Готовый перевод Warhammer 40K: The Emperor's Angel of Death / Warhammer 40K: Наследие Одиннадцатого Легиона: Глава 25

Спустя стандартную терранскую неделю после окончания траура Сошьян встретил вторую группу гостей, прибывших выразить соболезнования — представителей Имперских Кулаков, ордена-прародителя Астральных Рыцарей.

Когда огромный «Штормбёрд» опустился на посадочную платформу, из него вышел воин, чьё имя давно стало легендой в Империуме — прославленный первый капитан Имперских Кулаков Дарнат Лисандр.

Сошьян знал об ордене-прародителе не так много. Имперские Кулаки, некогда Седьмой легион, были одним из легионов Первого Основания, а их примархом был великий Рогал Дорн.

Ещё со времён Великого крестового похода Седьмой легион снискал славу одного из преданнейших защитников Владыки Терры. Именно они руководили возведением Императорского дворца, а когда вспыхнула Ересь Хоруса, Кулаки остались непоколебимы в своей верности. В те тёмные времена их непреклонная стойкость помогла удержать Империум от окончательного распада.

За свои выдающиеся заслуги — и прежде всего за руководство обороной Тронного Мира на исходе гражданской войны — они удостоились почётного звания «Стражей Терры». Имперские Кулаки стали единственным орденом Космодесанта, которому позволили держать постоянный гарнизон на Терре и набирать рекрутов прямо среди её населения.

В эпоху Второго Основания легион, повинуясь воле Кодекса Астартес, разделили на несколько самостоятельных орденов. В последующие десять тысячелетий генетическая линия Рогала Дорна продолжала разрастаться, порождая всё новые и новые братства.

По числу орденов-преемников сыны Дорна уступали лишь Ультрамаринам. Впрочем, Сошьян не знал, в какое именно Основание на свет появились Астральные Рыцари — хроники, касающиеся этого периода, были странным образом утеряны.

Как бы то ни было, сейчас, глядя на прибывших сородичей из прародительского ордена, Сошьян ощутил слабую тень облегчения.

По крайней мере, жертва Астральных Рыцарей не осталась незамеченной.

Едва массивная фигура шагнула на серую плиту посадочной палубы, унылый пейзаж орбитальной платформы озарился ярким, благородным золотом — геральдическим жёлтым цветом Имперских Кулаков. Величественный ветеран в доспехах Терминатора во главе почётного караула направился прямо к Сошьяну.

Воины ступали безупречно синхронно, с ровным, гулким ритмом, словно шли торжественным маршем по Сенатской площади Терры.

В пяти шагах от Сошьяна исполин замер. За его спиной, подчиняясь единому порыву, мгновенно остановился весь конвой.

Пневматические замки шлема с тихим шипением разомкнулись. Первый капитан снял его, явив суровое лицо, иссечённое шрамами былых сражений. На его челе тускло поблёскивали серебряные штифты за выслугу лет, а коротко стриженные седые волосы отливали металлом в холодном свете ламп.

Дарнат Лисандр — это имя принадлежало ветерану, прошедшему через горнило бессчётных войн. С самого первого дня службы в рядах Адептус Астартес он без колебаний сражался за человечество, не зная шага назад.

Ещё в 567. M40, во время судьбоносной Битвы за Колониальный Мост, будучи сержантом, Лисандр удерживал вверенный ему рубеж с таким упорством, что натиск еретиков захлебнулся, а контратака Кулаков наголову разгромила предателей.

Позже, приняв командование Второй ротой Имперских Кулаков, он лично возглавил дерзкий абордаж эльдарского крейсера «Кровь Каина». В той кровавой схватке смертельно раненый первый капитан ордена Клетус перед кончиной передал Лисандру священную реликвию легиона — громовой молот «Кулак Дорна».

Почти два последующих столетия Лисандр стоял во главе Первой роты, ведя терминаторов ордена в самые безнадёжные сражения по всей галактике и преумножая славу родного капитула.

Но рок не пощадил и его. Ударный крейсер «Щит Доблести», уносивший на борту цвет Первой роты, бесследно сгинул в лабиринтах Паутины. Пока весь орден возносил неустанные молитвы Императору, поисковые экспедиции раз за разом возвращались ни с чем. Не было ни единой зацепки.

В конце концов Кулакам пришлось смириться с невосполнимой утратой. Лисандра официально признали погибшим, его имя высекли на поминальных плитах, а в священном Зале Героев на борту «Фаланги» установили его каменное изваяние.

Прошло почти тысячелетие, прежде чем «Щит Доблести» внезапно вырвался обратно в реальный космос. Однако судьба приготовила им жестокую шутку: корабль материализовался в непосредственной близости от цитадели Железных Воинов, воздвигнутой на самой границе Ока Ужаса.

Под шквальным перекрёстным огнём трёх орбитальных крепостей предателей крейсер развалился на части. Лисандр оказался в числе немногих уцелевших, но раненого ветерана взяли в плен.

В течение долгих недель предатели подвергали его изощрённым пыткам в застенках своего логова. Но сломить дух первого капитана им не удалось. Как и подобает истинному сыну Дорна — упрямому, гордому и не знающему страха, — Лисандр наотрез отказался признать поражение.

Истязания продолжались ещё месяц, превратив тело героя в сплошную рану, но железная воля Кулака превозмогла боль. Улучив момент, Лисандр разорвал оковы. Оставшись без доспехов и оружия, он голыми руками пробил себе дорогу сквозь караульных, захватил штурмовой челнок и вырвался из цитадели заклятых врагов.

Весть о том, что легендарный первый капитан жив, всколыхнула весь орден. Возвращение героя праздновали как настоящее чудо.

Разумеется, Инквизиция и собственное командование не могли слепо довериться спасшемуся из Ока Ужаса. Несколько месяцев апотекарии ордена, библиарии и капелланы тщательно, до мельчайшего нервного узла, обследовали Лисандра. Но ни в его теле, ни в разуме, ни в душе они не обнаружили ни малейшей скверны Хаоса.

Вскоре Дарнат Лисандр вновь занял свой пост капитана Первой роты. Теперь он был старейшим воином ордена — ведь среди живых Имперских Кулаков не осталось никого, кто родился бы до того, как «Щит Доблести» сгинул в бездне.

Стоя перед живой легендой, Сошьян ощутил невольный трепет и волнение. И всё же, будучи магистром ордена, он не имел права выказывать слабость. Сдержав эмоции, он выпрямился во весь рост.

Сделав глубокий вдох, Сошьян заговорил — твёрдо и размеренно:

— Сошьян Алексей, шестьдесят девятый магистр ордена Астральных Рыцарей. Приветствую тебя на наших палубах, первый капитан Дарнат Лисандр.

Лисандр перехватил шлем левой рукой, прижав его к бедру, и чётким движением отдал воинское приветствие. Почётный караул за его спиной повторил жест с безупречной точностью.

— Я, Дарнат Лисандр, от лица всех воинов ордена Имперских Кулаков прибыл склонить голову перед павшими героями и выразить наше глубочайшее почтение их великой жертве!

Закончив приветствие, Сошьян и Лисандр молча зашагали бок о бок к воздвигнутому монументу.

Лисандр устремил суровый взор на высящуюся плиту из тёмного обсидиана. Высеченное на ней число «771» заставило его на миг замереть в том же благоговейном трепете, какой он испытывал под сводами Зала Героев на борту «Фаланги». Из вокс-динамиков над палубой мерно, нескончаемой вереницей звучали имена тех, кто не вернулся из боя.

Простояв в скорбном молчании несколько долгих минут, Лисандр заговорил. Его зычный голос эхом разнёсся по ангару:

— Вы доказали, что в ваших жилах течёт истинная кровь Рогала Дорна! Вы не посрамили честь легиона! Ваша гибель — вечное свидетельство непоколебимой верности Седьмого! Мы гордимся вами, братья. Стены Зала Героев на «Фаланге» отныне и навек сохранят ваши имена!

С этими словами капитан вскинул сжатый бронированный кулак. Почётный караул слаженно последовал его примеру.

— Во имя Примарха, ради его славы и славы Владыки Терры!

— Во имя Примарха, ради его славы и славы Владыки Терры!

Этот громоподобный клич подхватили не только прибывшие сыны Дорна. Голос Сошьяна и суровые голоса стоявших неподалёку бойцов ордена Инвейдеров слились с ними в едином хоре. В этот миг невидимые, но неразрывные узы, связывающие прародителей и их преемников, ощущались как никогда отчётливо.

Когда церемония подошла к концу, Лисандр пригласил молодого магистра на свой флагман — ударный крейсер «Щит Доблести».

Этот визит не предполагал пышных приёмов или пустой болтовни — в кают-компании царило мрачное, сосредоточенное безмолвие, прерываемое лишь тихими репликами собеседников.

— Значит, ваш прежний магистр лично вызвался возглавить эту атаку?

— Да, — кивнул Сошьян.

Лисандр нахмурился:

— Прости за прямоту, но это решение сложно назвать благоразумным.

Сошьяну нечего было возразить. Слишком многое из произошедшего должно было оставаться тайной, поэтому он лишь в общих чертах обрисовал ход того рокового сражения.

Лисандр со вздохом поднялся из массивного ложемента, подошёл к Сошьяну и ободряюще сжал его плечо своей тяжёлой бронированной десницей.

— Как бы то ни было, прошлое не воротишь. Нам остаётся лишь принять этот удар и смотреть вперёд.

— Да, капитан, — тихо отозвался Сошьян.

Сошьян согласно кивнул.

— Каким бы тяжёлым ни было положение, мой долг как магистра — возродить Астральных Рыцарей. Это моя обязанность перед павшими.

Заметив проблеск надежды во взоре Сошьяна, Лисандр сразу понял, на что тот безмолвно рассчитывает. Старый воин с сожалением покачал головой:

— Бунт в секторе Маэльстрома заставил Марс ужесточить контроль над сбором десятины геносемени. У нас самих сейчас нет излишков, чтобы помочь вам с восстановлением ордена.

Лисандр слегка подался вперёд и понизил голос до едва различимого шёпота:

— К тому же… дела обстоят куда хуже, чем ты можешь себе представить.

От этих слов у Сошьяна по спине пробежал холодок.

Имперские Кулаки веками несли бессменную стражу на Терре и как никто другой чувствовали малейшие колебания в политических кругах Тронного Мира. Раз первый капитан заговорил об этом, значит, над Астральными Рыцарями сгущались настоящие тучи.

— Насколько всё плохо? — спросил он.

— Новый орден Космодесанта уже сформирован. Едва весть о вашей гибели достигла Терры, Совет Высших Лордов тут же подписал указ о его развёртывании.

Договаривать не требовалось — всё и так было предельно ясно. В глазах высшей власти Империума Астральные Рыцари уже стали достоянием истории, а их угодья и ресурсы готовились передать преемникам.

Лисандр выпрямился и посмотрел на помрачневшего Сошьяна. В его взгляде читалось не сочувствие, а суровое испытание.

— Сыны Дорна никогда не опускают руки перед лицом невзгод. Ты готов сдаться, юноша?

Сошьян вскинул голову и процедил сквозь зубы:

— Никогда.

— Достойный ответ, — смягчился Лисандр. — В таком случае я советую тебе как можно скорее возвращаться на Обострилию, в вашу крепость-монастырь, и навести там порядок. Если потребуется, «Щит Доблести» лично эскортирует тебя до родного мира.

http://tl.rulate.ru/book/200577/24124049