Облегчение, сожаление, испытание
Сунь И Линь приятно удивился. Бабушка обычно никогда не беспокоилась о браках внуков, почему она вдруг сказала это? Тем не менее, это было для его же блага. По какой-то неведомой причине перед его мысленным взором промелькнуло простое лицо. Его красота не ошеломляла до опустошения, но все же в некоторых аспектах превосходила абсолютно все, что он видел раньше. В то же время та девушка обладала недосягаемой уверенностью. Особенно волновала эта ее энергия, не показная ни на йоту. Впрочем, это тоже была недолгая мысль. Сунь И Линь не хотел, чтобы его собственная мать конфликтовала с бабушкой, поэтому покачал головой. Эта девушка, с которой у него произошла, возможно, только одна такая случайная встреча и чьего имени он не знал, навсегда останется в глубине его сердца, и это тоже неплохо.
Сунь лаофужэнь не пропустила эту секундную реакцию Сунь И Линя. Она уверилась, что даже если у него не было человека, который ему нравился, определенно существовала девушка, занявшая особое место в его сердце.
— Мои слова в силе до тех пор, пока твоя мать не подыщет тебе невесту.
— Бабушка, я не могу поменяться с младшей сестрой? Девочки всегда могут пострадать.
Сунь лаофужэнь махнула рукой:
— Императрица не согласится.
Сунь И Линь беспомощно посмотрел в ответ:
— Но разве вы не…
— Не говори мне, что ты не знаешь поговорку: "Для вида чинить деревянные мостки, но втайне выступить в Чэньцан" [1]. Я пойду во дворец, только чтобы помешать ей заключить брак по указу императора. Я лучше всех знаю, какой характер у императрицы. В открытую она не станет вмешиваться, но тайно намекнет твоему отцу. Она точно не согласится с выбранным мной человеком. Даже если я буду настаивать, она все еще императрица, для нее слишком легко испортить брак, и мы бессильны что-либо с этим поделать.
— Если, по крайней мере, один из нас должен вступить в брак ради амбиций Кан циньвана, я тоже могу.
— Тогда, Линь гэр, внимательно подумай об этом. Из столичных семей, какая более выгодна? Та, где есть приемлемые холостяки, или та, где есть дочери, ожидающие замужества?
Сунь И Линь задумчиво замолк. Большинство имевших влияние и власть семей, имеющих подходящих по статусу благородных дочерей, были сторонниками других принцев. А в семьях из нейтральной фракции, достойных того, чтобы присоединиться к ним, холостяков на самом деле больше. Брак младшей сестры более ценен, чем его.
— Они, разумеется, надеются, что вы оба вступите в политические браки. Что касается брака Цзя эр, если я сначала буду непреклонна, а затем уступлю, то только тогда я смогу помешать твоему браку. Между вами двумя не то чтобы я могла помочь только одному, скорее, я могу помочь только тебе.
— Большое спасибо, бабушка.
— Тогда иди и помни мои слова.
— Этот внук прощается с вами.
Сунь лаофужэнь чувствовала некоторую рассеянность. Ло лаофужэнь ради благополучия внучки не хотела высокого статуса и богатства, тогда почему она не может подумать о своих потомках на этот раз? Правильно, пожилая дама не верила, что Ло лаофужэнь не знала о положении ее внука. Тогда, само собой разумеется, что она отказалась. В молодости бывшая герцогиня Дин не была так решительна и обрекла себя на несчастную жизнь. Но по каким таким причинам теперь она должна быть побежденной ею? Хотя такое сравнение "сильных сторон" бессмысленно, об этом вряд ли кто-то узнает. Сунь лаофужэнь все еще хотела сделать хоть что-то.
Снаружи Сунь И Линь увидел Сунь И Цзя, ждавшую его в одиночестве:
— Младшая сестра…
— Пятый брат.
Парочка из брата и сестры шла бок о бок и долго молчала. В конце концов, Сунь И Линь заговорил первым:
— Раньше у тебя не было желания быть с Кан циньваном?
— Пятый брат, теперь я могу наконец-то увидеть жену бяогэ с легким сердцем. Хотя и смогу проводить ее только в последний путь.
— Это только из-за вины? — у Сунь И Линя пересохло во рту.
— Нет, возможно, потому что я родилась с высоким статусом, но стремлюсь к обычному. Многие, вероятно, скажут, что я не знаю, что хорошо, а что плохо. Но я правда так думаю. Будь то наивность или невежество, я просто думаю об этом, — Сунь И Цзя знала, что не могла избежать судьбы политического брака.
— Извини, пятый брат бесполезен и не может тебе помочь, — из-за старшего брата он отступил и отклонил предложение императора о продвижении.
— Не говори так, старший брат — это наш общий старший брат. Если вы двое сразитесь, я тоже буду убита горем.
— Но я не хочу продолжать отступать. Я не могу вмешаться в твой брак, но я, по крайней мере, могу стать тебе поддержкой в будущем. Раньше это был Кан циньван, если бы он издевался над тобой, я не смог бы помочь тебе выразить свой гнев, но теперь все иначе. Для брака нет ни другого подходящего императорского сына, ни вана. Кроме них, потомков императорской семьи, придумать, как разобраться с другими, я всегда смогу.
— Хорошо, я буду ждать, — внезапно засмеялась Сунь И Цзя.
Но вскоре они еще раз узнают, что все предрешено.
Ли Хун Юань, вероятно, тоже не ожидал, что его вмешательство в брак Сунь И Цзя приведет к тому, что Сунь И Линь войдет в чиновничество раньше времени. Однако, что касается неприятных вопросов, которые это принесло ему позже, он, скорее, чувствовал, что они незначительны. Он давно привык к такому и мог разрешить подобные проблемы всего лишь взмахом руки.
Цзин Вань с несколько рассеянным видом сидела рядом с Ло лаофужэнь. Вспоминая выражение лица Сунь И Цзя, она почему-то чувствовала странную печаль.
— Вань Вань, что не так? Обеспокоена случаем с Жу Юй цзюньчжу? — несколько тревожно спросила Ло лаофужэнь: — Ее отец всего лишь цзюньван. Ее назначили цзюньчжу, потому что императрица — ее тетя по материнской линии. Это было сделано не из любви, а ради репутации. В конце концов, из-за ее норова даже статуи разозлятся. Число людей, которые не могут ее выносить, но способны подавить, на самом деле далеко немаленькое. Тебе не нужно придавать этому значение.
Цзин Вань покачала головой и вслух высказала свои предположения о Сунь И Цзя.
Ло лаофужэнь беспомощно засмеялась:
— Наша Вань Вань довольно доброжелательна. У самой до сих пор нет своего угла, но ты все еще находишь свободное время, чтобы беспокоиться о других.
— Просто чувствую, что такая гордая, яркая и талантливая девушка слишком жалкая.
— В такой уж семье она родилась, подобные вещи неизбежны. Пока старейшины принимают решения, никто не может ни избежать этого, ни предотвратить. Если подумать, твоя бабушка все еще удачливая особа, раз смогла выбрать себе хорошего мужа и исполнить свое желание.
— Тогда разве мне не повезло больше? — Цзин Вань счастливо улыбнулась.
— Пока еще рано говорить об этом. Вот доживешь до моих лет, испытаешь все, что должна испытать, только тогда и узнаешь, повезло тебе или нет. Однако бабушка хочет верить, что Вань Вань — удачливый человек.
Вернувшись в резиденцию Ло, они сошли с экипажей и спокойно вошли внутрь.
Затем Ло Цзин Ин не преминула выразить свою обеспокоенность по поводу Цзин Вань:
— Жу Юй цзюньчжу упрямая, неуправляемая и властная. Сегодня она сильно обиделась, естественно, она не решится сделать что-нибудь с Цзинь циньваном, но неизбежно затаит обиду на третью мэймэй. В будущем она доставит ей неприятности. Что же делать? — она выглядела глубоко взволнованной, как будто у нее сама душа болела за двоюродную сестру: — Вообще-то, мне следовало рассказать третьей мэймэй о благородных дочерях столицы. Знай она о характере Жу Юй цзюньчжу, возможно, смогла бы немного потерпеть. Тогда, вероятно, не было бы этих неприятностей.
— Четвертая цзецзе, как ты можешь так говорить? Слова Жу Юй цзюньчжу были слишком оскорбительны, она клеветала на третью сестру. Смирись третья сестра, проблем бы не возникло, но ее репутация тоже разрушилась бы. Можно ли терпеть ярлык соблазнительницы мужчин, можно ли взвалить это себе на плечи? Да что там цзюньчжу, даже будь это гунчжу, все равно нужно было ответить. Может, только потому, что мы дочери семьи чиновника, мы должны молча страдать ото всего, что связано с дочерьми императорской семьи? Если репутация третьей сестры разрушится, сможет ли четвертая мэймэй извлечь из этого выгоду? Все незамужние дочери в нашей семье Ло не смогут избежать последствий, — сердито возразила Ло Цзин Ю.
Ло Цзин Ин снова захлебнулась воздухом. Теперь она могла быть уверена: Ло Цзин Ю на самом деле полагается на тот факт, что Ло Цзин Вань здесь, и начинает идти против нее. Простая и немногословная, но обладающая острым язычком. В прошлом она, скорее всего, притворялась.
— Бабушка, у этой внучки точно не было такого намерения. Я просто беспокоилась, поэтому сказала что-то настолько глупое, вот почему… — Ло Цзин Ин со слезами на глазах поспешно попыталась объясниться.
— Достаточно, просто вернись в свой собственный двор, — Ло лаофужэнь несколько нетерпеливо махнула рукой. Эта девица ничего хорошего не узнала, но выучила кучу нечестных вещей.
Ло Цзин Ин наблюдала, как они уходят все дальше, но неожиданно не злилась. Просто ее глаза казались темнее. Те слова, которые девушка сейчас сказала, на самом деле были всего лишь испытанием, последним испытанием, вызванным ее нежеланием сдаваться. Она хотела увидеть, правда ли бабушка безоговорочно защищает Ло Цзин Вань. Как и ожидалось, так и было, и все это совсем не выходило за рамки ее ожиданий. Ло Цзин Ин сдалась. В будущем она больше не станет обманываться, думая, что бабушка обожает ее. И больше не будет усложнять Ло Цзин Вань жизнь на глазах у бабушки и придираться к ней. Матушка права: говорить бесполезно, лучше делать.
[1] Стратагема № 8: Для вида чинить деревянные мостки, втайне выступить в Чэньцан
Перевод с учетом древнейшей привязываемой к стратагеме притчи:
Для вида чинить сожженные деревянные мостки через ущелье, ведущие из Ханьчжуна в Гуаньчжун, однако втайне, не окончив починки, двигаться кружным путем через Чэньцан в Гуаньчжун.
Сущность:
а) Стратагема сокрытия истинного направления. Стратагема кружного пути.
б) Укрывать изысканное намерение за ординарными действиями; прятать за нормальным / обычным / ортодоксальным / общепринятым нечто ненормальное / необычное / неортодоксальное / необщепринятое. Стратагема нормальности.
Более подробно о примерах и историческом подтексте здесь: http://chugreev.ru/stratagem/8.html
http://tl.rulate.ru/book/19909/759984
Сказали спасибо 246 читателей