Два мальчика, которым предстояло меня красить, были в полном отчаянии. Один из них, обычно такой милый и юный, так нахмурился, что морщин на его лице стало больше, чем на моем.
— Господин, нет, дядя, дядя, вы для нас двоих просто царь и бог. Ох, хе-хе-хе, — пробормотал мальчик с горькой усмешкой.
Я рассмеялся.
— Так я все-таки дядя или царь и бог? Хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм-хм. — Я уселся перед туалетным столиком, рассматривая в зеркале других новобрачных, снующих туда-сюда.
— Ох, вы точно наш царь и бог, дядя. Я думаю, видя ваше лицо, любой визажист назвал бы вас царем и богом. Хе-хе-хе, — добавил другой, пониже ростом, мальчик.
Мне стало любопытно. Я выпрямился и посмотрел на свое отражение в зеркале.
— Что со мной не так? У меня же лицо как лицо. Квадратное, небо круглое, лоб полный — к богатству. Я богат, вы понимаете? Такое лицо раз в пять тысяч лет появляется. Поторопитесь, дети. Скоро мне выходить замуж, хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм-хм. — Я улыбнулся им из зеркала.
Высокий мальчик снова горько усмехнулся.
— Дядя, нет, так не пойдет. Я пойду к нашей хозяйке. Мы, правда, не справимся с вашей работой. Действительно, раз в пять тысяч лет такое случается. Подождите, царь и бог, хе-хе-хе.
Вскоре сестра Цао, пыхтя от гнева, появилась вместе с мальчиком.
— Вы учились два года, а вам кажется трудным накрасить мужское лицо? Ну что за люди! Вы же два года работаете, сколько красавиц накрасили, а боитесь одного мужчины?!
Низкорослый мальчик посмотрел на сестру Цао, явно напуганный. Я рассмеялся.
— Ох, хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм-хм. Сестра Цао, ваша лавка называет себя столетней, а я уже несколько раз фотографировался у вас на свадьбу! Хотя раньше меня и не красили особо, но не до такой же степени, чтобы это стало проблемой "раз в пять тысяч лет"! Эти двое детей совсем растерялись, все называют меня царем и богом. Ох, неужели мое лицо такое сложное? Хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм-хм.
Сестра Цао разозлилась, ее глаза налились кровью.
— Говорите, в чем дело? Маленький Хуэй, ты первый! — приказала она высокому мальчику.
Высокий мальчик ткнул низкорослого, а тот толкнул его в ответ.
— Тетя Цао, смотрите, лицо этого дяди... Видите эту бороду? Мы никогда такого не встречали! Что нам делать? Длинная, короткая, редкая... Мы боимся браться за нож! Глядя на бороду этого царя и бога, мы оба не хотим работать. Тетя Цао, если вы уволите нас из-за этой бороды, мы не будем возражать. Мы лучше пойдем учиться на автомехаников, чем будем трогать его бороду! Ох!
Сестра Цао удивленно посмотрела на мальчиков. Она хотела что-то сказать, но проглотила слова. Затем посмотрела на меня.
— Сядь ровно, сядь ровно. Посмотри на себя, сядь ровно. Дай-ка я посмотрю, насколько трудна твоя борода. Ох, видишь, как ты их смутил, что они работать не хотят. Ну-ка, сядь ровно!
Я уселся, глядя на сестру Цао.
— Ох, хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм-хм. Все-таки лучше выходить замуж. Посмотрите, я в этой жизни выйду замуж только один раз. Даже просто накраситься не могу. Хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм-хм.
Пока я говорил, сестра Цао потянула мой подбородок и лицо. В нос ударил аромат косметики. Я украдкой, изо всех сил, скосил глаза на ее грудь. Красное и синее нижнее белье поддерживало ее грудь, по крайней мере, верхнюю часть, она была круглой. Пожалуй, выглядела лучше, чем у Ай Ин. Чуть меньше, чем у Чжан Фань, и чуть больше, чем у Ли Фань. А вот Ван Фань совсем обвисла, и с сестрой Цао ей никак не сравниться. Хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм-хм.
Пока я предавался фантазиям, кто-то ударил меня.
— Ты куда смотришь? Я тебе глаза выколю! Подглядываешь, подглядываешь! Еще раз посмотришь, еще раз... — Сестра Цао, на глазах у других, ударила меня по лицу, но при этом смеялась. Остальные тоже смеялись, а два мальчика хихикали.
Видя, что все смотрят на меня, а в их глазах читалось насмешка, я смутился.
— Хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм-хм. Ох, сестра Цао, чего скандалишь? Я же клиент! Я — бог! Крась меня, хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм-хм.
Сестра Цао рассмеялась.
— Ты мне бог? По-моему, ты скоро станешь императором! Посчитай на пальцах, сколько жен ты взял. Бессовестный, еще и подглядываешь за мной! Ты можешь меня прокормить? Ха-ха-ха. — С этими словами она снова шлепнула меня по щеке. Все вокруг смеялись.
Я рассмеялся.
— Хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм-хм. Скорее крась меня, а то наш королевский принц рассердится. Потом мне опять достанется. Хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм-хм. — Я мысленно решил: "Все равно я не спешу". Хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм-хм.
Сестра Цао снова принялась рассматривать мое лицо. Я все еще хотел украдкой посмотреть. Я снова внимательно искоса взглянул на ее грудь. Хм-хм-хм, хм-хм-хм, хм-хм-хм. Я продолжал подглядывать. И тут я снова услышал хлопок.
— Бессовестный! Опять подглядываешь! Хе-хе-хе, Чан Шу, Чан Шу, посмотри на свое лицо! Оно действительно редкое, как раз в пять тысяч лет! Неровное, как свиная голова! Кто сможет справиться с этой работой?.. — С этими словами она встала. — Эй-эй-эй, девушки, остановитесь! Кто сможет сбрить бороду этому царю и богу, тому я добавлю сто юаней к зарплате! Пришло ваше время испытаний! Я пошла! Кто справится лучше всех, тот с бородой этого царя и бога прямо ко мне за деньгами! Оплата сразу! Скорее, девушки! Этот царь и бог срочно ждет, чтобы выйти замуж! Торопитесь! — Сестра Цао ушла.
Девушки начали подходить.
— Ох, лицо этого царя и бога определенно дороже свиной головы, хе-хе-хе, — проговорила одна девушка.
Другая сказала:
— Сваренная свиная голова, в лучшем случае, стоит сто юаней, хе-хе-хе.
Девушка постарше сказала:
— Эй, эй, так. По нашему рабочему номеру, по очереди. Кто сможет, тот и останется. Не мешайте общей работе. Так, Цзинцзин, ты первая. Ты номер два.
Номер два подошла. Взяла бритву для бровей и начала работать на моем подбородке. Меньше чем через минуту она задышала тяжело. Вскоре на мое лицо начали капать капли. Я понял, это пот.
— Ох, сестра Хун, я... я... я больше не хочу денег! Хе-хе-хе... — Номер два, кряхтя, отошла.
Номер три подошла. Взяла ножницы и начала работать на моем подбородке, шее и лице, щелк-щелк.
— Ох, твое лицо, твоя борода! Ох, я не буду этим заниматься! Хе-хе-хе, сестра Хун, это слишком сложно! Хе-хе-хе...
Номер четыре подошла, номер четыре ушла. Пришла номер пять, номер пять ушла...
Наконец, подошла маленькая, пухленькая девочка. Когда все остальные не хотели тратить время на мое лицо, она тихо подошла, взяла инструмент для коррекции бровей и тихо сказала мне:
— Дядя, пожалуйста, не двигайтесь. Ваше лицо действительно очень неровное и изрытое. Любое движение может легко поранить ваше лицо. Я буду делать это медленно, обязательно сделаю его чистым, чтобы вы красиво вышли замуж, хорошо? Хе-хе-хе.
Мы все обычные люди. В переживаниях маленьких людей вы увидите себя в настоящем, будущем или прошлом. Группа для общения: , добро пожаловать, чтобы высказать свое мнение.
http://tl.rulate.ru/book/198501/22160086
Сказали спасибо 0 читателей