Готовый перевод Playing the Villainess: When the Hero Refuses to Leave / Злодейка по сценарию: герой сломал систему: Глава 4

Цзян Цяо, выслушав это, задумалась на мгновение и сказала: — Неудивительно, что он был в меня влюблён.

166: — …………………

Чем-то это напоминало злорадство со стороны Цзян Цяо?! Должно быть, 166 ослышалось, непременно!

Когда они пришли в класс, урок уже шёл наполовину. Учитель языка и литературы был невысоким старичком. Он лишь мельком сказал пару слов опоздавшим, а затем разрешил им войти.

— Ого, у нынешних учителей такой добрый нрав? — Цзян Цяо думала, что её заставят стоять у доски в первый же урок после начала учебного года.

На улице стояло такое жаркое солнце, простоять пол-урока было бы не шуткой.

— Хм, — 166 издало горделивый звук.

Цзян Цяо приподняла бровь, у неё возникло предположение: — Сун Цинъин заранее предупредила учителя?

— А разве нет? — ответило 166. — Ещё и повезло, что она красивая и добрая главная героиня, иначе вы бы обе стояли снаружи, хм-хм…

Глупая злая второстепенная героиня, почему бы тебе не быть благодарной главной героине!

166 чуть не выдало свои мысли вслух.

Цзян Цяо посчитала, что оно серьёзно больно, и закатила глаза.

Сун Цинъин сделала это явно из беспокойства, чтобы Лу Сюнь не наказали, не так ли? Она просто оказалась рядом. Если и благодарить, то Лу Сюню следовало бы ответить ей взаимностью.

Ей и правда хотелось увидеть, как Лу Сюнь полностью открывается кому-то.

Думая так, она взглянула на двоих, сидящих у окна.

Сидящая внутри Сун Цинъин была маленькой и изящной, а юноша — высоким и крепким, он мог полностью её закрыть.

Цзян Цяо увидела, как Лу Сюнь наклонил голову к Сун Цинъин, сидевшей внутри.

Тень листьев платана за окном падала на парту и несколько раз колыхалась на ветру. Юноша, опустивший голову, девушка с покрасневшими щеками, бурная юность — всё было как нельзя кстати.

Е Ецинцин несколько раз тихо окликнула Цзян Цяо, но Цзян Цяо её не слышала. Увидев, что учитель на сцене увлечённо рассказывал, Е Ецинцин подошла к Цзян Цяо и зашепталась: — Ты тоже думаешь, что между ними что-то есть?

Взгляд Цзян Цяо едва заметно дрогнул, она повернулась и встретилась сияющими глазами Е Ецинцин, улыбнулась и притворилась глупой: — Кто?

— Лу Сюнь и староста класса.

Староста класса? Цзян Цяо была немного удивлена: — Сун Цинъин?

— Кажется, её так зовут… — неуверенно сказала Е Ецинцин.

Учитель языка и литературы, который вёл урок на сцене, одновременно был и классным руководителем. За первую половину урока, когда Цзян Цяо отсутствовала, этот классный руководитель уже назначил большинство классных активистов. Поскольку Сун Цинъин была и ответственной за дисциплину, и помогала одноклассникам сообщать об опозданиях, классный руководитель посчитал её заботливой и добросердечной, и сразу назначил её старостой класса.

Конечно, были и другие причины, по которым другие ученики не проявляли интереса к должности старосты.

Прерванная Цзян Цяо, она снова вспомнила о другом деле, о котором услышала от других одноклассников: — Говорят, ты утром с ней поссорилась, что случилось? — Она не думала, что эта староста, выглядевшая такой легкомыслящей, могла спорить с Цзян Цяо, скорее всего, это была односторонняя конфронтация со стороны Цзян Цяо.

Но Цзян Цяо, хоть и была немного избалованной, но не настолько, чтобы так издеваться над другими. Её интересовало, как Сун Цинъин разозлила Цзян Цяо, и лучше бы это было не по той причине, которую она предполагала.

— Я не надела школьную форму, она хотела записать моё имя, тогда я сказала, что помогу ей записать, а она занервничала. Что ещё могло случиться? — невинно сказала Цзян Цяо.

Уголки губ Е Ецинцин дрогнули: — Мисс, вы очень услужливы.

Однако, по крайней мере, это было не по той причине, которую она предполагала.

Е Ецинцин вздохнула с облегчением и уже собиралась сменить тему, как вдруг Цзян Цяо наклонилась к ней и что-то прошептала.

— Что! Ты хочешь за ним ухаживать! — Е Ецинцин резко встала, её голос вышел из-под контроля.

……………………

Как только это прозвучало, и так тихий класс стал ещё тише, а взгляды устремились со всех сторон.

Цзян Цяо: — …………………… — Можешь ещё громче.

Она изо всех сил старалась игнорировать оценивающие взгляды из-под окна, потянула Е Ецинцин за собой и усадила: — Учитель. Простите, продолжайте.

Неподобающе, что это за место для урока? Как будто на ярмарке?

Упрёк, готовый сорваться с губ учителя, был заглушен звонком, возвестившим об окончании урока. Он взял книгу и подошёл к двери, но остановился: — Лу Сюнь, зайди в офис, мне нужно с тобой поговорить.

Юноша у окна встал и спокойно вышел из класса.

Е Ецинцин тоже осознала, что натворила, и, чувствуя, как время от времени на неё бросают взгляды одноклассники, виновато пробормотала: — Ты же знаешь, я не могу ничего сдержать.

Цзян Цяо махнула рукой и сказала: — Ничего.

Согласно сюжету, ей сначала нужно было за ним поухаживать. Учитывая их с Лу Сюнем известность, это узнает не только весь класс, но, вероятно, и вся старшая школа. Была лишь разница во времени.

*

Когда прозвенел подготовительный звонок ко второму уроку, Лу Сюнь всё ещё не вернулся.

Будучи перспективным кандидатом, который мог бы стать лучшим учеником провинции, можно было догадаться, что классный руководитель, этот старичок, наверняка наставлял его, чтобы тот не влюблялся слишком рано.

С последним звонком, возвестившим о начале урока, Лу Сюнь вернулся в класс и сел, как раз когда подоспел учитель, ведущий урок.

Женщина-учитель на сцене говорила мягко, её английский звучал плавно и приятно.

Лу Сюнь внимательно слушал, но через десять минут не запомнил ни одного слова.

В его голове неконтролируемо звучала последняя фраза классного руководителя: — Лу Сюнь, ты должен знать, что люди разные, и ни в коем случае не губи своё будущее из-за минутного порыва.

Кто-то находится в этом классе, чтобы прожить каждый этап жизни; а кто-то не имеет выбора и может лишь идти ва-банк.

Эти два типа людей обречены быть двумя непересекающимися параллельными линиями, даже если в какой-то момент они вынужденно пересекутся, в итоге они будут лишь отдаляться друг от друга, как будто прощаясь на расстоянии.

Этот принцип он знал с детства, поэтому, не раздумывая, сказал: — Я не буду.

Не говоря уже о том, что он не любил Цзян Цяо, даже если бы любил, он бы не пошёл на компромисс ради кого-либо.

Если она не желает, найдётся кто-то другой, чтобы заменить её. Кто без кого не может жить.

Впрочем, для такой избалованной девушки, как Цзян Цяо, сказать, что она его любит, скорее всего, было просто минутным капризом, она просто не сталкивалась с отказом, и это было вызвано лишь её самолюбием.

На последнем уроке физкультуры Цзян Цяо сидела на открытой трибуне, с хрустом грызя эскимо. Лёгкий ветерок, смешанный с запахом пластикового покрытия беговой дорожки, обдувал её.

Капитан баскетбольной команды старшей школы №2 неоднократно бросал на неё взгляды. Цзян Цяо приподняла бровь: — Видишь? Вот она, моя привлекательность.

— Ах, да-да-да. — 166 не хотело признавать, но и возразить не могло, обиженно выдавая бессмысленный набор символов.

Е Ецинцин, вернувшись из туалета, замедлила шаг, проходя мимо нескольких парней из старшей школы №2, играющих в баскетбол, вела себя очень по-леди.

Однако капитан баскетбольной команды игнорировал её. Его ясные и лучистые глаза были постоянно направлены в сторону Цзян Цяо.

Е Ецинцин села рядом с Цзян Цяо и с обидой в голосе сказала: — С таким красивым лицом, я тоже хочу такое в следующей жизни.

Цзян Цяо перестала грызть эскимо, повернулась и встретилась взглядом с капитаном баскетбольной команды, который смотрел на неё. После того, как последний неловко бросил мяч своему товарищу по команде, она отвела взгляд и сказала погрустневшей Е Ецинцин: — Этот парень довольно симпатичный, просто техника игры у него не очень, быть его товарищем по команде — настоящая трагедия.

Мисс, почему мяч был брошен не туда, вы сами не знаете?

Е Ецинцин фыркнула дважды и, не очень уверенно, попыталась оправдать капитана баскетбольной команды: — Чжоу Юэ обычно очень круто играет в баскетбол, он даже получал награды.

— Какую награду? За подглядывание за маленькими девочками?

— Цзян Цяо!

Цзян Цяо улыбнулась и прикрыла рот рукой, показывая, что больше не скажет. Она подстрекнула Е Ецинцин отнести воду и заодно взять контактные данные.

Е Ецинцин смущённо покачала головой, сказав, что не осмелится.

Цзян Цяо, разочарованная тем, что она не проявляет инициативы, сказала: — Что здесь сложного? Просто открыть рот и закрыть его, и вот они у тебя!

166 не могло вынести её уверенных слов, хихикнуло дважды и нарочито язвительно сказало: — Ого~ Легко сказать, попробуй ты.

Цзян Цяо: — Подстрекаешь меня?

— Ну так скажи, осмелишься или нет? — сказало 166.

«Эй, эта дешёвая система, состоящая из куска кода, довольно дерзкая, даже приём с подстрекательством использует».

http://tl.rulate.ru/book/196607/21591391