Готовый перевод Iron Lady’s Rise: Corruption Falls Before Tea and Justice / Хрупкая чиновница против коррумпированной системы: Глава 11

Под огромным давлением Чжоу Ле и его подчиненные сотрудники полиции провели тщательную и секретную проверку по делу об исчезновении Ли Цзюань. Небеса вознаграждают усердных: при проверке заброшенного склада, принадлежавшего дальнему двоюродному брату Ли Цзюань на границе смежного уезда, были обнаружены слабые признаки жизни. Когда Чжоу Ле с людьми выбил дверь и в углу склада, среди сваленных до неба старых шин, нашел связанную, с кляпом во рту и обессилевшую Ли Цзюань, все облегченно вздохнули. Она была жива – это была самая важная победа.

Ли Цзюань была немедленно доставлена в безопасную комнату внутри городского бюро для защиты и экстренного медицинского осмотра. В основном она пострадала от шока и легкого обезвоживания, физически с ней все было в порядке. После того как Чжоу Ле терпеливо успокоил ее и гарантировал безопасность всей ее семьи, потрясенная Ли Цзюань наконец разрыдалась и, всхлипывая, рассказала правду. Она подтвердила подлинность бухгалтерской книги и предоставила более важную информацию: на том USB-накопителе хранилась резервная копия электронных бухгалтерских записей группы Ваньшэн о присвоении средств нового городского проекта путем завышения объемов работ, сделок с аффилированными лицами и т. д., а также фрагменты записей совещаний о «передаче выгод» нескольким конкретным чиновникам (она знала только кодовые имена и их приблизительный статус, но однажды случайно услышала обращения «Гао» и «Ян»). Она тайно скопировала эти материалы, заподозрив, что ее могут заставить замолчать, и, предчувствуя неладное, заранее спрятала их, но все равно едва не погибла. Те, кто ее похитил, были в масках, действовали профессионально, личности не раскрыли, только требовали найти бухгалтерскую книгу. Увидев, что она действительно не знает, где она (после того как спрятала, она больше не проверяла), они временно оставили ее в живых, явно намереваясь держать ее в плену долгое время или разобраться по ситуации.

Почти одновременно с этим технические сотрудники полиции под руководством Чжоу Ле после многодневных усилий успешно взломали часть зашифрованных файлов на USB-накопителе и предварительно расшифровали значения некоторых ключевых кодовых слов в бухгалтерской книге. Результаты показали, что движение средств не только четко указывало на фактического контролера группы Ваньшэн У Тяньхао, но и прослеживалась туманная нить, ведущая к Гао Ханю, занимавшему тогда пост исполнительного заместителя начальника штаба строительства нового города (позже ставшего исполнительным вице-мэром), и к поставщику материалов, контролируемому его родственниками. Хотя прямая цепочка доказательств еще требовала доработки, подозрения уже были предельно ясны.

Чжоу Ле первым делом тайно доложил Линь Цзинъюнь о спасении Ли Цзюань и предварительных результатах проверки. Получая этот звонок в своем кабинете, Линь Цзинъюнь с трудом сдерживала волнение. Это был, несомненно, решающий прорыв! Были и свидетельские показания, и материальные доказательства; хотя требовалось дальнейшее закрепление улик для формирования полной цепочки, этого было достаточно, чтобы действовать.

— Капитан Чжоу, вы проделали отличную работу! Безопасность Ли Цзюань – превыше всего, нужно обеспечить полную надежность! Все улики немедленно направьте на судебную экспертизу для закрепления. Подготовьте максимально краткий и ясный отчет, перечислите только ключевые факты и направления, куда указывают улики, — решительно приказала Линь Цзинъюнь. — Время почти пришло.

Она положила трубку и глубоко вздохнула. Теперь наступил момент использовать ту «секретную линию связи с вышестоящими органами». Она снова по конфиденциальному каналу связалась со своим старым руководителем из Провинциальной комиссии по проверке дисциплины и, используя заранее оговоренный шифр, кратко доложила: «Ключевой свидетель найден, важные вещественные доказательства получены, характер проблемы серьезный, затрагивает важных руководящих кадров городского уровня, прошу срочного руководства и поддержки сверху».

На этот раз ответ старого руководителя был быстрым и четким: «Материалы будут немедленно представлены по абсолютно безопасному каналу. Провинциальная комиссия по проверке дисциплины немедленно изучит их, внутри вашего ведомства будут приняты необходимые меры контроля и разработаны планы экстренного реагирования в ожидании дальнейших указаний. Берегите себя, поддерживайте связь».

Пока Линь Цзинъюнь напряженно отдавала распоряжения, ожидая указаний из провинции, ее противники также чутко уловили опасность. Сторона Гао Ханя, очевидно, через какой-то канал (возможно, через очень немногих ненадежных сотрудников городского бюро или обнаружив необычные перемещения группы Чжоу Ле) осознала, что Ли Цзюань, возможно, была найдена, или расследование добилось значительного прогресса.

Во второй половине дня того же дня разразилась буря в общественном мнении, направленная против Линь Цзинъюнь. Несколько местных популярных блогеров и анонимных аккаунтов одновременно выступили с более злобными «разоблачениями» с выдуманными деталями: якобы «осведомленный источник» утверждал, что у Линь Цзинъюнь еще во время работы в провинции «были проблемы с поведением», она «имела близкие отношения» с каким-то провинциальным руководителем, а ее «внезапное появление» в Цинъюне было благодаря «связям наверху»; были и те, кто с полной уверенностью заявлял, что Линь Цзинъюнь активно продвигает проект Сиюньгу, потому что она тайно получила огромную взятку от одной сельскохозяйственной компании, к чему прилагались нечеткие фотографии якобы «банкетного подписания контракта», обработанные в Photoshop. Эти слухи были низкими, но распространялись быстро, стремясь полностью очернить Линь Цзинъюнь с точки зрения ее личности и неподкупности, чтобы запутать общественное мнение.

Практически одновременно министр отдела пропаганды городского комитета с тревогой пришел в кабинет Линь Цзинъюнь и уклончиво заявил, что получил звонок от секретаря секретаря горкома Ян Чжэнкана, и секретарь Ян «беспокоится» о недавнем общественном мнении в интернете, предлагая городскому правительству «соответствующим образом отреагировать», «во избежание влияния на имидж правительства». Это явно был зондаж и давление со стороны Ян Чжэнкана.

Перед лицом этого внутреннего и внешнего натиска Линь Цзинъюнь продемонстрировала удивительную стойкость. Она четко указала министру пропаганды: «Правительство города не комментирует злостные клевету в интернете, чистые сами очистятся. Прошу отдел пропаганды внимательно следить, фиксировать доказательства явных противоправных действий по распространению клеветы и слухов, и при необходимости передавать их в органы общественной безопасности. Наша энергия должна быть направлена на реальное развитие города Цинъюнь». Она отказалась быть заложницей общественного мнения, отказалась попасть в ловушку самооправдания.

Однако последовал еще более опасный ход. Вечером Линь Цзинъюнь получила срочный звонок от секретаря партийной ячейки деревни Сиюньгу, который дрожащим от плача голосом сообщил: «Госпожа мэр Линь, случилась беда! У въезда в деревню… у въезда внезапно появились несколько самосвалов, они вывалили кучу строительного мусора и заблокировали только что расчищенное дорожное полотно! Там… там еще несколько человек ругаются, говорят, если мы посмеем дальше строить дорогу, они… они не будут церемониться! Похоже… похоже на людей с улицы!»

Противник наконец обнажил свои истинные намерения, начав использовать криминальные элементы, чтобы напрямую саботировать проект Сиюньгу. Это была самая откровенная провокация и угроза, направленная на создание хаоса, препятствование расследованию, и, возможно, даже на провоцирование конфликта, чтобы обвинить Линь Цзинъюнь в «неспособности поддерживать стабильность».

В глазах Линь Цзинъюнь мелькнула холодная сталь. Она одновременно попросила секретаря деревни немедленно вызвать полицию и наставляла жителей деревни сохранять спокойствие, избегать прямого столкновения, заботиться о своей безопасности; одновременно она напрямую позвонила Чжоу Ле: «В Сиюньгу произошел инцидент с преднамеренной блокировкой дороги, возможно, замешаны криминальные элементы. Немедленно отправьте группу абсолютно надежных и способных к действию сотрудников полиции, как можно быстрее прибыть на место, взять ситуацию под контроль, действовать по закону, обеспечить безопасность жителей деревни и готовящегося к работе персонала, задержать причастные транспортные средства и лиц! Быстро! Жестко!»

Отдав распоряжения, Линь Цзинъюнь стояла у огромного панорамного окна своего кабинета. За окном уже зажглись огни. Городской пейзаж по-прежнему сверкал, но она знала, что в глубине этого города идет борьба за судьбу добра и зла. Очернение в СМИ, вмешательство криминальных элементов – эта отчаянная последняя попытка как раз и показывает, что противник уже действует в панике. Все, что ей оставалось сделать, – это выдержать эту последнюю и самую яростную контратаку, крепко контролировать ситуацию и ждать раската грома из провинции. Она взяла внутренний телефон и соединилась с дежурной частью городского правительства: «Это Линь Цзинъюнь. Передайте, что сегодня вечером я буду в кабинете, все доклады, касающиеся проекта Сиюньгу и внезапных инцидентов, с этого момента поступают непосредственно ко мне». Ночь, несомненно, будет бессонной. Буря достигла критической точки.

Конец главы.

http://tl.rulate.ru/book/198822/22313330