Элли перевела взгляд на замерший строй и кивнула в сторону сто второго курсанта:
— Обрати внимание на Ван Пина. У парня великолепные физические данные, чистый монолит.
Тем временем Юй Мин, кряхтя под весом товарища, с тревогой шептал ему на ухо:
— Слушай, Цуй Цзянь, может, нам реально нужно в больницу? Ты так кровью харкал… Вдруг у тебя там внутреннее кровотечение от ее бросков?
Цуй Цзянь, не разжимая губ и продолжая имитировать полутруп, тихо буркнул в ответ:
— Заткнись и иди. Всё со мной в порядке. Эта сумасшедшая баба прекрасно знает анатомию и бьет так, чтобы не оставлять серьезных травм. Я просто разыграл комедию, чтобы она от меня отвязалась. Если бы я продолжил стоять, она бы сделала меня своим личным домашним шутом на весь курс.
— Значит, наш ночной план остается в силе? — уточнил Юй Мин, косясь на окна учебного корпуса.
— Разумеется, в силе, — подтвердил Цуй Цзянь.
Юй Мин не выдержал и тихо, ехидно прыснул. Цуй Цзянь недовольно скосил на него глаз:
— Ты чего ржешь, скотина?
— Прости, друг, но я едва сдерживался весь урок, — давясь смехом, прошептал Юй Мин. — Дай мне хоть сейчас душу отвести, это было слишком эпично.
«Ах ты ж паршивец!» — мысленно выругался Цуй Цзянь, пообещав себе припомнить другу этот смешок.
Вторая половина дня превратилась в сущий ад. На первом уроке Цуй Цзяня унесли с поля боя едва живым. А уже на втором занятии пришел черед Юй Миня — его уносили на носилках. Причина была банальна донельзя: его физические кондиции во всем потоке были самыми худшими, он плелся в самом хвосте.
В отличие от Цуй Цзяня и Юй Миня, остальные курсанты попали сюда после жесткого предварительного отбора, где сдача нормативов по физподготовке была обязательным условием. Юй Мин же попал в академию по совершенно иным каналам, и его выносливость не выдерживала никакой критики. А урок Элли был нацелен как раз на то, чтобы выжать из курсантов все соки и поднять их планку до предела. Программа была поистине садистской: челночный бег на пятьдесят метров, бег с высоким подниманием коленей, прыжки «лягушкой», подъем по канату без помощи ног, преодоление полосы препятствий с трехметровой стеной, удары тяжелой кувалдой по огромным автомобильным покрышкам, бег с бревном на плечах…
За пятнадцать минут до финального свистка Юй Мин просто рухнул замертво прямо на беговую дорожку, закатив глаза. Его немедленно эвакуировали в лазарет, расположенный на первом этаже учебного корпуса, и уложили под капельницу. Спешно приехавший дежурный врач академии провел беглый осмотр, после чего успокоил Элли: ничего криминального, обычное физическое истощение, сильное обезвоживание и легкий тепловой удар. Пара бутылок физраствора и глюкозы вернут парня в строй.
Спустя час Цуй Цзянь сидел на стуле прямо перед кроватью полуживого друга. В руках он держал объемистый пластиковый контейнер с ужином и с аппетитом уплетал сочный кусок мяса.
— М-м-м, а кормят здесь, надо сказать, на убой, — чавкая, протянул Цуй Цзянь. — Стейк просто изумительный. Нажимаешь вилкой, и из него сочится сок. Настоящая кровь с молоком, прожарка «медиум раре». Хочешь кусочек?
Юй Мин, с глубокими темными кругами под запавшими глазами, неподвижно лежал на госпитальной койке, опутанный трубками капельницы. Он посмотрел на друга взглядом, полным экзистенциальной тоски:
— Цуй Цзянь… ты чудовище. Это самая низкая, подлая месть.
— Ну что ты такое говоришь, бро? Как у тебя язык поворачивается? Мы же с тобой братья, делили кров и невзгоды, — с невинным видом оскорбился Цуй Цзянь и дружески похлопал Юй Миня по плечу.
Острая, пронизывающая вспышка боли в забитых молочной кислотой мышцах заставила Юй Миня взвыть и свернуться калачиком на кровати:
— А-а-а-а! Уберите от меня этого маньяка! Спасите! Эта ваша физподготовка — это просто какой-то концлагерь для каторжников! Ладно бы мы просто бегали трусцой вокруг лагеря, но зачем заставлять нас таскать эти чертовы бревна?! Меня словно плетьми драли!
Цуй Цзянь сочувственно покивал, продолжая жевать:
— Привыкай, дорогой, это ведь был только первый день. Кстати, у меня для тебя отличные новости: доктор сказал, что завтра утром ты будешь как огурчик и сможешь полноценно посещать занятия. А физра в расписании у нас теперь каждый день после обеда. Так что готовься.
Юй Мин в ужасе замахал свободной от капельницы рукой:
— Нет, ни за что! Завтра я буду притворяться мертвым. Спрячусь под кроватью. Скажи мне как на духу, Цуй Цзянь… неужели для телохранителя действительно так важна эта дурацкая дыхалка и умение прыгать с тяжестями?
Цуй Цзянь на мгновение задумался, прожевал очередной кусок и спросил:
— Тебе ответить честно или как на духу?
— Давай без сантиментов, — выдохнул Юй Мин.
— На самом деле — это полная чушь, — ухмыльнулся Цуй Цзянь. — Все эти нормативы придумали законченные идиоты, которым нечем занять курсантов. В реальной жизни все решают пули и быстрые ноги.
Юй Мин горько, вымученно улыбнулся:
— Но сегодня ночью я точно не жилец. Мои ноги похожи на вареные макаронины. Придется нам перенести нашу маленькую операцию по краже камеры на пару дней, пока я не начну снова чувствовать свои конечности.
Цуй Цзянь отставил контейнер в сторону и заговорщически наклонился к другу:
— Ошибаешься, мой бледный друг. Если ты найдешь в себе силы провернуть это сегодня, то завтра со чистой совестью сможешь легально косить от уроков под предлогом обострения болезни. Но если ты решишь хорошенько отдохнуть этой ночью, то завтра инструктор Элли лично устроит тебе такой марафон, что ты доползешь до канадской границы. Выбирай: либо ты напрягаешься сейчас, либо страдаешь потом.
Юй Мин едва не разрыдался от безысходности, уткнувшись лицом в подушку:
— Цуй Цзянь… ну прости меня, а? Ну посмеялся я над тобой один раз, когда тебя Линь Чэнь приложила, неужели за это нужно так жестоко карать?
Цуй Цзянь хмыкнул, в его глазах промелькнуло лукавство:
— Ты думаешь, я полный идиот и не узнал твой мерзкий голос, когда кто-то из строя крикнул «повторить на бис»? Скажи спасибо, что я вообще принес тебе ужин, а не придушил подушкой прямо здесь.
http://tl.rulate.ru/book/199842/23882813
Сказали спасибо 4 читателя