Готовый перевод Daily Check-In System: From Loser to Invincible / Система ежедневных наград: от неудачника до легенды: Глава 2

Тут же Ся Чжэньюй, не в силах сдержать нетерпения, принял оставшиеся награды.

Кроме Жемчужины Хаоса — награды сверхбожественного ранга, которая, едва появившись, прочно закрепилась в его даньтяне, — в сознание хлынуло глубокое и тёмное Сокровище: «Формула Созидания Неба и Земли». Знаки на ней он не узнавал. Впрочем, это не имело значения — система сама вела автоматическое культивирование.

Благодаря самопроизвольному совершенствованию через Формулу Созидания Неба и Земли и очищению Семиотверстным Сердцем Меча, Ся Чжэньюй уже обрёл определённую силу. Согласно делению на уровни культивации, он стал культиватором начальной стадии Заложения Основы. Сжав духовную ци в даньтяне до жидкого состояния, он построил Дао-основу и официально переступил порог бессмертного пути.

Из описания системы и содержания Формулы Созидания Неба и Земли Ся Чжэньюй узнал, что уровни культивации делятся примерно на: Тренировку Тела, Тренировку Ци, Заложение Основы, Золотое Ядро, Зарождение Души, Трансформацию Духа, Слияние с Дао, Великое Завершение, Преодоление Бедствия. Каждый уровень делится на четыре этапа: начальный, средний, поздний и великое завершение.

Ся Чжэньюй внутренним взором оглядел Жемчужину Хаоса в даньтяне и заметил: из неё непрерывно рождается ци, питая его даньтянь. А из-за высочайшего ранга техник и телосложения его даньтянь был необычайно просторным. Как поясняла система, у обычного культиватора на стадии Заложения Основы даньтянь — это вихрь ци; с практикой вихрь превращается в поле ци. Чем больше поле, тем больше в нём ци, тем дольше можно сражаться и использовать больше боевых искусств.

У Ся Чжэньюя же даньтянь вернее было бы назвать не даньтянем, а Озером Дань.Под питанием Жемчужины Хаоса оно непрерывно расширялось, а истинная ци в нём отливала лёгким фиолетовым оттенком высочайшего качества.

Кроме того, была награда легендарного ранга — Высшее Искусство Алхимии. Едва приняв её, Ся Чжэньюй мгновенно постиг множество рецептов пилюль и разновидностей трав. Польза этой награды для культиватора не требовала пояснений.

Награда божественного ранга — Глаз Проницательности. Как ясно из названия, обладатель этого дара мог в любой миг узнать базовую информацию о человеке или предмете перед собой и даже прочитать мысли. Истинный артефакт для путешествий и дома, для убийств и грабежа сокровищ.

Он легко взмахнул рукой — в ладони появилась грубая старинная табличка.

На одной стороне были вырезаны горы, реки, травы, деревья, птицы, звери, рыбы и насекомые. На другой — лишь странный иероглиф.

«Император».

Так выглядел Приказ Небесного Императора. Тоже хаотический артефакт, рождённый в начале мира. Он мог вбирать души, кровь, трупы и ци в определённом радиусе, а затем вынашивать армию, преданную хозяину. Также он умел разбирать память поглощённых душ.

Воистину хорошая вещь.

С этим сокровищем он мог, как снежный ком, наращивать силу и создавать верных подручных. Даже если сам будет слаб, численным преимуществом сможет перетереть противника.

Плащ, надёжно укрывающий его плечи, — легендарное Небесное Одеяние Линлун, источавшее сияние драгоценного стекла. Оно меняло форму по воле хозяина и обладало высочайшей защитой. С таким плащом, если только в него не запустят ядерную бомбу, можно было смело идти напролом по всему миру.

А награда легендарного ранга — Высококлассный андроид из Механической Эры — оказалась биороботом в облике мужчины средних лет.

Если бы не система, Ся Чжэньюй сам бы не поверил, что стоящий перед ним мужчина — биоробот.

Он мог есть, переваривать и превращать пищу в биоэнергию, как обычный человек, а также поглощать другие источники энергии для подзарядки.

И благодаря высочайшему чипу — лучшему продукту из субвселенной, специализировавшейся на науке и технике, — он обладал мощным искусственным интеллектом и навыками анализа данных. И был абсолютно предан хозяину. Ся Чжэньюй мог поручить ему любую работу.

Стоя на верхушке дерева высотой в десятки метров, он обозревал весь мир.

На душе у Ся Чжэньюя, напротив, стало спокойнее — возможно, из-за формирования Семиотверстного Сердца Меча.

В этот момент Приказ Императора, находившийся в даньтяне, слабо дрогнул.

— Это... душа зверя-демона?

Сейчас Приказ мог вбирать души лишь в радиусе пяти ли вокруг. А кровь и трупы — только если они были рядом с Ся Чжэньюем.

Иначе, когда он вернётся в Главный мир, исчезновение тел погибших в авариях и больничных покойников будет выглядеть слишком ужасно.

Сейчас Ся Чжэньюй ясно видел: в пространстве таблички души зверей засасывало в вихрь, а затем они перерождались в иные формы жизни. Через Приказ он ощущал постепенно устанавливающуюся связь.

«Я зазнался!» Иметь сразу столько читов — Ся Чжэньюй мог описать себя лишь тремя словами: «Непобедим!»

— Система, открой личное меню.

«Хозяин: Ся Чжэньюй

Телосложение: Семиотверстное Сердце Меча (Мифическое)

Техника: Формула Созидания Неба и Земли (Мифическая)

Боевое искусство: Формула Меча Бушующих Волн (Эпическая)

Способность: Глаз Проницательности (Мифическая)

Артефакты: Жемчужина Хаоса (Сверхбожественный), Приказ Небесного Императора (Сверхбожественный), Небесное Одеяние Линлун (Легендарное)

Титулы: Нет

Спутник: Нет

Прочее: Высшее Искусство Алхимии (Легендарное), Высококлассный андроид из Механической Эры ×1 (Легендарный)»

— Круто!

Проведя некоторое время внутри Жемчужины Хаоса, наш бывший неудачник вернулся на Голубую Звезду.

В Жемчужине он пробыл почти час, а в реальности прошло не больше десяти минут. Если так, то, занявшись выращиванием трав или животноводством, он мог бы озолотиться! Сейчас Ся Чжэньюй уже грезил, как станет крупным фермером.

Конечно, по сравнению с разработками самой Жемчужины Хаоса, будь то торговля лесом или разведение скота, всё это было мелочью. Однако, если это принесёт пользу и ему, и родине, возможно, когда-нибудь он этим займётся.

Сняв остальную одежду, Ся Чжэньюй достал из Кольца хранения Небесное Одеяние Линлун. Легко встряхнул — и сияющая бессмертная мантия мгновенно превратилась в строгий стоячий воротник, напоминающий костюм Сунь Ятсена. Ткань выглядела очень дорогой и сидела идеально.

Снова встряхнул — одеяние стало модным прикидом крутого парня.

Сам Ся Чжэньюй был недурен собой, а после очищения телосложения и питания ци его аура разительно переменилась.

Теперь красивую одежду — стань перед зеркалом с шиком.

— Чёрт, я теперь просто охренительно крут!

Удача поднимает настроение. К тому же неудачник вдруг стал нуворишем — даже с Сердцем Меча Ся Чжэньюй невольно стал заносчивым.

Однако успокоившись, он тщательно обдумал всё.

Эти сокровища и техники пока не могли напрямую изменить его жизнь. Развитие техник требует времени.

А то, что ему сейчас требовалось остро, — только деньги.

Как превратить свои производственные ресурсы в производительную силу и таким образом создать богатство, стало главным вопросом для размышлений Ся Чжэньюя.

Его семья была обычной.

Отец — сантехник, работавший с мелким бригадиром; месячная зарплата — пять-шесть тысяч юаней, но деньги часто задерживали. Мать — домохозяйка, присматривала за младшей сестрой, которая училась в средней школе. В этом году они построили новый дом. Так что семья, хоть и не голодала, но до благополучия было далеко.

Вспомнив, сколько знаний о бессмертных травах и рецептах пилюль появилось в его голове, а также то, что в Жемчужине Хаоса многочисленная ци и время течёт медленнее, чем на Голубой Звезде, Ся Чжэньюй быстро нашёл способ монетизации.

Верно — перепродажа трав.

А торговля лесом, развитие животноводства и добыча полезных ископаемых — это потом.

Осматривая Жемчужину, он уже заметил несколько редких трав, существующих на Голубой Звезде, причём высочайшей выдержки.

Столетний женьшень — как сорняк, тысячелетний женьшень — бегает повсюду.

Не использовать это — значит, попусту растратить накопленные за бесчисленные годы в Жемчужине Хаоса лекарственные растения.

Кстати, провинция Наньюнь — важный регион Великого Ся по производству ценных трав, так что сбыть их будет легко.

Сказано — сделано. В два глотка проглотив стильную упаковку жареного риса.

Ся Чжэньюй тут же отправился из школы на ближайший рынок, купил инструменты для сбора трав.

Найдя безлюдное место, сложил инструменты в Кольцо хранения, с трудом удерживая бурлящее волнение, достал телефон и начал искать адреса магазинов, скупающих травы в этом городе.

Затем, выбрав на окраине укромный угол без камер, он мелькнул и вошёл в Жемчужину Хаоса.

Внутри он с помощью Глаза Проницательности быстро отыскал замеченные ранее ценные травы. Сначала осторожно срезал инструментами, поначалу испортил несколько, но сноровка росла, и скоро он собрал с десяток редких растений. Затем вернулся в реальность.

Конечно, Ся Чжэньюй был осторожен.

Из десятка трав только три были тысячелетней выдержки, остальные — по несколько сотен лет. Но и этого, благодаря насыщению ци внутри Жемчужины, было достаточно, чтобы их лекарственная сила в мирском мире считалась вершиной.

Следуя по найденному адресу, он пришёл в магазин закупки трав под названием «Зал ста трав».

Внутри витал густой травяной аромат, отделка была роскошной, покупателей полно.

Ся Чжэньюй направился прямо к стойке.

— Хозяин, принимаете травы? — спросил он.

Мужчина средних лет за стойкой поднял голову, оглядел Ся Чжэньюя и с лёгким недоумением ответил:

— Принимаем. Что у вас есть?

Ся Чжэньюй поставил рюкзак на стойку, расстегнул молнию, показывая травы.

Увидев их, хозяин вытаращил глаза, на лице — полное неверие:

— Это... всё первоклассный товар! Парень, откуда ты это взял?

Сердце Ся Чжэньюя ёкнуло, но внешне он остался спокоен:

— Это уж не ваша забота. Скажите прямо, берёте или нет.

Мужчина поколебался, потом сказал:

— Берём, конечно, берём. Но с ценой... я здесь всего лишь управляющий, решить не могу. Провожу вас к нашей старшей госпоже.

Следуя за мужчиной, Ся Чжэньюй прошёл во внутренние покои и после нескольких поворотов оказался в изящной комнате.

— Господин, подождите немного, выпейте чаю. Я позову нашу госпожу.

Ся Чжэньюй не возражал, закрыл глаза, чтобы отдохнуть.

Мысленно он прикидывал рыночные цены на собранные травы.

Вскоре мужчина вернулся. За ним шла красивая молодая девушка — высокая, с лёгким макияжем, от чего у Ся Чжэньюя загорелись глаза. Правда, на бровях лежала лёгкая тень заботы.

Сзади семенил старик с козлиной бородкой и курительной трубкой в руке.

— Я дочь владельца «Зала ста трав», зовут Сюй Нуохань. Господин Цзи сказал, что у вас есть редкие травы, которые вы хотите нам продать? Не дадите ли взглянуть на качество? — Сюй Нуохань без обиняков уставилась на Ся Чжэньюя горящим от радости и надежды взглядом, точнее — на рюкзак у его ног.

— Прошу, госпожа Сюй, взгляните.

Ся Чжэньюй без колебаний открыл рюкзак.

Одна за другой появились редкие травы: тысячелетний горец многоцветковый, тысячелетний женьшень, линчжи.

Глаза Сюй Нуохань вспыхнули, она быстро подошла рассмотреть. А старик за ней дрожащей рукой достал из кармана очки.

Спустя мгновение они переглянулись — в глазах обоих читались изумление и восторг.

— Господин, осмелюсь спросить ваше почтенное имя? У кого из корифеев медицины вы учились? — почтительно сложив руки, спросила Сюй Нуохань.

— Фамилия моя Ся, без титулов, зовут Чжэньюй. Мой наставник — старец, ему неудобно выходить из гор, он велел не разглашать своё имя.

Сюй Нуохань и старик переглянулись и в один голос произнесли:

— Понимаем, понимаем.

— Это наш старый мастер из «Зала ста трав», дедушка Цинь. Также член Всекитайской ассоциации традиционной китайской медицины, большой знаток трав. — Сюй Нуохань представила старика.

— Господин Ся, вы и вправду хотите продать эту партию именно нам?

— Иначе зачем бы я принёс вам на пробу? — Ся Чжэньюй рассмеялся.

— Нет-нет, господин Ся, не обижайтесь. Просто эти травы необычайно выдержанные, прекрасно сохранились, даже земля на корнях свежая. Такие редкости, что за последние годы и одной штуки не встретишь, а тут целый набор. Просто глаза разбегаются.

Старый мастер Ай, поглаживая бороду, вздыхал. А одной рукой крутил тысячелетний женьшень, цокая языком.

— Господин Ся, по рыночным ценам за два этих тысячелетних женьшеня мы можем предложить около двадцати миллионов юаней за штуку. Остальные столетние — от шести до десяти миллионов... — как авторитетный знаток традиционной медицины, Цинь Шивэй прекрасно разбирался в травах, так что примерно определил возраст и дал относительно честную оценку.

Ся Чжэньюй внешне хранил невозмутимость, но внутри уже трясся от возбуждения.

http://tl.rulate.ru/book/201549/24832021