Готовый перевод Uchiha Xiu: The Beginning of the Empire / Учиха Сю: Начало Империи: Глава 15

Учиха Кю вовсе не горел желанием тратить всё своё время на нудные дела клана.

Однако оставлять их без присмотра было нельзя, поэтому он решил, что лучше всего будет свалить эту ношу на Учиху Фугаку, который всегда мастерски умел сглаживать острые углы. Кю считал это рациональным использованием ресурсов: не пропадать же последним крупицам таланта Фугаку.

Большая часть клановых дел сводилась к бытовым мелочам. Клан – это одна большая семья, где глава служит связующим звеном между всеми родственниками. Что же касается оставшейся, более важной части вопросов управления, то здесь Кю даже не пришлось ничего выдумывать – у него перед глазами был наглядный пример.

Когда Коноха только зарождалась, клан Сарутоби насчитывал всего чуть более двухсот ниндзя. В те времена по численности и общей силе они не входили даже в первую десятку среди всех кланов деревни. Своим нынешним положением они были обязаны лишь хитрости Второго Хокаге, Тобирамы Сенджу, который взял Хирузена Сарутоби в ученики, тем самым искусственно возвысив статус его сородичей.

Согласно донесениям шпиона из стана Сарутоби, сейчас численность их ниндзя была впечатляющей – не менее тысячи человек. Хирузен Сарутоби десятилетиями удерживал власть, и под его негласным покровительством клан процветал, подминая под себя ресурсы.

Чтобы клан Учиха вернул былое величие и стал ещё сильнее, одной лишь концентрации ресурсов недостаточно – нужно пройти через горнило жестокой войны. Это неизбежно приведет к отсеву части соплеменников, но такая кратковременная боль необходима для выживания целого.

Сейчас же большинство Учих даже не смели мечтать о том, чтобы выйти за пределы деревни. Слабых за воротами могли превратить в «племенной скот», а тех, кто пробудил Шаринган, – убить ради кражи глаз.

Обладая Мангекё Шаринганом и подавляющей мощью, Кю силой сплёл разрозненный клан в единый тугой канат. Он знал: после вчерашнего погрома Хирузен Сарутоби, верный своей привычке искать компромиссы, обязательно пойдёт на уступки. Даже несмотря на гору трупов и оскорблённое достоинство других кланов, Третий сделает всё, чтобы сохранить стабильность в Конохе, и постарается задобрить недовольных.

Сегодняшний план Кю был прост: вернуть власть над Военной полицией. Формально она была ведомством Конохи, но все назначения в ней зависели исключительно от воли капитана. А на эту должность даже Хокаге не имел права никого назначать – её по традиции занимал глава клана Учиха. Полиция была своего рода продолжением силы клана, ведь туда принимали только тех, кто пробудил Шаринган.

Теперь, когда Кю принял бразды правления от Фугаку, пост капитана полиции перешёл к нему автоматически. Фугаку всю ночь обходил своих доверенных лиц, убеждая их присягнуть новому лидеру, лишь бы те не натворили глупостей, которые невозможно будет исправить.

Влияние Военной полиции когда-то было колоссальным, но по мере ослабления Учих её полномочия молчаливо урезались. Одним из важнейших направлений был контроль за правопорядком и борьба с преступностью, что включало регистрацию прибывающих в деревню, следствие и аресты. К сожалению, сейчас это превратилось в пустые слова – все реальные полномочия прибрало к рукам Анбу.

Как только Кю вышел за пределы квартала, два десятка бойцов Анбу окружили его, обнажив клинки.

— Глава! — Два элитных джонина Учиха, охранявших ворота, тут же подбежали к нему, заслоняя собой.

— Охраняйте территорию, — холодно бросил Кю. — Это всего лишь цепные псы Хокаге, они мне ничего не сделают.

В глазах Кю вспыхнул опасный огонёк. Эти люди явно его недооценивали. То ли они привыкли смотреть на Учих свысока, то ли просто не понимали, с кем имеют дело.

— Есть, глава! — Джонины неохотно отступили к воротам. В их глазах вращались трехтомойные Шаринганы – они были готовы в любой момент подать сигнал о помощи, если завяжется бой.

— Дорогу, или умрёте, — приказал Кю бойцам Анбу таким тоном, будто сам был их господином. Те не двигались, но и атаковать без приказа не смели.

— Совсем страх потеряли, — пробормотал Кю, прикрывая ладонью глаза от яркого солнца. — Мой клан – один из основателей Конохи, а за нами шпионят прямо у порога собственного дома. Небо сегодня на редкость мрачное.

Бум!!

Прошла всего минута. Бойцы Анбу валялись на земле вповалку, на их горле алели тонкие росчерки ран. Земля вокруг была усеяна кунаями с печатями Хирейшина.

Сам же виновник погрома уже стоял посреди кабинета Хокаге. Напряжение в комнате можно было резать ножом.

— Ты?! Как ты посмел явиться сюда? — Данзо в ярости ударил тростью об пол, сверля Кю злобным взглядом. — Куда смотрели эти никчёмные бездельники из Анбу?!

Хирузен Сарутоби, услышав упоминание об Анбу, почувствовал недоброе. Какое ещё Анбу? Он ведь не отдавал приказов о перехвате.

— Ты об этих сторожевых псах? — Кю невозмутимо уселся на диван, ведя себя как дома. — Я решил, что это твой личный подарок мне на обед.

— Данзо! Кто разрешил тебе использовать Анбу? — Хирузен помрачнел. Потеря опытных бойцов из-за чьей-то прихоти вывела его из себя.

— «Корень» понес тяжелые потери, и у меня не было выбора, — огрызнулся Данзо. — Учих нужно держать в их загоне и не выпускать, пока они не разнесли всю Коноху. И как помощнику Хокаге мне не нужно спрашивать разрешения на такие перемещения.

Минато Намиказе стоял в стороне, не решаясь вставить ни слова. Роль Четвертого Хокаге при живом и властном предшественнике порой казалась фикцией. Увидев это, Кю про себя усмехнулся. Он симпатизировал Минато, но понимал: их позиции по разные стороны баррикад исключают дружбу.

— Нам нужно серьезно поговорить, Хирузен, — прервал Кю перепалку двух стариков.

— Чего ты хочешь? — Мрачно спросил Сарутоби.

— Мне нужны сто квот на размещение гарнизона на линии обороны Гуань. Сто – на линии Моань. И еще сто – на прибрежной линии Цзянчуань, — начал перечислять Кю. — Кроме того, Коноха годами задерживала ресурсы для тренировок и финансирование моего клана. Верните долги немедленно. И три торговые улицы, прилегающие к кварталу Учиха, отныне переходят под наш контроль.

Он сделал небольшую паузу и добавил с иронией:

— Во время Третьей войны, когда Коноха была на грани гибели, ниндзя Учиха гибли сотнями на берегах Цзянчуань. Герои вернулись, но их подвиги замолчали, не дав ни наград, ни признания. Скажи, Третий, у тебя сердце не болит за такую несправедливость?

Кю требовал многого, не особо заботясь о том, согласятся ли они сразу. Хирузен пропустил колкость мимо ушей и после долгого раздумья ответил:

— Я не могу дать всё и сразу. Деревня ещё не оправилась от войны, у нас просто нет таких ресурсов.

— Четвертый, — Кю с улыбкой перевёл взгляд на Минато Намиказе, — теперь ты Хокаге. Как будем решать этот вопрос? В конце концов, Фугаку приложил немало усилий, чтобы ты занял это кресло.

http://tl.rulate.ru/book/200035/23804236