Готовый перевод Godclads / Богооблачённые: ГЛАВА 9.

СЛОТТЕРМЕН

С хромом такая штука: он тебе лжет. У какого-нибудь уличного панка, решившего сменить плоть на металл, перемыкает провода. Слишком много обновок, слишком быстро. И в башку лезут дурные мысли о том, кто он теперь такой.

Акселеро внушает, будто ты быстрее всех на свете. Титановая кожа? С ней ты мнишь себя неуязвимым. Свистуны – те вообще штука подлая: позволяют убивать, даже не заходя в комнату. Собери всё это вместе, и у тебя… у тебя начинаются эти вспышки… моменты гребаной чистой эйфории.

Чувствуешь себя богом.

Хе. Эта иллюзия живет ровно до первой встречи с настоящим «латником». Да черт, она живет, пока не нарвешься на толкового некро. Не пойми меня неправильно, с хромом ты всё равно круче любого плоского мешка с мясом, но в этой игре есть свои уровни – точно такие же, как ярусы в этом городе.

Мертвый металл – это лишь первый шаг. Квалификация. Пройдешь её, и, может быть, когда-нибудь сумеешь захапать себе Душу. Вот тогда и увидишь, насколько глубока кроличья нора там, в небесах.

— ИЗ МЕМ-ЛОГА ВИНСЕНТИНА «ДЖЕКА-ПОТРОШИТЕЛЯ» ДЖАВВЕРСА, ГЛАВЫ СИНДИКАТА СКАЛЬПЕРОВ.

Аво дышал. Мир вокруг него кричал эхом аплодисментов и треском пламени. Вольфрамовая флешетта материализовалась в дюйме от его правого глаза. Она со звоном упала на испачканную сажей землю, всё еще окутанная ошметками мозга. Его мозга.

ОНТОЛОГИЯ ОТКАТАНА.

ВОСКРЕШЕНИЕ ЗАВЕРШЕНО.

ПАМЯТЬ ВОССТАНОВЛЕНА.

ДУША В СЕТИ.

ЗАПУСК ТАУМИЧЕСКОГО ЦИКЛА: 7 ТАУМ/ц.

ЗАГРУЗКА ФАНТАЗМОВ…

Он должен был быть мертв. Определенно должен.

С трудом поднимаясь на ноги, Аво почувствовал, как по разуму прошел импульс, оживляя чувства. Только что он видел сон. Вспоминал. Жилую ячейку, где обитал, – войну кварталов. Это было семнадцать лет назад, там, в Склепе. Всего через месяц после того, как Уолтон приютил его.

Вздрогнув, он задался вопросом: как память вообще могла воспроизвестись? Метаразум не работает, когда настоящий мозг, в который он вплетен, размазан по стенке. Воскрешение должно было стать для него невозможным. И всё же вот он – возвращается к жизни второй раз за день, и никакой филактерии не потребовалось. Варианты того, как это происходит, у него подходили к концу.

Аво моргнул. Ког-фид загрузился и начал фильтровать данные прямо в сознании. Пошатываясь, он отошел от места, где лежал, и увидел разбитый остов своего дрона, впечатанный в стену и шипящий дымом. Сгорел. Нога наступила во что-то скользкое. Аво посмотрел вниз и увидел кровавый мазок, отмечавший траекторию его смерти.

Должно быть, след оставило тело при падении. Учитывая скорость, с которой он летел, месиво выглядело довольно скудным. Осколки черепа и ошметки мозга покрывали изуродованный пол багровым ковром. Лоскут металла содрал часть скальпа, пока он скользил по нему. Над головой, словно ивы из сплава, раскачивались обломки сборочных лент. Дроны дождем осыпались вниз кусками и деталями. Сверху, из нависшей тьмы, с равными промежутками вспыхивали и грохотали выстрелы Гаусса.

Какая-то фигура сорвалась вниз; Физ-сим мгновенно прочертил траекторию – столкновение с полом фабрики неизбежно. На долю секунды Аво разглядел падающего. Судя по одежде – адский шахтер. Индустриальные импланты конечностей. Защитные очки. Вживленные трубки тянулись от шеи к бакам на спине.

Фигура превратилась в кашу, ударившись о землю вместе с остальным летящим мусором.

Аво прибавил шагу, пока на него самого что-нибудь не приземлилось. Наверху полыхнул очередной взрыв. Похоже, он был не единственным, кто счел идею взобраться по цилиндрам здравой. Он попытался засечь чьи-нибудь мысленные сигнатуры. Может, удастся снова найти того отца с мальчишкой. Или выследить того, кто его убил. Это было бы кстати. Попробовать их на вкус. Оценить в ответ аромат их мозга.

Пробираясь сквозь клубящийся дым и руины, оставшиеся после обрушения цилиндров, он выделил больше когнитивных мощностей на фильтрацию густых горячих испарений, окутывавших его. Тут же послышался вой его призраков – перегрузка. Он на мгновение отключил Физ-сим, чтобы облегчить задачу. Включит снова, когда придется с кем-то драться или что-то вычислять.

Зрение мгновенно обновилось, и дым словно перестал существовать. Более того, призраки помогли ему не влететь грудью прямо в торчащую пику.

Внимание привлекли потеки сочащегося мыслевещества. Издалека Аво заметил две фигуры, убегающие через конвейерные ворота, которые вели в другое крыло фабрики футах в пятидесяти выше.

Отец и сын, догадался Аво. По крайней мере, живы. Он понятия не имел, сколько пробыл мертвым, но раз они только выбираются отсюда, значит, воскрес он быстро.

Он уже собирался окликнуть их, когда яркая вспышка сверху ослепила его. Аво поморщился и прищурился. Призраки пытались подстроиться, но проблема была не в восприятии, а в биологии.

Ему нужны были темные очки или визор, чтобы выдерживать такую яркость. Воздух разорвал звук работающих двигателей реактивного ранца. Оглушительный голос прогремел над залом, сопровождая дикий хохот. Когда зрение прояснилось, Аво увидел смутный, залитый светом силуэт огромного существа, влетающего в те же ворота, что и отец с сыном.

Охотник. Сборка хрома под «вышибалу» и реактивный ранец, достаточно мощный, чтобы поднять в воздух тушу весом в несколько тонн. Чудесно. Аво оскалился. Будет чем поживиться. К тому же мысли охотника были сформированы в непроницаемый опаловый купол, но в них не было ряби Метаразума.

Вероятно, просто оберег. Аво знал, как вскрывать обереги. И судя по тому, что тот не обновлялся, штука была дешевая; такую он и сам мог бы собрать за час.

Охотник раздвинул ворота шире и протиснулся внутрь. Механизмы ломались. Металлические стены стонали, сминаясь. Фигура запрокинула голову и расхохоталась – голос звучал как едкий гром. А призраки всё это время продолжали выкрикивать его имя:

+Слот-тер-мен! Слот-тер-мен! Слот-тер-мен!+

— Бегите, пустышки! Бегите! — Взревел Слоттермен. Подобно волку, врывающемуся в кроличью нору, он последовал за мальчиком и отцом. Охотник скрылся из виду в физическом мире, но его разум продолжал светиться в джунглях мыслей и призраков местной Пустоши.

Аво погрузил восприятие глубже в Пустошь, пытаясь выследить новую добычу. Логика подсказывала: сейчас идеальный момент, чтобы сделать ноги. Пусть мальчик и отец встретят свою судьбу – они всё равно обречены. Но Уолтон попытался бы им помочь.

Да и зверь внутри не мог просто так оставить отличную добычу в покое.

Этика и желание объединились. Здравый смысл был подавлен. Мир был прекрасен.

Наслоение Пустоши становилось всё плотнее и ярче, наполняя окружение эфирным резонансом. Пульсирующие призраки самых причудливых форм источали капли эмоций, а поверхностные мысли застилали взор. В одном только этом зале были тысячи Наблюдателей. Они принимали химерические облики: части их псевдо-онтологии напоминали ну-птиц, роботов, боевые корабли и даже давно умерших знаменитостей. Соединенные свисающими нитями с массивным локусом высоко вверху, хозяева этих фантомных конструктов впитывали зрелище, находясь в безопасности своих жилых ячеек.

С этой стороны всё выглядело странно. Аво посетило причудливое чувство: ведь он и сам должен был быть среди этих призраков, доставлять мем-дропы или внедрять кошмары во время своих погружений. Редко он обращал внимание на людишек, служивших ему лишь фоном, – тех, кто выживал и умирал, пока он создавал своих импов.

Именно этот опыт позволил ему так легко заметить след охотника. Призраки в основном были связаны друг с другом. Их сочащееся мыслевещество пузырилось и растворялось. Мысли же охотника оставляли четкий след: маслянистый вектор, прочертивший дугу в воздухе и уходящий вниз, сквозь искореженные ворота.

Прореха в оберегах. Какая досада.

— Нашел тебя, — прошептал Аво себе под нос. Он краем сознания уловил, как от одного из призраков сверху потянулось щупальце призрачной материи. Оно ужалило его и расплескалось по активным оберегам, точно вода. Сам призрак отпрянул в конвульсиях, когда в него хлынула инъекция концентрированной травмы.

Внезапно тот разлетелся на куски. Аво тихо хмыкнул. Хозяин разорвал связь рефлекторно, выбросив поврежденных призраков из своего Метаразума.

МЕМ-СТРАЖ ОСАРАИ – ЦЕЛОСТНОСТЬ СОХРАНЕНА – 99%

ОТЧЕТ О ПОВРЕЖДЕНИЯХ: ПОВРЕЖДЕНИЕ ВНЕШНЕЙ АККРЕЦИИ МИНИМАЛЬНО.

УДАЛЕНИЕ ПОВРЕЖДЕНИЙ.

ЗАМЕНА ПАМЯТИ.

ЦЕЛОСТНОСТЬ – 100%

Теперь в зале еще больше призраков обратили внимание на его присутствие. Но вместо того чтобы роиться вокруг, пытаясь присосаться к его сознанию, они держались на расстоянии. Пример был поучителен. Остальные проявили осторожность. Хорошо. Теперь он для них не викария, не мясная марионетка, созданная для их развлечения.

Крохотная доля свободы, отвоеванная мастерством. Демонстрация опыта. Именно это Уолтон хотел бы в нем видеть. Профессионализм и навык. В душе Аво поднялось удовлетворение, но предвкушение возможной расправы всё еще манило его. Преследуя Слоттермена, он настроился на мысленные волны общего лобби.

+Джаус! Гребаный Джаус жив! Гуль поднялся.+

+Охренеть, – ахнул чей-то гнусавый голос, – этот гуль неубиваемый!+

+Да нет, кровник. Флешетта просто мозг не задела. Если у гуля мозг цел, он не труп. Видел рег-симы? Некоторые гнилолизы вставали даже после того, как их прожаривали фузионным копьем.+

+Чушь, мы все видели, как у него мыслевещество перестало течь после выстрела. Мы чувствовали, как он сдох.+

+Ну, если только этот гуль не умеет восставать из мертвых, значит, Слоттермен запорол контрольный.+

+Пиздец какой гамма-промах для Слоттермена – не попасть гулю в мозг из пушки с призрачным наведением. Странная херня, кровники.+

+Сколько, блядь, еще, блядь, раз ты, блядь, скажешь «блядь», ЛюбительПламени99?+

+Да столько, сколько, блядь, захочу, ты, полукровка недочеловеческая, мешок с гамма-софтом для производства органов.+

+КАКОГО ХЕРА! ЭТО ЖЕ ПОЛНЫЙ ПИЗДЕЦ! Я СТАВИЛ ИМПОВ НА ТО, ЧТО ОН СДОХ! МЕСЯЧНУЮ ЗАРПЛАТУ! ОН ЖЕ УМЕР! Я НЕ ВЕРНУ ИХ! ВЫ САМИ ВИДЕЛИ, ОН СДОХ! МНЕ ПОСРАТЬ! Я ВЫИГРАЛ ЭТИ ИМПЫ…+

Аво уже собирался приказать Метаразуму отключиться от резонанса общего лобби, когда пробился другой голос.

+Он жив? — Голос Крошки Злюки теперь состоял почти из одного рычания. — Какого х… А! — Она осеклась, прежде чем выдать еще больше ярости перед зрителями. Непрофессионально. Аво всегда проверял всё, прежде чем переключать волны. — Я… как… некоторые зрители могли заметить, произошла неожиданность со статусом одного из наших участников. В данный момент Четырнадцатый жив. Я… э-э… эти гули и их регенерация, верно? В любом случае, в качестве… жеста доброй воли, я, Крошка Злюка, приношу извинения за эту ошибку и… позволю всем выигрышам остаться…+

С каждым словом её голос звучал всё напряженнее. С другой стороны, её ярость затапливала общее лобби подобно приливу, окрашивая волны нарастающим волнением. Столько ненависти к нему одному. Аво был польщен.

Пересекая обрушившийся конвейерный путь, Аво услышал звон своего потерянного частотного клинка и нашел его вонзенным в отвалившийся сервомотор. Оружие всё еще исправно вибрировало. Это давало шанс быстро покончить со Слоттерменом. Альтернативный план заключался в использовании фантазма призрачной связи. Это был скорее инструмент для коммуникации, чем боевой конструкт, но в крайнем случае он знал, как с его помощью обнулить разум. Проблема была в том, что это сожрет нескольких его призраков. А это ударит по ког-капу.

Следуя по уже растворяющимся следам мыслей, Аво взобрался по стене к поврежденным воротам, используя выбоины и трещины как зацепы. Поднявшись к выходу, куда скрылась его добыча, преследуя отца и сына, Аво уставился на разрушения, оставленные Слоттерменом. Удар охотника оставил в стене массивную вмятину.

Как и ожидалось. Веса в нем было как минимум несколько тонн.

+Двадцать восемь… хм, гуль жив, – снова вклинилась Крошка Злюка. Гнев исчез. Его подавили. Кто-то из её персонала заткнул течь. — Осталось двадцать девять выживших! Но и охотников до этого этапа дошло всего восемь. У нас тут наметились серьезные бойцы. Не буду врать, кровники, ночка выдалась кровавая и сочная! Обожаю такое! Похоже, завтра Нью-Валтун будет сиять ярко.+

Хор согласий и обмен импами хлынули по цепям. Как это лестно – когда на твое дальнейшее выживание ставят всякие социальные отбросы. Аво почувствовал себя настоящей звездой.

Войдя в ворота, Аво заметил над головой голограмму с надписью «ИНДУСТРИАЛЬНЫЙ СЕКТОР». Сам проход был искорежен. Уайтов растерло в пасту между стонущими шестернями, а механизмы ленты под ногами хрипели, заклиненные налипшей биомассой. Словно выходя из разбитых челюстей мертвого левиафана, Аво заглянул в следующее помещение.

Куполообразный зал лежал в руинах. В центре огромная овальная машина высотой в сотню футов повалилась на стену, раздавив нечто похожее на пост управления. Кто-то прорвался здесь раньше. Иссушенные тела валялись кучами вдоль стен. Аво принюхался – запаха крови не было. Из них выкачали всё до капли. Судя по зловонию – несколько месяцев назад. Тот, кто это сделал, был не Слоттерменом.

Похоже, местный Синдикат, заправляющий этими играми, любил использовать локации по кругу.

Вмятины от тяжелых шагов вели вглубь зала. Следы были свежими; запах отца и сына ощущался отчетливо.

Покалывающий азарт внутри Аво усилился. Даже с частотным клинком и призрачной связью лучшим вариантом оставалась засада. Слоттермен был забит хромом по самые гланды. Скорее танк, чем человек. Аво было плевать. Охотник убил его. Пристрелил. Выпустил мозги.

Аво хотел сравнять счет. Природный импульс мешал ждать.

Младшие магистры вырезали у своих гулей многие эмоции. Ненависть в их число не входила.

Сойдя с ленты, Аво осторожно двинулся в обход, больше прислушиваясь, чем присматриваясь. Из-за поваленной овальной машины доносился громкий стук. Сквозь преграду светилась черная оболочка мыслевещества. Он нашел Слоттермена. А дальше он увидел всплески мыслевещества – обнаженные разумы, полные ужаса.

Отец. Мальчик.

Аво деактивировал ненужный сейчас фантазм авто-сеанса и запустил новый – Спектр. Паттерн его призраков внезапно изменился. Фантазмы были полезны именно этим. Свободно перемещаясь между софтом и железом, они давали Метаразуму новые конструкты для формирования и управления, расширяя возможности сознания.

Границы его защищенных мыслей вытянулись тонким призрачным жгутом. В сознании Аво возник новый визуальный канал.

СПЕКТР РАЗВЕРНУТ – ДИСТАНЦИЯ ВОСПРИЯТИЯ [67] ФУТОВ.

КОГ-КАП – 67%

Аво осторожно направил свое восприятие за угол. Призраки теперь наблюдали за ним молча, некоторые с удивлением комментировали то, что у гуля есть Метаразум, или его явный опыт в использовании Спектра. Он игнорировал их, сосредоточившись на поиске возможных ловушек.

Заглянув за упавшую машину в центре комнаты, он впервые по-настоящему увидел Слоттермена.

Воздух был затуманен паром, шипящим из ребристых радиаторов на плечах охотника. Лоскуты синтетического пластика, имитирующие дубленую человеческую кожу, свисали с его спины, точно плащ из лиц: безглазые куски кожи, содранные в момент крика. Всё его тело состояло из черного лака поверх зазубренных краев, покрытого сочлененными титановыми пластинами. Над правым плечом на магнитной связке парила неактивная пушка в форме спирали.

Слоттермен был ближе к легкому бронированному штурмовому дрону, чем к обычному хромеру. Вживление в киберскелет давало о себе знать. К тому же, по мнению Аво, это было глупо и расточительно. Если хочешь быть машиной, почему бы просто не использовать призрачную связь и не подключиться к ней? Никаких операций не нужно. Но, возможно, Слоттермен был из тех полукровок, которым нравится вызывать бригаду техников, чтобы те разобрали ему пах, когда плоти нужно отлить.

Трехтонный охотник небрежно пнул запечатанную дверь, отделявшую его от добычи; маленькая мерцающая иконка обозначала выход как «ТЕХОБСЛУЖИВАНИЕ». Мыслевещество, сочившееся из-за двери, выдавало отца и сына. Колебания их мозговых волн говорили о запредельном ужасе. И всё же они были живы – а значит, технически справились лучше, чем Аво.

Он нахмурился. Какая досадная мысль.

Он отозвал Спектр, отключил его и вместо этого активировал призрачную связь и Физ-сим. Он уже прикидывал угол атаки, когда его накрыла пульсирующая волна мысли.

ВХОДЯЩИЙ ЗАПРОС В ПРИВАТНОЕ ЛОББИ – ХОЗЯИН: КРОШКА ЗЛЮКА.

СОПРЯЧЬ МЫСЛЕВОЛНЫ?

Аво прищурился. Хозяйка лично связывается с участником? Не слишком ли подозрительно? Часть его хотела проигнорировать вызов и продолжить насилие, но любопытство взяло верх. Он принял запрос и связал поверхностные мысли своих призраков с парным резонансом.

Он погрузился в Пустошь еще глубже. Гул зрителей и сочащиеся эмоции стихли. Он остался один на один с Крошкой Злюкой: её лицо было соткано из колец извивающейся гидры, а глазами служил блеск двух разноцветных чешуек. Она возвышалась над серым залом, её ког-кап целиком подпитывался массивными нитями, спускающимися от локуса, который пылал над ними подобно звезде.

+Итак, – сказала Крошка Злюка ровным тоном. — Что ты за фрукт?+

Аво промолчал. Он ждал, пока она продолжит. Хотел понять, в чем её игра.

+Я заглушила остальных полукровок. Они нас не слышат. Знаю, ты меня понимаешь. Я видела, как ты хакнул того дрона. Видела, как скачал призраков и паттерны в свой Метаразум – то, что тот качок не смог вытащить. Ты не из тех обычных гулей, которыми мы набиваем список участников.+

Аво хрипло хохотнул. — Обычный гуль.

Будто у его собратьев была какая-то личность, кроме «убивать» и «жрать». Они были рабами своих инстинктов. Если не считать подчинения воле младших магистров, гуль жил только ради удовлетворения импульсов.

И он сам не был бы иным, если бы не Уолтон.

+Ты не такой, – повторила Крошка Злюка. — И раз уж ты не такой, я начинаю очень, очень сильно расстраиваться из-за того, что ты портишь мне стрим. Так что я жду объяснений, что тут происходит.+

Он уставился на неё и нахмурился. О. Он понял. Она решила, что он подсадной или что-то в этом роде. Может, модифицированный гуль, засланный специально, чтобы обрушить ей просмотры.

Он подождал еще мгновение.

Одна из змей дернулась там, где должна была быть губа. +Отвечай мне, блядь! — Рявкнула Крошка Злюка. О. Должно быть, он здорово подпортил ей тотализатор тем, что не сдох. — Зачем ты здесь?+

+Пытаюсь выжить, – ответил Аво. — Вот и всё.+

Она фыркнула. +Серьезно? Гуль с навыками некрохакера объявляется в моем чертовом Горниле просто чтобы «попытаться выжить»? Да пошел. Ты. Слышишь? Пошел на хер! Дай мне честный ответ. Кто ты такой?+

Но ответа у него не было. Пути перед ним сужались. Аво понял: что бы он ни сделал дальше, её внимание будет приковано к нему. Намертво. И если она сможет, то добьется его смерти, лишь бы вернуть контроль. Её ярость подсказывала, что дело перешло из профессиональной плоскости в личную.

+Я? — Сказал Аво. — Тот, кто выбирает. Выбирает выжить. Выбирает уйти. Не хотел быть здесь. Не я решал. Отключи меня от системы. Отпусти. Я исчезну. Забери тех двоих. Ты нас больше не найдешь.+

Из её разума вырвался хрип – не то смех, не то возмущение. +Ах ты… высокомерный… ублюдок! Что это сейчас было? Я спросила «кто» и «почему»! А ты мне выдаешь порцию загадочного дерьма про выбор? А потом еще и требования ставишь? Ты, должно быть, из Гильдии. Смертник? Нацепил это тело для суицидального рейда? Решил по приколу развалить мое шоу? Ты с регулярами?+

С регулярами? Здесь есть регуляр? Аво вздохнул. Больше вопросов. Больше путаницы. Разговор начался ни с чего и шел в никуда. Ей нужно было на ком-то сорвать злость, но, честно говоря, он пребывал в таком же неведении, как и она. Он понятия не имел, как оказался в Зеве и почему продолжает возвращаться с того света. В конечном счете, у него не было для неё подходящих ответов.

И к тому же она отнимала у него время обеда.

+Пытаешься спасти пацана? — Спросила Крошка Злюка, внезапно сменив тон. — Это же была легкая добыча, а ты мимо прошел. Скажи мне, каково это было? Насколько сильно в этом теле звала тебя жажда?+

Теперь издевается. Пытается вывести из себя.

Аво перестал отвечать. Возможно, существовал путь, на котором он мог бы убедить её отпустить его. Обменять что-то на свободу. Но у него не было навыков и качеств для такого пути. То, что он умел – это убивать и взламывать. Прямо сейчас он намеревался сделать и то, и другое, и двигаться дальше.

Что-то в глубине души подсказывало: после этого Крошка Злюка бросит на него все ресурсы, какие только сможет. Сейчас ему было плевать. Смерть лежала на его плечах легко, и становилась всё легче. Он не знал, сколько еще раз сможет вернуться, но пока счет шел два-два: две жизни на две смерти.

Что еще остается, кроме как играть по этим ставкам дальше?

+Недостаточно сильно, – ответил Аво. Он сменил мыслеволны и вышел из лобби. Последним, что он почувствовал, была вспышка ярости Крошки Злюки. Оно того почти стоило. Но теперь нужно было разобраться со Слоттерменом.

В голове сложился план. Ну, скорее серия взаимосвязанных надежд, порожденных растущим голодом. Потянувшись вниз, он подобрал кусок металла и швырнул его через зал. Тот несколько раз подпрыгнул и ударился о стену. К этому моменту Аво уже был в рывке, готовясь к прыжку.

Подпрыгнув, он зацепился за бок овальной машины и полез наверх; крупные печатные буквы «УТИЛИЗАЦИЯ» вызывающе смотрели на него. А. Значит, в этой махине сжигали дисквалифицированных уайтов.

Взобравшись на вершину, он оказался в добрых десяти футах над ничего не подозревающим Слоттерменом. Его спиральная пушка была нацелена туда, где обломок металла ударился о стену; она не успевала выстрелить в Аво, пока тот падал вниз, направив клинок для смертельного удара.

Или он так думал.

Спиральная пушка мгновенно довернулась. Глаза Аво расширились. Быстрее, чем он или Слоттермен успели среагировать, пушка выстрелила на автопилоте; вспышка – и переливающийся луч воспламенил воздух. Столп жара прошил нутро Аво и пробил потолок. Он взревел от агонии. Пушка вспыхнула еще дважды, прежде чем он завершил падение. Еще дважды Аво закричал.

Вслепую он рубанул клинком вниз и почувствовал, как удар преодолел внезапное сопротивление. Пушка замолчала. Частотный клинок ушел еще на дюйм в плечо Слоттермена. Три импланта, заменявшие охотнику глаза, вспыхнули. За его спиной реактивный ранец расцвел короной света. Слоттермен врезался в Аво подобно приливной волне металла, впечатав его в стену.

Аво почувствовал, как крошатся кости; тьма поползла с краев зрения вслед за болью. Слоттермен как раз успел выбить клинок из его сломанного запястья. Холодные титановые пальцы намертво сомкнулись на шее Аво; позвонки отозвались хором тресков.

Аво слабо дергался, молотя руками и ногами, его когти бесполезно скрежетали по металлу. Слоттермен расхохотался и ударил Аво о стену. Раз. Два. Третий и все последующие слились в одну сплошную экзекуцию, в марево боли. Волна, которой был Слоттермен, превратилась в цунами из сыплющихся ударов. Аво чувствовал, как рвутся мышцы, как трескаются кости.

Снова и снова кулаки охотника погружались в него; чавкающие звуки ударов сопровождались разрывами кожи и брызгами крови, становясь еще тяжелее от синхронных импульсов реактивного ранца.

Изо рта, между выбитых клыков, потекла желчь и кровь. Титановые пальцы, толстые, как дубинки, крепко держали его на весу. Окровавленный, с сотрясением мозга, Аво обнаружил, что смотрит прямо в три светящихся глаза Слоттермена. Носа у охотника не было. Зубы напоминали монофиламентные бензопилы.

Аво хмыкнул, даже когда его внутренности превратились в кашу. Охотник выглядел абсурдно. Будто ребенок наклеил слишком много бритвенных лезвий на лицо расплавленной куклы.

— Думал, я тебя прикончил, — сказал Слоттермен. Его голос напоминал рычание двигателя – больше машина, чем человек. — Мог бы поклясться, что видел, как ты развалился на земле. Но фокус с дроном был хорош. Весьма впечатляюще для гуля.+

— Промазал, — выдавил Аво. Он закашлялся. Три клыка выпали. Чудовищная сила ударов парализовала правую сторону тела. Перегоняя кровь в позвоночник, он понял, в чем дело: часть нижнего отдела позвоночного столба теперь была вжата в левую реберную пластину. Плохо. Меча нет. Пора пускать в ход другой вариант. — Плохой… выстрел.+

Слоттермен рассмеялся. — Пожалуй. Но с твоей стороны было не слишком умно идти за мной. Я… хе… знаешь, ты неслабо взбесил Злюку. Она сейчас орет у меня в мозгу. Требует, чтобы я тебя пришил. Хотя ты был близок, признаю. — На лице Слоттермена появилось задумчивое выражение. — Сколько времени у тебя занимает исцеление травм позвоночника? Стой, не говори.+

Он снова ударил Аво о стену. Что-то сместилось. Нервы Аво вспыхнули пожаром агонии. Звуки, которые он издавал, были полны муки. Животные. Знакомые. Боль есть боль. Боль и её мимолетность – вот что значит быть гулем. Боль – это сосредоточенность.

Аво активировал призрачную связь. План Б.

Взлом разума, по сути своей, был предельно прост. Ты не атаковал волю индивида. Это была совсем иная метафизическая конструкция. Нет. Ты изменял память и использовал травму как оружие. Большинство тех, кто владел призрачной связью, просто соединяли разумы через призраков. Это был скорее мост, чем фабрика оружия.

Однако у Аво был в запасе еще один вариант – тот, который он почти никогда не использовал. Те четыре первых призрака, которых он забрал на барже, были «сырыми». Непоследовательными. Ненастроенными. Самым глубоким воспоминанием, запечатленным в них, было их убийство самим Аво. Боль. Страх. Агония. Ужас. Всё это было спрессовано воедино. Аво был слишком избит, чтобы обмануть постоянно меняющиеся обереги из призраков, защищавшие Слоттермена. Но ему это и не требовалось.

Ему нужно было лишь засадить призраков достаточно глубоко. В мгновение ока Аво сгустил и усилил каждую крупицу травмы, которую его Метаразум смог вычленить из призраков падальщиков, и сплавил их в пронзительную бомбу. Используя функцию соединения призрачной связи, он вонзил свое самодельное оружие в обереги Слоттермена.

Он тут же почувствовал, как нити заразной мысли впились в него в ответ, пытаясь затопить контрмерами. Тоже состоящими из травмы. Липкие воспоминания инфицировали его бомбу первыми, лишь увеличивая её разрушительный потенциал. Аво оскалился. Дурак. Он протолкнул призраков глубже с помощью связи, а затем выбросил их из своей системы.

ПРИЗРАКИ ИЗВЛЕЧЕНЫ.

ПРИЗРАКИ: [24]

Обереги мгновенно треснули. Трещина ушла вглубь. Оскал Аво стал еще шире.

Слоттермен вскрикнул, поморщившись и схватившись за голову. — А-а! Ужалило! Как ты…+

Внезапно непроницаемая оболочка оберегов Слоттермена раскололась – бомба сработала. На лице охотника сменилось несколько выражений. Ни одно не было мирным. Из его горла вырвался хриплый звук; тело забилось в судорогах.

В Пустоши Аво видел, как изувеченное мыслевещество Слоттермена разлетается рваными нитями, растворяясь капля за каплей. В центре еще сохранялась некая плотность, удерживающая эго этого человека, но и она начала рушиться. Дальше – безумие, за которым последует кататония.

— Ты… ты… — прохрипел Слоттермен. Он попытался сомкнуть пальцы на шее Аво. Сломать его. Что-то важное исчезло из его разума. Он не смог этого сделать.

Аво рассмеялся, всё еще прижатый охотником к стене. Не так он хотел победить. Не так себе это представлял. Но всё же он сломал Слоттермена. Он сломал…

Дверь, ведущая в техотсек, распахнулась. Кто-то вылетел оттуда подобно вспышке молнии.

Верхняя половина черепа Слоттермена исчезла под углом. Кровь брызнула Аво в лицо, обдав язык знакомым вкусом и ослепив глаза.

Подняв левую руку, хромированный громила прижал пальцы к мягкости своего мозга. Физический урон соответствовал когнитивному краху. Символично.

— Дерьмо, — пробормотал Слоттермен, когда из него вырвался последний вздох. Он повалился назад, разжимая хватку на шее Аво. Его тело рухнуло на землю с финальным, громоподобным содроганием.

Сползая по исчерченной стене и заваливаясь на бок, Аво мог только ждать, пока лязг металла о металл медленно приближался к нему.

Краем правого глаза он увидел острие своего возвращенного частотного клинка, направленное низко, – в чужой руке. Глубокое контральто поприветствовало его:

— Хм. Не помню, чтобы ваши когда-нибудь носили одежду.

http://tl.rulate.ru/book/198521/22030884