтобы посмотреть, как они работают.

— Неро!

Вергилий находился дальше всех, почти в самом конце, но рванул к механизму. Неро, уже преодолевший половину пути, крутнулся на каблуках, поворачиваясь к нему лицом, и выбросил вперёд обе свои демонические руки. Одна схватила Вергилия за воротник, а другая послужила опорой для его ноги, и одним плавным движением Неро отправил отца в полёт через весь зал. Ожившая линия выбросила вперёд режущие цилиндры и метнула в Вергилия целую волну чёрных монет. Половину из них тут же расстрелял Неро, а остальные пали жертвой Ямато, что позволило Вергилию невредимым приземлиться прямо на механизм, на узкую опору в месте соединения цилиндров. Неро уже атаковал снизу, и его Красная Королева пылала. Ясно, что всё было под контролем.

Данте вышел за дверь, оказавшись в коридоре, тянувшемся вдоль производственной линии. Большая часть стен здесь тоже была разрушена, открывая вид на конвейерную ленту позади. Массивные машины, выполняющие всевозможные операции по раскатке, прессовке и резке, суть которых была для него тёмным лесом, — главное, чтобы ни одна из них не ожила и не набросилась на него. Запах шоколада, пропитавший здесь всё, заставил его желудок предательски заурчать. Надо было всё-таки прихватить остатки остывшей пиццы Вергилия перед уходом, с оливками или без. Он почти захотел попробовать этот шоколад, но предупреждение Вергилия насчёт чёрной жижи удержало его от этого. Что ж, единственным выходом для его пустого желудка было поскорее со всем этим покончить.

Данте шёл по следу из мёртвых шоколадных пугал, сжигая тех, кто начинал восстанавливаться. Что-то же должно было подпитывать их. Мёртвые демоны либо оставались мёртвыми, либо рассыпались в пепел, возвращаясь в Ад для любого процесса воскрешения, который их там ждал. Они не должны были возрождаться к жизни прямо там, где их зарубили. Вся эта затея была крайне неприятным делом — хотя Леди, вероятно, сказала бы, что это отличный источник дохода.

Данте уловил вспышку молнии впереди, за которой последовал радостный возглас и быстрое стаккато пушек Леди. Он рванул вперёд, жажда присоединиться к заварушке и прогнать из головы неприятные мысли взяла верх. С каждым новым шагом позади него возникали ярко-оранжевые клинки, и в каждом чувствовалась своя собственная острая воля. Он позволил Дьявольскому мечу Данте ненадолго исчезнуть, приблизившись к двум большим распашным дверям, и положил по пустой ладони на каждую из них. Данте с силой толкнул их, ухмыляясь, готовый к грандиозному, эффектному появлению.

Внутри находилось гигантское нагромождение механизмов из лезвий и давящих прессов, с двумя шарнирными манипуляторами, оканчивающимися клешнями размером с монету, и тремя массивными котлами. Куски стен облепляли эту конструкцию, словно защитная броня, а вокруг порхал рой монет в золотой фольге, и новые постоянно появлялись откуда-то из её недр. По помещению трещала энергия — Триш обрушила своё электричество на этот рой.

От громкого стука захлопнувшихся за спиной Данте дверей его сердце радостно запело.

— Назовите меня чокнутым, но, похоже, в вашем кошельке дыра!

Ни Триш, ни Леди не обернулись в его сторону, и этот конвейерный демон даже не дёрнулся. Данте надул губы. Какой во всём этом смысл, если публика его не слушает? Он выхватил Эбони и Айвори, выпустив шквал пуль в его голову. Ну, или в тот узел проводов и рычагов управления, который он принял за голову. Сложно сказать наверняка с этим уродливым нагромождением деталей. Медленно демон переключил своё внимание на него.

— Эй, здоровяк! Я говорю...

Ракета врезалась ему в бок, разнеся защитную стену в щепки, и оно снова отвернулось. Вот тебе и эффектное появление.

— Ну ладно. — Данте вытянул руку, быстро размяв пальцы, чтобы призвать Дьявольский меч. Когда теперь уже знакомая тяжесть клинка легла ему в ладони, он рванул вперёд. — Полагаю, придётся дать пару пенни за твои мысли.

Пока он бежал, в его сторону выстрелили толстые трубы, и Данте запрыгнул на них, уворачиваясь от зазубренных краёв, и помчался по всей их длине. Его призванные клинки сбили множество монет, летящих в его сторону, а пули Леди добили остальные. Он отсалютовал ей, пробегая над ней, затем снова подпрыгнул, уклоняясь от второй трубы прямо перед ударом, позволив демону разбить самого себя. В воздухе Данте раскинул руки, а затем потянулся глубоко внутрь себя, к тому невидимому узлу, где демон встречался с человеком, где физика теряла часть своего смысла. Под его ногами сверкнула призрачная платформа, и он прыгнул в третий раз как раз в тот момент, когда собранный демон пустил в ход огромную руку.

Он приземлился на край котла и присел, чтобы удержать равновесие. Под его ногами кипела чёрная жижа, испуская ядовитые пары и издавая лавоподобные звуки прямиком из самых дешёвых фильмов про вулканы. И если верить Вергилию, упасть туда могло быть ничуть не лучше. Ему почти захотелось окунуть туда пальцы ног и проверить.

— Эй, Данте! — крикнула Триш, прежде чем ей пришлось увернуться от плоских режущих лезвий, выдвинувшихся из машины. — Хватит устраивать экскурсии, начинай сражаться!

— Боже, ладно! Вы, дамочки, обожаете гонять меня до седьмого пота.

Смех Леди раздался справа от него, сильно выше. Должно быть, она использовала крюк-кошку Калины Энн, чтобы вскарабкаться на этот несуразный конвейер, и теперь держала свой дробовик в упор к одному из шарниров. — Мы просто не хотим, чтобы ты пропустил всё веселье!

Она разнесла шарнир вдребезги, а затем отпрыгнула с сальто прочь, прежде чем демон успел до неё добраться. Когда по обе стороны от неё с грохотом рухнули давящие валики, Данте ухмыльнулся.

— Ты права. Надо отработать свои сладости!

К тому же, у него чесались руки устроить небольшой погром. Данте вытянул шею, глядя вверх на массивный клубок проводов и панелей, напоминавших пульт управления, а затем проследил мысленный путь вдоль вращающихся лент, стреляющих монетами цилиндров и механических рук до того места, где он сейчас стоял. Паркур со сверкающим мечом всегда был одной из его любимых частей.

Он оттолкнулся от котлов, вонзая Дьявольский меч в тело демона и изворачиваясь так, чтобы поставить обе ноги по бокам от него, а затем прыгнул в сторону длинного плоского лезвия справа. Данте опасно приземлился на него и тут же рубанул вниз, отсекая это оружие от остальной части тела. Он двигался дальше ещё до того, как оно начало падать, постоянно бегая, прыгая, скользя и разрубая. Дьявольский меч Данте оставлял огромные красные борозды везде, где он проходил, отрывая куски конвейера и повреждая остальные. И всё же на каждую отрубленную им деталь тянулись трубы и провода демона, подбирая и прикрепляя их обратно. Он не возрождался, как шоколадные пугала, но был близок к этому.

Отвлекшись на этот процесс, Данте лишь в последний момент заметил толстую трубу, с размаху хлестнувшую через всю комнату. Он выставил руку и принял на себя часть удара, но тяжёлый металл отправил его в полёт прямо в стену. Боль пронзила спину и ослепила его на краткий миг — а когда он пришёл в себя, то обнаружил ещё десятки щупальцеподобных труб, до боли напоминающих переплетение корней Клипота, прикреплённых к спине Уризена. Он поморщился, снова подобрал Дьявольский меч и тут же бросился обратно в бой. На другом конце комнаты Триш отзеркаливала его движения.

Трубчатые каналы устремились к ним обоим, заставив Данте сосредоточиться на себе, на ритме земли под ногами, напряжении в мышцах, когда он прыгал и изворачивался, биении своего сердца и азарте момента. Затем он рубанул по одной из труб, чтобы отвести её в сторону, и её содержимое вылилось наружу, забрызгав его с ног до головы.

Данте заметил чёрную жидкость, вонь, а затем его пронзила внезапная боль, словно тысяча игл впилась в кожу на плече, руке и груди, куда попали брызги, только вот они били во что-то более глубокое, что-то сокровенное. Словно чья-то рука сжала его душу.

Удивлённый крик Триш донёсся до него приглушённо, издалека. «Обернись. Что-то происходит. Действуй!» Он мысленно ругал себя, пытаясь пошевелиться, осознать то, что видели его глаза — трубы подняли его подругу в воздух, плотно обвив её тело и прижав руки. «Опасность». Почему его разум был таким вялым? Казалось... словно что-то высасывало из него силы, отводило его энергию. Он поднял покрытую слизью руку — сплошные когти и тёмная кожа, под которой блестел красный огонь. Что...

Данте стряхнул с себя часть оцепенения. Это не имело значения. Эта колючая слизь хотела отведать демона внутри него? Он мог это устроить. Данте закрыл глаза и высвободил свой дьявольский облик, дав ему полную свободу. Со временем это стало даваться гораздо легче, всё меньше и меньше этой его части нуждалось в контроле и подавлении. С этим высвобождением взорвалась мощь, его тело изменило форму, став массивнее, твёрже, а мышцы наэлектризовались от неё. Он издал медленный, довольный вздох, словно потягиваясь после долгой поездки на машине. Данте резко расправил крылья, теперь его разум прояснился, став способным оценить ситуацию.

Триш трещала от электричества, по трубам пробегали разряды молний, но всё без толку. Леди устроила Калину Энн на плече и открыла шквальный огонь, выпустив в неё серию ракет. Две трубы взорвались, расплескав ещё больше жижи по земле, но на их месте тут же появились новые. И теперь этот огромный клубок, бывший демоном, обрушивал на Леди отросток, состоящий из кусков стены и металла.

Данте взлетел, перехватив эту руку прежде, чем она успела врезаться в его подругу, а затем отшвырнул её прочь. Ударная волна прошла по всему демону, и на мгновение он перестал подтягивать Триш к себе. Данте полетел прямо на него, вращаясь и буквально вкручиваясь сквозь трубы. Капли чёрной субстанции попали на его крылья, пока он прорывался сквозь них, и разлетелись в стороны, словно отвергнутые им пылинки, так по-настоящему и не коснувшись его. Комнату наполнил глубокий рёв, и котлы демона подались вперёд, наклоняясь, чтобы вылить остатки своего содержимого на Триш, которая приземлилась прямо под ними. Данте уже чувствовал, как его энергия выгорает. Значит, осталось сделать только одно.

Взмахнув огромными крыльями, он бросился к самому нижнему котлу и обхватил его своими толстыми руками. Он напрягся, упираясь в тяжёлый металл, и в этот момент сотни парящих монет устремились к нему. Данте зажмурился, позволив миру исчезнуть, раствориться, став ничем иным, как пульсацией демонической энергии — внутри него и повсюду вокруг. С тех пор как он поглотил Спарду, он мог чувствовать других демонов, видеть их как точки света на мысленной карте, и, определив местоположение монет, он выпустил за ними сотни крошечных языков пламени, словно стаю светлячков. Затем он совершил последний рывок, оторвал котёл и швырнул его далеко-далеко, прямо в стену.

Он разбился вдребезги в тот самый момент, когда энергия Данте иссякла, его плотные демонические мышцы сдулись, и он тяжело рухнул на землю, истощённый, с кружащейся головой. Прямо над его головой взорвалась ракета, отбросив лезвие прежде, чем оно успело разрезать его, и он почувствовал Леди у своего плеча — она стояла с пушками наготове, пока он приходил в себя. Он тяжело поднялся на ноги, осматривая комнату в поисках Триш, и обнаружил её прислонившейся к стене; одна её нога, казалось, была намертво прикована к земле этой чёрной жижей. Так, ну ладно, возможно, Вергилий был прав, и это дерьмо было дурным знаком. Теперь-то уж поздно. Он повернулся к целому котлу, который швырнул в стену, и поморщился.

Целые куски стены перестраивались вокруг этого котла, разрывая здание на части. Части потолка, казалось, тоже оторвались сами по себе, добавившись к этой мешанине из жижи и штукатурки. Часть демонического конвейера потянулась к нему, словно желая слиться с ним воедино, а его механические руки отстёгивали второй котёл в то самое время, когда Данте и Леди рванули через всю комнату, чтобы присоединиться к Триш. Глубокий гул сотряс фабрику.

— Эта тварь просто так не сдохнет, да? — сказал Данте, вызывая тёмно-красный клинок, чтобы сжечь слизь, затвердевшую вокруг её ноги.

— Наблюдателен, как всегда, Данте! — Лёгкая насмешка Триш принесла облегчение. Раз она могла подкалывать его, значит, всё не так уж плохо. — Мы позвали тебя не просто так, но, по-моему, ты сделал только хуже.

— Ты хотела сказать «добавил сложности».

Леди фыркнула, и он практически увидел, как она закатывает глаза. — Я сражаюсь уже три часа. Боеприпасы не вечны.

Данте закончил свою работу, а затем помог Триш подняться на ноги. Она старалась не опираться на больную ногу. — Самый простой путь — позвать Вергилия. Уверен, вы заметили, что Ямато сделала с мелкими демонами.

Леди нахмурилась. — Ни за что на свете. — Она устроила Калину Энн на плече, поворачиваясь к огромному демону. Второй гигантский котёл теперь был свободен, и Данте подозревал, что они совершили ошибку, ожидая перегруппировки. — Давай покончим с этим.

Данте не мог не усмехнуться. Насчёт Вергилия он говорил лишь наполовину всерьёз. Конечно, это бы сработало, но он им не нужен — не в том случае, если рассказ Неро об их битве на демоническом поезде был правдив. Красная Королева разнесла тот двигатель, а не Ямато. У Триш, должно быть, промелькнули схожие мысли, потому что она посмотрела вверх на эту тварь, уперев руку в бок.

— Нам нужно добраться до той панели управления наверху. Поджарить её до полного небытия.

— Легко, — сказал Данте. — Леди может нас подбросить. Хочешь оказать нам эту честь, Триш?

Она задумалась, и с каждой секундой её хмурый взгляд становился всё мрачнее. — Нет, лучше дам ноге отдохнуть. Развлекайся сам.

— Блеск.

Он повернулся к Леди и кивнул. Она кивнула в ответ, и он рванул с места. Мгновение спустя у него за спиной выстрелила Калина Энн. Данте прыгнул в самый последний момент, его идеальный тайминг, выработанный годами практики, не подвёл, и он радостно гикнул, когда его подошвы коснулись раскалённой ракеты, приседая для равновесия. За одну великолепную секунду он пролетел через всю комнату и взмыл ввысь, а затем Данте спрыгнул с ракеты как раз в тот момент, когда она врезалась в демона, сделал сальто в воздухе и пустил в ход Дьявольский меч. Меч вонзился в панель управления, рассыпая снопы искр, и демон под ним взревел. Трубы и лезвия дёрнулись вверх резкими, прерывистыми движениями, и Данте повернул клинок, а затем толкнул его в сторону, прорубая ещё глубже.

От демона раздался пронзительный визг, быстро нарастающий по силе, а затем вся эта тварь взорвалась прямо под ним.

http://tl.rulate.ru/book/207191/26069310