«Чиииииии, чиииииии!» — продолжал ритмичный звук. У Уньдун резко метнулся к окну и выглянул наружу сквозь стекло.
Под холодным лунным светом на вязе во дворе была привязана бревно, а к бревну – доска.
На доске стояла пара средних лет, пилила бревно ручной пилой.
Увидев их, У Уньдун затуманил взгляд: «Отец, мать».
В прошлой жизни его отец, У Шоудэ, умер, когда ему было двадцать. Тогда он сидел в тюрьме. Мать, Гао Юлань, умерла в тридцать, когда он тоже был в тюрьме.
Неужели это сон?
Он напряженно уставился, но слезы все равно сами потекли из глаз, скатились по щекам и попали в уголок рта.
Соленые?
У Уньдун вдруг лизнул уголок рта, ощущая соленый вкус слез, и его тело начало дрожать.
Слезы были солеными!
Он ущипнул себя за бедро… Ай, как больно!
Это ощущение говорило, что он не спит, а действительно видит родителей.
Все это означало, что он действительно переродился, и не где-нибудь, а в свой восемнадцатый год, на двенадцатый день нового семестра старшей школы.
В тот день его выгнали из класса за то, что он не принес вовремя плату за обучение, которую откладывал уже больше десяти дней.
Не желая возвращаться домой, он отправился к реке на востоке деревни, но случайно наступил на треснувший лед и упал в воду. Его спасли и вернули домой, но он все равно простудился.
Кто бы мог подумать, что он переродится именно в этот день.
Плохо!
Он вдруг кое-что вспомнил. Кажется, в тот день в прошлой жизни Сюй Юйцин придет к ним требовать долг, а потом обманом завладеет их домом в восточном дворе.
И самое главное, в том доме был похоронен курильница, которую Сюй Юйцин продал, чтобы стать городским жителем.
Нет, я должен это предотвратить.
«Отец», — когда У Уньдун предавался мыслям, Гао Юлань внезапно перестала пилить и, обращаясь к тяжело дышащему У Шоудэ напротив, сказала: «Дунцзы, должно быть, проснулся, сходи проверь».
У Шоудэ отпустил пилу, присел на землю, достал трубку, набил табаком, закурил и, выпустив пару клубов дыма, недовольно хмыкнул: «Не хочешь учиться – так и быть, но зачем в реку прыгать? Как увижу его, так и вскипаюсь, не пойду».
Прыгать в реку? Я случайно упал в полынью, а не прыгал!
У Уньдун хотел выйти и все объяснить, но, вспомнив вспыльчивость отца, быстро подавил это желание.
Отец сейчас зол, что будет, если я выйду? Получу хорошую взбучку? Я только переродился, глупо попасть под раздачу!
«Я слышала, Дунцзы не заплатил за учебу и был выгнан из школы учителем», — голос Гао Юлань был тихим, и она осторожно взглянула на У Шоудэ, когда говорила.
У Шоудэ, сделав пару затяжек, глухо ответил: «Тогда… завтра я продам тот шкаф за бесценок, и он сможет внести деньги».
«Но если продавать за бесценок, ты же зря старался?»
«Ты еще не поняла? Дунцзы слишком гордый, без денег он больше не пойдет в школу».
Гао Юлань уставилась на У Шоудэ, гневно ругаясь: «И это тоже в тебя пошло?»
«Хватит!» — У Шоудэ резко встал. — «Быстрее допиливай дерево, не мешай завтрашнему базару».
«Еще пилить? Тебе же пора лекарство принимать».
«Какое лекарство? Его нужно принимать перед сном, а я разве сейчас пойду спать?»
«Хм! Гордыня до добра не доведет», — пробормотала Гао Юлань, но все же снова забралась на доску и потянулась за рукояткой пилы.
Но прежде чем она успела схватиться за рукоятку, она услышала крик снаружи ворот: «Старина У…»
Услышав крик, она поспешно обернулась, чтобы посмотреть на мужа. Увидев, что У Шоудэ помрачнел, но ничего не сказал, она облегченно вздохнула.
У Уньдун тоже был разбужен голосом. Увидев Сюй Юйцина, входящего в ворота, его затуманенные слезами глаза резко расширились, взгляд стал свирепым.
Вот он, этот ублюдок, явился!
«Старина Сюй, ты зачем пришел?» — Гао Юлань спрыгнула с доски и, улыбаясь, поздоровалась с Сюй Юйцином.
Сюй Юйцин, улыбаясь, сказал: «Я слышал, твой младший сын упал в реку, вот и пришел посмотреть».
«Что смотреть? Он еще не умер», — У Шоудэ взглянул на Сюй Юйцина и нетерпеливо махнул рукой, — «Если больше ничего нет, уходи быстрее, не мешай мне пилить».
«Старина У, ты чего мне тут изображаешь?» — лицо Сюй Юйцина тут же помрачнело.
http://tl.rulate.ru/book/197319/21787115
Сказали спасибо 0 читателей