Готовый перевод Live broadcast from 1980: Internet users taught me how to make a rocket with my own hands. / Учусь делать ракету своими руками в Прямом Эфире: Глава 20. Огонь среди зимы

Линь Си не шелохнулся.

Он просто и не спеша надел пару хлопчатобумажных перчаток.

Затем он поднял голову,

его взгляд был прикован к мужчине средних лет, который шумел в толпе громче всех.

Дай, инженер из энергетического отсека базы, славился своей дотошностью и скупостью.

— Товарищ, — начал Линь Си негромким голосом, —

вы только что сказали, что это лишь для вида?

Инженер Дай поправил очки и фыркнул:

— Молодой человек, не подумай, что я тебя принижаю.

— Эта штука потребляет электричество, верно?

— Разве внутри не нихромовые нити?

Он указал на нагревательный элемент, приняв вид знатока:

— Это же электрическая плитка!

— Минимум киловатт!

— Если оставить её включённой на всю ночь, счётчик электричества закрутится, как вентилятор! Это не обогрев, это сжигание денег!

— У меня дома угольная печка, она дешёвая и экономичная, кто же будет таким простаком?

Услышав это, те немногие, кто уже было поддался искушению, тут же спрятали руки обратно в рукава.

— И правда, слишком энергозатратно.

— Кто же сможет так жить?

— Инженер Дай знает своё дело, чуть было этот молодой человек нас не обманул.

Общественное мнение мгновенно обернулось против него.

Лицо Сунь Эрга стало бледным, как бумага, а Лю Гуйхуа, державшая мегафон, не осмеливалась больше ничего выкрикивать.

Линь Си, однако, это позабавило.

Он сделал несколько шагов к инженеру Даю, ничуть не рассердившись, а наоборот — зааплодировал.

— Отлично сказано! Профессионально!

Линь Си поднял большой палец вверх. — Инженер Дай, ваши расчёты весьма проницательны.

Инженер Дай уже приготовился было похвастаться.

Линь Си резко сменил тему, задав провокационный вопрос:

— Но позвольте спросить: вы платите за электричество на нашей базе?

Инженер Дай опешил: — Нет, база предоставляет фиксированную норму…

Не успел он договорить, как поперхнулся.

Линь Си не дал ему опомниться.

Он развернулся к толпе, его голос мгновенно окреп, а в облике проступила властность:

— Соотечественники!

— На нашей базе действуют правила: электричество в семейных общежитиях — это социальная льгота!

— Это привилегия, которую государство дарует нам, работникам аэрокосмической отрасли!

— Включить лампочку — это льгота, включить обогреватель — тоже льгота!

— Счёт за электричество для этого «Маленького солнца Красной Звезды» —

Линь Си поднял указательный палец, очертив в воздухе резкую линию, его выражение лица было решительным:

— Он... бесплатный!

«Бум!»

Эти слова подействовали как бомба, полностью разрушив ментальные барьеры всех присутствующих.

Линь Си не дал им перевести дух, указывая на инженера Дая:

— Вы говорите, что уголь — это дёшево? Давайте посчитаем!

— Уголь стоит три мао за ночь, это девять юаней в месяц! Тридцать юаней за зиму набегает только так!

— И это ещё не считая расходов на труд: вставать посреди ночи, чтобы подбросить уголь и выгрести золу!

— На покупку угля нужен талон, нужно искать транспорт, чтобы его привезти, от растопки печи дом наполняется копотью, да и риск отравления угарным газом остаётся!

— А этот мой аппарат! — Линь Си похлопал по раскалённому прибору. —

— Просто включил в розетку, и он работает, и не нужно платить ни копейки за свет!

— Вот это и есть настоящее тепло государственной заботы!

— Вы предпочтёте тратить деньги и страдать или предпочтёте получить что-то бесплатно…?

— Кхм, наслаждаться бесплатным государственным электричеством и согревать жену и детей всю зиму?

Логика была безупречной.

В наше время нет ничего более раздражающего, чем мысль о том, что кто-то «пользуется общественными ресурсами».

Инженер Дай открыл рот, его разум лихорадочно работал, но он не смог найти, что ответить.

— Кажется… в этом есть смысл, — засомневался кто-то в толпе.

— Больше не нужно покупать уголь?

— Экономия более тридцати юаней в год?

— Тогда этот прибор не такой уж и дорогой!

— Более чем недорогой.

— Это как заплатить за уголь на год вперёд, чтобы потом греться бесплатно!

Настроение толпы явно изменилось.

Инженер Дай, немного смутившись, решил пойти на конфронтацию:

— Это… это всё равно не годится!

— Эта штука опасна!

— Посмотрите на этот ярко-красный цвет, а что если ребёнок опрокинет его и подожжёт постель?

— Угольная печь — это хотя бы кусок железа, а от этой штуки случится пожар, если она упадёт!

— Верно! Безопасность превыше всего!

— Будет ужасно, если случится пожар!

Уверенная улыбка Линь Си стала шире.

— Все, смотрите внимательно!

Он внезапно поднял ногу и пнул два работающих аппарата.

«Дзынь! Дзынь!»

Два прибора рухнули на землю, упав прямо в снег.

Однако ожидаемых искр не последовало.

Как только аппараты наклонились и упали, слепящий красный свет погас.

Гробовая тишина.

Линь Си наклонился и поднял их.

«Щёлк».

Красный свет снова вспыхнул, волна тепла продолжила исходить от приборов.

— Чёрт возьми! Потрясающе!

Толпа взорвалась криками: — Что это за технологии? Он автоматически отключается, когда падает?

— Система защиты с датчиком гравитации при опрокидывании.

Голос Линь Си был спокойным.

— Тот же принцип, что и в системе управления ориентацией спутника «Красная звезда-2».

— Если наклон превышает 30 градусов, питание отключается в течение 0,1 секунды.

— Это называется — аэрокосмический стандарт.

Чат прямой трансляции неистовствовал:

[666! Этот пинок продемонстрировал уверенность промышленности!]

[Хардкорные продажи! Ставлю этой жестокой проверке высший балл!]

[Инженер Дай: Кто я? Где я? Почему моё лицо так сильно горит?]

[Это не продажа бытовой техники, это явно пространственная атака!]

[Эта система безопасности в 1980 году определённо выглядит как инопланетная технология!]

Зрители тоже пришли в восторг.

Это не просто техника, это чудо!

— Я хочу такой!

Дай, который всего минуту назад придирался к мелочам, первым бросился вперёд.

Его скупость и дотошность растаяли в тепле.

— У моей жены только что родился ребёнок, и она дрожала от холода, кормя грудью по ночам. С этим она больше не будет бояться!

— Сколько стоит? Я куплю!

Губы Линь Си слегка изогнулись, когда он посмотрел на Лю Гуйхуа.

Лю Гуйхуа вздрогнула, глубоко вздохнула и подняла мегафон.

Она выкрикнула самое смертоносное заклинание той эпохи:

— Тридцать восемь юаней!

— Промышленные талоны не нужны!

— Талоны на товары не нужны! Платите, и я отдам вам прямо сейчас!!!

Талоны не нужны.

В эпоху, когда даже для покупки умывальника требовались талоны, а на покупку фунта хлопка существовали квоты.

Сила этих трёх слов — «Талоны не нужны» — была безумнее любого «аэрокосмического стандарта».

Это означало, что пока у тебя есть деньги, ты можешь обладать этим теплом и достоинством.

Бум!

Толпа полностью потеряла контроль, хлынув вперёд, словно прорванная плотина.

— Я беру один!

— Дайте мне один!

— Не толкайтесь! Я здесь был первым!

— Я заплачу сорок! Отдайте мне этот выставочный образец!

Десятки рук размахивали купюрами, обступив прилавок Линь Си.

— В очередь! Вставайте в очередь!

Ван Дапао встал впереди, защищая приборы.

Сунь Эрга держал деревянный ящик, его руки дрожали.

Деньги.

Сплошные деньги.

Помятые одноюаневые банкноты, двухъюаневые и новенькие десятиъюаневые купюры сыпались в ящик, словно снежинки.

— Эй! Товарищ, это ваша сдача!

— Не хватайте! Этот — для этой дамы!

Пять минут.

Всего пять минут.

Десять приборов, которые он принёс, вместе с двумя выставочными экземплярами, что испытали на прочность, были расхватаны, не оставив ни единого провода.

Те, кому не досталось, смотрели на Линь Си налитыми кровью глазами, отказываясь отходить от прилавка.

— Менеджер Линь!

— Вы ведь тот самый, кто починил «машину-людоеда» в пятом цеху?

— Я вас узнал! Я тоже хочу заказать!

Мужчина, похожий на мастера цеха, протиснулся вперёд, выкладывая две десятиъюаневые купюры.

— Двадцать юаней!

— Вот вам предоплата!

— Первый прибор завтра должен быть у меня!

— Иначе я буду ночевать на вашем пороге!

— И я!

— И я!

Линь Си вытащил из кармана блокнот и невозмутимо начал делать записи.

Перо скрипело по бумаге.

Холодный ветер по-прежнему завывал, но на этой небольшой открытой площадке пылало тепло, и сердца людей горели страстью.

Это была зима 1980 года, огонь, пронзивший холодную ночь.

http://tl.rulate.ru/book/204708/25101597