Готовый перевод Courtyard Wars: Tropical System Rewrites the Rules / Двор раздора: система тропиков против завистников: Глава 13

— Тогда голодайте вместе, а когда проголодаетесь, не приходите ко мне плакать. — Госпожа Цзя, скривив лицо, подняла крышку ланч-бокса и принялась есть одна.

В другой стороне Ша Чжу вернулся домой, открыл бутылку белого вина и принялся есть, запивая его едой из ланч-бокса.

Кто бы мог подумать, что вскоре после того, как они поели, животы у обоих вдруг заурчали, и их внезапно охватило непреодолимое желание.

— Цинь Хуайжу, ты, чертова звездочка, что ты подмешала в еду?

Госпожа Цзя, схватившись за живот, бросилась к общественному туалету.

— Я к еде даже не прикасалась, это Ша Чжу мне прямо в руки подал! — Цинь Хуайжу была в полном недоумении.

Неужели Ша Чжу что-то подстроил с едой? Намеренно разыграл госпожу Цзя? Но откуда он мог знать, что есть будет только госпожа Цзя?

— Что? Ты говоришь Ша Чжу? Подожди, я с ним потом разберусь… Ай-яй… живот болит…

В это время Ша Чжу тоже, схватившись за живот, помчался к общественному туалету.

Сюй Дамао уже ждал за общественным туалетом с ведром нечистот и черпаком в руке.

Пока госпожа Цзя и Ша Чжу внутри «вели огонь», Сюй Дамао зачерпнул черпак нечистот и выплеснул его в туалет.

В те годы общественные туалеты никто не убирал, пол под ногами был мокрым и скользким.

Ша Чжу, будучи «богом войны» в сыхэюане, даже облитый нечистотами, смог удержаться на ногах.

Но госпожа Цзя была стара, от испуга растерялась, а присесть ей и так было тяжело. Когда черпак нечистот плеснул ей на тело, она так испугалась, что поскользнулась и целиком угодила в выгребную яму.

— Вот беда!

Сюй Дамао услышал «плюх», донесшийся изнутри, и понял, что кто-то упал, но не знал кто.

Выгребная яма этого общественного туалета была более трех метров глубиной, ведь людей здесь жило много. Если уж упал, выбраться было очень трудно.

Еще чего доброго, могло привести к гибели.

Такой ответственности Сюй Дамао не мог вынести.

Изначально он хотел лишь проучить Ша Чжу с помощью слабительного и подставить его — ведь именно Ша Чжу дал Цинь Хуайжу ланч-бокс.

Семья Цзя наверняка обвинила бы Ша Чжу.

Он не ожидал, что это приведет к тому, что кто-то упадет в выгребную яму.

— Спасите! Кто-нибудь упал в выгребную яму! — Ша Чжу, не обращая внимания на нечистоты, за которыми он был, подтянул штаны и бросился наружу.

— Моя мама только что пошла в общественный туалет…

Услышав это, Цинь Хуайжу поспешила наружу.

— Чего застыли? Скорее спасать!

Ша Чжу, Янь Цзечэн и еще несколько крепких молодых мужчин бросились к туалету, Сюй Дамао тоже притворился, что спешит.

Ша Чжу нашел бамбуковую палку.

В этот момент лицо госпожи Цзя плавало в нечистотах, она отчаянно кричала: «Спасите… спа…сите!»

Ша Чжу, недолго думая, протянул ей бамбуковую палку.

Хоть он и недолюбливал госпожу Цзя, но понимал, что жизнь человека — это главное.

Однако госпожа Цзя была стара, руки ее не держали, и она никак не могла выбраться.

С трудом добравшись до середины, она с глухим стуком снова упала вниз.

Если бы она в детстве не училась плавать, то, боюсь, уже была бы мертва.

Янь Цзечэн подумал, притащил деревянную лестницу из двора, приставил ее к выгребной яме, и только тогда госпожа Цзя смогла с трудом выбраться.

Только ее волосы, лицо, уши, рот — все было измазано грязью, и зловоние распространилось по всему сыхэюаню.

Люди стали прикрывать носы и рты.

Несколько молодых женщин, увидев это, тут же стошнило.

Шэнь Вэйминь тоже прикрыл нос и рот, но больше для того, чтобы скрыть улыбку.

Он обычно не смеялся без причины, если только уж совсем не мог сдержаться.

Госпожа Цзя, всегда такая хитрая и сварливая, никак не ожидала, что однажды упадет в выгребную яму, и теперь опозорилась на весь двор.

Шэнь Вэйминь окинул взглядом толпу и понял, что Сюй Дамао был наиболее подозрительным.

Тот парень, прикрывая лицо, не мог скрыть легкой ухмылки.

Впрочем, это его не касалось. Эти люди из сыхэюаня, все до единого, были мастера интриг, постоянно враждовали друг с другом.

Ему оставалось лишь наблюдать со стороны; пока его самого не трогали, он не хотел вмешиваться.

Цинь Хуайжу, глядя на старуху, всю в нечистотах, втайне радовалась.

С тех пор как она вышла замуж за Цзя, она не раз выслушивала упреки от госпожи Цзя, и это угнетение душило ее.

В прошлый раз эта старая ведьма еще и дала ей пощечину; с самого детства даже родители ее не трогали.

Теперь же, упав в выгребную яму и вся пропахнув, это было просто возмездие небес!

Хоть бы эта старуха на этот раз получила урок и научилась сдерживать свой нрав.

— Цзечэн, спасибо тебе, госпожа Чжан запомнит твою услугу спасения! — Первой поблагодарила госпожа Цзя Янь Цзечэна.

— Госпожа Чжан, мы все живем в одном дворе, помогать друг другу — это естественно. — Янь Цзечэн ответил спокойно.

— Если хочешь поблагодарить моего Цзечэна, лучше сразу дай денег, — выскочил вперед Янь Бугуй.

«Вот ведь хитрец, даже в такой момент думает, как бы урвать кусок.

— Разве ты не знаешь, в каком положении моя семья Цзя? Откуда у меня деньги?»

Услышав про деньги, госпожа Цзя тут же стала недовольна.

— Разве Старина И не дал тебе недавно сто юаней? — возразил Янь Бугуй.

— Все ушло на лечение моего Дунсюя! — Госпожа Цзя злобно посмотрела на Янь Бугуя, этот хитрый парень еще и пытается нажиться в такой момент, она это запомнит.

— Мама, еще нужно поблагодарить Ша Чжу, он первым выскочил и позвал на помощь, и он же первым принес бамбуковую палку, чтобы спасти тебя! —

Цинь Хуайжу хотела воспользоваться этим случаем, чтобы наладить отношения между семьей Цзя и Ша Чжу.

Однако это только ухудшило их.

— Если бы ты не напомнила, я бы и забыла. Я именно от твоей еды из ланч-бокса Ша Чжу заработала диарею. Ша Чжу, ты что, подсыпал туда лекарство?

Еще, ты принес мне бамбуковую палку? В моем возрасте у меня уже не было сил, чтобы по ней взобраться? Ты что, специально хотел меня погубить? — Госпожа Цзя злобно уставилась на Ша Чжу.

Эти слова тут же взорвали весь сыхэюань.

— Госпожа Чжан, говорите по совести! Я тоже заработал диарею, вошел в туалет вместе с вами, не знаю, какой негодяй плеснул снаружи водой с нечистотами.

Я услышал, что кто-то упал в выгребную яму, испугался, что погибнет, и только тогда бросился звать на помощь.

Почему ты всегда принимаешь добрые намерения за придирки? — Ша Чжу вскакивал от злости, он хотел как лучше, а в итоге снова оказался в грязи.

Как только дело касалось госпожи Цзя, он никогда не выходил сухим из воды.

Эта госпожа Цзя — его настоящая погибель.

— Я думаю, это ты плеснул нечистотами, и я упала в выгребную яму! Все было спланировано тобой: сначала подсыпал лекарство в еду, потом плеснул нечистотами! — Госпожа Цзя снова начала придираться.

— Мама, тебе сначала нужно вернуться и принять душ, переодеться. — Цинь Хуайжу подошла, чтобы ее успокоить.

— Не нужно мне напоминать, лицемерка! — Госпожа Цзя, ворча, пошла домой мыться.

Сюй Дамао наблюдал со стороны и внутренне радовался.

Если бы только Ша Чжу получил слабительное, максимум, что ему грозило, — это выплеснуть ему в лицо таз нечистот.

Но вместе с госпожой Цзя все было иначе. Она была самой сварливой в этом дворе, и теперь Ша Чжу было бы трудно оправдаться, госпожа Цзя точно бы его не оставила.

Эта уловка «убийство чужими руками» была применена просто превосходно!

Сюй Дамао в этот момент чувствовал небывалую радость.

Когда он подумал, что его свадьба была сорвана Ша Чжу, он все еще не мог успокоить свою ненависть. И теперь, видя, что Ша Чжу наконец получил по заслугам, он почувствовал некоторое облегчение.

Вернувшись домой, он зарезал курицу — ту, что ему подарили из коммуны, когда он ездил показывать кино. Сварил полную кастрюлю, аромат распространился повсюду, он решил наградить себя.

— Ах, как вкусно!

Рано утром Шэнь Вэйминь выкатил свой велосипед — сегодня у него было свидание с Юй Ли.

Куда они пойдут, он уже все продумал.

На прошлом свидании Шэнь Вэйминь остался очень доволен Юй Ли. Она, будучи новенькой в сыхэюане, смогла достойно принимать соседей, ее речь и манеры были упорядоченными. К тому же, она была красива и умела вести хозяйство, определенно будет хорошей женой.

Вторая госпожа, развешивавшая одеяла во дворе, увидев Шэнь Вэйминя, спросила вскользь: — Вэйминь, разве сегодня не выходной? Ты так рано уезжаешь?

— Поведу Юй Ли погулять. — Шэнь Вэйминь ответил ровно.

— Эта девушка Юй Ли действительно неплоха, поторопись, женись на ней поскорее. — Говорила вторая госпожа, хлопая по одеялу.

— Спасибо, вторая госпожа, за напоминание, я все учту.

Хотя Шэнь Вэйминь вежливо ответил, в душе он не хотел иметь с ними много дел. В этом дворе было слишком много сварливых людей, лучше было поменьше с ними пересекаться. Кроме семьи Цзя и Ша Чжу, с остальными, здороваясь, он тоже отвечал. Ведь они жили в одном дворе, нельзя же было жить совсем не общаясь. Хотя в наши дни соседские отношения важны, и в трудную минуту можно было помочь друг другу, Шэнь Вэйминь считал, что ему это не нужно.

Увидев госпожу Цзя, он даже не удосужился поднять веки и прошел мимо.

Госпожа Цзя сидела на маленькой скамеечке, делая подошву для обуви; ее косые глаза давно заметили Шэнь Вэйминя, и в душе она уже вся изругалась. Каждый раз, видя, как он ездит на своем новеньком велосипеде марки «Вечная», она мечтала, чтобы Шэнь Вэйминь разбился насмерть, или, как ее сын, стал калекой.

Ее Дунсюй хоть и стал калекой, но хоть кто-то за ним ухаживал. У Шэнь Вэйминя ни отца, ни матери, посмотрим, кто о нем позаботится! Кто сказал этому ублюдку быть неблагодарным — когда его мать умерла, весь двор помогал с похоронами, и она тоже внесла свою лепту. Она думала, что когда он станет инженером седьмого разряда и будет получать высокую зарплату, он сможет помочь семье Цзя, но он даже супа не дал.

— Поскорее бы ты разбился на велосипеде, а если не разобьешься, то покалечься! — Госпожа Цзя непрерывно проклинала.

Пройдя через передний двор, Янь Цзечэн увидел, как Шэнь Вэйминь рано утром уехал на велосипеде, и, смутно услышав, что он говорил про свидание, мгновенно пришел в ярость.

В первый же момент, когда он увидел Юй Ли, его сердце забилось быстрее, он решил, что это идеальная спутница жизни.

Проклятая госпожа Ван, совершенно не соблюдающая профессиональную этику, думающая только о деньгах, сговорилась с Шэнь Вэйминем и обманула его.

На самом деле, на свидание с Юй Ли должен был идти он.

Подумав об этом, Янь Цзечэн стиснул зубы от злости.

Шэнь Вэйминь, вклинившись, увел у него понравившуюся девушку, как он мог это проглотить? Янь Цзечэн втайне обдумывал, как отомстить.

…

Встретившись с Юй Ли, Шэнь Вэйминь решил поехать с ней на Ванфуцзин.

Юй Ли впервые сидела на велосипеде, сидеть сбоку было неудобно, и ей было неловко сидеть поперек — это было не по-женски. Она одной рукой крепко держалась за нижнюю часть сиденья, другой — осторожно цеплялась за край одежды Шэнь Вэйминя.

Шэнь Вэйминь, боясь, что она упадет, обнял ее правую руку и положил себе на грудь.

Лицо Юй Ли тут же покраснело.

За несколько лет, проведенных в этом мире, Шэнь Вэйминь хорошо освоился в столице. Такие места, как ** , Ванфуцзин, торговый центр Сидань, универмаг, Паньцзяюань, он посещал много раз.

Юй Ли, хоть и родом из Тайюаня, провинция Шаньси, выросла в столице и тоже хорошо знала эти места.

Они спешились на Ванфуцзин и пошли рядом.

Улица Ванфуцзин была шумной, с оживленной торговлей, по обеим сторонам стояли старинные здания, а уличный пейзаж, не измененный последующей застройкой, излучал сильный исторический дух.

Шэнь Вэйминь увидел магазин женской одежды, в котором были представлены самые модные фасоны, каждый из которых был изысканным. Он потянул Юй Ли внутрь и выбрал несколько вещей, чтобы она примерила.

В конце концов Юй Ли выбрала платье с легким красноватым оттенком, ткань была качественной, и на ощупь очень приятной.

Стоит отметить, что в ту эпоху яркие одежды были редкостью, и выбор фасонов был невелик.

Шэнь Вэйминь тоже посчитал, что ей очень идет это красное платье, и решил его купить.

Юй Ли всегда была экономной, хоть ей платье и очень понравилось, увидев цену в двадцать юаней, она тут же отдернула руку.

Она нарочито покачала головой и сказала: — Этот цвет слишком яркий, мне не очень нравится.

С такой проницательностью, как у Шэнь Вэйминя, разве он мог не понять ее истинных намерений?

Он прямо взял платье, расплатился и протянул пакет Юй Ли.

— Трудно найти то, что нравится, если не купить, будешь жалеть. Этих денег для меня немного.

Юй Ли была очень удивлена, она никак не ожидала, что инженер Шэнь так хорошо понимает женские сердца.

Ему удалось разглядеть, что она сказала, что ей не нравится, потому что дорого.

Стоит знать, что двадцать юаней были равны месячной зарплате многих людей, к тому же им нужно было содержать большую семью.

Благосклонность Шэнь Вэйминя в ее глазах еще больше возросла.

Помимо Ванфуцзина, они также посетили несколько близлежащих мест.

Шэнь Вэйминь купил Юй Ли белое платье за пятнадцать юаней и пару кожаных туфель. Туфли стоили четыре юаня шесть цзяо, плюс крем для обуви и щетка, — всего пять юаней.

http://tl.rulate.ru/book/198484/22762167