Готовый перевод Fate Master: Rewrite Your Destiny and Rule the World / Мастер судьбы: переписываю жизни и ломаю систему: Глава 14

Лю Чжао поднялся в колесницу четырёх коней. Там он встретил ровесника по имени Чжао Чэн. Пусть они виделись впервые, но, будучи выходцами из одного края, быстро нашли общий язык и увлеченно заговорили.

Вдруг Лю Чжао нахмурился, и лицо его исказилось в некрасивой гримасе. Заметив это, Чжао Чэн усмехнулся и поддразнил:

— Лю Чжао, если не поторопишься, придется штаны менять. Ступай, здесь, в колеснице, никто не посмеет воровать.

— Спасибо!

Лю Чжао бросил слова благодарности и поспешно выскочил к уборной.

— Ну и махина! Кажется, больше, чем главная изба в моем доме!

Оглядевшись, Лю Чжао понял, что эта уборная даже лучше его собственной, к тому же в этот лютый мороз здесь не чувствовалось ни капли холода.

«Неужели это и есть внешний мир? Какой же он... огромный!»

Пока Лю Чжао предавался раздумьям, две огромные лошади медленно остановились.

— О! Приехали!

Почувствовав остановку, Лю Чжао в спешке подтянул штаны и выскочил вон.

Глядя на него, Чжао Чэн не знал, смеяться ему или плакать, и лишь беспомощно выдохнул:

— Лю Чжао, не стоит так суетиться, отсюда до Сюэгуаня еще далеко.

— А? Вот как? Тогда пойдем!

С этими словами Лю Чжао уже собрался подхватить узел, но Чжао Чэн перехватил его и с улыбкой пояснил:

— Нам не придется идти пешком. Эта колесница слишком велика, чтобы заезжать в города. Сейчас ее отсоединят, и сама кабина поедет дальше, доставив нас в город!

— Что? Этот огромный деревянный ящик умеет ходить сам по себе?

Лю Чжао ахнул. Он вспомнил слова учителей о том, что искусные мастера с судьбой Ремесла могут заставить дерево и камень говорить, а железо — ходить. Теперь казалось, что едущий самостоятельно кузов — вовсе не чудо.

— Еще бы! Мало ли что. Говорят, в Империи есть даже железные птицы, парящие в небесах, и стальные корабли, бороздящие бездны океана. Есть даже куклы, которые ведут себя как обычные люди!

Стоило зайти речи о ремесленном мастерстве, как глаза Чжао Чэна загорелись, и он затараторил без умолку. Лю Чжао не тяготился его болтовней и с интересом слушал.

— ...Кстати, Лю Чжао, ты ведь впервые в Поселке Цинша?

Лю Чжао смущенно улыбнулся. Чжао Чэн не придал этому значения и лишь участливо добавил:

— Меня отец возил сюда один раз, только тогда и узнал обо всем этом. Помню, тогда мне самому пришлось платить за проезд. Если бы не это Свидетельство о зачислении, я бы точно поскупился!

— И то верно!

Лю Чжао тоже вздохнул. Хоть колесница четырёх коней и была быстрой и давно стала привычной, цена поездки составляла семьсот монет — для деревенских парней это были баснословные деньги.

— Ладно, садись скорее, скоро кузов отсоединят!

— О, хорошо!

Раздался глухой «бум» — кабина резко опустилась на несколько дюймов. Все вздрогнули от неожиданности. Следом послышалось глухое ржание, и две огромные лошади вновь тронулись в обратный путь.

— Они поехали запрягать другую повозку в другом месте!

— Пояснил Чжао Чэн.

— Да присядь ты уже, еще подождем!

Лю Чжао послушно сел. Ему очень хотелось выглянуть наружу, но, думая о предстоящей учебе, он лишь украдкой оглядывал присутствующих.

Во время разговора с Чжао Чэном Лю Чжао мельком взглянул на остальных, но тогда не приглядывался. Теперь же он заметил, что большинство одеты в грубые хлопковые одежды; люди были сухощавыми, с красновато-черной кожей и затравленными взглядами. Почти не было никого с такой приятной внешностью, как у Чжао Чэна. От этого Лю Чжао стало спокойнее, и он невольно выпрямил спину.

Спустя время, равное чаше чая, кабина наконец замерла. Лю Чжао опешил и хотел было встать, но, вспомнив о недавнем, посмотрел на Чжао Чэна.

— Не спеши, просто сиди. Мы спустимся так же, как поднялись.

— А? Но ведь нужно... а-а!

Лю Чжао не успел договорить: кабина резко пошла вниз. В панике он совсем забыл, что это просто спуск, и, оттолкнувшись ногами, прыгнул вверх на добрых два метра, а затем инстинктивно ухватился за висящую рядом веревку.

— Фух... пронесло! Нет, погодите! Что я творю!

Лю Чжао только успел выдохнуть, как увидел, что остальные подвесные корзины мягко опустились на землю. И только он, словно обезьяна, болтался на веревке.

— Эй, Лю Чжао, ты чего там застрял? А ну слезай!

Услышав крик Чжао Чэна, Лю Чжао поспешно отпустил руки и приземлился на землю.

— А говоришь, хочешь боевые искусства изучать. Не верил я! С такой-то прытью ты меня бы побил!

Чжао Чэн помог ему подняться, его черные глаза сияли.

— Ты не представляешь, я с детства был пухлым и хилым, пару шагов не мог пройти без одышки. А тут такое... Тц-тц-тц, обязательно научишь меня паре приемов!

Лю Чжао неловко усмехнулся, поправил узел на плече и с любопытством спросил:

— Мы уже на месте?

— Ага, смотри!

Лю Чжао поднял взгляд и замер. Перед ним выросла огромная гора. Нет, не гора — стена. Могучая городская стена, подобная горному хребту. На взгляд Лю Чжао, она была величественнее трех гор, окружавших деревню Шипань.

Внезапно в памяти всплыло выражение, которому его учил наставник:

— Какая грозная твердыня!

— Впечатляет, да?

Чжао Чэн уже стоял рядом, и лицо его было полно восторга.

— Циншагуань — это застава уездного уровня. Ее высота достигает сорока чжанов, а толщина — двадцати. Здесь полно различных формаций и оружия. Даже если навалятся десятки тысяч зверей Ду, им ее не взять.

Он замолчал на мгновение, а затем продолжил:

— Кроме того, Циншагуань хранит в себе удачу всего уезда, поэтому от нее веет странным величием. Даже мастера судьбы стадии Цзюцзы, если долго смотреть, почувствуют себя не в своей тарелке!

Удача — вещь непостижимая, ее происхождение невозможно отследить. Известно лишь, что с появлением мастеров судьбы появилось и понятие удачи. У всего сущего в мире — будь то люди или трава и камни — есть своя удача.

Тот, чья удача велика, может превратить беду в благо, а горе — в счастье, и даже повелевать законами мира одним словом. Но такие люди — редкость, их не встретишь и за тысячу лет. В нынешнем мире лишь Император Даянь Чжань Янь способен на подобное.

Что касается неодушевленных предметов — если это нечто жизненно важное, охраняющее целый уезд, как Циншагуань, — то, помимо огромной ценности, они вбирают в себя великие чаяния жителей Поселка Цинша, обретая мощную ауру.

— Ладно, пойдем быстрее, а то голова закружится!

Чжао Чэн потянул Лю Чжао к воротам. Лю Чжао посмотрел вперед: высокие ворота были украшены крупными иероглифами «Циншагуань». Сами они отливали черным блеском, словно были отлиты из стали. У входа застыли две шеренги воинов в доспехах.

Лю Чжао украдкой разглядывал их. Высокие, в черных латах, с устрашающими масками на лицах, они сжимали копья, а на поясах у них висели ценные мечи. От них исходила мощь, подобная тяжести гор.

— Эй, не пялься!

Чжао Чэн дернул Лю Чжао за рукав и прошептал:

— Это закаленные воины, у каждого сила не ниже стадии Цзянлуй. К тому же они мастерски владеют военным строем. Даже если на них нападет небольшая группа зверей Ду, они легко отразят атаку.

Он понизил голос:

— Если обычный человек будет долго на них смотреть, его придавит их аурой, можно и в обморок упасть. Пошли скорее!

Лю Чжао словно очнулся от сна и поспешно побрел вперед, опустив голову.

http://tl.rulate.ru/book/201708/24793159