Готовый перевод Courtyard Chronicles: Rewriting Fates from Apprenticeship / Двор-сериал: переписываю судьбы с нуля: Глава 10

В аэропорту, где всё ещё трудились одна-две тысячи человек, ремонтируя взлётную полосу, в её конце стоял самолёт — двухмоторный пассажирский лайнер.

Выяснив, в чём дело, он обнаружил, что двигатели самолёта остановились.

Ремонт самолёта — впервые в жизни, даже дважды, Ван Вэйминь обратился к Инженеру Линю: «Учитель, как думаете, справимся?»

«Я изучал это за границей, но никогда не делал сам. Пятьдесят на пятьдесят», — ответил тот.

Инженер Линь посмотрел на солдата: «У вас есть чертежи?»

Солдат покачал головой.

Ван Вэйминь, тоже впервые в жизни, принялся разбирать самолёт. Инженер Линь руководил. Сначала Ван Вэйминь работал один, но потом солдату показалось медленно, он позвал ещё людей, и они стали разбирать вместе.

Между тем, они столкнулись с И Чжунхаем из двора. Тот хотел подойти поздороваться, но был отогнан солдатом.

За день самолёт разобрали до винтика. Инженер Линь рисовал схемы и проводил расчёты. В итоге стало ясно: неисправны электропроводка, топливная система и двигатель. Проводку и топливную систему починить было можно, но для двигателя не было запчастей.

Инженер Линь смотрел на разбросанные по всей земле детали самолёта, нахмурив брови.

Прошло три дня. Взлётную полосу отремонтировали, самолёт собрали. Топливную систему и электропроводку починили. Оставалось дождаться запчастей для двигателя. Договорились, что вернутся к ремонту, когда запчасти прибудут.

Принеся домой полмешка риса, он так устал, что не хотел шевелиться. Поужинав кое-как, он проспал до утра. Эти дни были изнурительными.

Утром, едва встав и умываясь во дворе, он снова встретил И Чжунхая. Ван Вэйминь первым поздоровался: «Дядя И, вы поели?»

«Ещё нет, твоя тётя как раз готовит. Вэйминь, я видел тебя вчера в аэропорту. Что ты там делал?»

«Ах! Да ничего особенного. Солдат забрал моего учителя чинить самолёт, отказаться было нельзя, вот и меня прихватили помогать».

«Починили?»

«Не починили. Двигатель оказался сломан, мы ничего не смогли сделать, так и бросили».

«И самолёт уже не полетит?» — с тревогой спросил И Чжунхай.

«Летать, конечно, не сможет. Без двигателя, как он полетит? Хотя, солдаты сказали, что запчасти скоро будут, придётся ждать», — с сожалением ответил Ван Вэйминь.

«О, вот как. А твой учитель и остальные?»

«Они вернулись. Я тоже совсем вымотался. Эти дни на аэродроме мы работали без сна и отдыха. Вот, вчера только вернулся, ещё не успел отдохнуть», — сказал Ван Вэйминь, зевая.

«Тогда иди скорее отдыхай. Мне тоже пора домой обедать», — сказал И Чжунхай и повернулся, чтобы уйти.

Ван Вэйминь закончил умываться, вернулся в комнату, кое-как поел и, размышляя о пережитом за эти дни, понял, что это было по-настоящему захватывающе. Он, оказывается, участвовал в таком важном деле, как ремонт самолёта. Хоть и был всего лишь помощником, но всё же повидал мир.

Только выйдя за ворота двора, чтобы идти на завод, он встретил идущего ему навстречу Хэюйчжу с корзиной в руках. «Чжуцзы, куда спешишь?»

Хэюйчжу обернулся, показав простую улыбку: «Я же говорю, ресторан закрыт на праздники, дома сидеть нечего. Отец приготовил две корзины булочек, а я понесу их продавать на улицу».

«С какой начинкой?»

«Одна корзина с мясом, две — с овощами».

«Эй, какое совпадение! Возьми мне пять мясных булочек. Я отнесу их на завод, пусть мой учитель тоже попробует, как твой отец готовит».

Хэюйчжу достал из корзины пять дымящихся мясных булочек, завернул их в бумагу и протянул Ван Вэйминю: «Вот, ещё тёплые. Твоему учителю точно понравится».

«Сколько с меня?»

«Мясные — 1500, овощные — 1000».

Ван Вэйминь взял булочки, порылся в кармане, достал несколько купюр и протянул Хэюйчжу: «Чжуцзы, возьми это. Не стесняйся».

Хэюйчжу просто улыбнулся и махнул рукой: «Не нужно, брат Вэйминь. Отец сказал, это домашние булочки, они не стоят больших денег. Бери и ешь».

Ван Вэйминь сунул деньги ему в карман, а булочки спрятал за пазуху: «В следующий раз не откажусь. Чжуцзы, ты скорее иди продавать булочки, не задерживай дело».

Хэюйчжу кивнул и, взяв корзину, побежал дальше по улице. Ван Вэйминь направился к заводу.

«О, Вэйминь, сегодня так рано?» — спросил помогавший на кухне Старина Ли.

«Да, Ли-брат, есть кое-какие дела, которые нужно решить пораньше», — улыбнувшись, ответил Ван Вэйминь.

Придя к учителю, Ван Вэйминь положил булочки на его стол. Учитель, увидев горячие булочки, улыбнулся: «Этот мальчишка, оказывается, внимательный».

Ван Вэйминь сел и принялся разбирать свои рабочие записи за последние дни. Опыт ремонта самолёта был невелик, поэтому он задавал учителю вопросы обо всём, чего не понимал.

«Поскольку сейчас нет срочных дел, у меня тут есть несколько книг по механике. Можешь взять их почитать», — сказал учитель.

Ван Вэйминь поднял голову, в глазах мелькнула радость: «Правда, учитель? Это было бы здорово. Я как раз не знал, где искать информацию».

Учитель достал с полки стопку пожелтевших книг и протянул ему: «Это мои многолетние сокровища. Береги их хорошо».

Ван Вэйминь торжественно принял книги: «Спасибо, учитель. Я обязательно буду читать их внимательно».

Несколько книг были на немецком языке, и он попросил учителя помочь с немецким. Инженер Линь, учившийся в Германии, принялся его обучать.

Один с удовольствием учил, другой с удовольствием учил, к тому же Ван Вэйминь обладал феноменальной памятью. За день Ван Вэйминь почувствовал, что получил огромное количество знаний.

Несколько помощников на кухне наблюдали за происходящим, надеясь что-нибудь украдкой выучить, но для них это было всё равно что слушать небесную музыку, они ничего не понимали и могли только сидеть и дремать.

Снова повалил снег. Звуки выстрелов за городом прекратились. Весь Сыцзюаньчэн был окружён. На улицах уже не было видно торговцев едой. Перед дверями продуктовых магазинов выстроились длинные очереди, на дверях висели таблички об ограничении продаж, цены на продовольствие росли и росли. Мусор валялся повсюду на улицах.

Люди спешили, в глазах их читались тревога и беспокойство.

Ван Вэйминь смотрел на снежный пейзаж за окном, чувствуя смешанные эмоции. Он вспомнил слова учителя: «В смутные времена ремесленники — самые ценные».

В прошлой жизни он не переживал войны, родился в мирное время и знал лишь, как труден мир. Попав в этот мир, он глубоко почувствовал, как трудно выживать.

Едва войдя в ворота двора, он услышал, как в среднем дворе бьют ребёнка. Ген китайцев, любящих смотреть на всякие происшествия, мгновенно пробудился, и он в несколько шагов добрался до среднего двора.

Любопытных собралось немало — все жители двора были здесь. Все задрали головы, глядя, как Хэ Дацин бьёт ребёнка, ругая его «Шацзу». Увидев Янь Фугуя, он спросил: «Дядя Янь, что случилось?»

Янь Фугуй живо рассказал, как Хэюйчжу, пойдя продавать булочки, был преследуем ранеными солдатами три улицы, и лишь с трудом избавился от них. Затем он встретил кого-то, кто купил булочки, расплатившись нарисованными от руки золотыми юанями. Хэюйчжу даже не узнал их.

Ван Вэйминь, услышав это, усмехнулся. Оказывается, так и появилось прозвище «Шацзу». Столько людей смотрело, и никто не подошёл, чтобы урезонить их.

Он покачал головой, подумав: «Мир действительно изменился». Он протиснулся сквозь толпу и увидел, как Хэ Дацин яростно бьёт Шацзу, а рядом Хэюйшуй рыдала навзрыд. Вокруг же люди лишь наблюдали, никто не пытался их остановить.

Ван Вэйминь вздохнул и уже собирался подойти, как из заднего двора между людей протиснулась старушка и схватила Хэ Дацина за руку: «Дацин, что ты делаешь? Ребёнок ещё маленький, разве нельзя поговорить спокойно?»

Гнев Хэ Дацина не утих, но он всё же остановился, подхваченный старушкой. Он бросил гневный взгляд на Шацзу и выругался: «Маленький ублюдок, ничему не учишься! Посмотрим, как я разберусь с тобой позже!» С этими словами он повернулся, чтобы утешить дочь. Шестилетняя Юйшуй плакала, задыхаясь.

Старушка посмотрела на толпу зевак: «Расходитесь все, чего тут смотреть?»

Под её гомоном толпа начала медленно рассеиваться, но несколько любопытных ещё долго стояли вдалеке, показывая пальцами и тихо переговариваясь.

http://tl.rulate.ru/book/198621/22555457